До луны и обратно

Оказалось, что Дин был прав насчёт проблемы доверия. Исправить её оказалось непросто. Они не ссорились всё время, но когда это случалось, слова жалили чуть больнее обычного, и чтобы перестать злиться, требовалось чуть больше времени. Они ворошили воспоминания, которые ни один из них не хотел переживать заново, и никто не хотел признавать, что это заставило их усомниться в преданности другого. С меткой Каина, Абаддон и Кевином (Кевин всегда был на первом месте в их мыслях) они постоянно чувствовали усталость и стресс. Братья цеплялись друг к другу по нелепым поводам. Часто тому или иному приходилось выходить из комнаты, только чтобы предотвратить дальнейшую конфронтацию. Однажды ночью, вскоре после очередной ссоры, Сэм ушёл — лишь бы не ляпнуть капризному брату того, о чём потом пожалеет. Но он проглотил свою гордость и неохотно вернулся в библиотеку через несколько минут. Дин листал страницы старой книги, делая глоток виски из стакана. Он не поднял глаза на вернувшегося брата. Сэм вздохнул, достал стакан из винного шкафа и налил себе виски. Он прислонился к стене около телескопа и нагнулся, чтобы посмотреть на ночное небо. Он некоторое время стоял там в раздумьях, глядя на звёзды. — Я думал, ты пошёл спать, — тихо сказал Дин, нарушая тишину. Сэм испуганно повернулся к нему. Его брат смотрел на него с тем нежным взглядом, который всегда появлялся, когда Дин чувствовал себя виноватым. «Прости», — прочитал Сэм на лице старшего брата. — Я собирался, — сказал младший Винчестер, внезапно заинтересовавшись пятном на полу и шаркнув по нему ногой. — Просто… не знаю. Иногда я хотел бы, чтобы в наших комнатах были окна. Было бы здорово иногда видеть луну, понимаешь? Дин вздохнул. «Прямо в сердце, да, Сэмми?» Он прекрасно понял, о чём Сэм говорил. Дин наклонился вперёд и потёр глаза. Сэм опёрся о стену, снова оглядываясь на звёзды. — Я всё равно не думаю, что она там сегодня вечером. — Да она там, — с уверенностью сказал Дин. Он закрыл книгу и положил локти на стол, с грустной улыбкой глядя на младшего брата. — Это луна, Сэмми. Она всегда где-то там. — Не всегда… Может быть, пасмурно. Или может быть новолуние. Или, может быть… Дин покачал головой, грустно улыбаясь и пытаясь поймать взгляд Сэма. — Ну да, но она всегда есть. Сэм оглянулся на брата. — Даже когда ты не можешь её увидеть, она всегда там… поверь мне. Сэм улыбнулся и кивнул в знак признательности. Он выпил из своего стакана и снова повернулся к окну. Дин вернулся к своей книге — тишина между ними теперь стала удобной… и утешительной. --- — Что ты здесь делаешь? — спросил Сэм с удивлением, увидев Дина в своей комнате. — Э… ищу это, — старший брат снял с полки большую книгу и пожал плечами. — С трудом нашёл. Сэм с сомнением посмотрел на него, но затем схватил с кровати подушки и одеяла. — А ты что делаешь? — спросил в свою очередь Дин. — И где ты был весь день? Сэм взволнованно посмотрел на него, чуть ли не подпрыгивая от нетерпения. — Пошли, я хочу тебе кое-что показать. Положи эту книгу, можешь вернуться и забрать её позже. Дин пошёл за Сэмом: вниз по коридору, вверх по лестнице и снова вниз по другому коридору. Он был поражён тем, как много из бункера осталось неизведанным. Они всё время были так погружены в работу, что не нашли ни минуты, чтобы по-настоящему узнать больше об этом месте, которое они называли домом. Дин с грустью вспомнил, как планировал держать здесь пятилетнего Сэмми. Он представлял себе маленького мальчика, приспосабливающегося к этой новой жизни, который мог бы просто быть ребёнком. Сэмми облазил бы это место за неделю! Дин с любовью подумал, как ребёнок переворошил бы этот бункер во что бы то ни стало. Вероятно, даже потерялся бы пару раз. Да… на самом деле это немного беспокоило. Может быть, Сэмми нашёл бы что-то ужасно опасное, или пострадал бы, или попал в ловушку, и… «Прекрати!» — рявкнул Дин на себя, останавливая нерациональный ход мыслей, и сосредоточился на своём брате. На своём взрослом брате, который, по-видимому, провёл обследование бункера, и всё было хорошо. Сэм был в порядке. Это было намного лучше, чем беспокоиться о пятилетнем ребёнке. — Куда мы направляемся? — Скоро увидишь. Сэм добрался до конца другого коридора и открыл большую железную дверь. За ней оказалась лестница, ведущая к огромному люку в потолке. Дин поднялся по лестнице вслед за Сэмом и вылез на крышу. Снаружи было темно, но несколько фонарей стояли линией от люка к нескольким складным стульям, которые были установлены вокруг небольшой… ямы для костра? Сэм кинул одеяла на один из стульев и неловко посмотрел на Дина. — Так, эм… круто, да? — неуверенно спросил он. Дин огляделся. Крыша была огромной и ровной; вдалеке он мог видеть огни города. Внутри него возникло какое-то непонятное чувство. И вдруг он осознал, что ощущает покой. Проблемы всё ещё были там и ждали его, но здесь и сейчас Дин чувствовал себя отстранённым от всего. А Сэм всё болтал. — Ты сказал, что хотел бы уехать из этого места на пару дней, и ты знаешь, мы не можем сделать это сейчас. Поэтому я подумал, что, может быть, возможно… — Сэм неуверенно пожал плечами, наблюдая за Дином из-под длинной чёлки. Он, очевидно, нервничал из-за реакции брата на его жест. И хотя Дин должен был признать, что это была отличная возможность постебаться над мелким, старший брат был глубоко тронут. — Сэмми, это… это просто потрясающе. Лицо Сэма засияло, и Дин был рад, что не стал прикалываться над братом. — Правда, круто? Я даже приготовил всё для костра. — Я вижу, — сказал Дин, осматриваясь. — Чего ты ждёшь? Давай зажжём эту сучку! Сэм ухмыльнулся и схватил коробку спичек. Он передал их Дину. — Окажешь мне честь? — С удовольствием. — Дин чиркнул спичкой и зажёг газеты, которые Сэм положил под небольшую кучу дров. Старший Винчестер сел и схватил пару бутылок пива из переносного холодильника. Он открыл одну и передал Сэму. — Итак, взгляд на звёзды, да? Прошло много времени с тех пор, как мы это делали. — Я знаю. Но это не просто взгляд на звёзды. В ту ночь, когда мы говорили о луне, я вспомнил, что сегодня затмение. И нашёл это место. Подумал: в доме нет окон, так что мы не сможем увидеть небо, а затмение тем более. Поэтому я начал задаваться вопросом, есть ли у нас плоское место на крыше, достаточно большое… Так что если ты не хочешь спать, мы могли бы понаблюдать за этим. Дин молча смотрел на него минуту. — Во-первых, — сказал он, поставив ноги на выступ огненной ямы, — здесь есть пиво и огонь. Я не думаю, что когда-нибудь снова вернусь внутрь. Во-вторых, ты самый большой придурок, которого я когда-либо встречал, знаешь это? — Заткнись. — Буквально. Большого размера. Сэм засмеялся и бросил в Дина одеяло. Они некоторое время молчали, просто наблюдая за звёздами. В конце концов, когда братья начали говорить — это было легко, расслабленно и удивительно. И как только луна начала исчезать, они затронули тему своих молодых «я». Сэм немного нервничал, беспокоясь, что Дин расстроится и замкнётся, но тот, казалось, просто вспоминал, весело улыбаясь. — Ты был упрямым малышом, — сказал старший Винчестер, покачивая головой. — И действительно ненавидел это автомобильное сиденье. Сэм ухмыльнулся. — Могу себе это представить. — И не дай бог я дам тебе пижаму с обезьянами не в ту ночь. Тебе повезло, что ты был таким милым. Что случилось? — спросил он, когда Сэм пнул его в голень. — Я всё ещё милый. — Точно. И всё ещё упрямый. Думаю, кое-что не меняется. — Это точно, — сказал Сэм, закатывая глаза. — И что это должно значить? — подозрительно спросил Дин. — Ну, — начал Сэм, с трудом сдерживая смех, — в то время как ты крутился вокруг Уолмарта и парка и, возможно, имел дело с маленьким упрямством против автомобильного кресла… Дин начал смеяться ещё до того, как младший брат закончил предложение. — Ты знаешь, что это правда… каждые пять секунд он всё: «Подними меня! Подними меня!» — кривлялся Сэм, размахивая руками в воздухе. Дин громко смеялся, глядя на брата. — Ты же знаешь, что мы говорим о тебе, да? — О параллельной версии меня. Это другой человек. — Что? Нет, чувак, это был ты… — Я никогда не был таким! — Ты всегда был таким! Это был ты, — настаивал Дин. — Неважно, — сказал Сэм, пренебрежительно махая рукой. — Как я уже сказал, пока вы обнимались на каждом шагу, мне пришлось быть запертым в комнате на час с мистером Бешеным Барсуком Медоедом и его обрезом. — Что? Чёрт возьми, какой ещё медоед? — со смехом спросил Дин, представив свою десятилетнюю версию, держащую Сэма под прицелом. — Ты. В десять лет. Ты бы видел себя. — У меня был пистолет? — И чертовски много гнева! Сначала ты не позволил мне подойти к тебе. Угрожал убить меня, потом Фрэнка, а потом и себя. — Фрэнк был придурком, — заметил Дин. — Твоя младшая личность согласилась бы с тобой. Он был готов открутить старику голову. — Да, — мягко сказал Дин. — Это звучит правильно. Я же говорил, что всё было в порядке после инцидента со штригой. Это серьёзно меня подкосило. Сэм взял ещё одну порцию пива и задумался на мгновение. Что-то болело в груди, когда он думал о десятилетнем Дине, на плечах которого было так много ответственности. Чувство вины, страх… Сэм покачал головой. — Да… Ты знаешь, Дин… Старший Винчестер уловил печальный, извиняющийся тон. — Сэм, стой, — тихо сказал он. — У нас всё в порядке, хорошо? Сэм нерешительно посмотрел на него. — Я серьёзно. — Дин поднял своё пиво и подмигнул Сэму, указывая на луну. — Эй, я думаю, луна вот-вот появится. Сэм улыбнулся, глядя на бутылку в своих руках. — Или… она просто начнёт превращаться в странный, сердитый красный цвет… — Что? — Дин, широко открыв глаза, перевёл взгляд на небо. Сэм тоже поднял глаза. Луна действительно показалась в зловещем, глубоком цвете ржавчины. — Кровавая луна, — сказал он. — Это то, о чём нам нужно позаботиться? — нервно спросил Дин, опуская пиво и собираясь встать. — Нет, — рассмеялся Сэм. — «Кровавая луна» — это новый термин, который они используют, чтобы сделать это явление более драматичным. Вот что происходит во время полного затмения: солнечный свет сияет сквозь атмосферу Земли, преломляется, и получается красный… Сэм замолчал, услышав громкий храп. Дин, приоткрыв рот, откинул голову на спинку кресла. Как только Сэм перестал говорить, он открыл глаза. — Ты закончил? — Я просто говорю, — закатил глаза Сэм, — что всё выглядит зловеще и странно, но это совершенно нормально. Она вернётся к своему обычному яркому, блестящему «я», когда полностью появится. — Ах… это имеет смысл, — фыркнул Дин, с ухмылкой глядя на луну. --- Перед сном Сэм принял душ, чтобы смыть с себя запах костра. Он бросил влажное полотенце в прачечной, и когда вошёл в свою комнату, удивился: почему свет в его спальне был включён? Сэм заметил, что книга, которую Дин якобы искал, всё ещё была на тумбочке, где тот её оставил. «Наверное, забыл, что она ему нужна», — подумал Сэм, отчасти гордясь собой, потому что смог настолько отвлечь брата от работы. Дин, вероятно, заберёт её утром, но пока младший Винчестер был рад, что брат, скорее всего, пошёл спать. Это был хороший день. Сэм удовлетворённо вздохнул, надеясь, что это чувство продлится подольше. Вот как он учился жить в последнее время… принимать хорошие вещи и считать их победами — даже мелочи. Потому что иногда это всё, что у них было. Такие мелочи, как вечер «взгляд на звёзды». Как пиво и костёр. Это будто способ сказать брату: «Я люблю тебя, чувак», при этом не говоря ни слова. Сэм был доволен такими вещами. Он был счастлив, что Дин впервые за долгое время расслабился… Сэм даже не мог вспомнить, когда брат выглядел так спокойно. У них действительно не было возможности взять настоящий отпуск, но младший Винчестер сумел создать краткий период отдыха, и Дину — нет, им обоим — это было нужно. Он вполне гордился собой. Сэм тяжело вздохнул и упал на кровать. Он не знал, как они справятся с множеством проблем, в которых сейчас погрязли. Не знал, какие последствия будут от метки Каина или в какие неприятности Дин ввязался, но Сэм понимал, что сделает всё возможное, чтобы защитить своего брата. Он был более чем уверен, что старший Винчестер тоже начинает в это верить. Сэм выключил свет и перевернулся на спину. Но когда он уставился в потолок над своей кроватью, у него перехватило дыхание. Внезапно в горле образовался ком, и на глаза навернулись слёзы. Он мягко засмеялся, чуть не захлебнувшись рыданием. Когда? Как?.. В его голове роились вопросы, которые он пытался сформулировать, но перед ним было такое удивительное зрелище, что ему даже не было дела до ответов. Там, над его головой, на потолке сиял навес светящихся в темноте звёзд. Они были везде. Большие, маленькие, некоторые расположены случайным образом, некоторые образовывали созвездия. По всему потолку… окружающий светящийся круг полной луны, прямо в центре. Прямо над его головой. Сэм просто уставился на всё это… испуганный тем, что это было немного безрассудно, но в то же время очень красиво. Он был поражён, что Дин на самом деле прокрался в его комнату и сделал это без его ведома, и был слегка сердит, что это легко соперничало с просмотром затмения, которое устроил Сэм… — Тебе лучше не плакать там, Саманта… — насмешливо прошептал Дин из зала. Сэм засмеялся со слезами на глазах. — Я не плачу. — Спокойной ночи, Сэмми! — самодовольно сказал Дин. Он очень гордился собой, пока шёл в свою комнату. — Придурок, — тихо сказал Сэм, не уверенный, услышал ли его брат. Когда пришёл ответ, младший Винчестер мог представить себе дерзкую, самодовольную ухмылку на лице Дина. — Сучонок. Но, глядя на вид над своей кроватью, Сэм также мог слышать невысказанную любовь и преданность своего брата. Дин был действительно хорош в том, чтобы говорить вещи, при этом не произнося ни слова. И Сэм мог слышать каждое слово — громко и ясно: «Теперь ты можешь видеть луну каждую ночь, прежде чем заснуть, и знать, что она всегда там». «До самой Луны… и обратно. Навсегда. Несмотря ни на что. Я хочу, чтобы ты запомнил это, хорошо?» Несмотря ни на что.