Without you

      Всё начиналось слишком хорошо для драмы. Маленький Юнги переехал с родителями в этот район Сеула, когда тому было шесть лет. Приставучий громкий соседский мальчишка сразу прилип к бедному маленькому альфе. Хосок таскался за своим хеном постоянно, звал его гулять каждый день. И как бы это не раздражало в начале, постепенно Мин начал привыкать, ему даже стали нравится такие вот прогулки допоздна.       Когда альфа начинал грустить, Хоби – так ласково его звал Юнги – брал того за руку и вел. Куда? Каждый раз это были разные места: заброшенный парк с великолепными пейзажами, большие камни на берегу с потрясающим закатом, который почему-то так любил Хосок, размашистое дерево в соседнем квартале, где можно было прятаться среди листьев. И он всегда был таким: веселым, дружелюбным и притягивающим, всегда был рядом. Но Юнги, будучи старше, прекрасно понимал, что в будущем всё это развалится. Ведь Хосок – омега и с альфой ему водиться вовсе не стоит. "Дружба между альфой и омегой невозможна," - так твердили все вокруг.

«Ненавижу эти глупые деления, – в своей обычной ворчливой манере пробубнил Юнги, сидя на излюбленном размашистом дереве, – что альфа, что омега. Неужели нельзя спокойно жить без этого? Если альфа общается с омегой, почему это обязательно пара или безудержный секс?»

       Мин вообще часто делился с другом подобными мыслями. И как не странно, Чон всегда понимал его с полуслова, выражая согласие ко всему, что только говорил ворчун альфа.       Однако время шло, беспощадно приближая к моменту совершеннолетия. И, как не странно, дружба становилось всё крепче и ломать её из-за стереотипов совсем не хотелось. Негласное правило – не видеться во время течки, заменяя общение вживую на скайп – немного печалило, но хоть что-то. Однако, за исключением этих нескольких дней они виделись ежедневно, ежечасно, ежесекундно. Непреодолимая тяга друг к другу оправдывалась многими годами дружбы, пока в один момент сердце не пронзило иглой.       Хосока прозвали солнцем за его вечно яркую улыбку, отзывчивость и теплые успокаивающие слова, неважно как хорошо вы общаетесь, он готов прийти на помощь с вечно теплыми объятиями и развеять все тучи вокруг. Но порой солнце выворачивало на сцене сногсшибательные пируэты с таким блядским выражением лица, что становилось действительно жарко. Но никто и не смел думать об этом омеге, как о чем-то большем, чем о просто друге. Конечно, ведь рядом всё время ходил такой грозный альфа, метающий молнии в любого, кто посмеет коснуться взглядом хотя бы участка кожи Хосока. Юнги был ниже Чона и не такой уж угрожающий на самом деле. Но все знали, что этот маленький белокожий эльфик – грозный нападающий и капитан лучшей университетской баскетбольной команды. Он оставил за своей спиной огромное количество подавленных проигрышем команд. И в буквальном смысле задавленных противников.       Но также всем было известно, что эти двое хоть и таскаются вместе постоянно, хоть и улыбаются друг другу так по особенному, но вовсе не пара, а просто лучшие - прилучшие друзья (прим.: подруффки). Юнги на самом деле спал чуть ли не с половиной города, чтобы унять потребности. И Чона это, вроде как, совсем не задевало. Не должно было бы.

«- А почему меня должно это задевать? – Хосок кидает через зеркало удивленный взгляд на ещё одного своего хорошего друга, – Мы же с ним с детства дружим, Тэ. - Ой, и что? Ты посмотри вон на наших голубков. Чима с Гуком 10 лет дружат! Но ты же прекрасно знаешь о их чувствах, - Тэ грациозно уклоняется от летящего в него учебника по литературе. - Чего вы прикопались к нашей дружбе? - дуется Чим, поднимаясь со своего места, чтобы начать разминку. - Действительно, тут совсем другое, - Пак важно поддакивает хену, испепеляя взглядом ржущего на полу Тэхена. - Ну да. Вы с Юнги хотя бы не так явно взглядами друг друга пожираете »

      Чимин и Чонгук – это и правда другая ситуация. Они познакомились, когда Чимину было двенадцать и сразу влюбились по уши. Только вот уже десять лет тянут с признанием. Каждый в университете считает своим долгом свести их, или хотя бы подтолкнуть к сближению (Особенно Тэхен), но те упрямо толкуют о своей «крепкой дружбе». Когда же эти двое поймут наконец, что любовь взаимна? Наверно, скорее Юнги сойдется с Хосоком, чем до них дойдет.       Но в одном Тэ оказался прав, Хосока задевал факт, что Юнги трахается с каждым встречным-поперечным течным омегой. И всё можно списать на простое недовольство от частой смены партнеров и беспокойство за лучшего друга. Болезни там, и всякая прочая ерунда, которая, впрочем, Чона не заботила совсем. Хотя именно так он оправдывал свои недовольные выражения лица, когда встречал не выспавшегося друга, после очередной бурной ночи, у своего общежития.       Но пока всё шло своим чередом и Юнги продолжал проводить всё свое свободное время с Хосоком. Что не могло не радовать. Альфа каждое утро приходил к спальному корпусу друга, чтобы сопроводить до университета, составить компанию и позаботиться о безопасности омеги. Ведь «Ты что, как я могу тебя такого глупого одного оставить? Ты же лыбишься всем подряд, это могут и за разрешение к наступлению принять!». Насчет «глупый», конечно, можно было бы и пообижаться, но Хосок просто не умеет, да и не хочет. В этом контексте «глупый» звучит сносно, даже мило. - Хэй, Хосок-и, - Юнги налетел на друга в столовой, подозрительно счастливый, – купи мне покушать, я ужасно голоден, а денег с собой нет. - Ох, и за что мне такой безответственный хен? – Чон сдержанно улыбается и пододвигает свой поднос к альфе, – как знал, что снова дома их оставишь. Ешь, Юнги. - Но… - Мин поднимает лист салата с тарелки, придирчиво рассматривая его, – я не козел, я такое не ем. А можно мне мяска? - Пока я здесь покупаю тебе еду, так что ешь, то что дают, - омега победно откидывается на спинке стула, двигая поднос ближе к другу. - Ну, Хосок-и, а если хен тебя крепко обнимет? – Не ожидая ответа, Юнги поднимается со своего места, и мягко обнимает друга со спины, щекоча его ухо своим дыханием, – вот так. - Ах, Юнги, - Хосок бережно убирает обвившие его шею руки и поднимается с места, - Жди здесь, и всё же попытайся съесть хотя бы немного. - Хорошо! Спасибо, Хоби, люблю тебя!       Так и шло время, дружба крепла и разрывать её по-прежнему не хотелось. Но только вот, Юнги начал реже в университете появляться, Хосока перестал провожать и вообще агрится как-то на всех. Всё прояснится позже, когда Мин при всех объявит о своих отношениях с омегой и прилюдно поцелует его. То-то этот парень весь светился от счастья в последнее время. Он ведь сталкерил за Юнги чуть ли не с самого своего поступления в университет искусств.       Хан Хенсу был младше альфы. Кажется, они с Чимином и Тэ на одном курсе, однако Хенсу был безоговорочно признан самым красивым парнем учебного заведения (как бы Чимин не пытался это опровергнуть). И уж Хосоку с ним точно не тягаться. Ведь, если даже вакансия лучшего друга Мина была закрыта постоянным омегой, то о большем и думать не следует. А Чон, вроде, и не собирался, просто хотел вернуть их прежнюю дружескую взаимосвязь. Только вот ревность не свойственна друзьям? - Ещё как свойственна! – щебетал Чимин, искоса поглядывая на новоиспеченную парочку. Из его уст это правда как-то не очень убедительно звучало, - вы вместе чуть ли не с пеленок. - Ты преувеличиваешь, - Хмурится Хосок, – в шесть лет о пеленках и речи уже не шло. - Ой не придирайся к словам, хен! – Чонгук, поглощающий очередную порцию, толкает омегу в плечо. - Вот именно. У вас просто очень крепкая связь на… этом… как его?.. на духовном уровне! – встревает Ким, наконец оторвавшись от телефона, - Вот и раздражает тебя, что тот оставил тебя ради какой-то шлю- - Тэхен! – вскрикивает Чон-старший, призывая друга сбавить обороты, – вы же, вроде раньше дружили с Хенсу. - До тех пор, пока он не увел парня нашего хорошего друга, - Чонгук подмигивает раскрасневшемуся омеге, по-тихому подворовывая куски мяса из тарелок хёнов. Чимин замечая махинации самого младшего толкает к нему свою тарелку, получая за это счастливую улыбку и восхищенный взгляд. - Да не парень он мне! – Хосок вскакивает с места, обращая на себя внимание студентов, таким отчаянным выкриком. Парень тут же извиняется и садится на место, повторяя уже тише, – не парень он мне.       Но Юнги и правда на контакт не шел, как бы младший не старался. Он видел его только в столовой и иногда в коридорах мельком. Всегда под ручку с Хенсу и вечно лапающим его. Тоже мне любовь... Кого он обмануть то пытается. И, вроде, как и счастлив, но что-то чересчур наиграно. И надо бы спросить в чем дело, но вместо развернутого объяснения, Хосок, получает лишь ленивые односложные сообщения:

Хосок: Юнги-я, давай поговорим? (u_u) Юнги: О чем, Хоби? Хосок: Почему мы перестали общаться? (>_<) Юнги: а сейчас мы что делаем? Хосок: Я скучаю по нашему общению в живую, но ты с Хенсу все время (Т_Т) Даже не смотришь в мою сторону, а я так скучаю... Юнги: Я люблю Хени и хочу уделять ему как можно больше времени. Прости, но на тебя времени у меня нет. Хосок: А… ну извини, что отвлекал тебя все эти 14 лет (._.)

      И всё бы шло так и дальше, если бы не добрый Ким -сонсенним, который ужасно фанючит на отношения Юнги и Хосока, и ни за что не позволил бы им разругаться. Не то чтобы был какой-то супер гениальный план примирения, а потом звездочки, сердечки и любовь до гроба… на самом деле, всё как в банальных мелодрамах для юных омег. Запереть их в кладовой и пусть мирятся как хотят. Чимин с Чонгуком, и куда уж без Тэхена, естественно, только рады помочь доброму дяде Сокджину и затащить друга пошушукаться в подвал, а потом по-быстрому слиться, когда Юнги появится на горизонте. На том и решили. И в один прекрасный понедельник плану суждено было свершиться.

***

      Обычное никчемное утро, не предвещающее беды. Омега поднимается от приятной, обычно, мелодии, но такой ужасно раздражающей в шесть утра. Черт бы побрал Чимина и его бзики звонить наперегонки с будильником. - Черт возьми, Чимин, я точно тебя когда-нибудь придушу, - Хосок начинает их разговор с угроз, потому что заколебал уже откровенно. Можно же было ещё часик поспать, но теперь уж точно не уснуть. - Привет, Хосок-и! – радостно восклицает необычайно бодрый Чимин в динамике, заставляя Чона отпрянуть от мобильного, дабы не оглохнуть, – Го тусить? - Пак, задницу твою Чонгуковскую, Чимин. Шесть ебаных утра! ПОНЕДЕЛЬНИК! Сука, иди ты, знаешь куда? – старший не выдерживает, собираясь сбросить вызов, но его останавливают. - Ну, Хосок-и, не будь грубым, - протягивает друг, – мы с Гуком ждем тебя возле общежития, собирайся и выходи. И давай быстрее, а то тут холодно. На этом разговор заканчивается и Пак первым сбрасывает, не давая путей к отступлению и времени на придумывание чего-то более обидного. Хосок, конечно, мог послать и по смс, но он всё равно уже не уснет, а так есть шанс врезать Чимину. Но друга он и пальцем не тронет, и нет, не потому что Хосок такой весь из себя добряк, а потому что гора мышц - по имени Чон Чонгук - рядом с малышом Минни не настраивает на избиение Пака. - И что ты хочешь от меня в шесть ебаных утра? – вместо приветствия сетует Хосок, подлетая к другу. - Ким-сонсенним попросил всех нас прийти раньше и помочь ему кое с чем. Ты же не откажешь доброму сонесенниму? – Чимин строит умоляющую щенячью моську. - Только ради сонсеннима, но никак не из-за твоих глупых уговоров. Но в следующий раз… – старший строго погрозил пальцем в ответ на радостный визг Чимина. - Да-да! В следующий раз ты просто пошлешь меня куда подальше и завалишься спать, я понял, спасибо, - Пак уверенно подхватывает друзей под локти, уводя по направлению к институту.