Грехопадение

      В город мы вернулись только когда солнце зашло и нас поначалу не хотели пускать внутрь. Пришлось дать на лапу стражникам, чтобы те открыли ворота. Но это была мелочь по сравнению с прибылью за вылазку - девятнадцать монет за задания и ещё двадцать шесть за трофеи. Вполне приличная сумма.       Ночь я провёл вместе с Сильмирой, восстанавливая затраченную ману. А с утра наша команда вновь собралась в «Драконьей норе» чтобы затем отправиться закупать необходимые для путешествия вещи. Сначала мы хотели прибиться к какому-нибудь торговому каравану, возможно даже получить с этого плату за защиту, но к сожалению, в ближайшие дни таких не планировалось. Поэтому нам придётся добираться своим ходом. Было бы неплохо купить пару лошадей, только стоили они слишком дорого - в районе пятидесяти серебра, а это уже целый золотой.       Пока девушки накупали припасов, я зашёл в дешёвую портняжную лавку и прикупил там временное белье и одежду. Ходить в старом стало уже просто невыносимо - вчерашняя прогулка отчётливо это мне показала. Все жмёт и натирает. Одно дело по городу пройтись и совсем другое целый день по лесу шастать. Покупать одежду покачественнее и подороже я не стал по причине моего постоянно меняющегося тела. Вот перестану расти (Я же перестану?!) и тогда нормально закуплюсь всем необходимым.       И вот наконец сборы закончились и всё было готово. Мы вышли из северных врат, хотя это будет слишком гордое название для деревянной калитки, и отправились в путь. Нашей целью стал Дарболтон - более крупный и древний город, который славился своими алхимиками.       – Странное это чувство, когда покидаешь город в котором прожила последние три года, – вдруг задумчиво проговорила Хару.       – Мы же не раз выходили за ворота по заданиям, – напомнил я.       – Да, но это было временно, а теперь я возможно никогда сюда не вернусь, – грустным голосом сказала лиса, но затем просияла. – Зато мы сможем по пути заглянуть в мою родную деревню! Правда она немного в стороне от тракта... но там можно будет остановиться на ночлег!       – Я совсем не против - люблю спать в комфорте, – не долго думая согласился я.       А дальше нас ждала длинная дорога. Если будем идти обычным шагом, то наш путь растянется примерно на шесть дней с учётом остановок и ночлега. Первые часы все было спокойно, мы пока отошли недалеко от города и ни монстров ни зверей тут не было. Мы разбавляли нудную ходьбу пустыми разговорами обо всём подряд. Хару рассказывала нам как работала портным и поведала про последние писки моды. Я переделал пару своих историй под здешний лад, а Силь соизволила выдать немного о других странах которые она повидала.       Небо было практически чистым кроме пары облаков и солнце мягко согревало. Но уже к вечеру небосвод заволокло тучами и начал моросить мелкий противный дождь. Пришлось нам разбивать лагерь немного раньше, чем планировали. Хорошо хоть девушки купили небольшую палатку, иначе пришлось бы сооружать шалаш - мокнуть мне совершенно не хотелось... Правда тащил эту палатку именно я.       Ночь прошла на удивление спокойно... Если конечно не считать того, что лисичка жутко стеснялась спать у нас под боком и, забившись в угол, смогла уснуть только под утро. Поэтому теперь ходит сонная.       И снова пыль дорог (хотя вчерашний дождь её немного прибил) и вновь леса с обеих сторон. Тот, кто считает, что в таких путешествиях есть своя романтика, жестоко ошибается. Ну, может только если совсем чуть-чуть. В основном это лишь сплошное однообразие. Ладно ещё если ландшафт и природа меняется, создавая красивые пейзажи, на которые можно полюбоваться, но странствие по обычной лесной дороге это скорее рутина.       Пару раз на нас нападали. Зверей я просто шугал магией, а с мелкими монстрами мы быстро расправлялись все вместе. Ближе к вечеру мы пришли к едва заметной развилке, которая, по словам Хару, вела к её деревне. Смотреть на счастливую из-за возвращения домой мордочку было одно удовольствие. Но когда мы спустя три с половиной часа вышли из-за поворота и увидели деревню, то улыбка сошла с лица Хару... И ясно от чего - село больше напоминало руины. Половина домов стояли разрушенными или сгоревшими, частокол покосился и мелькал большими прорехами, а у дороги на столбе висел полуразложившийся труп толстого мужчины. Однако несмотря на это в деревне все ещё были люди...       – А ну убирайтесь, разбойничье отродье! – хриплым голосом прокричали нам с деревянной вышки одновременно с выстрелом из арбалета. Но болт мне даже не потребовалось отклонять, так как он упал в трёх метрах перед нами.       – Ты шо эта творишь, дурак старый?! Хочешь шоб нас тут усех под нож пустили?! – нас достиг приглушенный крик изнутри деревни.       – Уж лучше помереть чем так вот жить! – вновь послышалось с вышки и спустя секунд десять в нас полетел второй болт, на этот раз более точно.       Выставив перед нами воздушный щит я пошёл вперёд, показывая жестами чтобы девушки шли за мной. Приблизившись к воротам метров на восемь я громко сказал:       – Кажется у нас вышло небольшое недопонимание - мы никакие не разбойники! Одна из нас раньше жила здесь, и мы по пути решили зайти в вашу деревню! – затем я обратился к лисе. – Хару выйди вперёд.       Она как-то заторможено вышла на пару метров вперёд и встала опустив голову. Похоже такое состояние её дома сильно ударило по ней. В это время из башенки показалась заросшая седая голова и внимательно нас рассматривала.       – Хм, и правда! Лиса! Я тебя помню! Я сейчас отворю ворота, заходите скорее! – крикнул нам дед, а затем послышались шаги, и створка ворот начала медленно открываться.       Мы поторопились зайти хоть и не зная почему. Внутри деревня выглядела ещё хуже, чем снаружи. Редкие люди, оказавшиеся на улице из любопытства, смотрелись измученными и обречёнными. Стреляющим в нас был старый, но ещё бойкий, дед в потрёпанной одежде и с лохматой седой бородой. В руках он сжимал даже не арбалет, а кустарный самострел.       – Ух, как ты подросла, маленькая лисичка! Завидной красавицей стала, – поцокав языком отметил дед, глядя на нашу лучницу.       – Дед Керим… - только и вымолвила она.       – Что у вас здесь произошло? Вы упоминали разбойников, – решил я спросить, так как Хару ещё не отошла от шока.       – Так эта, душегубы они и есть... – с грустью отвечал старик. – Пришли раз к нам и говорят мол, отдавайте деньгу и урожай иначе худо будет! А мы собрали мужиков и дать им отпор хотели, да токмо не вышло ничего, - тяжело вздохнув он почесал свою бороду. - Пожгли они дома наши, забрали много всего да девок молодых увели! И теперича каждые две луны приходят, дань требуют. Никакого жития нет теперь...       – А когда они напали впервые? – я продолжил добывать информацию.       – Да уже почти полгода как.       – И что, вы ни разу не пытались отправить кого-нибудь в город с посланием? Или может наоборот к вам кто-то приходил?       – Пробовали... но видать никто так и не дошёл. И к нам тоже. Душегубы следят за дорогой да за лесом тоже. Я вообще не разумею как они вас пропустили.       – А... А н-наш дом остался цел? – вдруг дрожащим голосом спросила Хару.       – Прости, внучка, я уж и не упомню чей дом сожги, а чей цел остался. Сама глянь коль хочешь знать.       Хару бегом отправилась к своему дому, а мы с Силь, чуть задержавшись, поспешили за ней, лишь чтобы наткнуться на стоящую столбом посреди улицы девушку.       – Скажи, Зерис, ты помнишь свой дом? – после пары минут молчания печально спросила Хару, глядя на давно сгоревшие обломки.       – Хех, – я невесело усмехнулся понимая её настроение. – Конечно помню... Мы с родителями жили в похожей деревне, только у нас было похолоднее. Рядом протекала широкая извилистая речка, в которой если повезёт можно было поймать раков, а на холме стояла высоченная ветряная мельница. Отец у меня был плотником и постоянно ходил в опилках, а мать либо помогала ему, либо работала по дому... – начал я рассказывать предаваясь таким тёплым и одновременно грустным воспоминаниям. – Соседи были очень дружелюбными, и у них было много детей, с большинством из которых я смогла подружиться. Так-то я с друзьями в основном бездельничала играя в различные игры - слишком мала тогда была, но пыталась помогать матери, а отец понемногу учил меня своему ремеслу. Зимой у нас был большой праздник, когда мы веселились всей деревней. А летом я часто выбиралась в ближайший лес набрать ягод и всегда приносила несколько горстей чтобы угостить родителей... Так было до пяти лет, а затем... моё детство закончилось.       Хару молчала минут пять (Как собственно и Сильмира, которая стояла позади меня и старалась не отсвечивать) не отрывая взгляда от пожарища, а затем начала тихо говорить:       – Мои родители были изгнанниками. Папа - чёрный волк, а мама - рыжая лиса. Они не рассказывали из-за чего их изгнали из княжества. И хотя они пытались своим видом показать, что это для них пустяк, но на их лицах иногда проскакивала печаль, когда они думали, что я их не вижу. Поселились они в этой деревне ещё до моего рождения и неплохо жили здесь, выращивали овощи. Очень хорошая земля и тёплый климат позволяли собирать новый урожай чуть ли не каждую луну. Мне же поначалу было не очень легко - большинство детей меня не принимали, и я долго не могла подружиться ни с кем. Только один мальчик, Мелвин, нормально со мной общался, но в десять лет его родители куда-то переехали. В целом мою жизнь здесь можно даже назвать счастливой… Пока в один день родители не отправились в город продать часть урожая и больше не вернулись. Мне тогда было уже шестнадцать, но я слабо представляла, как в одиночку держать хозяйство, вот и решила продать дом, перебравшись в Лертон. Ещё с детства я увлекалась шитьём и мне не составило труда стать подмастерьем у мастера Денгура. Но довольно скоро я начала немного тосковать по дому, хотя там уже жили совсем другие люди. Только вот я всё никак не решалась вернуться хоть на денёк и видя сейчас это пожарище мне просто... горестно...       Подойдя к ней поближе я обнял за плечи без какого-то умысла. Я очень хорошо осознавал, что чувствует человек обнаружив свой родной дом в руинах. Ведь, когда я спустя почти двадцать лет вернулся в свою деревню, то нашёл лишь могильник и горстку нежити.       – Добрая ты, Зерис. Спасибо, – пробормотала Хару уткнувшись мне в ключицу.       Эх, лисичка, я уже и сам не знаю добрый ли я… Недавно я начал замечать, что мне стало всё больше нравиться удовольствие которое может дать это тело. Уж не стану ли я зависим от него? Есть о чем задуматься…       Постояв так минут десять, гладя Хару по шелковистым волосам, я заметил, что она немного успокоилась, и мягко отстранившись направился искать того старика. Новая луна, которая отсчитывает здесь 40 дней, будет уже завтра, так что мне нужно побольше информации. Керим обнаружился неподалёку от ворот, и я сразу же задал ему самые важные сейчас вопросы:       – Ты знаешь сколько людей в банде? Чем вооружены? Есть ли у них маги?       Старик немного опешил от такого напора, но все же стал отвечать:       – Эта, людей у них где-то три дюжины, с топорами, дубинам и луками. Кажись, были ещё пара мечей и копий. А вот колдунством у них никто не владел.       Что магов нет - это хорошо. Нет, это даже очень хорошо. Надеюсь и сильных бойцов у них тоже нет, а то могут появиться проблемы.       – У вас остались жители, умеющие стрелять из лука? Да и вообще луки-то есть? – продолжил я спрашивать старика, формируя в голове план.       – Не, эти ублюдки всё забрали. Есть токмо с десяток мужиков, как я, с самоделками.       – Хм, жаль... Скажи мне вот ещё что - когда именно они приходят за данью?       – Ну, где-то поутру.       Подумав пару минут, я принял для себя решение и проинструктировал старика:       – Значит так, завтра собирай всех способных держать оружие на стене, будем отбиваться.       – А как эта? - спросил весьма резонный вопрос дед.       – Просто я владею этим, как ты сказал, «Колдунством»...

***

      Солнце только показалась из-за крон деревьев, и мы пребывали в томительном ожидании. Я же чувствовал себя откровенно хреново после бессонной ночи приготовлений. Вообще не знаю, что меня сподвигло помогать деревенским с их проблемами. Может дело в том, что я с родителями оказался на алтаре похожим образом - нашу деревню разграбили и часть людей забрали чтобы затем пустить под нож «Во славу Бога нашего, Кхельмуса», тьфу. Только вместо разбойников были культисты, но мне кажется, что последние будут куда хуже обычных головорезов.       Сейчас я стоял рядом с Хару и ещё с двенадцатью немолодыми мужчинами с самодельными луками и арбалетами. Да, нашлось ещё двое не желающих покорно прогибаться под бандитов. Сильмира же сидела спрятавшись на опушке леса, дабы ловить убегающих, коли все получится. А я очень надеюсь, что получится. Я кстати отдал ей тот трофейный кинжал, потому что он очень напоминал её старое оружие, а мне он все равно служил в качестве ножика.       Наконец на поле перед деревней вышла толпа разбойников. Шли они, как и ожидалось со стороны дороги, ведь они не боялись толпы крестьян. Но и в противном случае им не добраться до стены просто так. Впереди ехал на лошади глава бандитов, смотревшийся на фоне остального сброда этаким франтом. Чисто выбрит, в добротном тёмном костюме с кожаными вставками и в широкополой шляпе. Только вот весь образ портил неровный рваный шрам на пол лица. Подъехав метров на пятьдесят он громко прокричал:       – Чего же вы не открываете ворота, неужто решили не отдавать нашу законную долю? Кстати те три девки тоже в неё входят.       Что ж, понятно теперь почему нас пропустили. Намеревались повязать нас спросонья или вообще заставить деревенских это сделать. Но так получилось, что они только дали нам время подготовиться.       – Вы больше ничего от нас не получите, выродки! – крикнул все тот же бойкий дед и выстрелил в их сторону из самострела, чем только вызвал взрыв смеха.       – Ха? Раз так, то вы нам больше не нужны. Вперёд парни!       Часть толпы разбойников побежала к хлипкой стене. Но на пол пути они резко встали как вкопанные и начали озираться нервно вздрагивая.       – Эй, идиоты, вы чего остановились, хотите стрелу схлопотать? – гневно крикнул главарь, а затем сам двинулся вперёд лишь чтобы оказаться в вязком сером тумане, не позволяющем увидеть даже тех, кто стоял всего в паре метрах. С разных сторон начали раздаваться шорохи и пугающий шёпот, направление которого невозможно было определить. Бандиты пытались вернуться назад, но на самом деле ходили кругами.       Хе-хе, надеюсь им понравится пребывание в туманах Огирона! Конечно это не настоящий туман, способный дурманить разум и заставлять видеть верного товарища злейшим врагом, а лишь иллюзия хоть и качественная. Я пол ночи над ней корпел, остальную половину я потратил на вторую часть нашего спектакля...       В попавших в иллюзию разбойников со стены полетели стрелы, хотя самострелы местных точностью не блистали, а вот Хару стреляла достаточно метко. В ответ на нас посыпались стрелы от девяти лучников, оставшихся в отдалении, но я уже создал воздушный щит. А затем в тумане начали срабатывать ловушки и по полю стали разноситься крики боли, которые только сильнее пугали неудачливых душегубов. На что-то мощное мне просто не хватало маны - это тебе не малозатратная, но почти ювелирно сделанная иллюзия, тут нужна сила. Поэтому ловушки в основном калечили бандитов шрапнелью и точечными воздушными взрывами - добить врага можно и позже.       Спустя минут пять всё уже было кончено - почти все оказавшиеся в тумане лежали на земле сильно раненые или мёртвые, а лучники, видя случившиеся хотели было ретироваться, но у кромки леса их ждала Силь. Она конечно тоже была подуставшая после того, как всю ночь служила мне подзарядкой, но на испуганных разбойников ей должно хватить сил.       Теперь нужно спуститься и приступить к грязной работе. Вытащив саблю из ножен я намеревался уменьшить популяцию головорезов в этом регионе, но вдруг мне пришла идея - «А почему бы второй раз на дню не заняться добрым делом?». Можно подлатать раненых, обезумевших от страха и боли разбойников и сдать их в городе за вознаграждение. Тем более их главарь чудом выжил в заварушке и почти не пострадал, а за его голову наверняка полагается награда. Только этим будем заниматься не мы с девушками, а деревенские - сдадут преступников получат какую-никакую компенсацию за разграбленную деревню. А мы уже прошерстим их лагерь - Сильмира должна была проследить за последними выжившими до его местоположения. Эх, жаль только конь попал под действие ловушки и вылечить его у меня уже не получится.       Пока я занимался ранеными, ко мне спустилась Хару и вид у неё сейчас был весьма болезненный. Ещё когда начали срабатывать ловушки, она отчётливо позеленела, а теперь, воочию увидев результат их действия, едва сдерживалась чтобы не опустошить желудок. Ну да, зрелище то ещё! Кому-то оторвало руку или ногу, кто-то пытался запихнуть свои кишки обратно в живот, а кто-то лежал захлёбываясь собственной кровью. И все, кто ещё мог это делать, вопили, стонали и корчились в агонии. Яркий и кровавый пример воздействия магии на простых неподготовленных людях...       Некоторых из них все равно придётся добить, а большинство останутся инвалидами несмотря на лечение. Весьма незавидная участь... И ведь несмотря ни на что они такие же люди как я или жители этой деревни. Кто-то может сказать, что они получили по заслугам, но как по мне это всё брехня. Я не говорю, что, мол, все имеют право на второй шанс или что никто не заслуживает подобного. Нет, просто после стольких увиденных смертей, начинаешь относиться к ней немного по-философски. Просто этим ребятам не повезло и всё тут…       Помотав головой я отогнал наваждение. Эх, что-то меня потянуло на пустые рассуждения, даже стал преступникам немного сочувствовать, от усталости что ли. Надо бы поскорее заканчивать и лечь наконец поспать. За свои ловушки я кстати получил более двух сотен опыта и перешёл на восьмой уровень, получив новый навык суккуба:

Получен сексуальный навык: [Шарм] Вас окружает незримый пленительный ореол очарования который притягивает к вам других людей. Эффект: Зависит от вашей Харизмы.

      Подлечив последнего разбойника я рассказал деревенским что им нужно будет сделать и пошёл спать в свободную хату, напоследок наказав что если они прирежут раненых пока меня нет, то я очень расстроюсь.