Виртуальный диалог - ещё не диалог

                    Время шло мучительно долго, полтора часа поисков улик практически ничего не дали, а взгляд Монокумы по ту сторону экрана настенного телевизора уже неплохо так намекал, что директор скоро нажмёт кнопку для завершения расследования. Вот только… С чем идти на классный суд? По сути, единственные зацепки, которые получилось найти: кровь на полу, куски бинтов в шестерёнках, раны на теле, инструкция механизма и только предположительное алиби Каэде. Но все эти вещи не помогут понять, что Корекиё забыл в чужой лаборатории, во сколько он был убит и действительно ли все раны были нанесены именно механизмом. Без монофайла — проходу нет, как и ответов на ранее упомянутые вопросы.       — Нам лучше поторопиться в зал суда, раз ничего больше найти не можем, — со вздохом признал Кайто, маня жестом остальных студентов за собой на улицу.       Каэде уже тоже хотела последовать за ним, но стоящий на месте силуэт Маки, которая, судя по всему, не собиралась и шагу сделать за пределы комнаты, заставил её передумать. Потому на вопросительный взгляд со стороны Момоты пианистка лишь пожала плечами, а затем мотнула головой в сторону уходящих ребят, намекая на фразу «Мы вас догоним». Конечно, оставаться с абсолютным киллером наедине — затея не очень безопасная, но если-бы Маки хотела кого-то убить, (особенно Каэде, как своё ближайшее окружение и того, кто знает её секрет) она бы уже давно это сделала, правильно?       Плотно закрыв дверь, дабы избежать прослушки и посторонних глаз, девушка обернулась лицом к подруге, но то, что она увидела дальше, заставило блондинку оборвать фразу на полуслове.       — Маки, что случи…       Харукава сидела на коленях около тела умершего Корекиё, периодически подёргивая локтями. Увы, но из-за вида спины и затылка разобрать, что она делает было крайне затруднительно. Подбежав к Маки, чтобы понять её действия, Каэде тут-же пожалела об этом, ведь сейчас её сердце ушло в пятки ещё больше, чем когда они обнаружили труп. Левой рукой Маки раздвигала порванную ткань на месте огромной раны, а правой без всякого отвращения залезала в живот Шингуджи.       — Ты что делаешь?! — завопила её напарница, закрыв лицо ладонями от ужаса.       Повозившись пальцами внутри мяса секунд десять, глаза особы расширились, а затем она и вовсе без всяких объяснений резко подскочила, метнувшись к выходу.       — Дверь! Быстро! — крикнула та приказывающим тоном, стараясь держать руки на весу, чтобы кровь не стекала на пол. Каэде пришлось без лишних вопросов послушаться, несмотря на накопившийся в груди страх. Едва только путь открылся, как Маки уже выскочила из лаборатории, побежав в противоположном направлении от зала суда. Закончив марафон чуть ли не через всю академию, напарницы оказались около ещё одной двери.       — М-Маки! — окликнула её запыхавшаяся Акамацу, — Да что всё это значит?!       Однако, отвечать киллер не собиралась. Она лишь молча толкнула дверь в неизвестное блондинке помещение, внимательно следя за тем, чтобы не коснуться окровавленными руками хоть чего-то. Скрывшись за углом, кареглазая уже хотела зайти в помещение, но сперва бросила на сопровождающую не самый, мягко говоря, доброжелательный взгляд.       — Пойдёшь за мной — мало не покажется. Сейчас же отошла от двери на три метра.       — Что… Да чего ты раскомандовалась вообще? — в этот-же момент ноги девушки подкосились, а спина покрылась мурашками.       «Это я сейчас на Маки голос подняла? На саму Маки?» — мысленно начала проклинать себя ученица, наблюдая, как глаза её собеседницы всё краснеют, и краснеют, приобретая ярко-светящийся оттенок. Надеясь хоть как-то сгладить ситуацию, пианистка шагнула аж на пять метров назад вместо обещанных трёх, выдавив неловкую улыбку, за которой скрывались чуть ли не слёзы от большого количество переживаний за утро.       Маки без слов опустила коленку, которой придерживала дверь, затем и вовсе исчезнув из поля зрения в другой комнате. Только спустя приблизительно пять-семь минут Харукава вернулась в коридор с уже чистыми руками.       — Не смей никому об этом говорить, если я не дам разрешение. Объясню всё на суде, — произнесла та, направившись в сторону выхода.       Каэде молча последовала её примеру, всё ещё обдумывая происходящее в лаборатории, а после ненароком заметив сжатую ладонь девушки, в которой словно было спрятано что-то маленькое. Возможно, за этим Маки и зашла в странную неизвестную комнату, а не просто руки помыть? Но что это такое и зачем ей эта вещь? Неужели, что-то настолько крохотное может пригодиться на классном суде?

*Дин-дон*

— Время расследования подошло к концу. Прошу абсолютно всех студентов собраться на улице около фонтана. Ах, да. И никого больше не убивать!

                    

***

                    Перемещаться на лифте с нулевого этажа улицы в подземную классную комнату приятно было далеко не всем. Большая часть студентов едва стояла на ногах, чуть ли не прижимаясь к стенкам, потому что фобию обвала после казни Миу Ирумы теперь заработал практически каждый ученик. Пусть и сложно поверить, что это тот самый лифт, в котором она погибла, но факт остаётся фактом. Да и никого уже особо не удивляло, что все следы обвала пропали, словно тут вообще казни и в помине не было. Эта обычная железная квадратная кабинка стала могилой для абсолютной изобретательницы, а значит, что никто не сможет убежать от Монокумы в случае фразы «Время наказания!». По крайней мере, Миу пыталась… Но не смогла.       — Как же прекрасно ощущается приближение часа расплаты. — пробормотала Анджи с едва заметной улыбкой, — Корекиё, Химико, потерпите ещё немного, мои родные.       На хихиканье девчушки в этот раз все предпочли промолчать. Она лишилась двух преданных друзей и участников фан-клуба Атуа. В такой ситуации крыша поедет у кого угодно, можно понять. Тем более, что Ёнага всегда была немного «особенной» в плане общения со своим воображаемым Богом.       Грохот и легкая тряска дали понять, что перевозка с этажа на этаж закончена. Через секунду двери кабинки открылись, впуская участников войны за справедливость и жизнь на арену во главе чёрно-белого медведя. Однако, на сей раз количество занятых стоек уменьшилось ещё на две, а опустошенные места убитых заменили портреты с перечёркнутыми лицами. У Химико — в виде звёздочек, а у Корекиё в виде дыма.       — Жуткое зрелище… — нарушил тишину Рантаро, обеспокоенно поглядывая на фотографии умерших, пусть уже и видел их не первый раз.       Каэде же пыталась убедить себя не смотреть налево, потому что осознавать, что ещё буквально несколько дней назад на этом месте стояла живая полусонная Химико — было подстать лезвию ножа. Но прошлое не вернёшь. Нужно бороться, если хочешь выжить. Нужно найти правду ради тех, кто жив и ради тех, кто уже мёртв. Это единственный способ не присоединиться к числу мертвецов и не оставить безнаказанным того, кто решил выбраться отсюда даже путём совершения самого большого на свете греха. Борьба надежды и отчаяния началась.       — Что ж, мои дорогие студенты, — изображение огромного телевизора воспроизвело на экране ненавистную всем синеволосую девушку, мило помахивающую ручкой с молочным коктейлем в руках. То же самое сейчас делал и Монокума, покачивающийся в кресле, но с бокалом шампанского, словно копируя действия хозяйки.       — Вот и настало наше долгожданное классное заседание! Я уже чуть не умерла со скуки, пока вы ехали на лифте.       — Кто-бы сомневался… — мрачно пробормотала Кируми.       — Ну-ну, к чему такое выражение лица? Мне, знаете ли, второе внезапное убийство тоже нервы потрепало. Я уже там себе и попкорн, и чай, и сладости приготовила для просмотра суда, а потом моя милая игрушка произносит «A body has been discovered». Из-за этого мне пришлось выбирать, какое аниме посмотреть, пока вы расследовали, а едва я выбрала — расследование закончилось!       — Нам как-то плевать, — Кайто махнул на неё рукой с раздражённым вздохом, — Исчезни, ты тут лишняя. Только глаза мозолишь.       — М-м-м… Обидно конечно, но ты, пожалуй прав, — та побеждённо пожала плечами, — Ваша простушка уходит. Прошу, покажите мне зрелище, которое я от вас ожидаю. Удачи, мои милые!       И на этой ноте и чётко под самый конец фразы, экран потух, но всё-ещё не лишив Цумуги возможности присутствовать на суде благодаря её лучшей марионетке — Монокуме.       — Я всё-ещё надеюсь на кровавое месиво! — крикнул Моносукэ в спину студентам, хитро потирая лапки, — Папочка, давай следующий мотив для убийства будет связан с месивом? Чем более жестоко совершено убийство — тем больше награда!       — О! — красный глаз старшего засиял чуть ярче, — А звучит довольно неплохо!       — Не-е-е-ет! — завопила Монофани, позеленев, как она обычно привыкла делать.       — Фе, кишки? У тебя нет вкуса, — Монотаро аж высунул язык от отвращения, — Я уже фанатских данганронп насмотрелся, мне хватит.       — Что. Такое. Данган…       Но Монодам и забывчивый братец тут-же были перебиты своим отцом, который так любезно закрыл рты обоим, оскалив острые зубки на сынишек.       — Сейчас же заткнулись, жалкие пародии на мишек Гамми!       — Так… Касательно нашего дела, — поспешил начать суд Рантаро, переключив всё внимание поехавшей семейки на себя, — Ты так и не дашь нам монофайл?       — Кстати, да. Кое-кто обещал, что мы получим его на суде, — подтвердила Каэде, — Где он?       — Кхм-кхм… Я не говорил, что «дам его на суде», — поправил директор, — Я сказал, что вы «возможно его получите, если я посчитаю нужным».       — Как сейчас не хватает диктофона Киибо… — Кайто цокнул, — И что нам делать? Ты нам предлагаешь расследовать, когда мы ни в чём не уверены? Окей, в прошлых документах убийств ты скрывал определённую информацию, но оставлять нас без монофайла вообще — просто свинство! Так ещё и без двух. Не без одного, а целых двух!       — Ну, я могу внести новое правило, дабы вы не реагировали так бурно. В конечном счёте, я давно подумывал об этом на случай, если будет больше одного убийства.       Телевизор как по команде воспроизвёл яркую картинку с иконками всех участников игры, не исключая мертвецов.       — О втором деле можете забыть. Наказание получит лишь тот человек, кто убил первую жертву. Если, конечно, убийство не совершено одним и тем-же студентом. А вот если убийцу определят неправильно, то покинуть академию сможет, опять же, только убийца первой жертвы, второй умрёт со всеми остальными в случае неверного выбора.       — Ты сказал «забыть о втором деле»? — крайне тихо переспросила Анджи, — Ты сказал «забыть», верно?       — Верно-верно. Какое-то время ответа не было.       — «Забыть»? — снова повторила Ёнага с улыбкой, теперь уже вцепившись трясущимися руками в собственные плечи, чем довольно-таки сильно напугала рядом стоящего Кайто, — Забыть… Забыть…       — Ох уж эти ваши любовные страсти. Ну давай, драматизируй, сколько вле…       — Забыть... – перебила его та, – Забыть... Что ж, хорошо.       Ещё несколько секунд назад Анджи выглядела так, словно хочет разнести весь зал суда к чёртовой матери, включая всех людей, кто в нём находится, но последняя фраза прозвучала так, будто… Девушке стало скучно?       — Я всё равно знаю, кто убийца.       Рука абсолютной резко поднялась вверх, без всякой тени сомнения указывая пальцем на главную по мнению художницы подозреваемую. И как не странно, но Каэде знала, кого подозревает Ёнага.       — Ч-что? Я? — Тэнко встрепенулась, — Почему я? Ты хочешь сказать, что я убила кого-то из них?       — Ну, знаешь. Второе дело, может, мы и должны "забыть", как выразился тут один присутствующий, но я не могу допустить такого, – мягкая улыбка снова вернулась на её пухленькое личико, – Корекиё был моим верным советчиком и я доверяла ему не меньше, чем Химико. А ты, как я помню, подозревала его в первом убийстве. Неплохой мотив ведь? «Отомстить за смерть подруги» звучит правдоподобно. Что скажешь? Мне вот очень даже нравится.       — Д-да, я была уверена, что это он, но убивать… Это уже чересчур! К тому же, я была без сознания долгое время!       — А кто может это подтвердить? Кируми и Гонта тебя караулили, помнится? Ой, или... Может, вы там все вместе даже сговорились, не знаю.       — Гонта ни за что бы не сделал такого! — вмешался Гокухара, не будучи в силах больше слушать обвинения.       — Тише-тише, — Рантаро внёс свою лепту в спор, — Анджи, ну ты сама подумай. Совершать убийство втроём — глупо. Сбежать всё равно сможет только один. Какая соучастникам от этого выгода?       — Давайте лучше обсудим, может ли быть убийца одним и тем же человеком. Какие у нас там предположительные причины смерти? — Каэде сложила руки на груди, выделив слово «предположительные».       И тут стойки внезапно начали чередоваться между собой, озарив ярко-голубым светом весь зал суда. Один лишь довольный взгляд Монокумы уже говорил о том, что данный жест оповещает о начале долгожданных нонстоп дебатов, где каждый выдвинет свою точку зрения, а главной шахматной фигуре стоит лишь согласиться или опровергнуть её.       — Бесполезно тратить на это время, — Рёма недовольно хрустнул леденцом в виде сигареты, — Мы всё равно не можем узнать наверняка, как умерли эти двое. Если монофайла нет, то нас могут водить за нос.       — Как насчёт версии, что убийца убил Химико, а потом и Корекиё, потому что тот что-то узнал о преступлении?       — Да, но мы, опять же, не можем никак это доказать… — прискорбно добавила Кируми, — К тому же, у нас до первого убийства и так уже пытались совершить преступление. Анджи и Тэнко чуть не отравились, помните?       — А убийца мог просто сделать наглядность отравления? — предположил Гонта, — Чтобы запугать или запутать всех, например?       — Это невозможно, — опровергла его слова Маки, — Мы нашли книгу с гербарием, которую, видимо, и использовали, чтобы отравить. Симптомы совпадают только с одним цветком, но его эффект летален даже при небольшой дозе употребления.       — А как насчёт того, что отравление было совершено другим человеком? Имею в виду, если убийц было двое, то отравить меня и Анджи пытался кто-то третий. Может, он и Киё отравить пытался, а механизм — для прикрытия?       — Нет. Корекиё точно был зажёван шестерёнками, — ответил Кайто, — Нас Рёма уже окончательно заставил в этом убедиться. А вот в случае с Химико… Ножевые ранения, нанесённые тем кинжалом для ритуалов и стали причиной смерти, я гарантирую. От такой кровопотери умрёт любой. А даже, если не это убило жертву — мы убедились, что ей проткнули жизненно важные органы в области живота чуть ли не насквозь, а из этого следует, что она умерла мгновенно.       «Вот оно!» — воскликнула про себя девушка, осознав, что нашла, за что зацепиться в словах собеседника.

— Ошибаешься!

      — А? В плане?       — Кайто, ты не прав. Вспомни, мы же вместе осматривали труп. На теле Химико было множество других улик, которые явно указывают на то, что она умерла НЕ мгновенно.       — Соглашусь, — Маки указала на дисплей, где подсвечивались снимки с места преступления, — Посмотрите-ка на это.       Все участники суда тут-же лицезрели фотографии с места преступления. Основной акцент был сделан на трёх ножевых ранах, но если приблизить ракурс и посмотреть на каждое фото ещё раз крупным планом, то в глаза бросались покрасневшая слизистая, выступившие капилляры и чёрные ногти.       — Постойте! — Кайто прервал осмотр, — Маки, но ты же сама говорила, что Химико точно умерла мгновенно. Причём тут все эти зацепки, если они никак не помогут узнать времени смерти?       — Я немного полистала все улики и… Кажется, я знаю, что случилось с Химико.       Остальным ребятам ничего не оставалось, кроме как разинуть рты от удивления. В следующую секунду перед ними снова появилась книжка с гербарием. Открыв оглавление, Харукава нашла нужную страницу и остановившись на разделе «Бэлладонна», перелистнула на ещё одну страницу вперёд.       — Что ты дела…       — Это растение называется «Белена», — перебила Маки, указывая на засушенные белые лепестки, — Киё говорил, что не только у Бэлладонны отсутствуют некоторые части, помните? Он сказал, что Беленой убийца тоже мог воспользоваться.       — Ты намекаешь, что…       — Да. Описание говорит о том, что симптомы при отравлении Беленой практически полностью идентичны с симптомами на теле Химико.       — Значит, Химико сперва отравили, а потом уже нанесли ранения? — предположил Рантаро, — В таком случае, это уже можно считать за одну из причин, почему не дали монофайл.       — Не факт, что Химико умерла от отравления. Смерть от Белены наступает долго, помимо летального исхода может быть сердечный приступ. А за приступом нередко следует парализование.       — Но ведь это… Так, минуточку! — Кайто в шоке отступил назад, — Но ведь это объясняет то, что мы увидели тогда!       — Действительно! — поддержал Гонта.       — О чём вы? — Каэде с удивлением пробежалась глазами по троице и внезапно вспомнила, что когда они обсуждали возможную невиновность Корекиё, то киллер и астронавт не желали делиться информацией на этот счёт, прикрываясь оправданием «это неважно», хотя однозначно что-то видели помимо обнаружения тела.       — Мы договорились не рассказывать… — Гокухара неловко отвёл взгляд, сжав ремешок сумки, — Простите, так было лучше…       — Это никак не поможет делу, потому что ситуация тут 50/50. Есть вероятность, что мы с самого начала поймали убийцу за преступлением, а есть вероятность, что это просто подстава, — Маки глубоко вздохнула.              

***

             

*воспоминание*

      — Эй! Выпустите меня отсюда!       Громкий мужской крик раздавался на весь коридор, но ещё громче были стуки кулаками об деревянную поверхность, которые, слава Богу, были услышаны. Троица абсолютных студентов сразу бросила прогулку по недавно открывшемуся корпусу и понеслась на крики со всех ног. Добежав до источника звуков, школьники поняли, что голос принадлежит никому иному, как Корекиё Шингуджи.       — Киё, ты в порядке?! — прокричал Кайто, пытаясь открыть дверь, но без результата.       — Я не могу выбраться! Тут труп!              

***

                    — Он… Что? — переспросил Рёма с круглыми глазами.       — Он был заперт в собственной лаборатории наедине с трупом Химико.       — Мы долбились в дверь и в итоге, решили попросить Гонту помочь, как вдруг она распахнулась сама! — Момота схватился за лоб, — Чёрт возьми, я не знаю, что там произошло, но Киё был белее снега!       — Мы также услышали звук открывающегося замка, — добавила Маки, — Словно… Даже не знаю, как объяснить. Будто дверь была заперта изнутри, но Корекиё «не знал об этом».       — Но это же чёткое доказательство, что убийца — Корекиё! — Рёма позволил себе поднять голос. — Помолчи пожалуйста, — «любезно» заткнула его улыбчивая Анджи.       — Вы идиоты?! — Тэнко чуть ли не сорвала голос, — Почему вы об этом не сказали? Видите, я была права, Корекиё убил Химико!       — Ты тоже помолчи пожалуйста, — снова повторила художница, но уже в адрес Чабаширы, — Кто лапшу на уши вешает, того Атуа повешает.       — Вот потому и не сказали, — Кайто же, в свою очередь, нахмурил брови, недовольно прожигая мастера айкидо взглядом, — Ты и так на Корекиё набросилась после обнаружения тела, а что было бы, если данная информация всплыла наружу?       Маки кивнула.       — Я не спорю, что это очень важный факт, что он был заперт в одной комнате с трупом, но это ещё ни о чём не говорит. Его вполне могли подставить.       У всех затаилось дыхание.       — Всему виной то, что нас было трое: я, Кайто и Гонта. Три человека. Объявление прозвучало именно в тот момент, когда мы пришли. Но… Что, если Корекиё был первым, кто нашёл тело, а любые двое из нас — добавились к числу?       — То есть, если бы вас было двое и прозвучало бы объявление, то Корекиё получил бы железное алиби? — теннисист усмехнулся, — Но этого не случилось, как видишь. А значит, что он — наш главный подозреваемый в первом преступлении. Да и девочек он вполне мог отравить.       — На самом деле, мне тоже есть, что сказать…       Последняя фраза прозвучала крайне хладнокровно и безжизненно. Сказал её никто иной, как Рантаро со сложенными на груди руками, и мрачно опустивший голову.       — Ты чего?       — Я уже видел эту книгу с растениями у Корекиё, — тихо пробормотал юноша, — Мне очень жаль, что я вспомнил только сейчас…       — Это шутка? — спросила Анджи Ёнага, — Шутка ведь?       — Я заглянул к нему в лабораторию за день до отравления в столовой. Заметив меня, он быстро закрыл книжку и убрал её на полку. Пусть он и вёл себя, как обычно, но сложно было не заметить, что он слегка нервничает, что я пришёл не вовремя, что я ему мешаю…       — Ох, и как тебе не стыдно врать… — уже в который раз не согласилась талантливое художественное дарование, — Он не стал бы меня отравлять. Вообще никого не стал бы. Поэтому прекращай.       — Но тем не менее, всё сходится, — спокойно напомнила ей Маки, — Книжка, скорее всего, изначально была из лаборатории Корекиё. Слова «она из библиотеки» принадлежали ему, так что нет никакой гарантии, что это правда. Да и плюс, в его обязанности входило приготовление еды для вашего банкета консулов. Он, конечно, делал это на пару с Химико, но это не значит, что он не мог добавить Бэлладонну в напитки, когда она отвернулась.       — Ты снова лжёшь.       — Мы ещё не можем быть уверены, что Корекиё убил Химико. Это вполне может быть кто-то другой. Однако, он больше всего подходит на роль того, кто пытался отравить тебя и Тэнко.       — Кстати, да, — согласился Кайто, — На тот момент уже было правило о двух убийствах, так что он вполне мог подмешать отраву в два любых бокала. Свой бокал он мог поставить на край подноса или… Не знаю, как-нибудь его обозначить, дабы случайно не перепутать.       — Секундочку… — Кируми прервала его размышления, — Я тоже кое-что вспомнила! Во время банкета я заметила на стакане Корекиё мелкий скол. Мне хотелось его предупредить, дабы он не порезал губы, но в тот момент Анджи и Тэнко рухнули на пол, так что у меня вылетело из головы!       Сомнения моментально развеялись. Все доказательства указывали на одного человека. И пусть доказанное не вело к заключению, что Корекиё Шингуджи убил Химико Юмэно — это всё равно приблизило дело на шаг к правде. Вот только…       — А может, это ты пыталась нас отравить?       На сей раз рука заигравшейся Ёнаги указала на горничную:       — Ты же как-то узнала, как остановить действие яда. Вполне себе хороший повод, мне думается.       — Прошу прощения? С чего мне такое делать? Если бы я подсыпала отраву, то стояла бы на месте и не стала помогать.       — Анджи, успокойся, — пригрозила ей Каэде, — Кируми совершенно права, твои обвинения и гроша не стоят.       — Одного из моих господинов тоже когда-то давно пытались отравить. Не растением конечно, но если поблизости нет врача и ситуация чрезвычайная, то принцип спасения один и тот-же — нужно заставить яд выйти из организма как можно быстрее. Чаще всего это срабатывает при помощи отвратительных запахов.       — Кхм-кхм, — Рёма прокашлялся, — Раз мы нашли предположительного виновника в отравлении, то давайте теперь разберёмся с запертыми дверьми и нападением. Анджи, ты можешь просвятить нас во все подробности?       — А? Ну-у-у, — девчушка задумалась, рассматривая потолок, будто бы там были какие-то узоры, — Утром я пошла в лабораторию, чтобы…       — Так, у меня есть вопрос.       Рантаро помахал ладошкой и анализирующее взглянул на Рёму, а потом и на Анджи.       — На тот момент ещё даже объявление о наступлении утра не прозвучало. Что вы оба забыли в своих лабораториях в такую рань?       — Боюсь, тут моя вина, — Тоджо виновато пожала плечами, затем поправив чёлку, — Мне нужно было провести уборку в этих лабораториях, потому что в другое время Рёма постоянно тренировался, а Анджи была занята статуями. Я попросила их прийти утром пораньше, чтобы они могли подготовить комнаты.       — А меня ты не спрашивала, — с тяжестью на сердце пробормотал Кайто, — Вот где сейчас мои вырезки из JUMP? Бумажный Луффи был для меня ценнее золота!       — Я сожалею, но что поделать, если огрызки из журнала выглядят, как мусор.       — Самостоятельно вырезанные персонажи из всех статей про Ван Пис — для тебя мусор?!       — Та-а-а-ак, — напомнил о себе абсолютный неизвестный, — Окей, тут понял. А что нам известно про запертые двери?       — Моя дверь была заперта изнутри, я уже объяснял вам, — Хоши невольно прикусил губу, — И теперь, когда вы рассказали про ситуацию с Корекиё — я начинаю осознавать, что либо он был в таком же положении, как и я, либо просто надеялся, что подобное совпадение поможет ему удалить себя из списка подозреваемых в убийстве Химико.       — Но ведь Анджи тоже не могла открыть дверь наружу… — зеленоволосый почесал затылок, — Если на неё напали, стукнули, а потом виновник убежал, то как он смог закрыть двери остальных двух лабораторий изнутри, не покидая их?       — В мою лабораторию точно никто не заходил. Я пришёл пораньше, убрался и включил машину, чтобы потренироваться и как-то скоротать время, пока Кируми не пришла. А дальше сами знаете…       — У машины в отсеке застрял винт, — проинформировал остальных Кайто, как тот, кто лично осматривал прибор, — Помимо этого также пропало несколько винтов круглой формы из корпуса.       И в эту же секунду Каэде поняла, что уже где-то слышала или видела нечто схожее с тем, о чём говорил Кайто. В голове всплыли все события расследования и материал, который удалось собрать по ходу поисков. Неужели… Да, это точно то, что нужно! Точно такие же винтики были найдены около…

▪︎ лаборатории Рёмы и Корекиё ▪︎ ▪︎ столовой ▪︎ ▪︎ женского туалета ▪︎ ▪︎ кухни ▪︎

      Сомнений нет, ответ не заставил себя долго ждать. Пианистка всё поняла.       — Ребята, мы нашли два круглых шарика с отверстиями. Один около лаборатории Рёмы, а другой отдал Корекиё. Не могут ли это быть те самые винтики из машинки?       — О-о-о, точняк! — Момота закивал головой, — Отверстия в машинке были примерно такого же размера, как те шарики! А ещё внутри отверстий было что-то вроде двух металлических игл.       — Не продолжай, я угадаю. Эти шарики надеваются на иглы и таким образом становятся одним целым с машиной?       — В точку, вы выиграли один миллион ничего!       — Да, но это ничего не даёт, — нарушила их радость Кируми, — Мы не сможем понять, зачем убийца вытащил эти шарики из машины и кинул их где-то около лаборатории.       — Не спорю. Но вполне возможно, что это может быть крупной уликой. Скорее всего, был ещё один шарик, потому что лаборатория Анджи тоже была закрыта изнутри. Они точно как-то причастны к закрытым дверям!       — Хорошо-хорошо, как скажешь.       — Что нам, в принципе, теперь известно о последовательности событий? — задал риторический вопрос Рантаро, — Химико на самом деле умерла от яда или была парализована, а затем зарезана. Какого-то чёрта она оказалась в лаборатории Киё, который до этого недавно пытался отравить Анджи и Тэнко. Он был заперт в комнате вместе с трупом и потому оказался первым в списке подозреваемых. Вам не кажется это странным?       Рёма цокнул, затем озвучив:       — Что именно? То, что у него не получилось убить, а во второй раз спалили?       — Нет. Просто… Сами подумайте. Лаборатория, ритуальный нож, да и Химико, вдобавок, доверяла Корекиё, ибо он был очень близок с Анджи. Как-то… Глупо, не находите? Стал бы такой человек совершать убийство, когда буквально все улики кричат «он виноват, он виноват!»? Я сейчас не защищаю его, пусть он и был моим другом, но, народ, Киё не настолько глуп и безрассуден.       — О-о-о, поддерживаю! — высказал своё мнение энтомолог, — Киё был очень умён! Один из самых умных людей за всю жизнь Гонты!       — Тоже… Соглашусь наверное, — добавила Анджи, наконец перестав улыбаться.       — Именно. Это значит, что Корекиё не убивал Химико. Настоящий убийца подставил его, выставив всё так, словно Киё — настоящий виновник.       — Но почему он решил подставить именно Корекиё? — а Рёма всё не унимается, — У нас людей больше нет для подставы?       — Мы уже остановились на том, что Киё — ключевой инициатор отравления. Вам не приходило в голову, что убийца узнал о том, что Киё натворил и поэтому подкинул ему труп в качестве мести?       — Что… Но зачем убийце защищать тех, кто чуть не отравился?       — А может потому, что убийца Химико среди их числа?       При осознании смысла сказанных слов множество прожигающих взглядов тут-же обрушились на Анджи Ёнагу и Тэнко Чабаширу, а те, в свою очередь, занервничали ещё больше, чем раньше.       — П-постойте! — мастерица боевых искусств стукнула кулаком по стойке, медленно становясь красной от нахлынувшей волны гнева, — Химико же тоже была неотъемлемой частью фан-клуба! Если бы мы действительно знали о том, что Киё — отравитель и хотели бы отомстить, то убили бы кого-нибудь другого из числа людей, кто не является консулами.       — Та-а-а-к, давайте сперва разберёмся со всеми зацепками, выстроим полную картину дела, а потом уже будем тыкать в друг друга пальцами, ладно? — Каэде утомлённо вздохнула.       Далее продолжила Маки:       — Вдобавок, мы так и не обсудили самое важное. Кто вообще видел Химико последним, когда она ещё была жива?       — М-м-м, я, скорее всего… — Акамацу неуверенно подставила ладонь под подбородок, — Она собиралась всю ночь сидеть в библиотеке, чтобы найти информацию о том, что могло быть отравой. Вполне возможно, что её убили ночью и…

— Прошу прощения!

      Громкий крик в другой части классного круга из стоек прервал рассуждения пианистки, так как Кируми Тоджо посчитала нужным вмешаться и не дать той договорить:       — Каэде, ты заблуждаешься.       — А? В каком смысле?       — Химико никак не могли убить ночью!        — Это почему?       — Потому что я видела её в библиотеке за полчаса до обнаружения тела!       И тут все потеряли дар речи.       — Стоп… Погоди, что? Ты не могла её видеть!       Услышанное просто не укладывалось в голове. Быть может, горничная что-то напутала?       — Белена паразитирует в организме вплоть до самой смерти несколько часов. Если яд убил Химико, то прошло минимум часа два, а если парализовал, то как сама Химико добралась до лаборатории Корекиё? Как-то же она там оказалась!       — А это не могла быть Цумуги, которая просто косплей напялила? — Кайто поднял бровь.       — Косплей не напяливают, его делают! — завопил Монокума с интонацией Широганэ, но своим голосом, — Не говори, если не знаешь, неуч!       — Так могла или нет?       — Я больше не участвую в игре, даже не думайте меня сюда впутывать!       — Но ведь если Химико была парализована… — Рантаро продолжил размышлять вслух, — И если последнее место, где её видели живой — библиотека, то не мог ли убийца воспользоваться тем, что яд её парализует?       А ведь правда! Амами был абсолютно прав на этот счёт. Ведь это означало, что…

▪︎ забыла позавтракать ▪︎ ▪︎ была перенесена из библиотеки в лабораторию Киё ▪︎ ▪︎ на самом деле трап ▪︎ ▪︎ была убита убийцей ▪︎

      — Погодите-ка, точно! Жертва же вообще не могла двигаться, раз не умерла от яда! Это значит, что её вполне могли перенести из библиотеки в лабораторию Корекиё в парализованном состоянии!       — Да, но утром народ уже свободно ходит по коридорам, — подметил абсолютный астронавт, — Пронести труп, не попавшись никому на глаза — затруднительная задача.       — Потому что труп как-то незаметно пронесли, кретин, — огрызнулась Маки.       — Э-эй, чего сразу «кретин»?!       — В любом случае, — вернулась в обсуждение Кируми, — Убийство не могло быть совершено ночью. Плюс ещё это правило консулов…       — Ты о чём?       — Хмм? Тебе не сказали, Каэде? — она изменилась в лице, — Ах, точно. Ты же не сопровождала осмотр лабораторий из-за стычки с Анджи.       — Видишь ли, сие четвёрка умников буквально заставила нас идти в свои комнаты после объявления Монокумы о том, что день закончен. В ночное время разгуливать нельзя было никому, кроме самих консулов, — объяснила той Харукава, — Каждой ночью хотя-бы один консул обходит академию, чтобы убедиться, что все спят.       — Но ведь… Этот консул мог просто не заметить убийцу ночью! Да и вообще, чья была смена? — Химико… — коротко ответила Анджи, — Но, видимо, она забыла об этом, вот и осталась в библиотеке.       — Знаете, я тут подумал, — Кайто почесал затылок, — Если тело было перенесено, да ещё и так, чтобы никто не увидел, то это значит, что убийца не мог тащить его прямо по коридору, на руках или ещё как-либо.       — Первая разумная мысль за весь суд. Браво, развиваешься.       — М-Маки, да хорош уже!       — Но это значит, что если убийца как-то незаметно перетащил тело из библиотеки в лабораторию Киё, то он вполне мог воспользоваться чем-то посторонним, — высказала свою догадку Каэде, — Даже, если ученики, не состоящие в фан-клубе, не могли гулять ночью и застать убийцу за перестаскиванием тела, то это вполне могли сделать консулы. Например, кто-нибудь из них хотел найти Химико, чтобы проверить, как идут дела с осмотром академии. Проще говоря, рисковать было слишком опасно. Убийца 100% пытался перетащить тело незаметно, чтобы если ему кто-то встретился по пути в коридоре посреди ночи — не пришлось отвечать на большое количество вопросов.       — Да, но… Убийца бы мог и этого свидетеля вполне прихлопнуть, — добавил Рёма.       — А если бы не один, а два, или даже все консулы пошли прогуляться? То что тогда? Больше двух убийств запрещено.       — Верно, моя дорогая! — подхватил Монокума, довольно водя лапой в горшочке мёда, — Всё абсолю-ю-ю-тно верно!       — Химико была очень маленькой, — Гонта поправил очки, — Как крохотная божья коровка.       — Кстати, да, — согласился Рантаро, — Её всем довольно просто было бы перетащить. Кхм, ну, со исключением разве что…       Внезапно столкнувшись с презрительным взглядом Рёмы, Амами тут-же опустил глаза, поняв, что сболтнул лишнего.       — Кокичи переносили в мехе. Сейчас этот вариант отпадает, полагаю? — поинтересовалась Кируми.       — Думаю, что меха бы привлекала к себе слишком много внимания. Да и Цумуги уже в игре не участвует, — Маки пожала плечами.       — Погодите…       Голос Кайто прозвучал с до жути шокированной интонацией, а когда студенты повернули головы, чтобы увидеть его выражение лица, то замерли на месте. Юноша побелел, совершенно не двигаясь. Словно до него дошло то, чего он не мог понять очень долгий промежуток времени. Хотя, кажется, так и есть. Что же он скажет?       — Позавчера…       — А? — переспросил Гонта, — Позавчера?       — Позавчера… Да… Точно. Я был в библиотеке. Мне очень хотелось хотя-бы немного отвлечься от убийственной игры и я пошёл туда, в надежде найти парочку комиксов по Бакугану.       — И что с того? — теннисист заскрипел зубами, — Это к чему вообще? Не тяни кота за хвост, давай ближе к сути.       — На тот момент я понял, что наконец-то смогу снова читать истории про любимых героев перед сном, как в старые добрые времена. Однако, этих комиксов оказалось так много к моему же удивлению, что мне просто не хватило рук донести их до своей комнаты. Всё это время за моими мучениями наблюдал Монокума, а затем… Он предоставил мне тележку.       — Что? — глаза студентов расширились.       — Тележка для перевозки книг… С квадратными бортиками. Я накидал туда комиксов и отвёз их, а затем вернул тележку обратно в библиотеку.       — Выходит, что…       — Она была примерно такого же размера, как Химико… Если убийца положил её в центр, а бортики заставил книжками, то со стороны всё выглядело бы так, словно человек просто катит заставленную тележку, но внутри на самом деле тело!       — Боже… — Тэнко не смогла сдержать дрожь, — То бишь парализованную Химико перевезли, а затем закололи ритуальным ножом…       — М-да уж… Это ужасно, не спорю, но… — Рантаро вздохнул, — У нас до сих пор нет никаких улик, которые приведут к личности убийцы.       — Эй, слушайте, — Маки будто тоже осенило, — Если уж мы предположили, что убийца на самом деле — не Корекиё, и ему подкинули труп, то не мог ли Киё пойти ночью в лабораторию Тэнко, потому что понял, кто убийца и позвал его на встречу?       — Нет, убийца, скорее всего, знал, что механизм можно использовать для убийства, — поправил Хоши, — Это значит, что если кто-то и был гостем на встрече, то это Корекиё.       — Но зачем убийце Химико звать Киё на встречу?       — Ох, чёрт, ну наконец-то… Дошли до этой части, всё-таки, — Монокума угрюмо зевнул.       — Ой-ой-ой, страсти накаляются! — Моносукэ ухмыльнулся, — Это значит, что пора давать подсказку?       — Ох, Божечки, мне так жаль мальчика с бородой… Его же приступ хватит! — Монофани обеспокоенно глянула на Кайто.       Студенты переполошились.       — В каком смысле «подсказку»?       — В каком смысле «удар хватит»?!       И в этот момент… На экране телевизора появилась иконка, про которую все участники суда уже давным-давно забыли и даже не планировали вспоминать. Это был значок приложения, которое изменило их жизнь и начало эту проклятую убийственную игру. Приложение, по вине которого умерли Кокичи Ома и Шуичи Саихара. Но самое страшное ещё было впереди, ведь профиль принадлежал никому иному, как Корекиё Шингуджи, а посреди окна с переписками висело одно старое сообщение, написанное в два часа ночи тем, кто уже покинул игру на выживание, когда оно было отправлено.

Химико Юмэно:

Ты ведь убил Химико, не так ли? Жду тебя через полчаса в лаборатории Тэнко. Не явишься или скажешь кому-нибудь — я убью Анджи. Будь хорошим мальчиком и не нарушай моих условий. До встречи.