Second life lady Elizabeth Bennet-Collins

Лонгборн. — Мама, я прошу вас, я поговорю с отцом наедине, — попросила Элизабет. — Что же, мистер Беннет, я надеюсь на ваше благоразумие, — обиженно сказала миссис Беннет и закрыла за собой дверь в библиотеку. — Подойди ко мне, дитя мое. Что ты думаешь об абсурдных надеждах твоей матери на твой брак с сэром Коллинзом? —Дорогой папа, я буду с вами честна. Я намерена передумать и принять его предложение. Я не питаю почти никаких положительных к нему чувств, кроме уважения и благодарности за отсутствие в нем хвастовства титулом, что так присуще нашему соседу сэру Лукасу, но наше положение крайне бедственно. Мы с Джейн на грани становления старых дев, мистер Бингли не оправдал надежд, а вы, папа, выглядите немолодо. Выйдя замуж за сэра Коллинза, я получу права наследования Лонгборна и смогу выводить на своё усмотрение сестер в общество. Мистер Бингли уже уехал из Незерфилд-парка и как его сестра сказала, гораздо раньше необходимого. А сколько ещё ему подобных мы сможем вынести, лелея ложные надежды, пока городские обаятельные джентльмены развлекаются в деревне, разбивая дамские сердца? Я более подобного отношения к себе и своим сёстрам терпеть не намерена, поэтому делаю то, что есть в моих силах. Доход моего мужа будет достаточно значителен и с возрастом прибыль увеличится, как и статус в обществе. К тому же, у меня определенно будет нетривиальный супруг, с и над которым всегда можно слукавить и посмеяться,— уверенно говорила Лиззи. Хоть аргументы её были вески и обоснованны, в глазах были решимость, смирение и печаль. —Ты ответственная и умная, дочь моя. Если ты так решила, не мне судить или отговаривать тебя. Я лишь пожелаю тебе счастья, и скажу, что в любом твоём выборе всегда будет осмысленность происходящего, — приобняв свою вторую дочь, сказал мистер Беннет Разумеется, отчасти он лукавил, ведь если бы вопрос будущего семьи был не таким острым, то стал бы непременно отговаривать от такого выбора. Отец семейства чувствовал свою долю вины за происходящее, и надеялся сделать то, возможное, чтобы его другие дочери не становились перед выбором, который сделала Элизабет, хоть это и было несправедливо по отношению к ней самой, у которой этого выбора попросту не оказалось. Как и следовало ожидать, миссис Беннет и сэр Коллинз были в восторге от происходящего, в отличие от самой невесты, и тут же приступили к планированию свадьбы. При помощи леди Кэтрин планировалась покупка специальной лицензии(от важности быть удостоенной такой чести у Фанни просто голова шла кругом), а в окружную церковь и пасторат жениха были посланы новости, с просьбой о прочтении в воскресенье молитв и объявлении новости о бракосочетания. Элизабет не была столь же откровенна с Джейн, сколь с отцом, лишь из нежелания ее расстраивать. Сестра искренне пожелала ей счастья в браке, хоть и испытывала сомнения, однако не хотела огорчать ими Лиззи, поскольку боялась, что её мрачные мысли были навеяны печалью от ухода мистера Бингли. Мэри сдержанно поздравила сестру с таким здравым и благонравным с её стороны выбором, и дальше по-прежнему была увлечена самообразованием, а младшие сестры ухаживанием за офицерами. Шарлотта Лукас отлично понимала Лиззи, и положительно оценила поступок подруги как самопожертвование во имя семьи, однако ей было жаль, что второй мисс Беннет пришлось отказаться от романтических мечт так же, как и вскоре от своей фамилии. Последние два дня до свадьбы сэр Коллинз чувствовал себя крайне плохо: лицо его было бледным, аппетит исчез, диалогов не заводил, все его слова были минимумом из того, что требуют приличия. Элизабет любезно предложила жениху перенести свадьбу, хоть и понимала, что отсрочка "казни" сделает только больнее, но сэр Коллинз и слышать об этом не желал. За день перед свадьбой к нему приехал некий джентльмен из Лондона, с которым сэр Коллинз попросил возможности переговорить с глазу на глаз. Спустя час этот джентльмен покинул Лонгборн, и ничего сильно волнующего, кроме плохого состояния сэра Коллинза до свадьбы не произошло.