Зло

      Каково жить в столь мрачном месте, когда на многие километры простирается лишь пустошь, кишащая гримм, а вокруг тебя практически не души?! Определенно, в этом нет ничего приятного, но сама Ангра так не считала. Мрачная атмосфера на нее не влияла от слова совсем. Гримм ей подчинялись. Немноголюдность так и вовсе была для нее весьма кстати.       Когда-то она была сердцем целой религии. Ее всегда, постоянно окружали толпы каких-то людей. Она давно перестала запоминать их лица и имена, перестала слушать их фанатичный, безумный и бессмысленный трёп. Как правило, её либо пытали, либо не давали умереть или сойти с ума. Те, кто приходил просто посмотреть на «Все Зло Мира», были невероятной редкостью в её храме, её доме, её… темницы тела и души. И пускай её ощущения поблекли от времени и смерти, но воспоминания-то остались… Они до сих пор заставляют её на долю секунду прикрывать глаза, дабы прогнать отголосок наваждения.       Необычно. Здесь… Здесь и сейчас люди не хотели причинить ей вред. Странно. Они все относились к ней с… уважением. Всегда готовы были помочь. Артур, что кратко рассказал ей обо всем этом новом мире, весьма странный, совсем немного похожий в своей убеждённости на тех фанатиков. Тириан… Странно, но он называл ее «богиней». Сам он куда больше походит на тех, кто её мучил, что вызвало в Ангре непонятный отклик, но та всё-таки чувствовала и понимала его различие с Ними. Хейзел — немногословная личность. Синдер, Эмеральд и Меркури, с ними Ангра полетит в Вейл, одно из четырех королевств, на какой-то «турнир». И, конечно же, Сейлем.       Та, кто позволила ей когда-то умереть. Та, кто оживила ее. Бессмертная Сейлем, проклятая богами. Теми богами, что позволяли пытать Ангру, что в одно мгновение уничтожили всё человечество. И все из-за того, что Сейлем хотела вернуть к жизни того, кого она любила. Любила.       Смысл этого слова Ангра никак не может понять. Когда она была «Всем Злом Мира», она не могла нормально жить. Она не знает смысла многих понятий и вещей, пусть она и быстро учится. Однако это слово, «любовь», ей не понятно. Сейлем рассказала, что это такое, но Ангра все равно не понимает это. «Все Зло Мира», даже когда ее восхваляли, не была достойна любви людей. Они не выказывали ей её, и она платила им тем же. Ангре предстоит еще многое наверстать. Но все это потом.       Сейчас она поднималась по деревянному трапу на воздушный транспорт Мистрала, еще одного из четырех королевств. Ангра или, как ее будут называть в Вейле, Анри была записана, как ученица «академии Хейвен», где обучают «охотников» — людей, что умеют пользоваться Аурой для защиты остальных от гримм. Сделано это для того, чтобы Ангра могла поучаствовать вместе с Синдер, Эмеральд и Меркури в «турнире», что проходит во время «Международного Фестиваля Вайтела». И если у ее сопровождающих есть какая-то определенная цель там, то для Ангры это просто возможность нормально посмотреть на «новый мир». Поднявшись по трапу, «Анри» увидела, что все остальные уже здесь, дожидаются ее. — Вы сделали все, что хотели? Мы можем отправляться? — чуть оживившись, вопросила Синдер, бывшая в своём красном платье, но теперь с ещё и двумя изогнутыми одноручными мечами. Ангра, всё такая же холодная, даже не посмотрев в сторону своих попутчиков, прошла по кабине и встала у открытой её части, где-то с минуту потом смотря на пустоши. — Да. — только и сказала она. Транспорт будто только и ждал её слова, чтобы потом прийти в движение.       Кабину несильно тряхнуло, после чего виды за пределами их корабля начали медленно плыть в сторону. Постепенно земля уходила всё дальше вниз, а сам транспорт начал разворачиваться в нужном направлении, с каждой секундой набирая всё большую скорость. Минута полёта. Вторая… Ангра стояла в тишине на том же месте совершенно неподвижно. Безжизненная картина… — Знаете… — …что была нарушена всего одним словом.       Как только Синдер заговорила, взгляд Ангры тут же метнулся к ней. Причём та сама не сделала ни единого движения: ни один мускул лица или шеи не дрогнул, только взгляд скользнул на Фолл. С учётом того, обладательницей каких глаз являлась «Всё Зло Мира»… От того, сколь резко её взгляд пронзил Синдер, последняя даже на мгновение потеряла дар речи, хотя она уж точно не была той, кого легко можно сбить с толку. Что уже, наверное, говорить о её подчинённых?! — Знаете, вам стоит побольше двигаться, а то это выглядит слишком неестественно. Так вы будете сильно выделяться. — янтароглазая смогла быстро взять себя в руки, так, что даже запинок в речи удалось избежать. Она бы не добралась так высоко, если бы один взгляд мог заставить ее сильно занервничать — создается ощущение, что вы даже не дышите. — хотелось было добавить ещё, но… — Но я и так не дышу. — перебила её Ангра, ответив своим даже не холодным, бесцветным голосом. Фигура её и поныне неподвижна: лишь её губы скупо пропускали слова. Что же… вот к этому Синдер уже была готова.       В конце концов она знала, что Ангра Майнью весьма специфичный… человек?! Сейлем объяснила ей, что эта странная девушка совершенно не адаптирована к нормальной жизни. И хотя за последние несколько дней она смогла немного привыкнуть к их частичке современного мира, её незнание элементарных вещей сможет поразить даже ребёнка, что явлется лишь частью общей беды. Социализация. Ангра совершенно не готова к общению с людьми, потому Синдер жизненно необходимо будет свести проблемы, которые будут из-за этого недостатка, к самому возможному минимуму. Причем в первую очередь проблемы Ангры, если придется, в ущерб собственной выгоды. Весьма непростая задача. — Понимаете, — Синдер снова обратилась к Ангре, на ходу стараясь подбирать правильные слова — дело не в том, дышите вы или нет, а в том, как неестественно это выглядит. Вы слишком выделяетесь, а люди обычно избегают всего того и тех, кто выделяется. Боюсь, так вам может быть тяжело найти хоть кого-то, кто захочет с вами заговорить. — к удивлению самой Синдер, совсем маленькая, но самая реальная толика беспокойства за Ангру проскользнула в её голосе. Вот теперь «Всё Зло Мира» соизволило полностью повернуть к полу-деве свою голову.       Ее грудь неожиданно стала расширяться, отчего белая кожа на шее немного потрескалась, показывая под собой черную жидкость разрушения. Секундой позже опухоль прошла, чтобы потом вновь расшириться. И ещё раз. И ещё… Эта симуляция дыхания была столь неестественной и жуткой, что можно было бы подумать, что что-то пытается вырваться из Ангры, но на дыхание это было ну никак не похоже.       Эмеральд непроизвольно шагнула за Синдер: она думала о том, что, видимо, в этой поездке в Вейл у нее появятся первые седые волосы. Даже Меркури, не жалующийся на самообладание, сглотнул от этого жуткого зрелища, в мыслях успев припомнить все известные ему матерные конструкции. Лишь Синдер сохранила полное спокойствие. — Так лучше? — и снова. Даже тени на эмоции нет. Ангра немигающим взглядом впилась в Синдер, но та и это выдержала. — Нет. — несмотря на то, что для неё ТАКОЕ тоже в новинку, Фолл смогла ответить уверенно — Лучше не стоит пытаться воссоздать что-то, от этого только хуже… Просто попытайтесь иногда немного больше двигаться, а не стоять неподвижно. В вашем случае этого будет достаточно. — был дан совет. И всё-таки внутренне же Синдер поражалась стоящей перед ней девушкой.       Конечно, учитывая ее историю, все эти странности понятны, но как раз-таки понимать и видеть ЭТО перед собой — две разные вещи. Однако Синдер не жаловалась. Более того у нее было весьма искреннее уважение к этой странной девушке, связанное не столько с тем, через что та прошла, хотя, конечно, это тоже имело большое значение, сколько с самой её силой. О да, для Синдер это был главным фактором. Она стремится к силе, жаждет силу, и она же её получает. А еще Фолл склоняется перед ней. Перед силой Сейлем, а теперь еще и самой Ангры.       Когда Синдер забрала часть силы Девы, та стала частично гримм. И тогда она почувствовала нечто новое. Это чувство… если его описывать, то можно сказать, что это голод, пустота внутри, которая желает быть заполнена. Но это чувство не гнетет, наоборот, оно опьяняет. Помимо этого Синдер стала ощущать, когда кто-то рядом испытывал отрицательные эмоции, это ощущение приносило удовольствие, но самое главное, она стала ощущать других гримм. Она стала буквально чувствовать их присутствие и их могущество. Когда же полу-дева вновь вернулась в Гримм-лэнд Синдер была поражена.       Она всегда знала, что там, под замком, много гримм, но ранее она не представляла, насколько великая сила таится в той земле. Бесчисленные орды слабых, толпы чудовищных гримм дремали там, ожидая часа, когда их хозяйка пожелает накрыть все королевства Ренманта толщей ужаса. И ведь была ещё сама Сейлем. Ее мощь подавляла. Посему обещание силы близкой по уровню к таковой у самой Сейлем, если Синдер сможет забрать силу всех четырех дев, не могло не воодушевить новую «Осень». И совершенно неожиданно появилась Ангра.       Синдер ещё в тот момент, когда Ангра Майнью только воцарилась в мире, узнала о той. В отличии от всех остальных, что не могли это почувствовать, Фолл ощутила ее появление и это повергло ее в глубочайший шок. Эта сила совершенно легко чувствовалась даже через километры. Эта сила была чудовищна. Она не подавляла, как сила самой Сейлем: она попросту затмевала всё! Даже саму Сейлем невозможно было почувствовать рядом с Ангрой. Сила этой странной девушки была воистину безмерна. Словно ты смотришь через маленькое окошко на гладь бесконечного океана. И пускай Синдер чувствует эдакое неудовольствие от того, что Ангра во многом усложняет их положение, та быстро давила это в себе, понимая, что «Все Зло Мира» неслабо облегчает план, ведь одно её нахождение в Вейле будет приманивать новых гримм. Тем временем, пока Синдер размышляла, транспорт уже давно покинул пустоши и пролетал над океаном. — Да, кстати, — всё-таки спохватилась Фолл — перед тем, как мы отправимся в город, мы должны остановиться в одном месте, дабы получить нового союзника. — поделилась та своей необходимостью. — Союзника? — прошелестел голос Ангра. "Всему Злу" было интересно…       На самом деле ей было интересно очень многое. Столько лет живя в подлунном мире, она почти ничего не видела, никогда ни с кем не разговаривала, столького не ощущала. Ей бы в пору интересоваться всем вокруг и постоянно общаться, но годы боли вымыли собой это из неё. Нет ни знаний, ни даже понятий, казалось бы, самых простых вещей. — Да. — кивнула Синдер — Это один из руководителей Белого Клыка — организации фавнов, что борются за своё равноправие. Правда, раньше он отклонил наше предложение, так что в этот раз будет необходимо провести демонстрацию силы, чтобы показать ему, что выбора у него нет. — прорезалась в её голосе сталь. — Демонстрацию силы? — в свою очередь вопросила Ангра. — Нам нужно показать ему, что мы гораздо сильнее его самого и, если он нам не поможет, можем его спокойно уничтожить. Но не переживайте, вам делать ничего не придется, мы и сами справимся. — заверила её Фолл. — А зачем нужен этот «союзник», если он слабее вас? — последовал новый вопрос. — У него есть армия, которая может быть нам весьма полезна. — был дан ей ответ. Ангра на несколько минут задумалась. Синдер уже решила, что на этом разговор окончен, но… — Хм… если оно нужно… я могу показать ему силу. — предложила та свою помощь. На самом деле неудивительно, что «Всё Зло Мира» проявила свою инициативу.       В новой жизни её обуревают столько новых ощущений, что Ангра неспособна не то что понять или описать их, но даже ощутить в полной мере. Столько много было ей упущено и ей… Она не могла понять, что ей «хотелось» познавать новое. Был отклик чего-то, заставляющего её впервые за долгое время внутренне всё-таки поднапрячься с контролем собственного тела. Будто бы вернулись те времена, когда девушка ещё не могла контролировать свои телодвижения настолько хорошо, отчего был шанс вновь ощутить боль от цепей или потревоженных ран. Но теперь ничего из прошлого её настигнуть не могло, потому… — Хорошо, если вы этого хотите. — Синдер не могла ничего с этим поделать. Конечно, это не входило в планы и это несколько меняет дело, но, в самом деле, не будет же она запрещать Ангре действовать?! Тем более с её силой демонстрация будет более наглядна. Хотя появятся некоторые новые проблемы… — Только постарайтесь никого не убить. Лишние жертвы нам ни к чему, ведь нам еще сотрудничать с ними. — всё-таки предостерегла полу-дева древнюю. — Хорошо. — только и ответила последняя. На этом разговор все-таки закончился и Ангра вновь повернулась в сторону, продолжив наблюдать за огромным океаном, простиравшимся под ними.

***

А они всё летели и летели. Океан уже успел смениться землей.       Тишина так и не была нарушена. Синдер не видела нужды в новых разговорах: она пыталась найти наиболее выгодный выход из ситуации. Эмеральд и Меркури все еще чувствовали себя неудобно в присутствии наречённой «Владычицей Зла» и не решались заговорить. Сама древняя за прошедшее время не сделала даже малейшего движения. Так было, пока транспорт не начал понемногу снижаться, а потом и вовсе сел на какой-то поляне посреди леса. Все четыре лже-студента Хейвена вышли из транспорта.       Оказавшись в лесу, Ангра Майнью неожиданно для всех остальных стала осматриваться по сторонам. Не было похоже на то, что она что-то ищет, ведь ни лицо, ни глаза ее никак не изменились. Девушка лишь немного двигала шеей, поворачивая голову то туда, то сюда. И правда, она осматривала столь необычное и непривычное для нее место. Место, полное жизни.       Острый взгляд неторопливо передвигался от одного объекта к другому, от одного вида к другому. И было бы всё это нормально, но даже такое обычное для всех «неторопливо» было несвойственным для могущей стать собственной статуей Ангры. Такое многообразие… Зеленые растения, мелкие насекомые, птицы на ветках, кучкой растущие под одним из деревьев грибы: всё это было привлекательным для Ангры. За всего несколько дней новой жизни после тысячелетия боли и смерти, невозможно подготовится к такому. Прохладная мягкая трава под босыми ногами, шум полного жизни леса и его особенный запах, что ни с чем не спутать, журчание ручейка неподалеку… Все это заставляло Ангру… теряться.       Неужели так было всегда? Неужели для остальных подобное может быть нормально? Как могло существовать такое празднество жизни в тот момент, когда Ангру годами пытали люди? И это всё существовало когда-то ТАМ, ТОГДА, за стенами её темницы, в такой непозволительной близости от неё? Как может оно существовать, когда там за океаном находится бескрайняя, безжизненная пустошь, что находится под безраздельным властвованием Сейлем? Медленно Ангра пошла в сторону деревьев. Не понимающие ее реакции, остальные не решались мешать ей.       Древняя подошла к дереву и коснулась его рукой, почувствовав твердую, шершавую кору под ладонью. Но как только черный ноготь коснулся коры, послышался треск, а дерево начало иссыхать прямо на глазах. Девушка резко отдернула руку, чтобы не навредить дереву ещё сильнее. Она посмотрела на свои ногти состоящие из черной жидкости разрушения, как и сама плоть с…       Девушка резко обернулась и обнаружила, что трава, там где та касалась её ногтей ног или платья, посерела и умерла. Ангре это не понравилось и, вот, все могли наблюдать, как ногти и платье ее покрываются костью создающей узор из листьев и веток. Наросты закрыли собой далеко не все, но достаточно. Другим коснуться черной жидкости случайно теперь будет гораздо сложнее. Секундой позже по новой поверхности разбежались, будто венки, бледноватые ручейки черной жидкости, оставляющие совсем тонкий костяной слой, что почти не мешал видеть эту жидкость, но разграничивал их и окружающий мир. Ангра осмотрела себя, оказавшись удовлетворенной своим внешним видом. Ее спутники же были весьма удивлены: они и подумать не могли, что это платье так же часть тела древней. — Кхм… — первая пришла в себя Синдер, понявшая, что Ангра больше ничего сделать пока не хочет — Если вы больше не хотите ничего сделать, то нам стоит уже отправиться к лагерю Белого Клыка. — напомнила она старшей спутнице. На том и порешили.       По ходу движения Ангра постоянно рассматривала все вокруг, периодически скользя глазами по округе, иногда даже поворачивая головой. Это несколько обрадовало Синдер: может все будет не так плохо. Да, даже сейчас Ангра выглядела ну очень неестественно, но это уже что-то. Так может, если дать ей немного времени, она быстро адаптируется под нормальную жизнь?! Вскоре они все достигли своей цели.       Лагерь Белого Клыка представлял из себя большую поляну, полную палаток и костров. Границы с лесом патрулировали фавны в бело-черной форме с красной эмблемой на спине. Символ представляло из себя морду мощного, грозного зверя, вроде тигра, поверх следа от трёх когтей. Так же все они носили закрывающие их глаза и части лиц белые маски с красным узором, сделанные на манер гриммовых костяных. — Эй, стоять! Ни шагу дальше! — заметив подошедших, крикнул фавн, направляя на них огнестрельное оружие. — Это они? — игнорируя фавна спросила Ангра. — Да. — не менее спокойно ответил полу-дева. Как только Ангра получила ответ, та сразу же исчезла.       В следующее мгновение, древняя оказалась прямо перед фавном, у которого уже разлеталась ошметками, буквально, взорвавшаяся голова. Ангра посмотрела на свою руку: неожиданно хрупкие. Всё-таки была мысль, что такой удар только выведет его из строя. Тем временем подоспевшие фавны открыли огонь по вторженке. Их пули ломали кость и врезались в тело Ангры, но та на них даже не посмотрела. Вот она вновь исчезла, и те фавны, что стреляли в нее, разлетаются в разные стороны, а между ними стоит олицетворение «Всего Зла Мира». На сей раз уже удовлетворенная результатом она вновь исчезает и резко раздается сильный грохот отовсюду сразу, быстро поднимается густая пыль, а землю даже слегка потряхивает. Несколько секунд и земля рядом с Синдер и остальными буквально взрывается, осыпая их клочьями и поднимая пыль уже тут, а не в лагере. Затем слышится звук железа, скользящего по железу, а после хлюпающий звук. Когда пыль осела все могли увидеть весьма удивительную картину.       В образовавшемся от взрыва кратере находился мужчина, которого прямо за лицо держала Ангра. Её рука едва покрывала лицо поверженного, но это ничуть не портило ощущения им обоим. Вообще этот человек выглядел заметно более внушительно, чем сама Майнью. Точнее выглядел бы, если бы не был прижат ею же к земле. В руках этого фавна была красная катана, что пронзила собой сердце Ангры. Или же тот участок плоти, под которым то должно бы скрываться. — Это тот кто нужен? — тихий голос, буквально, разорвал образовавшуюся тишину. А ведь представление только начинается…