Операция: "Полюбить Деку"

— Доброе утро, мальчики, как спалось? — спросила, как всегда, добродушно настроенная Инко. Но лица их совсем не излучали позитив. Снаружи снова потемнело, и Кацуки пришлось спать в одной кровати с Деку. Опять. — Мам, у тебя сегодня ночная смена? — Да, обо мне не волнуйся; вы же куда-то собирались идти? — женщина поставила на стол пару тарелок с завтраком и удалилась из кухни. — Впрочем, неважно, мне уже пора. До встречи, Изуку, Кацуки. — До свидания, тетушка! — крикнул Бакуго и, ничего не спросив, ушел в ванную. Мидория только сейчас вспомнил, что сегодня долгожданная выставка и, пока Каччан не видел, прыгал на месте от счастья. Это сильно радовало не только потому, что там будет много чего со Всемогущим, но и тем, что это будет свидание с Кацуки. — Задрот, ты че делаешь? — парень только выглянул из ванной и застал Мидорию в странном положении: тот бегал по кухне с красным лицом и чуть не задел слишком близко стоящую кружку. — Ой, ты этого не видел! Будешь завтракать? Блондин помотал головой и, закрыв дверь, ушел в зал. Деку взял с собой тарелку и побежал вслед. Кацуки включил телевизор и нашел любимый канал: как раз рассказывали про виды крепления в скалолазании. Когда это увидел Изуку, это вызвало у него удивление. — Скалолазание? — Угу. Бакуго оторвался от экрана и осмотрел парня. Пробежался взглядом по всем уголкам тела, задержавшись на руках, а после и на ногах. От такого подробного рассмотрения Изуку засмущался. — Почему ты меня рассматриваешь? — Ты бы не выдержал. — Что? — Ты бы не залез ни на одну вершину. От возмущения обладатель зеленых глаз надулся. — В смысле?! Я сильный! Я смогу это сделать! — Нет. Ноги — может быть, и да, а вот руки никуда не годятся. Мидория надул еще и губы, после чего стал похож на большую мягкую подушку. — Ладно, иди сюда. Кацуки похлопал рукой по месту рядом с собой и постарался выглядеть мило. Это вообще не было похоже на него, но, медленно подойдя, Деку, словно спрашивая разрешения, поместился рядом. Бакуго усмехнулся и прижал к себе парня. — Хватит уже, я должен к тебе привыкнуть. — Это смущает. — Да? А как же ебаные цветочки в твоем сердце? Не полюблю тебя — сдохнешь, так что сиди! Кацуки провел рукой по талии и — как будто случайно — достал до бедер. Вскоре телевизор был выключен, а Мидория помещен между ног, и руки Каччана блуждали по всему его телу, но не пересекая тут самую черту. — У тебя очень узкая талия для парня, зато сильные плечи. А вот руки у тебя — как макароны. — Каччан! Может уже пора собираться? — Куда? До выставки еще три часа. Кацуки провел носом от шеи до затылка и почувствовал запах любимого шампуня. Неужели идиот-Деку обожает ту же марку? Руки скользнули по груди и задержались на животе. — А жирок-то есть… — Хватит! — Изуку вскочил с дивана и убежал в комнату. — Да ладно тебе… У меня тоже есть немного. — Ничего у тебя нет, кроме мышц! Я же не виноват, что люблю мамину еду. — Все так говорят, — крикнул Бакуго и опять включил телевизор.

***

До места проведения выставки оставалась пара переулков. С каждым метром улыбка Мидории становилась все шире, а глаза сияли новым азартом. Все-таки круглолицая предложила хорошую идею. Сразу видно, что происходит что-то торжественное: на улице уже столпилась куча людей, от чего Деку даже начал злиться. Он воспользовался тем, что не особо заметен, и позволил потоку людей занести себя прямо к выходу. Кацуки тоже решил зря времени не терять и взял того за руку. — Каччан? — Ну, ты же сказал, что будешь вместо нее — вот и будь. Бакуго не ожидал, но руку приятно сжали и потянули за нее внутрь. Там народа было еще больше. Возле каждой фигурки или постера толпилось как минимум человек пятнадцать. Деку, не обращая внимания на это, побежал к первому экспонату. — Первая ограниченная серия в геройском костюме! — И что в ней такого особенного? — непонимающе уставился на нее Кацуки. Фигурка и вправду выглядела совсем как обычная. По секрету, у Бакуго самого была почти такая же. — Как чем? Здесь сменные лица, руки, и на спине есть штамп «Плюс Ультра»! — И все? Фигня. Пойдем дальше. Блондин еле оторвал Мидорию от одной стойки, как он припал к другой: на этот раз это была реально классная вещь — первый испорченный костюм Всемогущего. Да, у героев есть такая проблема. Почти всегда костюм или одежда рвутся или портятся, поэтому важно иметь в запасе несколько копий. — Неужели это с его первого подвига? — Может, подделка? — Не верю! — крикнул Изуку и посмотрел на парня, словно тот только что назвал его идиотом. — Я проверил: это официальная выставка, и здесь все экспонаты подлинные. — Думай как хочешь, задрот. Все остальные вещи, казалось, были даже из одного и того же материала. Почти одинаковые фигурки, фотографии… Кацуки словно оказался в комнате Мидории в общежитии: со всех сторон на него смотрели одни и те же глаза, что прилично давило на психику и общее состояние. Парень еле выдержал до конца, но даже согласился на фирменный десерт. Но единственным, по его мнению, стоящим предметом на этой выставке был сам Деку — такой милой, искренней улыбки Кацуки не видел давно. В душе даже все заиграло новыми красками. Милые зеленые глаза, сияющие счастьем; щечки, которые слегка краснели от вида фигурки без верхней одежды. Он удивителен.

***

— Я рад, что мы оттуда ушли. — А я бы еще пришел. Посмотрев на маленький пакетик в руках Мидории, Кацуки улыбнулся. — Как ты успел на аукционе выкупить такой эксклюзив? Деку протянул его парню и указал на скамейку неподалеку. Бакуго понял его без лишних слов. Они часто делали так в детстве: после покупки чего-либо со Всемогущим они прибегали сюда и рассматривали покупку. Чаще всего, конечно, обладателем ценности был Кацуки, поэтому Мидория любил просто наблюдать. Кацуки наконец отпустил руку Мидории и достал фигурку из упаковки. — Все-таки, ту самую? — Да. Один парень хотел забрать ее, но я повысил сумму! — И попросил денег у меня. — В общем, да… Мальчишка засмеялся. Прекрасный смех. Блондин сложил покупку обратно и, как только поймал взгляд Деку, сказал, уже не думая о смысле этих слов: — Я люблю тебя. Мидория четко почувствовал, как на сердце стало гораздо легче, в отличие от предыдущего раза. Возможно, это даже правда. Совсем чуть-чуть, но Кацуки смог в него влюбиться просто из-за вида его искренней радости. — Каччан, спасибо. — Парень отложил фигурку подальше и слегка подался вперед, сминая чужие губы своими. Кацуки впервые был согласен предложить инициативу Изуку. Тот не менее напористо целовался. Но от небольшого танца языков, он совсем потерял контроль и разорвал поцелуй. — Да не так надо! Идиот! Кацуки не собирался на этом останавливаться. Он сам притянул к себе того и поцеловал глубоко — так, как умеет; так, как любит, и как может. Целует, заставляя Мидорию таять в своих руках и плавиться от всего лишь какого-то жалкого покусывания губ. Этот день обоим им запомнится надолго. А в сердце Кацуки наконец появилась капля любви.