Ворон-палач

Элла Эрнст с надменным видом попивала чай из крохотной чашки тончайшего хрусталя за огромным обеденным столом. Ей только по-аристократически оттопыренного пальца не хватало. Поставив чашку на блюдце, Элла соизволила поднять холодные голубые глаза на сына. - Рихард, дорогой, напомни, пожалуйста, еще раз - зачем нам разыскивать этого Палача? - брезгливо сморщилась Элла, - Как ты назвал его? Ворон? - Почему, кстати, Ворон? - недоуменно добавила волчица. - Он каркал, как ворон. И пах большой птицей, - поспешно пояснил Рихард. - Люди так не пахнут. Думаю, ты от нервов потерял нюх, - недоверчиво хмыкнула Элла. Рихард промолчал, но почти сразу выпалил: - Мама, я хочу отблагодарить его. Он спас меня. Элла злобно оскалилась: - Я подала заявление в полицию. Ту группу Палачей, что напали на тебя, уже ищут. Если не найдут, один Бог знает, что я им устрою. А этого Ворона ты благодарить не должен. Он просто спасал свою шкуру. Если бы ты пропал, мы бы по кирпичику весь город разнесли. - Не думаю, что он узнал меня, - с затаенной обидой возразил Рихард, - Он спрашивал, где я живу. Он не был в курсе, кто я. Но и мою благодарность Ворон не принял. Сказал, что просто выполнял свою работу. - Но он и правда просто добросовестно выполнил свою работу! Тут нет каких-то особых достижений! - фыркнула Элла. - Может, ты и права, но я благодарен! Я хочу посмотреть ему в лицо и сказать "спасибо"! Неужели мне не позволено такой малости?! - возмутился оборотень, почти вскакивая со стула. Элла сморщилась так, будто проглотила целый лимон. - Рихард? Где твои манеры? - прошипела волчица, - И не надо устраивать скандалов. Я договорилась с начальником полиции. Сегодня в полдень мы съездим в участок, и ты сможешь встретиться со свои спасителем. На слове "спаситель" Элла чуть обнажила верхние клыки, выражая презрение к Ворону, но счастливый Рихард не обратил на это внимания. Он еле досидел до конца завтрака, дрожа всем телом, а после осточертевшего ежедневного ритуала, бросился наверх в свою комнату, где на кровати лежала аккуратно сложенная темно-серая толстовка. У Рихарда не поднялась рука ее постирать. Она все еще едва ощутимо пахла большой хищной птицей. Оборотень бережно взял в руки толстовку. Пока он мог говорить "спасибо" только мягкому хлопку. *** В участок они прибыли, чуть опоздав. Элла считала плохим тоном приходить заранее. Пусть все вокруг ждут ее, словно венценосную особу. Начальник полиции проводил их в зал для совещаний и усадил в мягкие кресла с подушками. Женщина в форме принесла им чашки с кофе и маленькие пирожные. Элла лишь покровительственно кивнула. - И как продвигаются дела с поиском тех негодяев, которые чуть не погубили моего сына? - надменно произнесла Элла. - Ищем-ищем, - раболепно заявил начальник полиции. - Не долго ли? У вас за каждой территорией прикреплена определенная группа Палачей. Или я ошибаюсь? - презрительно проворчала Элла. - Не совсем так, миссис Эрнст. Группы часто меняются территориями. Иногда это происходит в обход центра. Палачи - очень скрытная структура. Но мы работаем. Мы найдем этих мерзавцев! - лебезил перед волчицей начальник полиции. - Очень надеюсь на это, - отрезала Элла, с видом королевы откусывая от пирожного. У Рихарда в горло кусок не лез. Он вертелся на своем месте, вызывая недовольные взгляды матери. Оборотень пристально смотрел на дверь, будто ожидая, что она вот-вот задымится, и крепко прижимал к себе толстовку, которую он планировал отдать своему спасителю. В коридоре послышались шаги. Рихард подобрался. Дверь распахнулась, и начальник полиции радостно вскричал: - А вот и наш герой! В зал зашел сверкающий голливудской улыбкой блондин с правильными чертами лица и невероятными, будто искусственными, голубыми глазами. Рихард нахмурился. Почему-то Ворона он представлял себе не так. Этот человек был слишком совершенным, что никак не вязалось с грязной и опасной работой Палачей. - Знакомьтесь, мои дорогие Эрнсты! Майкл Бент! Лучший из лучших! Гордость нашего участка! - распинался начальник полиции, будто они сейчас находились на телевизионном шоу или на скачках, а Майкл Бент был скаковым жеребцом. - Позвольте вашу руку, мадам! - выдохнул Майкл, склоняясь над Хелен, и Рихард побледнел от разочарования и злости. - Это не мой спаситель! Это не его голос! - вскричал оборотень, сжимая кулаки и вскакивая с места. Майкл абсолютно точно не был Вороном. Он не говорил, как Ворон, не вел себя, как Ворон, и не пах, как Ворон. От этого несло жутким химическим запахом, будто Майкл вылил на себя флакон туалетной воды. - Да что вы такое говорите, мистер Эрнст?! - оскорбился начальник полиции, - Человек старался, спасал вас, а вы?! Как вы отблагодарили его? Рихард рассерженно зарычал: - Вы совсем сдурели?! Думали, я подмены не замечу?! Это не мой Ворон! Дайте мне моего спасителя, а не эту картинку из журнала! Майкл с видом оскорбленной невинности приложил руку к груди: - Мистер Эрнст, я не знаю, почему вы так на меня взъелись, но я искренне хотел вам помочь. Я отбил вас у этих бессовестных Палачей, которые... Рихард обреченно застонал. Это чучело даже говорило так, будто монолог на театральной сцене читало. Жесть какая! К чему, вообще, был весь этот цирк?! - Да, мистер Эрнст, вы очень плохо поступаете с Майклом. Он честный Палач, - не унимался начальник полиции. Майкл в это время подобрался к оборотню поближе и невинно ткнул пальцем в толстовку в руках Рихарда: - О! Разве это не моя вещь? И пока разозленный оборотень отходил от Майкла, мать вбила последний гвоздь в крышку гроба его терпения: - Рихард, милый, успокойся! Ты был так напуган! Неудивительно, что воспоминания перепутались. Оборотень зарычал в бессилии. На память и обоняние он никогда не жаловался. Его выдержка лопнула. - Не ваша это вещь. Руки уберите, - прошипел Рихард Майклу, прижимая толстовку к груди. - Я вам это еще припомню, - проворчал оборотень и в расстроенных чувствах выбежал из зала, краем уха улавливая, что мать сетует на его моральную травму, и злясь еще сильнее. Рихард выбежал на крыльцо участка и сразу поник всем телом. За что такая несправедливость?! Даже "спасибо" сказать не позволили. Да и какой в этом представлении был смысл? Зачем один человек выдавал себя за другого? Никогда оборотень не замечал за людьми таких глупых поступков. Рихард поморщился. Но не от всей ситуации в целом. Просто недалеко от крыльца стоял человек и неспешно курил, откинувшись на стену. Оборотень ненавидел запах дыма и теперь недовольно посматривал на мужчину. Вот стоит здесь, воздух портит... Палач, наверное, какой-нибудь. По крайней мере, капюшон на человеке полностью скрывал его лицо, а ладони были стянуты перчатками. Рихард прикрыл нос рукой, и мужчина, будто услышав его мысли, потушил о стену сигарету и щелчком отправил ее в урну. Оборотень закатил глаза. Позер. Человек поправил капюшон толстовки, порылся в карманах и достал оттуда смятый лист бумаги и ручку. Рихард с интересом вытянул шею. Пару секунд мужчина сосредоточенно что-то черкал, потом повернулся в сторону оборотня, поднял листок вверх и помахал им из стороны в сторону. Затем мужчина развернулся к раскидистому кусту, непонятно откуда взявшемуся у участка, и проткнул бумагу одной из веток, оставив лист качаться на ветру. Выполнив странную последовательность действий, человек неспешно направился к одной из машин, припаркованных неподалеку. Заинтригованный Рихард, провожая взглядом спину мужчины, подпрыгнул к кусту и схватил лист бумаги. На нем аккуратным ровным почерком было выведено: - Всегда пожалуйста. Но не ищи со мной встречи. Палачи не приходят. Снова будешь лицезреть куклу. Толстовку можешь оставить себе. Рихард вскинулся и лихорадочно сорвался с места, выбегая на дорогу. Тот автомобиль, в который сел мужчина - Ворон, начал исчезать из виду. - Надо было сразу догадаться! - ругая себя, думал оборотень, - Не заговорил со мной, а оставил записку! Побоялся, что узнаю и пристану! А из-за дыма я и запах его не почувствовал! - Ну ничего, - твердо решил Рихард, - Все равно я с ним встречусь и скажу "спасибо" в лицо. Но только почему Палачи не приходили на встречи? Что за странные обычаи?