Цветы в волосах

В этот момент я сам понимал свою противоречивость. Я сказал Ларри о том, чтобы он не трогал меня. Сказал, чтобы держался от меня подальше, попросил не целовать, а сам даже не сопротивлялся, когда он усадил меня на себя, когда он начал так горячо дышать мне в губы своим теплом. Я поставил свои локти по обе стороны головы Джонсона, чтобы быть, как можно ближе к нему, моё тело хотело многого. Прижаться к нему, быть рядом и никогда не отпускать. Патлатый нежно поглаживал своей рукой моё бедро, а второй — держал за талию. -Мне точно нельзя целовать тебя? — спросил Ларри тихим шёпотом, выдыхая горячий воздух мне в губы. — Ты запрещаешь мне? -Да… — ответил я, так же тихо.

***

В этот день мы никуда не пошли. Был поздний вечер, наш класс поужинал в столовой, находящейся в маленьком здании сзади отеля, и все разошлись по комнатам. Мы с Джонсоном пошли к учительнице для того, чтобы попросить для меня ещё одеяло, подушку и хотя бы матрац. Я решил спать на полу, ведь не могу лечь с Ларри в одну кровать, даже под разное бельё. Я знаю, что патлатый с удовольствием сделает это, но не я. -Мы можем предоставить вам лишь одеяло и подушку. — так мисс Пакертон отреагировал на мою просьбу. Безразлично и холодно. Что ж… Придётся довольствоваться хотя бы этим. Джонсон не был бы Джонсоном, если бы не начал возмущаться. -Извините, конечно, но вы не думаете о том, что спать на полу без матраца немного неудобно? — его голос звучал не слишком дружелюбно, скорее саркастично. -Не мои проблемы, — отмахнулась старуха. — Это вы выбрали такую комнату, я не несу за это ответственность. Ларри было хотел опять начать негодовать, но я одёрнул его и укоризненно покачал головой. Патлатый взял одеяло с подушкой и мы направились в комнату.

POV Ларри

Я расстроился. Нет, сначала, конечно, обрадовался тому, что мы спим на одной кровати. Потом обрадовался ещё больше, ведь я практически выбил у Фишера признание или мне так показалось, затем я ещё моя радость почти зашкаливала, когда я усадил его на себя и чуть не поцеловал. Моя радость резко сошла на нет, когда он запретил целовать его. Вы, наверное, спросите: «Ха-ха-ха кого ты обманываешь? Ты ведь не будешь действовать по правилам, верно?» Что ж… Посмотрим, ведь я уже придумал идеальное свидание для этого парня. Мне нельзя его целовать, а трогать-то можно, да? Ну, по крайней мере он мне этого не запрещал.

***

На следующий день мне не удалось напомнить Салли о обещанном времени, которое мы должны были бы провести только вдвоём, ведь у нас было запланировано многое на этот день. Слава Богам, Трэвис не поехал с нами, и мне не надо отвлекаться на его закидоны. Наш класс уселся по местам в автобус, и всё так же шумя, направился в музей. Я точно не знаю, куда именно нас повезли, просто надеюсь, что там будет много укромных местечек. Фишер как всегда сел у окна. Я и сам любил это место, но уступал любимому, ведь во-первых — не хочу расстраивать его, а во-вторых, когда автобус сделает остановку, я могу притвориться спящим, и он, пока будет выбираться со своего места, может нечаянно сесть мне на колени. Шанс очень мал, но он есть. Я не упущу не одну возможность. Всю дорогу Салли бросал на меня косые взгляды и когда замечал, что я тоже смотрю на него, быстро отводил глаза. После того, как этот парень немного побыл сверху, у меня встал. А что вы хотите? Удивительно, как я не взял его прямо там, хотя мне очень хотелось. Пришлось идти в ванную первым. Интересно, у него на меня такая же реакция, как у меня на него? Надеюсь, что да.

***

Автобус остановился у какого-то музея. Здание было бледно-бежевого цвета, обрамленное со всех сторон деревьями и кустами, уже сбросившими листья в такую погоду. Мы вышли из автобуса. Сал, стоявший рядом со мной, поёжился и из-за протеза вышел тёплый пар, говоря о том, что стоять на улице — не самая лучшая идея. Мисс Пакертон убедилась в том, что все ученики на месте, и вальяжно встала в начале строя, объясняя нам правила поведения в таких местах. Мы зашли внутрь и я увидел большую раздевалку, где сидела всего одна женщина. Она была невысокого роста, полненькая, а лицо было круглое, копна чёрных волос ее умещалась на маленькой голове, а зелёные глазки зыркали на ребят с такой добротой, как будто эти дети все её, а она мать, давно их не видевшая. -Давайте, ребятки, вот твой номерочек, дорогая, приятного времяпрепровождения! — тороторила эта женщина со скоростью барабанной дроби. Весь класс приветливо здоровался с ней, что не было на них похоже. Видно, приятное впечатление производила гардеробщица. -Так, ну привет! — Я сдал куртку, тем временем ко мне подошла Эш. -Ну… Привет. — Я как-то отвык уже говорить с этой девушкой, но она по-прежнему одна из моих лучших друзей. -Как дела? — спросила Кэмпбелл не своим голосом. -Что тебе надо? — я давно уже научился распознавать такой её манера разговора. -Как всегда проницателен, Джонсон, — передразнила меня девушка. Тем временем я потерял Сала, а наш класс двинулся вперёд по залам, рассматривая произведения искусства и, слушая мисс Пакертон. — Я хотела спросить… Что с вами не так? -Ты о чём? — Я сделал вид, что не понял её, но это не так. -Господи, прошу! Хватит! Ты прекрасно знаешь о чем речь! Зачем же отнекиваться от правды?! Что тут такого?! — всё это Эшли проговорила угрожающим шёпотом, гневно стреляя в меня зелёными глазами. — Ты можешь не волноваться, твоё прикрытие работает отлично. -Ты о чём? — повторил я свой вопрос. Сейчас я действительно ничего не понял. -Я говорю о том, что особо никто не догадывается об этом. -Да о чём же?! Ты можешь сказать нормально?! Мисс Паркертон обернулась и посмотрела на нас довольно угрожающе. Я сбавил громкость и сделал вид, будто рассматриваю вазу, расписанную чем-то там. -Я говорю о том, — опять начала Эш, — Что почти никто не догадывается о том, что гей и, что ты влюблён в лучшего друга. Я потерял дар речи и на пару секунд встал, переваривая то, что эта девушка сейчас сказала. -Откуда ты…? -Не только я, — перебила Кэмпбелл — Тодд тоже. Вообще-то он первый заметил, что что-то не так. Рыбак рыбака, как говорится, что…? -Видит из далека, — закончил я поговорку, с угрюмым выражением лица. -Молодец. Кстати, у Сала день рождения послезавтра, ты же помнишь? -Естественно. -Что подаришь? -Ох, это кое-что особенное… — Моё лицо расплылось в улыбке, и Эш, кажется, поняла. Она с детства очень проницательна. -Серьёзно, Джонсон? — перебила она мои мечты о гулобовласом. -Серьёзно, Кэмпбелл. — Я направился искать Салливана, ведь мисс Пакертон сказала, что у нас есть два часа на то, чтобы самостоятельно изучить музей.

***

Я нашёл его в одном из мужских туалетов. Я прижал Салли к стене так, чтобы он не смог выбраться. -Ларри, что ты делаешь? — с недоверием спросил Фишер. -Ох, ну целовать я тебя точно не буду, ты мне запретил, но трогать-то можно? Не дождавшись ответа, я залез Фишеру одной рукой под чёрный свитер, а второй обхватил его и усадил на раковину. Так он был на одном уровне со мной. -Ларри… — начал он — Дверь… Я удивился. Он даже не останавливает меня. Что ж… Прекрасно, но то, что я хочу сделать сейчас, я приберегу на потом. Сейчас лишь касания… -Закрыта, — утешил я Сала, проводя по его талии своей рукой, второй я плавно поглаживал его задницу так, что при каждом движении он вздрагивал. Мои руки горели так же, как и тело. Я хотел большего, но не сейчас. Потом… Всё потом… Точно уж не в туалете музея. Я дунул ему в ухо, и Фишер сначала подскочил, а потом как будто расплавился в моих руках. Я засчитал это, как одобрение на дальнейшие действия. Я расстегнул его протез и положил рядом с раковиной. Я принялся покусывать мочку его уха, а голубоглазый тем временем протяжно стонал мне в шею, положив свою голову мне на плечо и выгнув спину так, что одна её треть была открыта. Какой же он чувствительный… Мне нравится. Той рукой, которая была под его свитером, я поднимался вверх, пока не достиг сосков Салли. Парень опять вздрогнул, но не остановил меня. Я принялся играть с ним, покручивая их и оттягивая. Фишеру явно это нравилось, ведь он начал постанывать мне в шею ещё больше. Той рукой, которая поглаживала его зад, я перешёл на внутреннюю сторону ляжек и начал подниматься вверх до тех пор, пока она не наткнулась на пах голубоволосого. Парень набрал в лёгкие побольше воздуха. Я, не давая ему передохнуть начал делать этой рукой круговые движения. Я чувствовал, как у него встал. Я подошёл настолько близко, чтобы касаться его стояком своим. Я остановился тогда, когда голубоглазый стал стонать довольно громко. Нас могли услышать. Я хочу дать ему понять, что со мной шутки плохи. Прости, Сал, я возьму тебя не сегодня. Тем более не в туалете музея.