9 причин почему

-Что ж, начнём наш разговор...- Взгляд Малфоя впился в гриффиндорцев, требуя сосредоточить все внимание на своих словах. - Я позвал вас сюда не просто так, я узнал нечто невероятное о смерти Гермионы. На этих словах Гарри нахмурился, а Рон опустил глаза в пол. «Они до сих пор переживают, собственно,так же, как и я...» После этой мысли голос Малфоя смягчился, а взгляд потеплел. -Так вот, недавно у меня была встреча с Фаджем, и он сказал, что Авроры нашли доказательство того, что Гермиона не совершала самоубийство...- На этом месте слизеринец выдержал нужную паузу, подогревая интерес слушателей к своим словам,- Она была убита. Последние слова Малфой произнёс жестко без всякого сочувствия в голосе. В комнате повисло молчание, было видно, как каждый, кто находился здесь, включая самого Малфоя, пытались осмыслить все сказанное и принять. Рон покраснел от злобы, костяшки на его руках побелели, по лицу заходили желваки. Гарри приобрёл бледный оттенок и так и застыл на своём месте, поза его выдавала напряжение. Несмотря на то, что атмосфера в комнате резко наколилась, Малфой был вынужден продолжить: -Но я не совсем понимаю, насколько правдиво то, что рассказал мне Министр, так как после смерти Гермионы...Ммм Тут Драко замялся, потому что понял, что сглупил, сказав последнюю фразу... Он опустил голову, пытаясь придумать правдоподобный ответ, но, как на зло, ничего не на ум не приходило. -Ммм... Гермиона оставила мне письмо... Драко занервничал еще сильнее, он очень боялся этого своего признания, хотя понимал, что рано или поздно ему все равно пришлось бы рассказать об этой своей тайне. Малфой глубоко затянулся воздухом, отгоняя тревогу и только было собрался с мыслями, что бы рассказать о том, что терзало его столько ночей... Но он совершенно упустил из виду гляделки между этими двумя, и стоило ему только открыть рот, чтобы признаться о прощальном подарке, оставленном Грейнджер, как услышал слова Гарри, пульс Драко участился, заставляя сердце биться в бешеном ритме. -И в этом письме Гермиона говорила о том, что стало причиной её смерти? - задал неуверенный вопрос Гарри, еле шевеля губами. Глаза его судорожно сверкали. -Хотя, если быть более точным, о девяти причинах. Верно? Малфой резко вскинул голову и выдохнул удивлённо: -Да. Но откуда ты? - Несколько секунд Драко просто стоял и вглядывался поочередно в каждого находившегося в одной с ним комнате. Во всех чертах лица слизеринца промелькнуло понимание...- Да, я должен был догадаться раньше, что и вы их получили. На ту фразу Малфой получил лишь молчаливый кивок Рона. Складывалось такое ощущение, что все это время он совершенно не дышал и боялся как-либо вообще пошевелится. Глаза его пылали, а голос звучал глухо. -По сути, это мы ее убили, а ведь считали себя ее хорошими друзьями... эти мысли не дают мне покоя уже которую ночь. Иногда я просыпаюсь среди ночи в холодном поту, я будто бы слышу ее крик, плач о том, что мы одни во всем виноваты... в моих жилах и по сей день стынет кровь, когда я слышу о деле Гермионы. Мне кажется, я никогда не смогу себе этого простить!- Гарри схватился за голову, его тело начало мелко подрагивать.- Но твоё известие о том, что Гермиона была убита повергло меня в недоумение. Она же оставила записки, в которых чётко говорилось, что она совершила самоубийство из-за девяти причин - девяти людей, а тут такое... Ты точно уверен в своих словах и доводах к ним? Секунду Малфой раздумывал, будто бы пробуя на вкус эту фразу Поттера... В конце концов он выдал: -У меня есть основания предполагать, что это был не суицид, что кто-то поработал над тем, чтобы ввести в заблуждение абсолютно всех, кто коснется этого дела. Ребята резко замолчали, они были в смятении, и никто из них не знал, что делать дальше. Теперь все казалось ещё более запутанным, чем раньше... Ситуация усложнялась. -Кстати, Малфой, ты не знаешь случайно, кто ещё является причиной смерти Гермионы?- хриплый голос Гарри разорвал тишину, так что ему пришлось прокашляться. Малфой лишь покачал головой. -Я знаю только, что Блейз Забини приложил к этому руку. Гарри кивнул, это он знал, точнее, это знали абсолютно все, разве что глухой не слышал бы насмешки Блейза по поводу письма. -Ммм, мне крайне неловко о таком просить, я понимаю, что это нечто личное, но.. Не могли бы вы рассказать, какими причинами являетесь вы?- Малфой нерешительно спросил у гриффиндорцев, поглядывая по очереди то на Гарри, то на Рона. Сейчас они выглядели просто уставшими, невероятно измученными студентами, вся эта история выжала из них все силы: и моральные, и физические. И Драко ощущал это. Он не хотел давить, но ему нужно было знать, что он не один такой, мучающийся угрызениями совести... -Да, конечно. Причиной было то, за что я, пожалуй, всегда буду себя ненавидеть... она кроется в том, что из-за того, что Гермиона училась на Слизерине, я никогда не вмешивался в ее дела. Ну, если быть точнее, я знал, что ей трудно, знал, что она все время терпит насмешки и издевательства со стороны своих сокурсников, но при этом я ни разу в жизни не заступился за неё... Спросите почему? В этом виноваты стереотипы о том, что гриффиндорцы и слизеринцы якобы не могут быть друзьями. И я до последнего сомневался в наших отношениях, хотя вот сейчас уже, после ее смерти, пришло осознание, каким же идиотом я был, раз вообще задумывался о том, стоит ли вступиться за подругу. Ведь Гермиона не раз спасла мою жизнь, жизнь Рона, при этом ставя свою на кон, и она ничего не требовала взамен, всегда искренне улыбалась нам и готова была поддержать в самую трудную минуту. Гарри сжал кулаки, он еле сдерживался от злости. Да, в этот момент Поттер ненавидел себя больше всего на свете, он ненавидел себя за то, что поддался слухам и мнениям других людей... Малфой просто смотрел на двух гриффиндорцев, которые казалось бы находятся на грани от того, чтобы начать крушить все вокруг, причиняя вред себе в первую очередь. Он ни о чем не думал, в голове была пустота. К Драко наконец пришло осознание того, насколько тяжело было той хрупкой кареглазой девушке... Жизнь слишком жестока. -Ну, а что по поводу тебя, Рон? Вдруг мелькнула тень, стремительно движущаяся в сторону Рона. Мгновение- и девушка повисла на шее парня. По знакомому огненному оттенку волос всем окружающим сразу стала понятна личность нарушительницы покоя, ведь подобная огненная шевелюра могла принадлежать только одной студентке- Джинни Уизли. Все ее лицо было заплаканным, оно буквально припухло от слез и рыданий. «Она была тут с самого начала...», - печально заключил про себя Драко. -Рон, неужели ты ему расскажешь? Ты уверен, что это нужно делать?- голос девушки был будто бы надтреснутым, глаза внимательно следили за мимикой своего брата. -Да, Джинни, нужно, ведь Драко нам не враг. Но послушай, ты ведь здесь была с самого начала, так почему мы тебя не заметили? Хотя, подожди, не отвечай, кажется я знаю в чем дело. - Рон довольно хмыкнул, а глаза заискрили озорными огоньками.- Это ведь благодаря мантии-невидимке ты оставалась незамеченной, верно? В ответ лишь немного неуверенный кивок. Тоненький пальчик указал в сторону двери, где на полу валялся кусок ткани, который девушка впопыхах скинула с себя. Сейчас Джинни с недоверием и испугом смотрела на слизеринца, пытаясь разглядеть что-то враждебное на его лице. Но, по-видимому ничего так и не найдя, девушка просто зарылась в мантию своего старшего брата и затихла. После фразы, сказанной Роном, Малфой понял, что теперь он обеспечен поддержкой гриффиндорцев, сейчас уж слишком много его связывает с этими тремя. -У нас с Джинни почти одинаковая история... Дело в том, что мы никогда до конца не принимали Гермиону, все время ждали от неё какого-то подвоха, ножа в спину. Не зря же ее распределительная шляпа определила на Слизерин. Но чтобы предотвратить удар раньше, чем она его нанесёт, мы всячески пытались отговорить Гарри от дружбы с ней. Сейчас же нам стыдно за то, что мы поддались влиянию общественности, но нашим раскаянием Гермиону не вернуть, ведь у каждого нашего слова и поступка есть серьёзные последствия, и плата за даже невзначай брошенное слово, всегда высока... Рон замолчал, успокаивая плачущую сестру, которая буквально повисла у него на руках. «Н-да, неловко как-то вышло. Я и не думал никогда, что Уизли способен на такие слова... Сколько открытий за такой короткий промежуток времени», - Мысли Драко патокой затопило какое-то искреннее уважение к рыжему, ведь он смог понять, что поступал безответственно, и мало того, он принял факт того, что он виноват перед человеком, которым очень сильно дорожил, и которого заставил пойти на такой шаг. Чтобы как-то выйти из сложившейся неловкой ситуации, Малфой решил рассказать о своём письме... Все равно хуже уже не будет. -Что ж, я один не рассказал о своём письме, так что настал мой черёд. Все дело в том, что ещё в глубоком детстве мой отец,- На это слове Драко очень красноречиво скривился, показывая своё настоящее отношения к конкретному члену семьи, - помолвил меня и одну девушку- представительницу довольно древнего и влиятельного рода. И Гермиона узнала об этом уже после того, как мы наши отношения окрепли, и мы стали друг другу намного больше, чем просто друзья. Она часто говорила на эту тему, умоляла меня разорвать контракт, который заключил мой отец с папашей моей будущей невесты. Но я боялся Люциуса Малфоя, и никак не решался на этот шаг... Проблема решилась вскоре после смерти Гермионы, но было уже слишком поздно: той, ради которой я пошёл против главы своего семейства, уже не стало... -Нас всех объединяет сейчас то, что мы проявили трусость в том или ином аспекте, что привело к трагедии...- рассуждал Гарри вслух.- Но если это убийство, то все в корне меняется, но даже, если все эти письма были просто подстроены, они все равно несут в себе зерно правды, так что мы в любом случае хоть и частично, но несём ответственность за смерть Гермионы Грейнджер, пусть даже если на самом деле она была убита. Теперь нам нужно объединиться, чтобы найти человека, который подтолкнул Гермиону к такому концу либо же сделал это собственноручно. Я надеюсь, ты не против... Драко? Гарри застыл в ожидании ответа слизеринца. Блондин утвердительно кивнул и произнёс: -За этим я вас сюда и позвал, так что я рад, что мы смогли поговорить начистоту. Теперь я чувствую себя гораздо спокойней. «И не таким одиноким», - пронеслась мысль в голове слизеринца. -Да, тут ты прав...- задумчиво прошептал Рон. -Ладно, нам уже пора расходиться. Драко, если до кого-нибудь из нас дойдут какие-либо сведения, мы сразу тебе сообщим. Малфой одобрительно улыбнулся: -Тоже самое могу сказать и про себя. Они распрощались. Сначала вышел Гарри, а потом и Рон, держа на руках впавшую в апатию от переизбытка эмоций сестру. Слизеринец ушёл последним. Уже стоя в дверном проеме Выручай-комнаты, Малфой оглянулся, и ему вспомнились те редкие вечера, которые Гермиона проводила вместе с ним в этой комнате, сидя на мягком кресле и смотря на пылающий огонь в камине. Драко на секунду закрыл глаза, чтобы ещё раз почувствовать то тепло и уют, которые он испытывал, находясь с Грейнджер. Да, это были прелестные времена, жаль, что все так быстро и незаметно закончилось... Сможет ли он ещё когда-нибудь испытать эмоции хотя бы приблизительно схожие с теми? Блондин нехотя раскрыл глаза и плотно закрыл дверь. Ему нужно поспать...