Лёд из адского пламени

Королевство Лайонесс. Каменные статуи со срезами на хрящевой гортани, исторгали полнейшее безумие. Тридцать один день Нацу мог видеть лишь эту картину, боль каменных сооружений, передавалась ему сполна. Вчера его одинокую компанию, развеял ещё один сокамерник. Из-за огромного недостатка еды, воздуха и воды, он смог лишь разглядеть его волосы, золотистые как пшено, что мирным ходом растёт в одиноком поле. Тёплые, но в то же время грубые шаги мучителя проникли в камеру. Нацу лишь хмуро улыбнулся, вспоминая своё прошлое. Когда-то он был карателем, а она жертвой, сейчас же всё стало таким неординарным. Карма злая стерва, для восстановления баланса теперь он повисит прикованный к скале, чувствуя одну лишь злость на весь этот мир. —Скажи мне Нацу, друг мой, разве ты недостаточно боли стерпел? О, Дева Марсела, почему ты просто не скажешь мне правду? — Зереф угрюмо снял свою мантию, обронив пару повязок. Его мягкий взор, говорил лишь о склонности к доброте, хотя поступки твердили обратное. Он поднял голову своего друга, он налил из ковшика пару капель воды, прямо в горло — Пей, может это очистит твой рассудок. —Я всё сказал, зачем нужны эти пытки, если мы оба знаем, что я тебя не боюсь. Уважать и любить, это совсем разные вещи, а мою любовь, братец, ты давно растерял. Будь добр, оставишь лишь крупицы уважения — дракон, начал кашлять прямо в кувшин своего карателя, а затем поднял злобный взор, его глаза остановились на уровне глаз Зерефа, чем слегка потревожив тёмного мага. —Как неожиданно ты вспомнил, что мы братья, мой юный друг. А когда ты отпустил ту девчонку, тем самым опорочив моё имя, ты забыл, что мы братья — Зереф слегка усмехнулся, было видно, что ему нравятся эти мучения, жалкие попытки выбраться, но держать планку доброго брата и рассудительного короля, нужно было. —Я уже всё сказал, меня застали врасплох, я отвлекся и не смо. — не успев договорить, Нацу получил сильный удар в живот, драконья, как смоль, кровь начала сочиться с его рта, жидкими тёмными сгустками. — Что-что? Повтори, я не расслышал — следующий удар пришёлся на грудную клетку, тем самым перекрыв доступ к кислороду. Зереф закатил рукава и подошёл к маленькой деревянной столешнице, взяв первый, попавший на глаза инструмент, он быстрым шагом подошёл к Нацу. Взгляд короля, оценивающе окинул израненное тело, он решил начать с бедренной артерии. Самые болезненные ощущения, приходятся на артерии и вены. Он прильнул небольшим скальпелем к его руке, и слегка провёл горизонтальную линию. Эстетичность этого процесса была выше всех суждений. Медленная боль поражала тело дракона, а его резигнация поражала. Отсутствие действий, некая покорность, ставила всех в нелёгкое положение. Как же добиться ответа на вопрос, если Нацу, был отчуждённым. — Я тебе всё сказал, брат — вот и все три слова, что вымолвил дракон, рык от боли слегка исказил сказанное, но всё же все отчётливо услышали. —Я ведь могу так целый день продолжать — колдун повернул скальпель вертикально и начал медленно рвать артерии, словно играл на гитаре и сейчас медленно потягивал струны звонкого инструмента. Нацу держался долго, прежде чем вскрикнуть в ухо волшебника, тем самым дал себе небольшую передышку. Рёв дракона всегда был достаточно долгим, протяжным и неописуемо больным для ушей окружающих. —Зереф, с него, по-моему, достаточно, тебе пора переключиться на новое мясо — скрипучий, тихий голос очень медленно доходил до слухового центра. Нацу сразу и не смог сообразить, кто так рьяно пытался защитить его. Его голова инстинктивно повернулась в сторону голоса, такая боль слегка придало ему сил, тем самым он смог разглядеть своего сокамерника. Глаза увеличились до невозможности, когда он увидел Стинга, своего друга, своего напарника. —Что происходит Зереф, почему он здесь? — парень резко смог выдавить из себя столько слов, голова закружилась так сильно, что даже после горного эля, ему было не так плохо. — Ах, милый Нацу. Он такой же предатель, как и ты. Правда, он действовал не обдумано, а ты полагался на свои глупые эмоции, тем самым намного больше обесчестил меня. Стинг, подумал, что он имеет права умирать, не так ли? Мне пришлось целый месяц проводить обряд реинкарнации, чтобы восстановить эту тушку. Ладно, умер, я пойму это ещё. Но я трижды приказал, вам не трогать Грея Фуллбастера, а ты не только не послушал меня, но ещё и сделал ему одолжение. — Я наградил, его медленной и мучительной смертью, после которой он отправиться мне в подчинение, разве это плохо? — Стинг недоумевал, всем происходящим. Он действовал во имя короны, а оказалось, что его действия привели к чему-то столь серьёзному, что маг решил воскресить его, чтобы, наверное, самому добить. — Глупый мальчишка — Зереф не сдержался и ударил по лицу блондина, чёрная жижа просочилась сквозь зубы, тем самым слегка разозлила дракона — Эта метка, которую ты, можно сказать, подарил ледяному магу, лишь будет медленно питать его истинные силы, когда он, наконец поймёт, что за сила кроется в его сердце, он обрушит свой гнев на нас. Кроме этой богини, у них появился ещё один козырь, и как не странно, ты просто вложил им это в их ладони. Ты своё, еще получишь Стинг, мы хорошо повеселимся наедине, а пока, я закончу с тобой Нацу. Зереф присел на лавочку и медленно водил скальпелем по своему сердцу, которое очевидно отсутствовало.— Знаешь, ведь я понимаю, в чём дело, ты испытывал чувства к ней, не так ли? — после этих слов, глаза Нацу приобрели страшную форму, теперь ему стало действительно жутко. В этом дворце, было под запретом, что-то чувствовать. Естественно, гневные чувства шли всем на пользу, но вот что-то светлое, доброе и чистое- нет. Если, Зереф осознает, что Нацу начал чувствовать, он просто его убьёт, ему не нужна непокорная игрушка. — Вижу по глазам, тут что-то есть, но я слишком уважаю тебя Брат, чтобы думать о таком бесчинстве. Я даже знаю, как мы можем всё исправить. Предлагаю вам сделку, мои друзья. Вы найдёте тех, кто вам сейчас не даёт жить, а после сразу же их убьёте. Я даю вам месяц, чтобы вы нашли и убили Люси и Грея. В противном случае, я приду за вами. Наконец-то Нацу, стало воистину страшно. На одной чаше весов его честь, покорность и жизнь, на другой Люси, чувства к которой он не может осознать, по сей день.

***

Десять миль, от королевства Лайонесс. Грей на секунду почувствовал мягкость той самой стрелы, что скользила по его горлу. Острая, быстрая, но мягкая. Обернувшись, на владельца стрелы, его сердце сжалось до крошечного комочка, это был не страх, а что-то другое. Необузданное чувство, что не давало покоя. Затем он быстрым взглядом окинул окружающих, с глубоким вздохом он смог всё же произнести речь — Нет, мы не пойдём на это, она же не в себе, она просто прирежет нас прежде чем, мы выйдем из этого лагеря. — Мне, кажется — Люси слегка запнулась — У нас просто нет другого выбора, духовным здоровьем Джувии, придётся пожертвовать, до нашего приезда в Кринг. Мне жаль, Грей, но я не вижу других альтернатив. — Согласен, мне горестно говорить это, но нам придётся довести её туда, а там мы уж решим, эту проблему — Леон старался говорить мягко, тем самым, ограничив злость водной богини. — Нет, так дело не пойдёт — Гажил, резко встал и с диким взглядом произнёс — А если она не станет прежней, вы об этом не подумали? Она наш друг, вы ведёте себя так будто она вещь какая-то. Мы найдём другой способ, и отдадим этому, глупцу, что-нибудь другое. Все умолкли на пару секунду, сказанное Гажилом, тронуло их сердца. С этой войной они забыли, что люди это не просто вещи, а самые настоящие живые создания со своими чувствами. Если мы не можем идти наперекор судьбе, то, что тогда сможет? С другой же стороны, слова Люси и Леона имели свой вес, они и так проигрывают, зачем терять свой и без того скудный шанс. — Ну раз мнения разделились, я пожалуй выскажу своё. Предлагаю вам сделку, если Грей сможет победить меня в честном бою, я мирно иду с вами в это ваше королевство. Покорно и честно, отдаю своё безумство на растерзание, и мы мило уходим в закат. Если он проигрывает мне, вы отпускаете меня восвояси, и больше никогда не пытаетесь меня найти или излечить. По рукам? — Джувия, наконец, отвела водную стрелу от шеи Грея, а затем подняла руки вверх, как бы показав, что у неё только хорошие намеренья. — По рукам. — Грей резко встал, и обернулся к своему сопернику, никто так и не смог понять, зачем же он согласился. — Грей не надо, это ловушка, ты проиграешь — Эльза попыталась встать, но сломанная нога ограничивала её в радиусе движении, если бы не, Джерар, она бы уже мигом свалилась обратно на своё место. — Всё хорошо, не переживайте, её я не проиграю. Прошу, доверьтесь мне— Грей слегка поклонился и провел рукой по воздуха — Дамы могут начинать первые. —Благородно — быстрым взмахом руки Джу создала огромную тучу, и обрушила весь гнев небес на парня. Грей прикрылся созидающим мечом, и ринулся прямо, на тот момент, в своего врага. Его нрав и честь не могли пострадать в этом бою. С каждым новым ударом, Джувия двигалась всё быстрее и быстрее, словно вода, что искала свой путь в проруби. Все лишь разинули рты, от масштабности боя, и поспешили укрыться в укромном месте. Грей не хотел сдаваться, поэтому его удары стали, намного точнее и лучше. Его немного научил прошлый бой, против ловкости, только ловкостью и попрёшь. Их битва завораживала, их драку можно ассоциировать с небесным танцем. Два дьявола, что пришли из ада, кружились в порыве чувств. Каждый чувствовал слабости противника, каждый быстро замечал сильные стороны. Их драка, не была сравнима с настоящим боем, это был зов к чему-то прекрасному. Джувия, быстро бросила затею драться с помощью воды, его лёд перекрывал все её надежды. Преобразив свою магию в меч, она за два шага кинулась на Грея, их клинки стукнули в диком рёве. Если можно точно оценить этот бой, то Джувия по силам почему-то проигрывала Грею, но было одно большое и весомое но. Нельзя недооценивать, чувства и эмоции своего соперника. Она дралась бурно, словно вулкан, с чувством безумства, шла на подлянки, дерзкие и сумасшедшие, она готова была сама погибнуть тут, лишь бы ледяной маг не выжил. Что и требовалось ожидать, она быстрым шагом исчезла из поля зрения, а затем превратилась в воду. Грей не успел даже среагировать, как за своей спиной почувствовал неровное дыхание. — Нет, остановите их, неет. — последнее, что услышал Грей, перед тем, как начал падать на землю. Вес тела Джувии, закрыл ему пути возврата, перед тем как произошло неизбежное, он посмотрел в её глаза. В этих очах, была страсть окутавшая с ног до головы, он больше не мог сопротивляться, этим глазам. Краем глаза, он заметил лёгкую улыбку на её лице, ей видимо очень весело, она безумна, страстна и восхитительна. Грей, наконец, смог осознать, что чувствовал всё это время. Он ненавидел себя, а не её, за то, что она вызывал такие чувства. Он любил её любой. Со всех сторон, каждую часть её тела, каждый сантиметр её души. Что самое страшное, в таком образе, он мог перестать вести себя правильно, она всегда его поддерживала и толкала на правильный путь, но сейчас, Джувия лишь пробуждала в нём те самые зачатки, невменяемости, страстные желания и животные инстинкты. Его мысли быстро прервались, когда меч пронзил его плечо до самой земли, кровь начала стекать по его груди, и оставляло красное пятно на её, небесном платье. — Я выиграла, так ведь? — Джувия начала улыбаться, как милое дитя, безумство овладевало её сознанием. Такой поступок вызвал у неё лёгкое возбуждение и непоколебимое превосходство. Мысли начали теряться от неслабого удара в её лопатку. Грей быстро завернув рукой за тело Джувии, пока она была в не себя от радости, проткнул её кинжалом. Его мысли были задурманены, но он чётко смог сообразить, когда нужно остановиться, прежде чем он достигнет её сердца. На зубах, у Джувии, появились маленькие капельки крови, они стекали и падали на его подбородок. А она всё равно улыбалась, и теперь слегка другой улыбкой, более живой. Она провела ладонью по его ране, а затем поднялась до лица. Его губы истончали дикое желание впиться в них, словно сейчас это было необходимостью. В таком состоянии, она сначала делает, прежде чем думает. Резкое движение и она уже чувствует губы Грея. Горячая влага пролилась по их телам, а вкус железа давал приятный осадок. Мужчина совсем не осознавал, что с ним происходит, он лишь желал её, хотел её всю. Безумие накрыло его с такой силой, что он начала переживать, а не передаётся ли это. Она пахла морским бризом или чем-то похожим на запах после дождя. Так они и пролежали, окровавленные безумные, сплетённые в желанный поцелуй. — По-моему ничья— Грей оторвался от ей губ, и всё так же продолжал, удивляться, её превосходством.