Другие

— Почему так сильно болит голова? — господин Со садится на край кровати и хватается за голову. — Что же это такое? — он тянется к тумбочке, но та захлопывается. — Что?! — Не поможет, — усмехается Дохи, проговаривая это не своим голосом. А господин Со ощущает только холод. — Что происходит? — это пугает мужчину. Он смотрит на зеркало, на котором появляется надпись и ужасается. «Милый, я скучаю и жду тебя тут…» — Я схожу с ума? — руки трясутся, и он набирает номер друга, прося того приехать. — Ничего, тебе недолго осталось… — мужчина видит перед собой образ жены, растворяющийся в воздухе. *** Чанбина разбудили лучи солнца, которые пробивались сквозь открытые жалюзи. Парень открыл глаза и увидел у себя под боком сопящего Феликса, который так жался. Лицо младшего было таким умиротворенным. Со улыбнулся и хотел осторожно встать, чтобы не разбудить Ли, но тот открыл глаза, когда Чанбин слегка пошевелился. — Доброе утро, — Феликс улыбается. — Знаешь, так приятно просыпаться с тобой. — Так переезжай ко мне, — тихо говорит старший. — Ну не знаю, — Ли морщит носик. — Ну малыш, — Чанбин целует младшего в носик. — Не знаю. Просто я ведь живу с Минни и… — Я знаю всё. Но это можно легко решить. Я хочу просыпаться каждый день с тобой. — Бинни… — Ли вздыхает. — Давай чуть позже, — шепчет Феликс и смущается. — Ладно, малыш, — Чанбин целует парня в губы. — Я всё понимаю. Я всё равно тебя люблю, — парень думал, что ничто не испортит его хорошее настроение. *** — Алло, господин Ли? — Чанбин отвечает на звонок и удивляется. Они едут с Феликсом в лифте. — Что? Как? Что с отцом? Да, я буду. — Что случилось? — младший испугано смотрит на парня. — Папа в больнице… Говорят, сердечный приступ… Я не знаю… — сейчас Со выглядит таким потерянным. — Чанбин, поезжай к нему, — говорит Феликс. — Да, надо… Да… — старший смотрит на свои руки, те трясутся. — Я и не думал, что так буду переживать за него, я ведь… — Бинни, — младший обнимает Со и гладит по голове. — Всё будет хорошо. *** Феликс сидит за своим рабочим местом и тупо смотрит в экран компьютера. Чанбин написал, что с отцом всё в порядке, но он останется у него, чтобы дождаться, когда тот придет в себя. Внезапно блондин слышит за спиной голос, он знакомый, но как будто из глубины. — Тётя Дохи? — Ёнбок, — говорит женщина, будто через толщу воды. — Помоги, я убиваю своего мужа, помоги… — Тётя Дохи… — Тебе уже не спасти её душу, — произносит женщина не своим голосом. — Темнота поглотила её. Глупец! — и силуэт растворяется в воздухе. *** Уджин просыпается с отличным настроением. Он вспоминает вчерашний вечер и улыбается. Сегодня Ким впервые за долгое время идет на работу с отличным настроением. Парень думает, что ничего ему не испортит это настроение. Уджин заходит в свой кабинет и видит Бана. — Привет, хён, — младший разворачивается на стуле и улыбается, поправляя очки. Ким замечает, что Чан что-то делает на компьютере. — Привет, а что ты… — начинает было Уджин, но в кабинет влетает Чонин. — Аааа, хён, я тебя там ждал, чтобы рассказать, — задыхается парень, — но потом Хёнджин и я… Не успел я, — Ян улыбается. — Что не успел? — старший непонимающе смотрит на парня. — Он, — Чан встает со стула, — не успел тебе рассказать, что я теперь работаю в вашем отделе, — Бан улыбается. — Мелкое трепло, — Крис треплет Яна по волосам. — Хён, — возмущается Чонин. — Что тут происходит?! — Ким непонимающе смотрит то на одного, то на другого. — Я теперь работаю тут, — Чан пожимает плечами. — Ты против? — Н-нет? — Ну вот и хорошо, потому что я бы всё равно не ушел, — Бан наклоняется ближе к старшему и шепчет на ухо. — Бе, — кривится Чонин. — Поразводили тут милости. — Ян Чонин, — Бан Чан зыркает на младшего. — Я не уйду с этого кабинета, — отвечает Ян. — Я обещал следить за вами. Обидишь хёна, узнаешь, на что я способен! — Успокоились оба! Я, конечно, сегодня в хорошем настроении, но сейчас вы у меня оба получите. Не потерплю на работе беспорядок и ссоры! — старший повышает голос. — Ух, мне нравится, когда ты злишься, — Чан подмигивает. — Ты такой сексуальный сразу становишься. — Кристофер! — Ким краснеет и у него срывается голос. — Упс, я вам мешаю да? — Чонин улыбается. — Догадливый? — Бан складывает руки на груди и выжидающе смотрит на Яна. — О-о-очень, люблю догаживать, — смеется Чонин. — Уджин, он всегда такой? — Это он ещё более или менее себя ведет, — старший улыбается. — Весело мне будет с вами работать, — он приобнимает Уджина и целует в щеку. Тот краснеет и опускает взгляд. — Чтобы всегда так вел себя с хёном, — говорит Чонин, направляясь на свое рабочее место. — Ну что, в этом кабинете вполне поместятся трое, — Ким пожимает плечами и улыбается. Он чувствует, что теперь его жизнь и работа станут намного веселее и интереснее, ой намного… *** Чанбин приезжает в больницу почти сразу. Парень всю дорогу не находил себе места. Что это? Он думал, что зол на отца и ненавидит его… Хотя Со прекрасно понимал, что это не так. Брюнет забегает в здание больницы и сразу у входа встречает господина Ли. — Чанбин, — кивает ему мужчина. — Здравствуй, дядя, — младший кланяется. — Как там отец? — С ним уже всё хорошо. Он отдыхает. У него ночью был приступ, — мужчина вздыхает. — Я и не думал, что ты так быстро примчишься… — вновь вздох. Они идут в сторону палаты. — Вы же не ладили, ну после… ты понял… — После смерти матери, — парень кивает. — Да, — Чанбин ерошит свои волосы. — Дурак я упрямый. — Он такой же ведь… — Я знаю, — Со поджимает губы. — Ты даже внешне ужасно на него похож, вот только глаза такие же, как у Дохи, — господин Ли хлопает парня по спине. Они подходят к палате и в этот момент из нее выходит медсестра. — О, вот вы где. Он пришел в себя, — говорит женщина. — Вы можете зайти к нему, но не нагружайте сильно. Он слаб. — Спасибо, — оба кланяются. — Чанбин? — тихо говорит мужчина, видя сына. — Пап, привет, — парню неловко. Он знает, что и отцу тоже. Слышит в мыслях. «Он приехал? Неужели? Я и не надеялся…» — Ты меня напугал, пап, — брюнет подходит ближе. Господин Ли стоит в стороне и не решается мешать воссоединению семьи. — Прости… «А как я испугался… Дохи…» — Чанбин пытается скрыть удивление. — Как ты себя чувствуешь? Что произошло? — подает голос господин Ли. — Уже лучше, — отвечает мужчина. — А как это произошло?.. Ну ты и сам видел, что просто ни с того ни с сего… «Если я скажу, что мне привиделась Дохи, то они подумают, что я сошел с ума…» — Пап, я… — но Чанбин осекается, вспоминая, что отцу не стоит волноваться. — Ладно, потом спрошу. Поправляйся. Я переживаю и, — парень с каждым словом говорит всё тише, — люблю тебя. Прости… — Сын… Нет, сынок, Бинни, — мужчина смотрит прямо в глаза сыну, — я тоже тебя люблю. Но прощение просить должен я. Прости меня. За всё… — Пап… — парень вытирает выступившие слезы. *** — В смысле она стала черной душой? — восклицает Хёнджин, сидя напротив Феликса. — Не знаю. Я не думал… Она говорила, но не было заметно… — Похоже, она не всё говорила. Ты Чанбину уже рассказал всё? — Хван смотрит прямо в глаза. — Нет… Я боюсь… — Ли отводит взгляд. — Феликс, ты взрослый парень. Расскажи ему. — Нет. Тогда придется рассказать и то, что черная душа потом страдает в том мире. А Чанбин станет винить во всем себя. Я не хочу. Я сам всё сделаю! — Феликс… — парень качает головой. — Твой выбор, я не вправе тебя останавливать. — Но я не хочу, чтобы тётя Дохи страдала, — блондин поджимает губы. — Я попробую поискать какую-то информацию в своей библиотеке. — Спасибо, — Хван лишь качает головой и выходит из приемной. В дверях он сталкивается с Чанбином. Со лишь кивает тому и заходит внутрь. — Феликс, — старший выглядит уставшим. — Всё хорошо? — младший только хочет встать и подойти к парню. — Нет. Нам нужно поговорить. И ты будешь говорить только правду. Я тебе хочу доверять, Ликс. И я буду. Поэтому будем говорить без моих способностей. — Хён… — Я был у отца. Опережаю твой вопрос. С ним всё хорошо. Пока что… — Чанбин садится на стул. — Врачи не понимают, что могло вызвать приступ, но… Я читал мысли папы… — парень вздыхает. — Что с моей матерью? Почему отец считает, что она ему привиделась? — Бинни, прости… — Ли виновато смотрит и опускает взгляд. — Похоже, твоя мать была слишком долго тут. — Только не говори… Нет, она не могла стать черной душой, — старший отрицательно машет головой. — Чанбин… — Это ведь я её тут держал всё это время… — Но она, по идее, должна была исчезнуть, после того, как ты принял способности. Но… — Но она не исчезла… Почему? — Не знаю. Если верить всему, что я знаю и что написано в книге, то душа исчезнет, когда закончит все дела или когда ее будут готовы отпустить родственники. Но, если она не могла исчезнуть из-за тебя… — Феликс встает со стула и ходит по кабинету. — Хён. — М? — А может быть такое, что твой отец, и сам не подозревая, держал твою мать в этом мире?.. Просто я не могу найти логичного объяснения тому, что она начала с него… — Папа? Не знаю. Мы с ним не говорили ведь толком всё это время. Существовали лишь вместе. Я отвратный сын, да? — хмыкает старший. — Нет, глупый, с характером, упрямый, но не отвратный сын, — Ли подходит и обнимает старшего, который так и сидит на стуле, гладя того по голове. — Надо помочь маме и папе, — бубнит Чанбин в живот младшему. — С тобой мне спокойнее. — Я согласен переехать к тебе, — тихо проговаривает младший. Он понимает, что может не очень подходящий момент, но почему-то сейчас показалось нужным сказать именно это. — Феликс, — Чанбин поднимает взгляд. — Мне сейчас так нужен кто-то рядом и твои слова… Люблю тебя. *** — Блять, что это сейчас было?! — кричит Чан, который неожиданно вернулся в кабинет. — Фокус? — Чонин поджимает губы. — Какой в жопе фокус?! Эта херня не работала давно и не могла заработать. А ты такой хоба и она бац. Я видел. Блять! — Что ты кричишь? — Уджин возвращается в кабинет. Они собирались сходить поесть, но Чан забыл бумажник и решил вернуться. — Прости, — Ян виновато смотрит на Кима. — Твою мать, — старший вздыхает и одной рукой трет глаза. — Чонин, зачем? Мы же договорились… — Так ты тоже знаешь? Что это? Кто он? — Бан опирается на стол. — Чет ноги подкашиваются. — Хён, вообще я могу попробовать заставить его забыть увиденное, если смогу током воздействовать на нужный участок мозга. — Какой блять участок?! — Ты мне парня моего убить хочешь? — Уджин качает головой. — Спасибо, слишком долго я его ждал. — Ну ок. Кстати-кстати, Чан-хён, ты первый, кто не сказал мне «что он такое?!», — Ян улыбнулся. — Приятно. — Ну, ты ведь человек. Наверное… Ну живой и как бы… Так что это было? Как? — парень думает, что ему лучше стоит присесть и проходит к ближайшему стулу. — Ну в общем… — начинает Чонин и рассказывает ему всю историю «Других» и в основном историю своей семьи. Ян подробно рассказывает все подробности, связанные с силами и вскользь намекает, что таких как он много, а в этой компании даже перебор, как для одного места. Уджин подтверждает это, а на вопрос Чана о том, не один ли Ким из этих. Тот говорит, что он не тот Ким, который имеет силу. Уджину приходится рассказать о брате. — Так вот почему этот мелкий вечно шутил, что нассыт мне в тапки и расцарапает лицо… А я думал, он у тебя двинутый просто, — Чан издает нервный смешок. — Вы мне такую пищу для размышлений подсунули… — Ну… — А что я? Я думал, что вы ушли, — Чонин пожимает плечами. — Да. Просто кто-то забыл бумажник, — Ким кивает на Бана. — Ну со всеми бывает, — кивает Ян. — Так. Вот теперь интересно. Вы сказали, что таких тут много. Я, может и не очень внимательный, замечаю всё так себе. — Ага, слабо сказано… — бубнит Уджин. — Прости, — Чан встает и целует парня в щеку. — Но по сути, смотрите, если Чонин знает, что тут других многовато, то это его знакомые. Хёнджин с моего отдела, — парень осекается, — с отдела Минхо, является парнем этого ребенка, — Бан кивает на Яна. — Тот в свою очередь дружит с Ханом и Феликсом. Хан там с Минхо никак не разберется, а Феликс с Бинни вместе. Значит, кто-то из этих людей или может даже все они, имеют способности. Минхо? Ну не уверен. Если бы были они, он бы спалился, наверное. — Ну почему же? Кто-то видит призраков, кто-то мысли читает… — подает голос младший. — Не знаю. Из всех вышеперечисленных я могу сказать, что скорее всего только принцесска точно не имеет способностей. — Кристофер, — стальным голосом говорит Ким. Он убийственным взглядом сверлит Чана. — Уджин-и, — парень понимает, что не стоило так часто называть имя Минхо и говорить «принцесска». — Ну не надо ревновать. Просто в этом дебиле я уверен точно. — Бесишь! — Хён так забавно ревнует, — улыбается Чонин. — Да. Такой вроде злой, но милый ведь, — улыбается Бан. — Вы блин, ну вы… — вся злость вмиг уходит. — Ой всё! Пойду есть сам, — старший направляется к двери. — Мишутка, подожди, — кричит Чан вслед. — А с тобой мы ещё договорим. Если Чанбин один из вас, я его убью. Друг ещё называется, — Бан смеется и выбегает из кабинета, нагоняя Кима и обнимая его со спины при всех. — Мишка-хён, я тебя люблю, — шепчет ему на ухо Чан. — Глупый австралийский кенгуру, — Уджин краснеет и заходит в лифт. — Люблю, — Чан быстро целует старшего в губы, крепко обнимая. — Дурак. Любимый… — шепчет Ким.