Операция: "Полюбить Деку"

— Кацуки Бакуго, нам нужно серьезно поговорить… Сердце Кацуки ушло в пятки. Провалилось на самое дно и не собиралось возвращаться. Этот тон, слова, взгляд… Случилось что-то плохое? Ну, и как он раньше не догадался? Количество времени, проведенное в том проклятом кабинете, слишком большое; взгляд доктора… Что-то точно не так! Свои дрожащие руки Бакуго положил на плечи Мидории и посмотрел в его глаза. Черт. Тряска во всем его теле становилась сильнее, что не слабо испугало Изуку. — Каччан? — Ты умрешь, правда? — на пол капнуло несколько слез. Кацуки плачет? Мидория в недоумении на него посмотрел и усмехнулся: еще один Каччан, которого он никогда не видел… Интересно, каким он еще может быть? — Успокойся, пожалуйста… После этих слов звон в ушах прекратился. Деку улыбался и смотрел так нежно, как только мог. Он накрыл руки парня своими и объяснил: — Доктора сказали, что цветы внутри меня… распустились с неимоверной скоростью. — Что? — Кацуки и вправду не знал, что это обозначает. Распустились? Это звучит плохо. Может они распустились, и этим все ухудшилось? — Каччан, не волнуйся! Это хорошо, очень даже! Если цветы на сердце расцвели — это значит, что они теперь не будут мешать моей жизни. Ты справился. Слова словно коленом врезали под дых и этим выбили еще больше слез. — Значит, ты не сдохнешь? — Нет — и все благодаря тебе… Спасибо за это… — Я счастлив. — Прошептал тот так тихо, что даже зеленоглазый этого не услышал. Бакуго не знал, как реагировать, поэтому просто обнял Изуку, стараясь не показывать весь прилив чувств. Но быстро успокоился, когда ощутил, что слабые руки неуклюже провели по спине и сжали в ответ. Вроде, взрослый парень, однако плакал как младенец, понимая, что, и вправду, любимый человек его не покинет. — Я люблю тебя! Слышишь?! Люблю! Кацуки, словно издеваясь, кричал это прямо на ухо Изуку. Но именно эти слова не казались такими уж и громкими. — Спасибо. Пойдем? — Ко мне пойдем, я тебя никуда не отпущу. Мидорию взяли за руку и потянули уже в известном направлении. Как же приятно ощущать любимого совсем рядом. Неужели, чтобы обрести такого, требовалось заболеть ханахаки?

***

— Ну же, заходи! — Каччан, не здесь! — Нет, здесь! Бакуго прикусил кожу на шее Изуку, тем самым показывая: «Он мой!». Место укуса налилось кровью. Красиво. Деку это идет. К сожалению, Кацуки жуткий собственник: если уж у него есть что-то, чем он дорожит, то не отдаст это никому. Оставляя все новые засосы на белоснежной шее и, не забывая о не менее желанных губах, Кацуки дотащил гостя до комнаты. Закрыв дверь, он повалил того на кровать и, нависнув сверху, снова вцепился в его губы. Их языки сталкивались в неимоверном танце страсти и дарили друг другу особое удовольствие мягкого трения. Бакуго пролез между ног Деку и вжался в него всем телом. Он такой маленький. Кажется, если взять его на руки, то сложится ощущение, что держишь ребенка. Мидория получал неимоверный кайф от таких ласк: особенно от того, как руки Бакуго блуждали по всему телу, задевая край джинс и футболки. Неужели это случится здесь. С Кацуки… Блондин не особо любил прелюдии, но сейчас они только в сладость. Поэтому, стянув футболку, он стал водить языком по голому торсу, не забывая о сосках. Маленькие бусинки он обводил, дразнил самым кончиком языка и втягивал в себя. Изуку это нравилось, но это было слишком странно. — Какой смысл сосать грудь парню? — Мм… А кто-то от этого уже не на шутку возбудился… — Кацуки положил ладонь на пах парня и почувствовал, что там уже довольно тесно. Стараясь не обращать на это внимания, он продолжил играть с сосками. Милый голос стонущего Мидории, его запах, тело, затуманенный взгляд… Все это просто сводило с ума бедного Бакуго. Его было так мало и, одновременно, так много. Однако в дверь комнаты неожиданно тихо постучали, и оба не на шутку испугались. — Каччан? Мы же дома одни? — Я не проверил… Ответ с той стороны не заставил себя долго ждать: — Балбесы! Прежде чем трахаться, сначала проверьте хату! Голос матери Бакуго узнает везде — это не человек, а сатана в женском обличье. Мидория накрылся одеялом, поминутно заливаясь алой краской, а Кацуки, подойдя к двери, с треском открыл ее. На пороге стояла Мицуки, держа в руках скалку и постукивая ей по руке. — Стою я на кухне, готовлю твой любимый пирог, думаю, порадую сына, и слышу, как он со стонами вваливается в квартиру и чуть ли не доползает в свою комнату… Что мне прикажешь думать?! Бакуго совершенно не смущали слова матери, но ситуация совсем не радовала. — Могла бы пойти прогуляться! — Конечно! Упущу я шанс познакомиться с невесткой, или… Заглянув через плечо сына и увидев мохнатую зеленую макушку, Мицуки поправилась: — Оу, в нашем случае — с зятем… — Проваливай! — закричал Кацуки, но против этой женщины у него не было и шанса. Отвесив ему подзатыльник, мать сказала, что подождет знакомства поближе в зале, за что ее снова послали. Изуку под шумок натянул обратно футболку и, сказав Кацуки, что не против, пошел за Мицуки. Женщина заварила чай и, отдав каждому по кружке, начала разговор первой: — Итак, Мицуки Бакуго, будем знакомы — мать этого засранца. Хихикнув, Изуку отпил немного чая и представился в ответ: — А я Изуку Мидория, и, кажется, мы уже знакомы. — Изуку? Как ты вырос: просто загляденье! Я тебя и не узнала, хотя, могла бы по волосам догадаться… Кажется, ее совсем не смущало, что ее сын чуть не переспал с другом детства. Но это было им только на руку. Изуку полностью рассказал ей о том, что произошло. От ярких событий, до самых приятных мелочей. Она слушала все и чуть поглядывала на сына. Он буквально изменился в ее глазах. Дослушав до конца, она сказала то, чего не ожидали услышать оба: — Спасибо, Изуку-тян, что спас моего сына от одиночества и боли. — Вообще-то, это я спас его от такой глупой смерти — он мне должен! И, мам… — Мицуки еще больше удивилась, услышав это давно забытое «мам». — Позволь нам быть вместе. Я больше не вынесу этого. Она посмотрела на обоих парней и вздохнула. Конечно, хотелось понянчить внуков, которые наверняка были бы слишком похожими на Кацуки. Но, если он действительно любит так сильно и нежно, то почему бы и нет? — Хорошо, но отцу пока об этом не скажем: я еще сама попробую свыкнуться. Бакуго впервые был рад словам этой старухи, поэтому даже улыбнулся в ответ. Осторожно положив руку на колено Изуку, он показал этим, что все хорошо. — Ладно, я уйду; развлекаетесь, не маленькие уже. — Что? — Изуку побаивался после этого шагать к Бакуго в постель, поэтому искал, за что можно зацепиться и уйти. Еле поднявшись с дивана, он постарался обойти парня со спины и прошмыгнуть наружу. — Стоп, ты это куда собрался?! — словно из кромешной тьмы, послышалось сзади. — Вот теперь ты не сдохнешь — думаешь, это бесплатно? А ну пошел со мной! Блондин, не обращая внимания, что мать еще дома, унес его в свою комнату и на этот раз дождался, чтобы та точно покинула квартиру.