Ночью Вселенная пахнет звёздами.

      Утро началось для Шерлока не самым лучшим образом: температура под сорок и сильные боли в животе. Нельзя сказать, что для Джона это утро было более приятным, потому что именно он бегал туда-сюда по квартире с мокрой тряпкой в руках, обтирал Шерлока и шептал, что все будет хорошо. Вытирал редкие выступающие на глазах слезы рукавом и до последнего верил в лучшее.       Все действительно стало хорошо, но только после того, как в это дело с рук Джона вмешался Майкрофт, который буквально за десять минут оказался у постели своего братика, бившегося в бреду и хватавшегося за живот. Сейчас Шерлок выглядел просто отвратительно, хотя вряд ли он осознавал это, корчась и чуть ли не крича от дичайшей боли.       - Он отказывается ехать в больницу, - на посеревшем от всей этой ситуации лице Ватсона виднелись вселенский муки, какие испытывали разве что люди в страшные военные времена. Он потирал виски и вздыхал от усталости чуть ли не каждые пять минут, пока Холмс старший оценивал всю ситуацию своим чутким взглядом, осматривал полуживого Шерлока. Тот плакал.       - Конечно, ему нельзя в больницу, - заключил вердикт он. Джон встрепенулся.       - Но как же это... Есть серьезные подозрения на выкидыш. Нужно срочно ехать в больницу, ведь это может закончиться летальным исходом!       - Ему нельзя в обычную больницу, - поспешил пояснить Майкрофт, прежде чем Джон от злости и неимоверного перенапряжения разбил ему нос. В стрессовых условиях конфликт грозился появиться просто из ничего. Холмс снял пиджак от того, что из-за нервов стало слишком жарко в этой маленькой и без того душной комнате. Мужчина закатал рукава, достал телефон и стал спешно набирать кого-то.       - Его можно госпитализировать только в мою специализированную клинику, где каждая букашка под моим контролем. Я хочу, чтобы сегодня же этого ребенка извлекли из моего брата и вернули ему обычную жизнь, какая была до всего этого цирка. Шерлок должен заниматься убийствами, кражами, пропажами, но никак не вынашивать какой-то непонятный плод. С меня хватит!       - Джон... - послышался хриплый голос с кровати Шерлока. Мокрый от пота, волосы прилипли ко лбу, а щеки приобрели какой-то неестественно багровый окрас, омываясь струями горячих слез.       - Что такое, Шерлок? Потерпи, все скоро закончится, - все, что мог сделать Джон, при условии, что их домашние лекарства не помогали, - это вселить веру в то, что все действительно будет хорошо. Джон не верил в свои слова, потому что видел, как Шерлок буквально ходил по лезвию между жизнью и смертью. Однако он очень хотел, чтобы эта милая ходячая кудряшка боролась и не сдавалась.       Нужно было срочно доставать этого ребенка. Стресс, нервы, погони и разборки дали о себе знать. Да и просто у неподготовленного организма Шерлока просто не осталось сил, чтобы выносить развивающийся со страшной скоростью плод. Вы видели вообще детектива? Тощий, бледный, вероятно, нездоровый. Да откуда в таком теле силы для того, чтобы дать жизнь ребенку. Тем более, что мужской организм просто не был рассчитан на это.       - Джон, - простонал Шерлок, хватая воздух, в надежде поймать руку любимого человека.       - Я здесь, я здесь, Шерлок, - чуть ли не плача шептал Джон, склонившись над горящем лицом детектива.       - Ребенок еще слишком мал, чтобы его доставать. Он не выживет даже благодаря всем искусственными примочкам, организм еще недоразвит. Джон, я хочу доносить это дитя. Пожалуйста, не дай Майкрофту достать его из меня.       Ватсон покачал головой.       - Не могу, Шерлок. Плод убивает тебя. А если не убивает, значит, что уже мертв сам. Я очень боюсь, что уже...       - Не говори так, - собрав все последние силы, вскрикнул беременный. - Он жив, я чувствую это! Это мой ребенок! Я доношу его любой ценой, потому что...       Внезапно Шерлок заткнулся. Где-то среди мутных пятен его комнаты и света в коридоре вошел Майкрофт и какие-то странные люди с носилками. За пеленой туманящегося сознания они были похожи на каких-то пришельцев, но никак не на врачей.       Шерлок повернул голову к Джону и наконец-то договорил, что хотел:       - Я полюбил этого ребенка. Я хочу, чтобы мой ребенок был жив.       И все. Врачи, носилки и медицинский вертолет, который прилетел по первому же велению Майкрофта.       Джон молился. Сил не осталось на переживания и истязания себя, поэтому он просто молился и верил.       Только лишь бы эти два человека выжили.

***

      - Доброе утро, молодая мамочка...       - Майкрофт, пожалуйста...       - Ну, а что мне терять? Шерлок, просыпайся! Солнышко уже взошло, открывай глазки.       - Майкрофт...       - Шерлок, ты пришел в себя после наркоза уже два часа назад. Нельзя все время лежать на кровати в амебном состоянии. Нужно же как-то потихоньку возвращаться в сознание, - Холмс старший, который мог себе позволить навещать братика в любое время дня и ночи, буквально подлетел к окну и распахнул белоснежные шторы да так, что яркий солнечный свет сразу ударил в глаза не только полумертвому Шерлоку на больничной койке, но и до одури измотанному Джону, который не спал всю эту ночь: не отходил от кровати детектива, следил за показателями мониторов, прислушивался к отрывистому болезненному дыханию.       Ночь была страшной, очень страшной. На столько, что сердце Холмса отказывало биться раза два, однако первоклассные специалисты возвращали пациента с того света снова и снова. И Джон был готов целовать им за это руки и кланяться в ноги. Казалось бы, какой-то дурацкий эксперимент безумного ученого, а во что он превратился.       Шерлок протяжно застонал и попытался пошевелиться, однако у него это мимолетное легкое шевеление отдалось страшной болью в животе. Хотелось плакать навзрыд. Но Шерлок держался из последних сил. Он уже осознавал происходящее и даже в таком положении старался сохранять свое "лицо", хотя еще несколько часов назад рыдал и бился в истерике, как маленький ребенок, что не было на него похоже совсем.       - Что?... Что?... - не было сил говорить, однако Шерлок пытался. Он хотел знать лишь одно - где малыш. Чисто визуально живота не было, а боль была похожа на послеоперационную. Значит - кесарево. Все-таки достали малыша, гады.       Вот чёрт.       Джон приставил стул к кровати Шерлока, взял его за свободную от капельницы руку и слабо улыбнулся, перебирая уже теплые длинные пальцы.       - Спасли. Спали ее, все хорошо. Шерлок, у тебя девочка. Маленькая прекрасная девочка, слышишь?       - Жива? - не поверил словам военврача детектив. Каждая попытка разговаривать нормально была похожа на страшное кряхтение и шипение. Шерлок слабо, но так искренне, улыбнулся. - Жива?!       - Да, твоя, кхем, дочь находится в детском отделении. Она недоношена, однако мои специалисты сделают все, чтобы малышка смогла набрать вес как можно быстрее. Можешь не беспокоиться за ее здоровье, - Майкрофт еще несколько минут глядел в окно и пытался отогнать от себя мысли, что этой ночью он мог лишиться брата. Если бы Холмс старший так и не узнал страшную тайну младшенького, если бы он не имел в своем распоряжение настоящий храм медицины с со всем лучшим оборудованием... Искусственно выращенная плацента просто перестала функционировать, ребенок погибал, а вместе с ним погибал и Шерлок, чей организм испытал страшнейшие перегрузки за все время беременности. Майкрофт был бы рад забыть все это, как страшный сон, сделать вид, что ничего не было, однако понимал, что Шерлок вряд ли захочет отдавать ребенка в приемную семью.       Хотя это не было на него похоже, только почему-то детектив дорожил этим крохотным существом. А еще в начале беременности мечтал избавиться от малыша под своим сердцем.       Мужчина тяжело вздохнул.       - Шерлок, я думаю, что ты должен придумать имя для своей дочери. И не надо называть ее в честь себя, умоляю. Это будет детский и глупый поступок с твоей стороны.       - А я говорил тебе, Джон, что у нас будет девочка. Девочка... - голос хоть и оставался низким и хриплым, зато сразу появились силы разговаривать. Молодая мамочка улыбнулась. Кажется, кто-то начал потихоньку приходить в себя. На бледном лице показались признаки радости и осознания того, что действительно все страшное уже позади.       - Тиффани. Я хочу, чтобы ее звали Тиффани.       - Что? - опешил Джон. - Но ты же всегда не любил это имя. Говорил, что оно длинное и бестолковое.       Шерлок усмехнулся.       - Я про дочь свою думал сначала так же. Но сейчас я понимаю, что я ошибался. Сильно.       Джон улыбнулся.       - Я рад, что ты наконец-то посмотрел на эту ситуацию под другим углом. Прости меня, что я не послушал тебя и не оставил ребенка, потому что...       - Ты боялся, что я умру?       Ватсон виновато улыбнулся. Ну, да, вот такой вот он был. Не мог не подумать лишний раз о своем близком и дорогом человеке.       - Да, я сильно переживал за тебя. Знаешь, во всех фильмах, что я смотрел, отцы всегда настаивали на том, чтобы осталась жива жена, а не ребенок. Я всегда задумывался над этим, размышлял, как бы поступил я на их месте. А столкнувшись с такой ситуацией, я искренне испугался, что смогу потерять тебя. Это была бы самая страшная потеря всей моей жизни.       Шерлок легонько, на сколько позволяли силы, сжал руку Джона и поднес к своему лицу, осторожно дотронувшись до огрубевшей кожи своими сухими, как пустыня Сахара, губами.       - Ты все сделала правильно. Спасибо, - прошептал больной и взглянул усталым взглядом на военного врача в полупрозрачной накидке поверх уличной одежды. Медик расплылся в довольной улыбке и прикрыл глаза, ощущая всю ценность этого момента. Как же раньше не хватало этого счастья.

***

      - Это хороший сюрприз?       - Несомненно.       - Он мне понравится?       - Думаю, да.       - Неужели ты нашел для меня новое интересное дело?       - Нет.       Шерлок обиженно надул губы.       - Забудь о своей работе хотя бы на время, умоляю. Я придумал занятие поинтереснее!       - Что интереснее трупов и крови?       Джон пихнул кудрявого зануду в бок.       Почти три недели пролетели незаметно. По крайней мере для Ватсона, который носился все это время как белка в колесе, пока Шерлок лежал пластом на больничной койке, ходил на различные процедуры прямо по коридору и считал дни, когда ему разрешат покинуть такое скучное заведение. Больницы он никогда не любил. Они отнимали столько времени и моральных сил. Однако Шерлока на столько измотала беременность, что пришлось подлечиться и откормиться, прежде чем доктор и, самое главное, Майкрофт, разрешили ему помахать ручкой и уехать домой.       Шов на животе потихоньку заживал и уже практически не болел, а настроение улучшалось с каждым выходом на улицу и ощущением этой приятной прохлады Лондона, которой так не хватало в стерильных стенах больницы.       Джон решил еще больше улучшить настроение возлюбленного, тем более, что буквально через несколько дней намечался грандиозный праздник. Самое время задуматься о нем.       - Куда мы приехали? - Холмс очень удивился, когда вышел из такси и увидел прямо перед собой небольшой магазинчик с розово-белым оформлением и аистом. - Это место не похоже на магазин сексуальных развлечений. Мы, видимо, ошиблись адресом.       - Не начинай, - Джон даже соскучился по занудству Шерлока. Он расплатился с таксистом, вышел из машины, схватил свою зануду за руку и потащил внутрь. На входе их встречал аист с корзинкой в клюве.       - Это детский магазин!       Шерлок с непониманием зыркнул на Джона. Тот закатил глаза.       - У нашей Тиффани скоро выписка. Я хочу, чтобы ты, как молодой родитель, выбрал все, что пожелаешь за мой счет. Я не стал заниматься этим вопросом без тебя, думал, что тебе будет приятно позаботиться о своей дочери самостоятельно. Ты все-таки сделал огромный вклад в ее рождение, как никак.       Сначала лицо детектива отображало спорные чувства, но как только он переступил порог этого детского рая, в глазах сразу засияли маленькие волшебные огоньки восторга: все такое красивое! Джон тихо стоял в сторонке и наслаждался тем, как Шерлок ходит между подсвеченными приятно-оранжевым светом рядами и рассматривает одежду. Она была такой миниатюрной, что даже не верилось, что кому-то такие вещи действительно могли пригодиться. Однако, Тиффани одевать во что-то было нужно. Хоть Майкрофт, как заботливый дядя, накупил для молодой семьи просто огромное количество одежды и предметов первой необходимости, вещей на выписку все еще не было. Никто даже не задумывался об этом, каждый думал, что момент, когда Тиффани можно будет забрать домой, не наступит никогда. Но он подкрался слишком незаметно.       Ватсон очень хотел, чтобы конвертик и все остальные детали гардероба выбрал именно Шерлок. Он видел огромную важность этого момента. А тот ходил зачарованный, раскрыв рот, и любовался всеми этими платьишками и ползунками со стразиками. Никто бы никогда не подумал, что такого великого детектива занесет в магазин детской одежды до пяти лет.       - Нравится? - медик заметил, что взгляд Холмса стал долго задерживаться на сером конвертике с заячьими ушами и большим бантом посередине.       - Мне да, но... - Шерлок покрутил головой, рассматривая этот конверт за стеклом витрины, от чего его кудри забавно запрыгали на голове. - Не уверен, что Тиффани он понравится.       Как же мило было слышать подобные вещи от такого холодного человека. Неужели его каменное сердце наонец-то стало открыто для любви и заботы?       - Конечно, ей понравится. Потому что это выбрал ты, - Джон погладил Холмса по спине. - Берем?       - Берем, - Шерлок еще раз взвесил все за и против в своих чертогах разума, а потом решил позвать на помощь продавщицу, чтобы та показала им этот сверток поближе.

***

<ta>Первое, что испытал Шерлок - страх. Второе - полное отрицание происходящего.       Хотелось убежать, хотелось спрятаться там, где никто бы не стал его искать ни при каких обстоятельствах.       Что это? Что это за ужас?       Почему это происходило именно с Шерлоком?..       - Ну, разве это не чудо? - восхищался Джон, когда медсестра с облегчением всучила ему серый с заячьими ушками конверт, тот самый, который так приглянулся молодой мамочке в магазине. - А носик какой! А губки! И серьезная, такая же, как ты, Шерлок. Иди, посмотри.       Тот мотнул головой. Гений сам не ожидал от себя подобной реакции на малышку, потому что он и раньше видел Тиффани. Ему разрешали наблюдать за ребенком через стекло инкубатора, разрешали слушать сопение и восторгаться такими крохотными ручками и ножками, но не более. Одно дело, когда видишь это все как бы со стороны, а другое, когда сам участвуешь в этом. Когда медсестра попыталась вручить упакованную Тиффани Шерлоку, тот чуть в обморок не упал и сразу попятился назад. Хорошо, что Ватсон оказался надежнее.       - Наша порода, - Майкрофт подкрался к Ватсону очень незаметно и сразу же первым делом заглянул в конверт. - Красавица.       Выписка состоялась через три дня после того самого похода в магазин. Были приглашены на нее Молли и миссис Хадсон, которые в свою очередь принесли воздушные шарики, различные погремушки и разные принадлежности для малышки. Женщины восхищались маленьким комочком, который тихо сопел и иногда причмокивал влажными бархатными губками. Тиффани прилично набрала вес за три недели, подросла и сейчас была похожа на абсолютно нормального и здорового ребенка, будто и не была создана искусственным путем и выращена в мужском теле.       Для выписки специально в холле больницы оформили фотозону. Майкрофт так сильно гордился тем фактом, что стал дядей, поэтому пригласил фотографа, аниматоров и устроил самый настоящий праздник для своей новорожденной племянницы и горе-брата, стараясь при этом запечатлеть каждый момент выписки. Шерлок, кстати, радовался меньше всех. Он стоял в стороне хмурый и не спешил подходить к Тиффани у Джона на руках, пока все остальные тонули в шариках, мыльных пузырях и многочисленных вспышек фотографа.       - Что-то не так? - с присущей важностью решил осведомиться Майкрофт. - Если ты недомогаешь, то мои врачи всегда могут...       - Я не знаю, что делать с ребенком, - Холмс младший поднял на брата свои серые глаза, в которых отчетливо читалась просьба о помощи. - Я только сейчас осознал тот ужасный факт, что я просто психопат и извращенец. Что я могу дать ребенку? Ничего. Из меня выйдет отвратительный отец и тем более никчемная мать.       - Шерлок, иди к нам! - позвала свою кудряшку миссис Хадсон, когда к ней, Молли и малышке Тиффани подошел фотограф и ростовая кукла принцессы из вселенной Диснея. - Скоро домой, а у нас еще ни одной совместной фотографии!       - Мы сейчас подойдем, - любезно ответил за брата Майкрофт и осторожно отвел его в сторону, чтобы не портить другим праздник своими разговорами. - Тебя что-то тревожит?       Кажется, беременность и такие страшные роды сблизили двух братьев. Раньше они практически не общались, а сейчас даже могли поговорить на очень щепетильные темы. Майкрофт стал более чутким и заботливым, а Шерлок почему-то доверился ему и даже иногда был не против придти за советом к старшенькому, хотя раньше откровенно его недолюбливал. Сейчас Шерлок дельно принимал от Майкрофта любые советы и рекомендации. Все-таки стоит отдать должное, Холмс старший действительно в прямом смысле слова спас жизнь беременному детективу. Без его связей разлагалось бы сейчас бездыханное тело в земле.       - Я не смогу вырастить это дитя, загублю ему жизнь.       - Не переживай, я найму вам няню, обеспечу помощь. Ты так хотел этого ребенка, так слезно умолял всех подряд, пока тебя везли на каталке в операционную, оставить младенца, спасти любой ценой, а сейчас просто отказываешься от него. Мне не нравится твое поведение, Шерлок. Тем более, ты говорил, что любишь свою дочь.       - Я очень ее люблю, - смутился тот. - Поэтому и волнуюсь за нее. Мне не хотелось бы портить еще кому-либо жизнь. Джону я уже испортил.       Вдруг на его плечо упала сильная рука Майкофта.       - Я помогу тебе, помогу ей. С вашей семьей будут работать лучшие специалисты, за это не беспокойся. Тем более, с тобой Джон. Ты сказал, что испортил ему жизнь. Однако, посмотри, как он счастлив. И этим счастьем обеспечил его ты.       И правда. Ватсон наконец-то за долгое время смеялся, радовался и даже позволял себе дурачиться. Сегодня он был самым счастливым человеком на свете, ведь темная страшная "ночь" уже сменилась ярким и таким долгожданным рассветом.       Джон держал конверт с малышкой на руках, покачивал Тиффани, сюсюкался с ней и просто не сводил глаз с этой красавицы. Она была такой родной и такой любимой, несмотря на все обстоятельства раннее.       - Иди, ты нужен своей семье, - Майкрофт подтолкнул Шерлока к фотозоне. - Я верю в тебя.       Холмс младший украдкой кивнул, выражая свою благодарность за поддержку. И в этой ситуации не нужны были громкие овации и какие-то душераздирающие слова. Все, что нужно было, сказали уже давно. Майкрофт знал, что Шерлок всем сердцем благодарил его, даже если эта кудрявая вредина лишний раз не показывала этого.       Миссис Хадсон и Молли было предложено отойти в сторону, чтобы фотограф наконец-то сделал первое совместное фото малышки и... мамы?       Шерлок все же заставил себя взять в руки практически невесомое чудо. Было очень страшно сделать что-то не так или, еще хуже, уронить малышку на пол, однако гений неплохо справлялся с ролью заботливого родителя. Уже три минуты Тиффани находилась у него в руках и при этом оставалась жива. Да еще и так сладко улыбалась во сне. Холмс смотрел на ее пухлые щечки и сразу забывал о всем плохом.       - Мы молодцы, - улыбнулся ему подошедший Джон, когда фотограф поблагодарил всех за съемку и стал потихоньку собирать аппаратуру. Все, можно было ехать домой. Другие тоже засуетились, засобирались.       - Я не знаю, что бы я делал без тебя, Джон, - пролепетал Шерлок. - Ты был со мной во время всех моих адских испытаний. Я безумно благодарен тебе за все.       Джон обернулся, убедился, что никто не видит, а потом привстал на носочки и поцеловал Шерлока в губы. Быстро, лаконично, зато с нереально сильными чувствами.       - А я благодарен тебе за этого крохотного ангела. Тиффани просто прекрасна. И имя чудесное, Шерлок.       - Джон, - неожиданно серьезно посмотрел на того детектив. - Пообещай мне одну вещь. Не смейся только, мне правда важно знать.       - Я весь во внимании. Что же это?       - Джон... - Шерлок тяжело выдохнул. Было видно, как нелегко ему давались эти слова. Холмс никогда не любил озвучивать свои мысли, однако сейчас без этого никак. - Ты обещаешь быть со мной? Всегда. До самого конца. Джон, это очень серьезно. Мы должны решить это еще на данном этапе, потому что, если ты чувствуешь себя угнете...       - Конечно, я согласен, - рассмеялся Ватсон, который ожидал чего хуже, чем такой безобидный и даже немного детский вопрос. Он даже дослушивать не стал, потому что итак знал на него ответ - Если бы мне было плохо от всех приключений и передряг, я бы съехал с квартиры уже давно. Не переживай, меня все устраивает.       - Правда? - резко оживился Шерлок.       - Самая настоящая правда. Я безумно люблю тебя и малышку. Мы семья. И ничто не сможет изменить это. Никогда.       Джон крепко обнял Шерлока и Тиффани. Это были самые родные для него люди на свете.