Фторид кислорода?

… Я никогда не видел Кислород таким. Он выглядел смертельно усталым, практически больным. Под его глазами залегли глубокие тени, кожа казалась бледнее обычного. Потух его всегда бойкий и сияющий взор. Мне было больно смотреть на него, среди подушек от кресла он выглядел ещё более маленьким и хрупким, чем обычно.  — Это всё напрасно. В тишине голос Кислорода показался мне старческим и надтреснутым.   — Возможно, выход есть, просто мы до сих пор не нашли его?.. — робко пробормотал я. Он достал сигареты и зажигалку. Я всё ещё не решался задать вопросы, мучавшие меня. Тем не менее, из моей груди сами по себе начали сыпаться слова. Накипело. — Зачем всё это? Что ты нашёл в этом Фторе? Ты разве не замечаешь, что с тобой происходит?! Я не узнаю тебя, Кислород. Даже если бы мы нашли эту чёртову реакцию, что бы это изменило? — Я чувствовал, что надо остановиться, потому что Кислород сжался в своём кресле, как от ударов, но меня буквально понесло. — Фтору плевать на наши старания! Где твоя гордость, когда она так нужна?! Ты будешь восстановителем! Слыханное ли дело! Ты — прирождённый окислитель, твои соединения названы оксидами, даже сам процесс окисления назван в честь тебя! И ты пресмыкаешься перед Фтором… — Я замолчал, чтобы перевести дух. Кислород щёлкал зажигалкой, пытаясь высечь хоть искорку, но у него ничего не получалось. Чем громче я говорил, тем быстрее он щёлкал. — Одумайся уже. Фтор тебе не пара, ты сам прекрасно это знаешь. «Тебе-то какое дело, » — скажешь ты. А я отвечу: «Ты мой лучший друг, Кислород. И я желаю тебе лучшей доли.» Молчание. Ему, наконец, удалось зажечь сигарету, которая начала медленно тлеть. В комнате запахло дымом. (*курящие парни, девушки? пф, прошлый век. в моей вселенной курит КИСЛОРОД)  — Ты знаешь, я верю, что тебе жаль меня, — начал Кислород. Я слушал, мрачно постукивая пальцами по коленям. — Но мне не нужна твоя жалость. Я вздрогнул, как от резкого порыва ветра. Он продолжал невозмутимо курить. У меня от обиды выступили слёзы на глазах.  — Если тебе не нужна моя жалость, то воспользуйся хотя бы моими советами! Я ухожу, — бросил я ему, вставая. Кислород резко вскочил, преодолел расстояние, разделяющее нас, и схватил меня за плечи, усаживая обратно на диван.  — Не уходи, пожалуйста. Ты мне нужен, как воздух. (Примечание от Озона: *орёт*) Я немного опешил, пробормотав: — Нужен, в смысле, помощь, да? Кислород затянулся, отвернувшись, но я был готов поклясться, что он разочарован.  — Да, — наконец, выдавил он. — Помощь. Конечно. Через несколько минут я поил Кислород крепким чаем, пытаясь рассуждать, что делать дальше.  — Попробуй написать Фтору, а? — предложил я. Он задумчиво размешивал сахар в стакане. Потом взял свой телефон и спросил:  — Как он записан в ВТ (*ВТаблице — соцсеть, которая, конечно же, не сворована у ВКонтакте)?  — О Менделеев, там всего-то 112 пользователей, не потеряешься, поди, — ко мне вернулось хорошее настроение. Кислород замолчал, что-то печатая. Он действовал с какой-то лихорадочной скоростью, я даже немного опасался за его самочувствие.  — Нашёл? — спросил я, садясь рядом с ним. Он улыбался.  — Ага, — кивнув, ответил Кислород. — Вот его профиль. У него полное имя — Ftorum! (*латинское название элементов расценивается как полное имя) — но он тут же погрустнел. — У Фтора нет никаких фоточек! Я фыркнул. Вот это наш Кислород, вот это я понимаю.  — Пиши, давай. — Я подбадривал его.  — Что писать? — жалобно спросил он.  — «Привет»?  — Хорошо, пишу. «П-р-и-в-е-т…» — Кислород замолчал, вопросительно посмотрев на меня. — Писать со скобочкой или без?  — Со скобочкой. — Я очень старался не засмеяться.  — Написал. Ой, он мне ответ пишет! — Кислород во все глаза смотрел на строчку внизу, гласившую: «печатает…». Я заглянул в его телефон, и чуть не подавился чаем от смеха. «Кислород, не пиши мне больше». Несколько мгновений Кислород молча смотрел на эту фразу, словно никак не мог взять в толк, о чём там говориться. Потом он громко и неприлично выругался. Опять молчание. Я немного подумал, и положил в его стакан ещё один пакетик крепкого чая. Кислород грустно усмехнулся:  — Здесь нужно что-нибудь крепче чая… Я невозмутимо ответил:  — Ещё один пакетик подойдёт? Он не ответил и подошёл к холодильнику.  — Что тут у нас? Я встал перед ним и твёрдо сказал, не давая себя перебить:  — Хватит, Кислород. Даже сейчас я не позволю тебе напиться. Несколько минут мы смотрели друг на друга. Потом он внезапно отвернулся и со всей циничностью, на какую был способен, воскликнул:  — Какой же я дурак! Просто болван! И рухнул на диван. Всё-таки Кислороду ужасно не повезло. Родись он не химическим элементом, а актёром, быть бы ему гордостью всего актёрского племени.  — И что это сейчас было? — мягко спросил я его. — Ты же знаешь, ни щенячьи глазки, ни истерика на меня не действуют.  — Почему я не умею ценить тех, кто всегда был рядом со мной? — Если он сейчас притворялся, то, клянусь, это была самая убедительная игра за весь день.  — Что?  — Просто обещай, что мы всегда будем… дружить, — пробормотал он, уткнувшись в моё плечо.  — Обещаю тебе, — шёпотом ответил я, непроизвольно перебирая его огненно-рыжие пряди.