Грехопадение

      — Ваше Высочество… Принцесса Офелия, пора вставать! Уже почти полдень.       Молодая принцесса нехотя распахнула глаза, щурясь от ярких лучей, пробивающихся через открытые занавески и отодвинутый балдахин.       — Сири? — заспанным голосом пробормотала она.       — Пожалуйста, поднимайтесь. У вас встреча с епископом через два часа.       — Ну ещё пять минуток… — жалобно протянула Офелия.       — Извините, но мне приказано вас разбудить.       С этими словами балдахин был окончательно сдвинут, а пышное одеяло стянуто с одетого в ночнушку тела девушки. Лишившись защиты от света и прохладного для прихотливой аристократки воздуха, принцесса была вынуждена применить последнее средство:       — Тогда я приказываю тебе отстать от меня. Мои приказы должны быть для тебя важнее.       — Простите, Ваше Высочество, но моя работа - заботиться о вашем состоянии. А соблюдение режима подходит под эту категорию.       На это Офелия лишь обречённо простонала и начала подниматься, ибо сон уже не шёл. От её бормотания “Прошлая служанка такого себе не позволяла” я весело усмехнулась, отвернувшись к окну, чтобы лица не было видно. Она была слишком добродушной для дворянки, чем я беззастенчиво пользовалась.       Вот уже вторую неделю я выполняю роль личной горничной второй принцессы Флостейна. Попасть во дворец оказалось сложно, но возможно. Как оказалось, значительная часть прислуги вольнонаемная, но проходит суровый отбор и множество проверок, в том числе и через Писарей. Именно они стали самым сложным препятствием, так как обладали отличной природной защитой разума. Если других проверяющих можно было обмануть с помощью ментальной магии, несмотря на парочку защитных амулетов, надетых на них, то с Писарями такой ход не сработал бы. Оставалось три варианта: научиться обходить считывание Статуса, подкупить или ещё как-то повлиять на Писаря, либо просто отбросить идею лезть во дворец.       Я выбрала второй вариант, как наиболее реалистичный. Мне помогли выйти на одного из Писарей короны, который был не особо чист на руку. Он, за внушительную взятку и проведённую вместе ночь, согласился подделать мои документы. Вот только эта ночь была даже для меня несколько необычной. Дело в том, что этот мужик лет сорока был по маленьким девочкам. Однако, он любил не их насиловать, а когда они его насиловали, охаживая плёткой и оскорблениями.       Об отсутствии у принцессы Офелии служанки я узнала совершенно случайно. И нет, я не убивала её и даже не похищала - просто мать девочки, служившей принцессе, внезапно серьёзно заболела. А жила та довольно далеко на севере, почти на границе страны - в двух неделях езды на лошади. Так что даже если прошлая служанка вернётся, произойдет это нескоро.       Становясь служанкой принцессы, я преследовала сразу несколько разных целей, приоритет которых собиралась определить уже на месте. Изначально, я рассчитывала сделать так, чтобы Офелия не стала королевой. “Как” - это уже другой вопрос. Можно было постараться дискредитировать её в глазах церкви. Для этого нужно испортить девушку, ибо репутация принцессы - то что помогает церкви продвигать её. На крайний случай можно принять её облик и рассориться со священниками. В любом варианте, если она окажется без поддержки церкви, то трона ей не видать.       Однако, оказавшись здесь, я передумала. Совершить задуманное ранее было, на самом деле, довольно просто с моими возможностями, но я решила пойти сложным путём. Мне захотелось не только развратить Офелию, но и сделать так, чтобы она сама разочаровалась в церкви. Причём это всё минимальный план, и он уже начал понемногу выполняться. В более широкой перспективе можно было попробовать стать серым кардиналом или даже сделать из принцессы марионетку - хотя не думаю, что последнее мне по силам, учитывая весьма неплохую защиту её разума благодаря множеству зачарованных украшений. Да и в жизни ничто и никогда не идёт в точном соответствии с планом. Зато у меня появилась возможность реализовать другой замысел. У меня ведь не так давно появлялась мысль найти себе сильных людей - подчинённых или союзников. Так вот, один такой тут обнаружился, можно сказать, на расстоянии вытянутой руки.       Находясь под маскировкой, я не могла пользоваться магией из-за угрозы быть обнаруженной дворцовым магом, который был как минимум не шарлатаном и выполнял свои обязанности без нареканий. Но даже так я могла с уверенностью сказать, что капитан дворцовой стражи Ларс являлся очень сильным бойцом. На мой взгляд, он мог быть даже сильнее, чем Роза. И этот парень неровно дышал к Офелии, которая была втайне в него влюблена. Хотя эта великая тайна, наверное, была известна половине дворца. Мне об этом “по секрету” растрепали другие служанки в помещении, где отдыхала обслуга замка.       Однако, эти двое были теми ещё скромниками. С принцессой то всё ясно - целомудренная дева - но почему Ларс-то бездействовал? Проклятие, без магии так сложно! Совсем меня разбаловала возможность залезть другим в голову и узнать, о чём они думают…       В общем, я решила расшевелить их. И если магией я пользоваться не могла, то похотью вполне. Принцесса находилась рядом со мной почти треть дня, и всё это время она мариновалась в пропитанном феромонами и энергией похоти воздухе. Причём я умудрилась сотворить так, чтобы действие этих феромонов было направлено не на меня, а на капитана. Воздействовать же на мужчину было сложнее, так как виделись мы не так часто.       Использовать манипуляцию сновидениями я поначалу опасалась, но принцесса оказалась той ещё любительницей поспать, словно выпрашивая у меня использовать эту способность. И наконец, спустя неделю, я решила рискнуть, придя в спальню Офелии ранним утром. Вставала она поздно, поэтому у меня была пара часов. И нет, я не пробиралась туда незаконно - рабочий день для слуг начинался раньше, чем аристократы просыпались, а заканчивался довольно поздно. Из-за такого расписания свободного времени почти не оставалось, хотя я и спала даже не каждый день. Хорошо ещё, что слугам дозволялось ночевать у себя дома, а не в служебных помещениях, которые использовались для ночной обслуги. Но мне всё равно приходилось пользоваться услугами Сильмиры в качестве временной замены “Сири”.       Проникновение в сон прошло нормально, однако, как я вскоре выяснила, манипулировать им было гораздо сложнее. Похоже, защита разума всё же распространяется и на сны, пусть и не в полную силу. Сотворить сложную конструкцию не получалось, но вот образы людей создавались более-менее легко. Если не заморачиваться воспоминаниями и проработанным характером, конечно.       В её сне я чаще всего создавала такую картину - принцесса была вместе с Ларсом в различных декорациях, доходящих до интимных или даже развратных. Но это была лишь половина. Часть времени во сне рядом с ней находилась я в разных человеческих обликах, но так, чтобы она понимала, кто перед ней. Сцена выстраивалась таким образом, что я выступала в роли некой советчицы или старшей, более опытной подруги, к которой можно обратиться в случае чего. По идее, таким образом она станет в реальности предпочитать спросить совета у меня, нежели у священников.       В сон капитана я также смогла проникнуть пару раз, хотя это оказалось в разы сложнее. Но сложность эта заключалась в расположении его спальни. Если к принцессе я могла пройти беспрепятственно, то в казармы приходилось подкрадываться. Опять нужно использовать скрытность! Снарово дерьмо, пора бы уже мне разобраться с этой проблемой! Как-никак магия воздуха мне по-прежнему хорошо даётся, а теперь ещё и иллюзии добавились - стоит озаботиться невидимостью. В качестве поддерживаемого заклинание она слишком затратна, но вот сделать артефакт…       Но в этот раз я пошла по пути наименьшего сопротивления. Зачем прокрадываться незаконно, если можно забраться “законно”? Болтливые девицы, коих в горничных было достаточно, донесли до меня такой слушок, что бравые гвардейцы вовсе не против приятно провести время после службы в компании смазливой служанки, а за работы, на которых можно перекинуться парой слов с дежурящими бойцами и завести знакомство, иногда разгоралась настоящая борьба. Особо отчаянные ухитрялись даже прокрадываться в дворцовые казармы, что вызывало смесь зависти, восхищения их пронырливостью и порицания распутства.       Эта весть заинтересовала меня даже не столько как возможность проскользнуть в казармы, сколько из-за желания с кем-нибудь повеселиться. Из-за этой работы мне приходилось почти постоянно находиться во дворце. Расслабиться в такой ситуации было невозможно, учитывая, что мне даже пирсинг пришлось снять ради маскировки. Вдобавок эта форма горничной была для меня слишком закрытой - так и хотелось её снять. А рекруты королевской стражи такие перспективные молодые парни… Это тебе не горожан по трактирам совращать - от них и энергии получить можно много.       Познакомилась я сразу с тремя парнями из переведённых недавно. Им было лет по восемнадцать-двадцать, но они уже имели боевой опыт, полученный не в одном десятке сражений - сюда не берут простофиль. Надо сказать, что я их немного шокировала своими “столичными нравами”. Вильям, с которым я познакомилась, когда он стоял в карауле рядом с покоями принцессы, явно не ожидал, что я проберусь к ним ночью практически после первой встречи. А уж предложение, что с товарищами стоит делить не только тяготы службы, которое я высказала, когда его друзья вызвались пойти прогуляться... Так я заработала себе алиби на случай, если меня поймают в казарме. За это всё равно могут наказать, но обычно к подобным проступкам здесь относятся мягко - видимо понимают, что бойцам не хватает женского внимания, а девушкам - видных кавалеров. Другой возможный минус - это слухи, которые могут пойти обо мне по дворцу.       Надо ли говорить, что очень скоро меня таки обнаружил один из офицеров, командующий новобранцами. Он отчитал парней, назначив им всем наряд на уборку конюшен, а меня собирался выдать мажордому. Это никак не входило в мои планы - ещё чего выгонят с работы и все старания насмарку. Хотя такой исход был маловероятен, но рисковать не стоит. Поэтому я начала слёзно умолять офицера не выдавать меня, обещая, что сделаю всё ради того, чтобы сохранить работу. Может быть простых слёз для уговоров не хватило бы, но, к счастью, у меня имеются и другие способы убеждения… или, правильнее будет сказать, соблазнения. Однако, мужчина оказался довольно стойкий - мне пришлось постараться, чтобы уломать его, не используя главный аргумент в виде [Чарующего взгляда].       В конце концов, мне удалось убедить его, что “господин офицер” имеет право самолично наказать меня любым способом, каким только пожелает, так что нет никакой необходимости тратить время на поиски мажордома и разбирательства. Начал он, не без моей помощи, с мысли выпороть беспутную девку и отправить восвояси, но в процессе так увлёкся, что наказывал почти полночи! Выносливый же мужик попался! Правда после этого он немного сокрушался, что поддался единовременному порыву. Из казармы он меня всё же вытурил, но обмолвился, что может закрыть глаза, если я буду пробираться сюда не слишком часто.       Результаты моих вмешательств в сновидения этой парочки - принцессы и капитана - пока что были практически незаметны, однако я и не надеялась, чтобы они появились так скоро. А вот развращение принцессы потихоньку продвигалось - всё чаще можно было увидеть её с потяжелевшим дыханием и лёгким румянцем на щеках. Вот и сейчас, в то время как я переодевала её из ночнушки в роскошное пышное платье, она выглядела немного возбужденной. А ведь день только начинается.       — Ваше Высочество, вам плохо? Возможно, стоит обратиться к епископу с просьбой отложить встречу? — заботливым голосом поинтересовалась я, затягивая шнуровку корсажа, чем вызвала едва слышимый стон. Интересно, вызван ли он болью от слишком тугой одежды или же чем-то другим.       — Н-нет, всё хорошо, Сири. Не обращай внимания, — запнувшись, излишне быстро протараторила Офелия. — Как скоро назначена встреча?       — Через полчаса, — ответила я, заканчивая поправлять платье. — Ваше платье и причёска готовы, принцесса Офелия.       — Отлично, тогда пойдём.       Она направилась на выход из своих хором, а я последовала за ней чуть позади и сбоку, как и подобает служанке. По пути в гостиную встречались стражники, стоявшие на постах, прислуга, снующая по нескончаемым делам своих господ, и сами господа-придворные, расхаживающие по коридорам с видом хозяев жизни. Во дворец допускались только высокородные аристократы и те, кто находился в фаворе, поэтому они, с одной стороны, вели себя так вполне заслуженно. Они могли не иметь высоких уровней и характеристик, не обладать магией, но у них была власть и влияние, а это в какой-то степени тоже сила. Другой вопрос, что большинство из них на самом деле ничего из себя не представляет как личности, во всём полагаясь на статус, доставшийся им с рождения.       Вскоре мы пришли в одну из малых гостиных дворца, в которой в действительности можно было бал устраивать. И почему королевские семьи во всех виденных мной странах не могут быть скромными хотя бы для виду? И тут даже не важно богатство этого королевства - дворцы всегда обустроены с излишней роскошью. Хотя Флостейн не бедствует, получая немалый доход с торговли, но что произойдёт, если что-нибудь ей помешает? Например, война.       Разговор принцессы с епископом меня мало интересовал. Они возвышенным тоном обсуждали какие-то религиозную ерунду и совсем уж пустословные темы, в которые я вникать совершенно не хотела. Просто тихонько стояла за спинкой кресла, занятого Офелией, и старалась быть как можно менее заметной. С появлением [Демонического глаза] мне стало легче избегать ненужного внимания священников, которые, похоже, обладали чем-то наподобие магического зрения, но работающим на энергии веры. Так что пока я не использую магию, они и не увидят во мне тёмного мага. С обычными волшебниками всё иначе. У меня были опасения, что если придворный маг увидит меня, то сможет определить наличие у меня дара, а по документам у “Сири” его быть не должно. Впрочем, он может об этом не знать, но лучше не рисковать, попадаясь ему на глаза.       Встречу принцесса всё же прервала раньше, чем планировалось, сославшись на предстоящие дела. Хотя на самом деле вернулась в свою комнату “остужаться” и отправила меня за поздним обедом на кухню. С поварами и работниками кухни у меня сразу отношения не сложились. Они весьма надменно относились к другим слугам, считая, по какой-то причине, себя выше остальных. В каком-то смысле, их логика была верной - к отбору поваров относились ещё жёстче, чем, например, к уборщикам. Туда берут только самых доверенных личностей, чаще всего по знакомству.       Отбив у этих жуков обед, для чего пришлось пригрозить мажордомом и принцессой, я возвратилась в покои и оставила поднос с едой, после чего была спроважена Офелией на полчаса. По идее, в это время я тоже должна обедать, вот только мне это было не нужно, поэтому пришлось просто так сидеть в каморке прислуги, слушая сплетни. Большинство слуг меня почему-то сторонились, нормально общаться у меня получалось только с несколькими молодыми горничными. И в данный момент их не было на месте.       Прождав назначенное время, я вернулась к принцессе, которая смогла успокоиться в моё отсутствие. На этот раз она собиралась сходить в библиотеку, которая и мне была интересна, но не сопровождающих кого-то слуг туда не пускали. Вот только по пути туда Офелия повстречала чёрноволосую женщину в позолоченном латном доспехе, подогнанном по фигуре с заметным “карманом” на груди. Этот доспех чем-то напоминал форму королевской стражи, только из более тёмной стали и вместо голов сов на ронделях наплечников были драконьи. И в целом он выглядел более дорогим и, наверное, прочным. В заплетенных волосах девушки можно было легко заметить узнаваемую диадему, которая очень походила на ту, что имелась у Офелии.       За этой презентабельной девушкой не сразу можно было заметить молодого парня со странными волосами седого цвета. На нём тоже был доспех, однако был он простым и функциональным, без лишних украшений.       — Сибилла? — несколько удивлённо спросила Офелия. Я же сделала реверанс, уже догадываясь, кто стоит передо мной.       — Здравствуй, сестра, — поприветствовала её женщина. — Не ожидала меня здесь увидеть?       — По правде говоря, нет. Ты ведь редко посещаешь дворец. Всеми силами стараешься этого избежать, — проговорила принцесса, прикрывая рукой улыбку. — С последней нашей встречи прошло уже больше месяца! Я уже соскучилась по тебе. Надеюсь ты останешься на ужин?       — Ну уж нет! У меня совершенно нет желания видеть лицо нашего дорогого старшего братца! — повышенным тоном отказалась, судя по всему, первая принцесса. — Я пришла по просьбе короля и надолго не задержусь.       — Когда вы успели поссориться?       — Не стоит об этом при посторонних.       — Хорошо, я буду молить богов за ваше примирение, — согласилась Офелия, сложив руки в молитвенном жесте. — Кстати, а кто это с тобой?       — Это Гаррет - наш подающий надежды новобранец. Увидев его навыки, я взяла его под своё начальство, — представила Сибилла своего сопровождающего, отчего парнишка смутился под взором сразу двух принцесс.       — Эм, здравствуйте, Ваше Высочество, — нетвердо проговорила названная личность, совершив поклон.       Парень был немногим старше Офелии - скорее всего ему было всего восемнадцать-девятнадцать. Смазливый и невысокий - первая принцесса, которая была выше меня в нынешнем облике сантиметров на пять, возвышалась над ним на полголовы. Хотя она-то была на каблуках. М-да, доспехи с каблуком… Скажи мне кто раньше такую глупость, я бы его на смех подняла, а теперь даже не удивляюсь.       В серо-голубых глазах парня читалось уважение и восторженность при взгляде на Офелию, но вот когда он смотрел на Сибиллу, в них появлялось, помимо всего прочего, восхищение и кое-что ещё. Таким взглядом смотрят на того, кто явно неравнодушен. Эмпатия подтвердила моё предположение - этот Гаррет без ума от своей начальницы. Хи-хи, неужто у нас тут ещё одна парочка образуется? А нет, первой принцессе он безразличен, разве что небольшой интерес присутствует, да и то, скорее всего, к его способностям. А в способностях этих, если верить моей интуиции, было нечто необычное. Нужно будет приглядеться к этому персонажу, да и вообще к их ордену. Но пока стоит дослушать, о чём они там разговаривают.       — Ты не знаешь, по какой причине тебя требует отец? — спросила Офелия.       — Ещё нет, но думаю это связано с положением дел на границе.       — Понятно. Может ты всё же зайдешь ко мне вечером, после приёма. Мне бы очень хотелось с тобой пообщаться.       — Я постараюсь, но может произойти так, что мне придётся отправляться немедленно, — ответила первая принцесса. — А сейчас извини, мне нужно спешить.       На этом они распрощались. Мне было очень любопытно, что же затевается, поэтому я с нетерпением ждала вечера, выполняя поручения. И вот в дверь покоев принцессы, которую я готовила ко сну, наконец постучались. В коридоре находилась, как и ожидалось, другая принцесса, но уже в повседневной одежде. Впустив её внутрь, я постаралась стать как можно незаметнее и приготовилась тихонько слушать в уголке.       К счастью, про меня видимо забыли. Однако, меня ждало разочарование, ведь в основном они болтали на простые семейные темы. Единственное, что из этого было хоть немного полезным - разлад между наследником и первой принцессой, начавшийся ещё три года назад. Мелочь, но может пригодиться.       Прежде чем уйти, Сибилла всё же рассказала, зачем её вызывал король. Она жаловалась, что отец направил её с дипломатической миссией в Хафристейн - соседнюю страну. Причём отправил её одну, в компании гвардии, в то время как остальные “драконьи всадники” вскоре отправятся к границе с Креей. Похоже войны не миновать и Флостейн собирается то ли заключить союз с соседом, то ли наладить с ними торговлю, ведь деньги на военные действия нужно откуда-то брать. Одно интересно - замешаны ли здесь священники.       Когда Сибилла ушла, я обратилась к Офелии с просьбой дать мне пару выходных, с заменой на другую служанку, которуя согласилась меня подменить. Принцесса аж вскрикнула от испуга при моём появлении - похоже она в самом деле про меня забыла. Ха, да у меня даже [Скрытность] на уровень повысилась!       Выходной мне всё же одобрили, и я со спокойной душой отправилась к дому, в котором по легенде проживала, снимая комнату у одной древней старушки. С памятью у неё на старости лет было всё плохо, поэтому мне даже не потребовалось создавать ей ложные воспоминания о моём якобы проживании здесь последние два года.       Переодевшись и сменив облик, я скачком перенеслась в безлюдную подворотню через несколько улиц и направилась к своему заведению. Зайдя со стороны внутреннего двора, я нос к носу столкнулась со слегка обеспокоенной Сильмирой.       — Привет, Силь. В чём дело? — тут же спросила я.       — Здравствуйте, госпожа. У меня несколько новостей, которые я всё никак не могла передать вам, — поприветствовала она меня и после одобряющего кивка продолжила. — Два дня назад городская стража взяла штурмом логово работорговцев, отправляющих вам рабынь. Всех главарей, кто работал на вас, арестовали и, скорее всего, скоро казнят.       Проклятье! Вот и прикрыли лавочку! Впрочем, возможно, это даже к лучшему. Работниц в борделе уже достаточно, чтобы создать репутацию заведения, а там можно будет и добровольцев набирать - наверняка найдутся девушки, которые не прочь обосноваться на тёплом месте. Так что без торговцев рабами жизнь станет даже лучше. Хех, лицемерно-то как… Но главное, чтобы меня никак не связали с действиями притона. Об этом я как раз и спросила:       — Какие-нибудь следы, ведущие к нам, остались?       — Нельзя с точностью сказать, что всё чисто, но вероятность, что на заведение падут подозрения, мала, — хладнокровно рассуждала Силь. — Опасность есть только в том, что кто-то опознает в работницах борделя бывших рабынь, однако это не прямое доказательство вины.       — Их внешность немного отличается от той, что была раньше. Но если их кто-то хорошо знал ранее, то смогут узнать. Хотя это слишком маловероятно, — пробормотала я, задумавшись. — А какая вторая новость?       — У нас появился наблюдатель.       — Что, прости?       — За борделем ведётся наблюдение. Это пара гномов-торговцев, живущих на этой же улице. Они не следят за “Запретным наслаждением” постоянно, но периодически что-то проверяют.       — Гномы значит… И какого снара им нужно от заведения?!       — Может им просто не хватает денег, чтобы его посетить? Вот и ошиваются поблизости, — высказала теорию Сильмира.       — Чтоб у гномов и не хватало денег?! — не поверила я своим ушам.       — Это была шутка, — с серьёзным лицом выдала бывшая эльфийка, после чего фыркнула. — Возможно, они здесь из-за Хейди? Родственники или кто-то ещё?       Хейди звали новенькую в борделе, принятую на работу в прошлый мой визит. Гномка из кланов Серой Гряды была гермафродитом, как и Хару, но, в отличие от последней, не так стеснялась своего тела и охотно ухлёстывала за другими девушками. Решив, что жизнь в строго упорядоченном и традиционном обществе гномов ей не по вкусу, она в поисках лучшей доли приехала в столицу союзного королевства, где её немедленно очаровала коварная и падкая на подобные редкости Альвариети.       — М-да, у тебя с чувством юмора явно что-то не так. Ты уверена, что мы полностью сняли проклятие?       — Вы с таким жаром его “снимали”, что ошибки быть не может, — добавив в свой голос соблазнительных ноток, ответила Силь.       — Да ну тебя… Лучше разберись точно, что именно нужно этим гномам. Только давай по-тихому, без убийств и похищений... А я спа-ать… — сказала я, зевнув под конец фразы. — Три дня не спала, если не считать короткие погружения во сны. Кстати, тебе, Силь, тоже пора этому научиться. Завтра вечером этим, наверное, и займёмся. Хм, нужно ещё с Хару урок провести… Ладно, всё - спокойной ночи!

***

      Проснулась я рано, проспав не больше шести часов. Спустившись вниз, на первый этаж, я застала полупустые помещения. Часть клиентов уже понемногу собирались по домам, девочки отсыпались, бар готовился к новому рабочему дню. Присев за стойку я поздоровалась с Дарфином, подменяющим Мию, которой тоже иногда требовался отдых. Наверное, это из-за остатков человеческого мышления, ведь та же Ния не устаёт, если имеет в достатке минеральных веществ.       — Зерис. Рад вас видеть. В последнее время вы редко посещаете своё заведение, — сказал управляющий в ответ на моё приветствие.       — Слишком много дел, требующих моего внимания, — разведя руками, ответила я. — Не нальёшь мне чего-нибудь не слишком крепкого?       — Сейчас, — кивнул он, набирая в бокал красный напиток из крана на бочке. — Вот, попробуйте - лучшее вино, что у нас имеется. Позавчера привезли. Если верить торговцу - это настоящее эльфийское вино, привезенное через половину континента.       Поболтав жидкость в бокале я вдохнула его аромат, а затем пригубила, пробуя на вкус. Действительно, это лучшее вино, что я пробовала за последние лет пять точно. Лёгкое, слегка терпкое.       — Впечатляет. Кстати, где его сделали? Насколько я знаю существует несколько эльфийских государств.       — На востоке, за Креей и ещё одним королевством находится эльфийский лес Мирелиан, где делают вино, знаменитое на весь континент. Другие светлые эльфы виноделием особо не занимаются.       — И сколько стоил бочонок это напитка? — как бы невзначай поинтересовалась я, но Дарфин быстро всё понял.       — Эм… Семь золотых… — обречённо промолвил он.       — Вот как? — очень задумчиво протянула я, весьма красноречиво разглядывая управляющего красными глазами с вертикальным зрачком.       — Но… Но мы уже выручили с него почти десять золотых - богачи берут его очень охотно! — тут же оправдался он.       — Ладно, живи. Кстати, есть ли ещё что-то, что я должна знать?       — Да нет, дела идут хорошо, можно даже сказать “в гору”. Могу предоставить смету за минувший месяц, — ответил Дарфин. Причём правдиво ответил, что немаловажно.       — Давай. Будет хоть чем заняться до обеда.       — Вы собираетесь поработать сегодня?       — Угу, — кивнула я, окидывая взглядом зал, уборкой которого сейчас занимались Минори и Хейди.       Пока я допивала вино, управляющий принёс мне список доходов и расходов, который был быстро мною просмотрен. Дела действительно наладились и заведение наконец вышло в плюс, но затраченные средства оно ещё не скоро отобьет. Довольно долго приходилось работать в убыток, да и на обустройство я угрохала кучу денег. Однако всё это пустяки по сравнению с постоянным притоком дармовой энергии.       Проверка бумажек заняла у меня меньше времени, чем предполагалось, поэтому я призадумалась, как себя занять. И тут я вспомнила про свою кобылку, которая стоит без дела почти необъезженная. Пора бы заняться ей, а то не дело это - оставлять без внимания тех, кого приручили. Приняв решение, я направилась в сторону переоборудованного сарая. Линтария обнаружилась спящей на положенном месте. Упряжи на ней не было, поэтому она могла отдыхать вполне свободно.       Глядя на неё, у меня было ощущение, что когда-то уже подобное происходило. У меня даже получилось вспомнить, когда - на пути в столицу. Поэтому я не стала повторять те же действия. Вместо использования кнута, я, наоборот, усыпила кентавру покрепче, после чего начала надевать на неё новую версию упряжи. Теперь эти ремешки нельзя было даже с большой натяжкой назвать одеждой, и соответственно они ничего не скрывали. На этот раз поводья крепились к кольцам пирсинга на неприкрытых сосках. Что осталось неизменным, так это туго стянутые за спиной руки и крупный кляп, не позволяющий и слова вымолвить.       Легонько похлопав по щеке Лин, я разбудила её. Девушка разлепила глаза и уставилась сонным взглядом на меня. Пару секунд ей потребовалось, чтобы осмыслить, где она находится, и кто перед ней. Ещё несколько мгновений ушло на то, чтобы понять, во что она одета, или точнее раздета. Попытка прикрыться руками, которые были связаны, вызвала у меня широкую улыбку.       — Мммх! — неразборчиво промычала она сквозь кляп.       — Доброе утро, — сказала я, погладив кентавру по щеке. — Надеюсь ты хорошо выспалась, потому что сегодня у нас будет первая тренировка. А знаешь, чем мы займёмся в первую очередь?       — Мммн? — вопросительно простонала Лин.       — Будем бороться с твоей стеснительностью! — с преувеличенным энтузиазмом ответила я. — Так что мы с тобой сейчас поедем кататься в таком виде!       — Ннх! — она отчаянно замотала головой из стороны в сторону.       Её беспорядочное движения остановили мои руки, грубо выкрутившие колечки пирсинга, чем вызвали протяжный звонкий стон, пробившийся даже через кляп. Пока она справлялась с накатившими на неё болью вперемешку с извращённым удовольствием, я обошла её лошадиную часть сзади и применила здоровый, толще моей руки дилдо по назначению. Лин вновь вскрикнула, когда эта гигантская, сравнимая с членом кентавра, игрушка зашла на всю возможную глубину. После того, как дилдо, который был ещё и зачарованным, занял своё место, несколько ремешков зафиксировали его.       Я нанесла хлёсткий удар ладонью по крупу, а затем продолжила движение, поглаживая спину кентавры и постепенно приближаясь к человеческой части, попутно увеличивая вибрацию игрушки. Когда я добралась до такой мягкой и манящей груди Лин, дилдо уже работал на максимальную мощность. Разминая руками нежную плоть, я приблизила своё лицо к лицу девушки. Оно было красным, возбуждённым, а жаркое учащённое дыхание обжигало мою чувствительную кожу. Взгляд покрытых пеленой похоти глаз был устремлён куда-то сквозь меня.       Эмпатия подсказывала мне, что моя рабыня, которую и так легко распалить, от напора моей игрушки приближается к оргазму. Но мне показалось это слишком быстрой развязкой. Повинуясь моему желанию, дилдо перестал вибрировать за пару мгновений до кульминации. Наградой мне стал полный разочарования стон.       — Ты ведь очень хочешь кончить, верно?       В ответ она яростно закивала.       — Тогда ты не должна упрямиться, — проговорила я, медленно повышая скорость игрушки.       Спавшее возбуждение вновь начало нарастать. И потребовалось не так много времени, чтобы оно достигло прежнего уровня. Мои руки продолжали играться с проколотыми сосками Лин, в то время как искусственный член выполнял большую часть работы. Слишком сильно я не наседала, ибо мне нужно было, чтобы кентавра всё ещё могла стоять на ногах.       В момент, когда кентавра достигла пика, я впилась губами поверх кляпа, обозначая поцелуй. Тело девушки в один миг сильно напряглось, издавая соблазнительный стон, а затем расслабилось, закатив глаза. Линтарии потребовалось несколько минут, чтобы прийти в себя. В это время я накинула и пристегнула к её спине немного доработанное седло, на котором теперь будет проблемно сидеть мужчине из-за двух продолговатых цилиндров, приделанных снаружи. Затем кентавра следуя движению поводьев, поднялась на ноги. Она ещё не до конца осознавала, что делает, поэтому не сопротивлялась, когда я вывела её на внутренний двор. Зато когда осознала, то вновь начала паниковать.       — Ну-ка, замри! На колени, — приказала я, воспользовавшись ошейником и собственным шармом, затем продолжила уже мягче, аккуратно схватив её голову двумя руками. — Тихо, тихо, успокойся. Чтобы ты так не волновалась, я взяла с собой пару вещей, которые тебе помогут.       В этот же момент я нацепила девушке на глаза плотную кожаную повязку, полностью перекрывая обзор.       — Вот так, — успокаивающе прошептала я ей на ухо. — Просто представь, что вокруг никого нет.       — Ммнх! — по-прежнему взволнованно промычала она.       На это я лишь вставила в её лошадиные уши пару затычек. Похоже единственный способ её успокоить - это довести пару раз до оргазма, чтобы у неё всё волнение похотью выбило. На этот раз я не смаковала процесс, а просто стала воздействовать на неё своими способностями, чтобы добиться разрядки в рекордные сроки.       Теперь кентавра, лишённая отклика от органов чувств и разомлевшая от недавней кульминации, вела себя более спокойно и послушно поднялась на ноги, позволяя мне забраться на неё. Вибрация игрушки, работающей на низкой мощности, подогревала возбуждение Лин и, похоже, действовала на неё успокаивающе, отвлекая от лишних мыслей о её положении.       Раньше мне чаще всего приходилось усаживаться в седло боком, если я, конечно, одевалась в деловую одежду, навроде той, что была на мне во время приёма. Но так как я сейчас была одета в весьма короткое свободное платье, проблем с размещением в седле не наблюдалось, хотя подол при этом излишне задирался. Но мне кажется, что на это никто не обратит особого внимания, учитывая внешность моего транспорта.       Поставив одну ногу в стремена, я перебросила вторую через седло и медленно, направляя продолговатые дополнения руками в себя, присела с тихим стоном. Посмотрев на себя вниз, что было проблемно из-за размера моего бюста, я поняла, что нестандартные модификации седла слишком заметны под определённым углом. Ну и снар с ними - так даже интереснее! Всё равно большая часть внимания достанется не мне.       Устроившись поудобнее, я легонько натянула поводья, заставляя кентавру встать. Затем я медленно направила её в сторону забора, огораживающего внутренний двор от переулка. Вот только на небольшом расстоянии от ворот я изменила траекторию движения своего средства передвижения, направляя его по периметру двора. Таким образом мы сделали несколько кругов, чтобы Линтария могла привыкнуть к подобному способу перемещения.       Спустя минут пятнадцать я наконец спустилась, отворила ворота и вывела кентавру в узкий переулок, из-за чего приходилось вести её за собой - забраться в седло снова получилось только на выходе. Наше появление на улице вызвало настоящий фурор, ибо была она достаточно многолюдна. Если скованную кентавру некоторые из соседей уже могли видеть ранее, да и нагота сама по себе не вызывала шока, то новые поводья, игрушки и наличие повязки были чем-то действительно необычным и извращённым даже по местным меркам.       Судя по растущему чувству скользящих по телу эфемерных касаний, которое создавал мой навык эксгибиционизма - словно лёгкий бриз, если бы ветер мог ощущаться, как чистое удовольствие, не тёплым и не прохладным - многие оценили особенности моего седла и то, как пара дилдо уже заметно блестели от моих соков. Ещё больше внимания людей привлекло то, как я насаживалась на эти игрушки, вскочив обратно в седло. Поэтому когда мы уезжали, я буквально чувствовала на себе взгляды всей улицы.       Не знаю, что точно творилось в голове у Лин в тот момент, но эмпатия показывала полыхающие яркими огнями противоречивые эмоции. Ей, наверное, сейчас кажется, что каждый прохожий смотрит на неё, и это было, в целом, чистой правдой. Чувствовала ли она эти взгляды, которые пожирали всё её голое тело, или же лишь представляла их, но не реагировать на них она не могла. И реагировала она совершенно конкретным образом - начала ещё сильнее возбуждаться, как, впрочем, и я.       Мы успели пройти два квартала, прежде чем наш путь преградила тройка мужчин в стандартных кольчугах городской стражи - скорее всего патрульные. Двое из них были вооружены алебардами, а на поясе у них висел нож с дубинкой. Последний же красовался ножнами с одноручным мечом, что выдавало старшего. Да и благодаря уже выученным мной опознавательным знакам местных структур я смогла узнать в нём сержанта. Он-то ко мне и обратился приказным тоном:       — Остановитесь! Вы нарушаете общественный порядок! Немедленно спешитесь и назовитесь!       — Хорошо-хорошо, я сейчас спущусь, — ответила я и начала нарочито медленно привставать, демонстрируя, чем моё седло отличается от обычного.       Стражники смотрели на это завороженно и пораскрывав рты. Не такое они явно ожидали увидеть.       — Моё имя Зерис, без фамилии - хозяйка “Запретного наслаждения”, — представилась я и продолжила томным голосом. — Вы хотите, чтобы я ещё что-то для вас сделала?       — Э-э… — весьма многозначительно протянули стражники, явно сбитые с толку.       — Кто это? Почему она связана? — наконец немного собравшись с мыслями спросил старший уже не так грозно и указал на Лин.       — Это моя подруга, Линтария. Она связана потому, что ей это нравится, — проговорила я, погладив кентавру по спине, отчего та вздрогнула.       — Эм, ну вам виднее… — неуверенно протянул, скорее всего, сержант, после чего потряс головой и продолжил гнуть свою линию. — Видите ли, ваше неподобающее поведение нарушает общественный порядок и за это полагается штраф в размере тридцати серебряных. Если вы откажетесь его заплатить, мы будем вынуждены вас задержать.       — Извините, но что конкретно мы нарушили? Разве мы как-то не так себя вели? — спросила я, изобразив непонимание на лице попутно используя шарм на полную. — Мы трезвы, драк тоже не устраивали - лишь спокойно прогуливались.       — Дело в вашем внешнем виде, — ответил он, ещё сохраняя видимое спокойствие.       — Вам не нравится, как мы выглядим, господин сержант? — расстроенным голосом проговорила я, положив ладонь сверху на грудь. — Это разбивает мне сердце…       — Эм, нет, что вы, я не это имел в виду, — порывисто замахал руками сбитый с толку сержант в знак отрицания. — Я только хотел сказать, что разгуливать с обнажённой грудью - это явное нарушение.       — А-а, так вас это смущает? Но ведь в этом нет ничего вызывающего - для кентавров подобное считается нормальным, — начала беззастенчиво врать я. — Они ведь ходят с нагой лошадиной частью и никому не кажется это ненормальным.       На самом деле, со слов Лин, кентавры обычно носят что-то вроде юбок, прикрывающих их сзади, хотя её отсутствие действительно не считается чем-то из ряда вон выходящим.       — Это правда? Ну, наверное, тогда действительно нет причин задерживать вас, — посомневался, но всё же купился старший стражник. Было заметно, что, несмотря на проявленое чувство долга, сам он совсем не против таких обычаев в одежде.       — Спасибо за понимание, сержант, — поблагодарила я его, изобразив самую приятную улыбку. — Всего вам доброго и удачного патрулирования. Буду рада видеть вас в своём заведении.       Вновь вскочив в седло, я направила кентавру в сторону дома. Хватит, наверное, на сегодня - всё и так прошло достаточно неплохо. Было бы вообще отлично, но последнее происшествие несколько подпортило впечатление, хотя и было по-своему забавно. Хорошо, что всё быстро разрешилось.       Линтария уже привыкла перемещаться вслепую и ставила ногу куда увереннее, чем раньше, поэтому до места назначения в этот раз мы добрались заметно быстрее. Однако, вела она себя сейчас как-то беспокойно, дёргаясь, постанывая в кляп и чуть ли не пританцовывая на ходу. Заведя девушку во двор, а затем и в сарай, я остановила её, вынудила присесть и наконец начала снимать повязку с затычками. С минуту она была дезориентирована после сенсорной депривации и просто бессмысленно щурилась и мотала головой пока ощущения не вернулись в норму. Чтобы помочь ей прийти в себя я даже сняла с неё сковывающие устройства.       — Ну как тебе твоя первая прогулка? — поинтересовалась я, когда заметила, что кентавра начинает осознавать, где находится.       — Ах, прошу, госпожа… Сделайте с этим что-нибудь… мм... я не могу больше терпеть, — прокашлявшись, начала умолять она, сорвавшись на громкий стон, когда её пальчики наконец дорвались до твёрдых, как камень, сосков.       Только сейчас я обратила внимание, что она до безумия возбуждена и находилась в таком состоянии уже, наверное, с середины нашей прогулки.       — Хорошо, ты заслужила разрядку, — согласилась я, выхватывая из воздуха плеть.       Замахнувшись, я несильно ударила плёткой по крупу, включая одновременно с этим дилдо на полную. Била я так, чтобы причинить как можно меньше повреждений, при максимальном эффекте - болевой порог этой кентавры я уже успела изучить. Лин выдержала всего пару ударов, прежде чем громко вскрикнуть от ошеломительного оргазма, который она ждала так долго.       — Это было... очень жестоко! — разминая затёкшую челюсть и чуть ли не плача проговорила она, когда восстановилась после охватившего её тело удовольствия. — За что вы… так со мной?       — Ты про прогулку голышом? — спросила я, догадавшись, про что она, скорее всего, говорит. — Так мы всего лишь покружились по внутреннему двору - тебя никто не видел.       — Правда? — спросила она, посмотрев на меня с огромной надеждой во взгляде.       — Нет, мы прошли целых два квартала, — разрушила я все её иллюзии по поводу случившегося. — Можешь не сомневаться - внимание всех прохожих было сконцентрировано на тебе!       — Не-е-ет! — обречённо взвыла Лин, обхватив свою голову руками. — Как я теперь жить буду с этим?!       — А разве что-то изменилось?       — Но столько людей видели меня голой!       — И тебе ведь это понравилось, верно? — сказала я, ткнув пальцем ей в грудь. — Ну же, признай это! Кто всего пару минут назад умолял меня, потому что перевозбудился от мыслей о том, что все смотрят?       — Это… Я не… Я не знаю… — поникнув пробормотала Лин.       — И за это я тебя так люблю, — доверительно сообщила я ей и нежно поцеловала. — Ты была бы намного менее очаровательна, если бы не стыдилась так искренне и ярко того, что ты грязная извращенка, которая больше всего обожает, когда её насилуют и водят связанной и голой перед толпой.       Чувства, охватившие Линтарию после этих слов, показались мне восхитительнее любого эльфийского вина.       — Ладно, я пока что оставлю тебя одну, — проговорила я уже более нейтральным тоном, направляясь к выходу. — Подумай о своих ощущениях на досуге.       Закрыв створки сарая, я неспешно пошла в сторону дома. Время приближалось к полудню, и работа в борделе скоро должна была начаться.