Глава 1. Ведьма
14 октября 2023 г., 21:02
Глубоко внутри запутанного Рованского Убежища Макс МакДэниелс притаился под навесом низких сосновых ветвей. Прошло десять минут с тех пор, как он заметил темный силуэт, крадущийся среди серых холмов далеко внизу, и Макс знал, что теперь его преследователь будет совсем рядом. Он обнажил лезвие ножа и с помощью слоя люминесцентной краски на нем углубился в изучение грубой карты, которую он нацарапал перед отправлением. Цель была еще далеко. В таком темпе он никогда бы не справился – этот противник был намного быстрее остальных.
Избавившись от неприятных мыслей, Макс сосредоточился на созданной им иллюзии. Фантом был его точной копией, вплоть до волнистых черных волос и острых, темных черт лица, он осторожно осматривался с высокой ветки на соседнем дереве. Макс заранее позаботился о том, чтобы оставить на окружающей местности едва различимые следы, зная, что их заметит опытный глаз.
В предрассветной тишине разлетелся пронзительный птичий крик. Что-то надвигалось.
Пульс Макса участился. Он осмотрел холмы внизу, чтобы найти какие-нибудь приметы своего преследователя, но почувствовал лишь влажный запах земли. Слабое дуновение ветра смело клочья тумана с гор.
Небо прояснилось, приобретя мягкий светло-голубой оттенок, Макс продолжал наблюдать и ждать, подобно камню среди корней и крапивы. Но как только он решил покинуть свою позицию, мелькнувшее неподалеку движение привлекло его внимание.
Одно из деревьев ползло вверх по склону горы.
По крайней мере, он думал, что это дерево – один из нескольких изогнутых и поломанных саженцев, опасно цепляющихся за сухую почву склона. Однако, силуэт медленно выпрямлялся, пробираясь через редкий пролесок. Он подкрался к двойнику Макса, словно темное привидение. Когда фигура была на расстоянии около двадцати футов, Макс понял, почему он не смог стряхнуть преследователя.
Это был Купер.
Изуродованное рубцами лицо агента было похоже на покрытую трещинами маску из кости. Его бледная кожа была замаскирована грязью, а выделяющиеся светлые пряди были спрятаны под черной шапкой. Добравшись до дерева, на котором обосновался двойник Макса, он вытащил нож из ножен на предплечье. Его тонкое лезвие поблескивало люминесцентной краской. С легкостью паука Купер начал карабкаться вверх по стволу.
Пока агент поднимался, зрачки Макса медленно расширились. Внутри его жилистого тела закипала неудержимая энергия, заставляя его пальцы подрагивать от нетерпения. Макс выскочил из своего укрытия.
Купер склонил голову на звук, едва МакДэниелс рванулся к нему с ножом. Оружие Макса попало в цель, но вместо того, чтобы встретить кости и плоть, оно прошло сквозь фигуру и чиркнуло по дереву, срезав с него кору. Фантом Купера исчез в клубах черного дыма, и МакДэниелс понял, что его перехитрили.
Макс обернулся, заметив, как настоящий Купер вылетел из ближайших кустов. Агент сократил дистанцию между ними пятью длинными прыжками. Перекинув нож в левую руку, мальчик полез на дерево, и клинок Купера просвистел мимо его ребер.
Агент схватил его за запястье и прошипел:
– Попался!
Резким рывком Макс вырвался из его цепкой хватки и чиркнул лезвием по плечу Купера, оставляя на черной ткани яркую полоску светящейся краски. Агент удивленно хмыкнул. Повторив удар, Макс отскочил от дерева.
Одним плавным движением он приземлился на траву и побежал вверх по тропинке, повернув направо, следуя обозначенному на карте маршруту. Купер бросился следом, явно не заботясь о том, что Макс может увеличить отрыв, резко ускорившись. Не обращая внимания на Купера, МакДэниелс сосредоточился на медной вершине, мчась в гору и поднимаясь над лесом.
Через десять минут тяжелого бега Макс наконец заметил небольшой белый вымпел, развевающийся на пике зубчатой скалы. Он запомнил его положение и усмехнулся про себя. Еще каких-то десять минут в том же темпе и он победит.
Однако, когда Макс ускорился, его дыхание стало прерывистым, а затем сократилось до коротких мучительных вдохов, когда воздух стал невыносимо разреженным. Быстрый взгляд за спину показал, что Купер отстал на сотню ярдов, но бежал так же спокойно, как и всегда. Макс сплюнул на дорогу и увеличил темп, едва справляясь с усилившимся кашлем.
Вымпел был как никогда близок, но боль и головокружение стали совершенно невыносимыми. Перед глазами Макса замелькали световые мушки, а в рот словно набился горячий песок. Споткнувшись о камень, он упал на землю и выронил нож, схватившись за рассеченное колено. Но как только в поле зрения появилась размытая фигура, Макс тут же поднялся, невзирая на боль.
Купер остановился в трех метрах от него. Его громоздкий черный ботинок прижал к земле нож Макса.
Агент посмотрел на мальчика. Он дышал медленно и размеренно, пока его холодный взгляд скользил по одежде МакДэниелса, зацепившись за красное пятно на нем. Специальная нашивка обозначала цель и располагалась прямо над сердцем Макса. Точный удар в нее означал его убийство и привел бы к окончанию тренировки.
– Сдаешься? – спросил Купер со своим неизменным акцентом кокни.
Макс на мгновение остановился, принимая оборонительную позу и обдумывая предложение агента.
В тот же момент, как он принял решение, Купер, будто прочитав его мысли, мгновенно отреагировал на ситуацию. Даже прежде чем МакДэниелс пошевелился, он взмахнул рукой и метнул тонкий черный нож в нашивку на груди Макса.
Траектория лезвия была безошибочно точной, а полет необычайно быстрым. Как в тумане Макс отбросил оружие в сторону, почувствовав резкую боль, когда его затупленный край вспорол кожу на ладони. Прыгнув вперед, мальчик нанес агенту резкий удар в колено, который заставил мужчину отшатнуться. МакДэниелс раскрыл пальцы, и нож послушно влетел в его ладонь перед тем, как Макс атаковал, используя множество искусных финтов и обманных ударов. В нем кипела ярость. Как они посмели отправить Купера?!
Агент не был учеником академии, он был убийцей-одиночкой, который охотился на Врага по приказу своего начальства. Сегодня его послали охотиться на Макса – шаг, однозначно рассчитанный на то, чтобы опустить МакДэниелса с небес на землю после череды невероятно легких побед. Макс ускорил свои атаки до дикого, безрассудного темпа. Он заберет красную нашивку агента в качестве трофея, а уже после сходит за вымпелом.
Однако, в отличие от предыдущих соперников Макса, Купера не напугала его невероятная скорость и агрессия. Агент легко справился с первоначальным удивлением и подхватил свой нож. Теперь их бой был похож на танец: они будто вальсировали по небольшой поляне. Купер постепенно создавал вокруг них дезориентирующий мираж из пыли и дыма, окутывая себя покрывалом теней. Вскоре Максу пришлось прищуриться, чтобы увидеть его вообще – угольно-черный силуэт на темно-сером фоне. В таких обстоятельствах он не мог предугадать, откуда будет нанесен удар, поскольку рассмотреть оружие в руках Купера у него не получалось.
По мере того, как сгущалась темнота вокруг них, поблескивающее лезвие ножа превращалось в светящуюся точку, которая коварно исчезала прямо перед самым ударом, каждый раз с необычайной скоростью и точностью метя в нашивку. Макс пытался предвидеть атаки, но у них не было определенной последовательности, поэтому он был вынужден полностью полагаться на свои рефлексы.
Порыв ветра за спиной предупредил его о приближении противника. Макс парировал удар, попытавшись в полете перехватить тонкое лезвие, но Купер отступил, и контратака МакДэниелса ушла в никуда. Не дав ему передышки, нож появился снова, нанеся в грудь Макса три быстрых удара. Мальчик успел парировать их, отбросив руку Купера в сторону, и сделал несколько отчаянных взмахов своим ножом, прежде чем агент снова ускользнул от него.
– Покажись! – гневно выкрикнул Макс. Но ответа не последовало, вокруг него в непрерывном потоке кружилась темнота, густая, как гороховый суп.
Но все же Купер допустил ошибку. Макс услышал тихий шорох за своей спиной. Обернувшись, он заметил вспышку люминесцентной краски, широкими дугами приближающуюся к нему снизу. Быстро, как змея, Макс ударил ножом наотмашь, парировав чужой клинок своей неожиданной атакой. Купер остановился, на мгновение потеряв равновесие, и оказался достаточно близко к мальчику, чтобы тот успел разглядеть промелькнувшую красную нашивку на одежде агента. Ухмыльнувшись, Макс приготовился к атаке.
Однако, после того как он нанес удар, Купер схватил его за локоть, Макс почувствовал, как тот ловко перемещает свой вес для следующего движения. Используя бросок МакДэниелса в качестве импульса, агент отправил его в полет, перекинув через себя и оказался вне зоны его досягаемости, двигаясь плавно, словно угорь. Неудачно приземлившись на спину, Макс почувствовал давление на грудь. Голос Купера рассеял тишину.
– Стоп. – Команда была сказана спокойно и решительно, предрекая завершение поединка.
Ветер развеял дымную черноту, и Макс наконец увидел, что Купер отступил примерно на двадцать футов от него. Некоторое время он просто наблюдал за ним, а после, убедившись, что продолжать бой он не намеревается, агент нажал на маленький передатчик, прикрепленный к его уху.
– Это Купер, – сказал он, не сводя с Макса пристального взгляда. – Я сейчас с ним. Мы закончили… Результат – ожидаемый.
Макс наблюдал, как Купер терпеливо слушает кого-то на другом конце. Затем агент выключил передатчик и повернулся к нему.
– Возвращаемся. – Тихо сказал он Максу. Тот встал и посмотрел в сторону белого вымпела, который все так же развевался на ветру.
– Оставь, – нетерпеливо бросил Купер, заметив взгляд ученика. – Я победил.
Макс, повинуясь его указующему жесту, дотронулся до красной нашивки на своей груди. Кончики его пальцев блеснули люминесцентной краской.
– Вы уверены? – рассерженно воскликнул Макс, хмуро посмотрев на агента, прежде чем закашляться из-за разреженного воздуха.
Купер посмотрел на свою грудь, где его красная нашивка, словно разделенная пополам, была перечеркнута светящейся полосой. Дюжина фосфоресцирующих царапин покрывала его руки и грудь. Агент вздохнул, с мрачным выражением лица посмотрев на дело рук Макса, и снова постучал по наушнику.
– Поправка. Результат неожиданный. Обе цели устранены. – Купер отключился после доклада.
– С кем вы говорили? – спросил Макс.
– С директором Рихтер, – отозвался Купер. – Сказала вернуться к полудню.
Макс застонал, но Купер сделал вид, что ничего не заметил.
– Ты должен радоваться этим тренировкам, – проворчал агент, пока Макс перешнуровывал ботинок. – У тебя отвратительная физическая подготовка.
– Больше ни за кем в академии не гоняются опытные агенты, – пробубнил Макс, чувствуя только усталость и раздражение.
– У тебя закончились варианты, – невозмутимо парировал Купер. – Старшие студенты отказываются тренироваться с тобой, думают, это повлияет на их результаты и дальнейшее трудоустройство. Теперь будешь заниматься с агентами, либо мистиками.
Макс подумал об испуганном шестикурснике, с которым он тренировался неделей ранее, и о том, как быстро тот выбежал из Убежища после своего серьезного поражения.
– А если я пообещаю, что не буду побеждать их так быстро? – озорно улыбнулся Макс. – Я могу позволить им сражаться лучше.
– Ничего подобного! – Купер нахмурился. – У тебя много работы. Или ты доволен этой маленькой желтой линией?
Агент ткнул большим пальцем на свою испачканную краской нашивку.
– Немного… – признался Макс, краснея и изучая свои ботинки.
Купер начал перечислять все ошибки Макса своим резким, отрывистым тоном:
– Я мог подойти к твоему укрытию с любой стороны. Шум, издаваемый тобой, был слышен в десяти метрах. Приманки были совершенно непродуманными и детскими.
– Я понял… – пробормотал Макс, отворачиваясь и чувствуя, как горят его уши.
– Нет, – отрезал Купер, наклонившись, чтобы посмотреть ему прямо в глаза. – Не понял. Если бы это был настоящий бой, на моей груди не было бы этой линии. Ты перешел реку намного раньше, чем увидел меня.
Макс промолчал.
– Это не все, – продолжил Купер, пряча лезвие в ножнах. – Твое самообладание ужасно. Эмоции показывают твои намерения. Опытный противник будет знать о твоих планах до начала действия. Отвратительная ошибка.
Макс нахмурился и заставил себя подавить дерзкий ответ, вертевшийся на языке. Купер в это время отвернулся от него и рысью побежал обратно.
К тому времени, как они достигли поляны Убежища, солнце уже поднялось над восточными дюнами. Высокая трава шелестела и подрагивала на ветру, морем зелени окружая рассыпавшееся по ней множество полевых цветов и выбеленных солнцем камней. Вдали десятки крохотных фигурок нервно ерзали в синей тени Сторожки.
– Можно посмотреть на первокурсников? – спросил Макс, на несколько мгновений останавливаясь и теребя свою черную рубашку, намокшую от пота.
Купер покачал головой, замедлившись и пронаблюдав за Ноланом, главным хранителем земель Рована, который в тот момент вывел Йа-Йа наружу. Макс усмехнулся, когда первокурсники разбежались по поляне, подгоняемые страхом. Он был на их месте всего год назад, так же испугавшись при виде этой черной львицы размером с носорога, которая невозмутимо и тяжело опустилась на землю перед крыльцом.
Нолан махнул рукой, когда Купер и МакДэниелс приблизились к поляне.
– Слышал, что вы двое придете сюда! Все хорошо? – поинтересовался он, мелодично растягивая слова, в его ярко-голубых глазах искрилось веселье. Он отряхнул свои толстые кожаные перчатки, и во все стороны полетели прилипшие кусочки сена.
Купер лишь кивнул, казалось, он в упор не замечал взгляды и шепот собравшихся учеников.
– Это же… – пробормотал Нолан, заметив желтую полосу на нашивке агента. – Ребята, это – Купер и Макс МакДэниелс. Макс учится на втором курсе…
Нолан внезапно нахмурился, улыбка бесследно исчезла с его лица.
– Я думаю, – продолжил он, – некоторые из вас уже встречались с ним.
По толпе учеников пронесся согласный гул. Некоторые из них действительно видели Макса раньше – прошлой весной он спас их от ужасной участи в склепе Марли-Прорицателя. Макс махнул рукой, неловко улыбнувшись, и двинулся дальше.
– Директор ждет. – Кратко пояснил Купер, направившись следом за ним.
– Я знаю, – отозвался Нолан. – Рад, что ты присматриваешь за ним, Купер. Не позволяй ей слишком приближаться к мальчику…
Купер кивнул и ускорил шаг, перегнав Макса. МакДэниелс припустил следом, чтобы не отстать, и вскоре оба оказались снаружи. Макс, молчавший до этого, подождал, пока за ними не закроется поросшая мхом дверь, и наконец решился спросить.
– О чем говорил Нолан? – осторожно начал он. – Кто не должен приближаться ко мне?
Взгляд Купера был прикован к ярко-красной бабочке, порхающей в небе. Тем временем Старина Том прозвонил одиннадцать раз.
– Ведьма… – помолчав, произнес Купер. – Она прибыла до рассвета.
***
Мамуля явно была не в восторге от появления в Роване ведьмы. Приземистая седовласая карга презрительно фыркнула, когда Макс рассказал ей об этом, и сунула когтистые пальцы внутрь индейки, чтобы резко вытащить внутренности разделываемой птицы. – Вот что Мамуля сделала бы с этой ведьмой! – грозно произнесла она, помахав кулаком с зажатыми в нем органами, и выбросила их в грязноватый на вид горшок. Боб вздохнул из-за соседнего стола, где тем временем медленно и точно нарезал морковь тонкими кусочками. – Директор считает это важным, – пробормотал великан своим баритоном. – О! Директор считает это важным! – передразнила его Мамуля, высмеивая акцент русского людоеда. Она схватила несчастную индейку и посадила ее себе на голову, а потом подняла валявшуюся под ногами метлу и стала размахивать ей перед носом великана. – Неужели, большой и сильный Боб боится ведьм? – хохотнула она, маяча перед его столом. – Они вызывают у него желание спрятаться? Они настолько страшные, что Боб может обмочиться? Мамуля начала пританцовывать, повторяя удачную, на ее взгляд, шутку, и задорно замахала метлой. Индейка на ее голове закружилась, как пьяная, и готова была упасть в любой момент. Макс доел тост и кивнул своему соседу по комнате Дэвиду Менло, который остановился в дверях кухни, наблюдая за маленьким представлением. Мамуля, понюхав воздух, резко остановилась. Очень медленно она повернулась лицом к Дэвиду и широко раскрыла глаза. Людоедша боялась этого белокурого мальчика с тех пор, как неудачно попыталась поймать и съесть его на прошлый Хэллоуин. – Привет, Мамуля, – вежливо поздоровался Дэвид. – Здравствуй, – пробормотала она, а ее маленькие крокодильи глазки забегали по арке над Менло, избегая его самого. – Мамуля, у тебя индейка на голове, – продолжил мальчик. – Спасибо, – дергано кивнула она, сняв с головы потрепанную птицу и осторожно положив ее на противень. – Пожалуйста, простите меня… Мамуля бросилась к своему любимому буфету, стуча метлой по полу. Ловко забравшись внутрь, она захлопнула за собой дверцу. Красивая расписная сахарница слетела с полки и упала на плиточный пол, рассыпав сахар и разлетевшись керамическими осколками. – Простите, – сказал Дэвид и наклонился, чтобы помочь Бобу убрать беспорядок. – Это не твоя вина, – покачал головой великан, отворачиваясь от него. – Настроение Мамули хуже, чем обычно. Я думаю, это из-за тех писем: она постоянно их перечитывает. Боб указал длинным узловатым пальцем на небольшую стопку писем, лежащую рядом с разделочной доской. Макс поднял один из конвертов и взглянул на подпись: «Мисс Беа Шроп, Академия Рован, США.» – Кто такая Беа Шроп? – спросил он, поморщившись из-за того, что от конверта сильно пахло капустой. Изнутри буфета раздался громкий душераздирающий вопль. Желтая дверца резко распахнулась, и Мамуля выскочила наружу, чтобы выхватить письмо из рук Макса и сгрести со стола остальные. – Никто! Совершенно никто! Нет никакой Беи Шроп! Ее не существует! – закричала Мамуля, сжимая в когтистых пальцах бумагу и отступая обратно к буфету. – Давай, иди к своей ведьме и больше не суйся в Мамулины дела! – прогремела она из ящика, громко хлопая дверцей. – Забавно, – пробормотал Дэвид и обернулся к Максу. – Купер нас ждет. Кстати, почему ты не принял душ после тренировки? – Я голодный был… – возразил Макс, задержав взгляд на тарелке с хрустящим беконом. Дэвид хмыкнул и зашагал вверх по лестнице, перепрыгивая через ступеньку. – Что? – спросил Макс, догоняя своего соседа по комнате. – Пропадаешь с Купером полночи неизвестно где, и все время даже без крошки во рту!***
Купер уже ждал их в фойе. Он проводил мальчиков на верхний этаж Дома и свернул в незнакомый им коридор, поспешно проведя сквозь галерею с портретами в позолоченных рамах и множеством африканских масок на стенах. Вскоре они оказались около темной двери из полированного дерева. – Ведьма там. – Тихо и кратко пояснил Купер, прежде чем открыть дверь. – Ей нельзя подходить к вам ближе, чем на три метра. Она обещала следовать этому правилу. Я займу место рядом с ней, вы двое садитесь около директора. – Купер, это даже звучит опасно, – воскликнул Дэвид. – Вы уверены, что мы должны туда идти? Максу показалось, что жесткие напряженные черты агента на мгновение смягчились. Он опустился на колено и посмотрел Дэвиду в глаза. – Все будет хорошо, – сказал он со спокойной уверенностью. – С вами ничего не случится. Купер хлопнул Дэвида по плечу и щелкнул застежкой, доставая на обозрение нож с покрытым красноватой ржавчиной волнистым лезвием. Макс никогда не видел это оружие раньше. Оно источало зловещую, темную ауру, от металла исходили волны смертельной опасности. Макс рефлекторно дернулся прочь от него, Дэвид же позеленел и чуть пошатнулся. – Все будет хорошо, Дэвид, – эхом повторил Макс слова Купера, пытаясь успокоить товарища. Тот слабо улыбнулся и бросил взгляд на нож еще раз, когда агент уже убирал его в рукав. – Идем. Выясним, что ей нужно, – наконец произнес Купер и тихо постучал в дверь. Она распахнулась, и агент провел мальчиков в темную комнату без окон, освещенную только прикрепленными к многочисленным балкам масляными лампами, которые бросали теплые золотистые лучи на находящихся в комнате. Директор Рихтер сидела во главе стола с гравировкой герба Рована на гранитной поверхности, на которой также расположились несколько хрустальных бокалов и графин с красным вином. Мисс Кракен, строгая глава мистиков академии, сидела справа от нее. Макс поздоровался с ними и сосредоточил свое внимание на странном сморщенном существе, изучающем его с дальнего конца стола. – Мальчики, – обратилась к ним с Дэвидом госпожа Рихтер, – простите за такое слабое освещение. Наша гостья в этой обстановке чувствует себя комфортнее. Я хотела бы представить вам мадам Малу. Ведьма криво улыбнулась и склонила голову в знак приветствия. В тусклом свете ламп ее кожа казалась изрезанной шрамами, как у Купера, но через несколько минут пристального изучения Макс понял, что смотрит не на рубцы, а на татуировки. Каждый видимый миллиметр ее тела: уши, лицо, кончики пальцев – были забиты крохотными символами и иероглифами, аккуратными тонкими узорами и причудливыми формами, разбегавшимися по ее коже и скрывающимися под широкими складками ее простых черных одежд. Ее заплетенные белые волосы были тонкими, словно шелк, а на морщинистом лице отразилось терпеливое ожидание после того, как она сделала небольшой глоток вина из своего бокала. Светло-зеленые глаза оценивающе очертили фигуру Купера, когда тот занял место рядом с ней, и задержались на рукаве, в котором было спрятано опасное оружие. Однако, вежливая улыбка не покинула лица ведьмы, и заинтересованный взгляд быстро переключился на Макса и Дэвида, когда они сели рядом с госпожой Рихтер. – Мадам Мала – одна из наших дальних родственниц с Востока, – начала свое объяснение директор. – Прошло уже несколько веков с тех самых пор, как мы в последний раз общались с ведьмами, но все же они наши давние друзья, и визит их представителя – огромная честь для нас. Ведьма подняла свой бокал, с благодарностью кивнув. – Да, – сказала директор, улыбнувшись в ответ. – Видите ли, мальчики, прибытие мадам Малы этим утром стало для нас неожиданностью. Судя по всему, во время своих странствий наш дорогой Питер Варга посетил ведьм, чтобы заручиться их помощью в поиске похищенных в прошлом году детей. Во время разговора он упомянул вас двоих, и... наша гостья прибыла сюда, к нашему большому удивлению и радости. Теперь, когда вы здесь, она согласится рассказать нам о цели своего визита. Мадам Мала широко улыбалась, демонстрируя свои изъеденные желтизной острые зубы. Бусы и ожерелья из полудрагоценных камней зазвенели друг о друга, когда она поднялась и низко поклонилась им. – Вы очень любезны, директор, – произнесла она своим хрипловатым высоким голосом. – Я, в свою очередь, от имени моих сестер приветствую наших родственников, перебравшихся за море. Было бы прекрасно, если бы эти молодые люди стали искрами, способными снова разжечь огонь старой дружбы и преодолеть разногласия меж нами. Мы долго ждали встречи с ними… – Госпожа Рихтер, – прошептал Макс, повернувшись к ней, но директор взмахом руки призвала его к тишине. Ведьма быстро перевела взгляд с нее на Макса и стала изучать его своими пронзительными зелеными глазами. – Который из Благословенных Детей предо мной? – спросила она. – Мадам Мала, это Макс МакДэниелс, – ответила за мальчика госпожа Рихтер. – Он… – Пёс! – выдохнула ведьма, изумленно раскрыв глаза и подавшись вперед. Купер слегка изменил свою позу, напряженно наблюдая за ней. – Простите меня, мои старые глаза увидели свет на его лбу только сейчас, – сказала ведьма, коснувшись лбом стола в коротком поклоне. – Rath dé ort, Cúchulain. Saol fada chugat*. Макс нервно заерзал от неожиданности, и она поспешно махнула рукой, успокаивая его, прежде чем продолжить: – Теперь, когда Астарот вновь ходит по этой земле, великая Академия Рован будет остро нуждаться в своем Защитнике. Чтобы почтить наш прошлый союз, мои сестры сказали мне отстаивать лишь половину наших прав. Пёс Рована может остаться с вами. Ведьмы требуют привести им только молодого Чародея, столь одаренного в наших искусствах… – О чем, ради Бога, вы говорите? – резко прервала ее мисс Кракен, глядя прямо на мадам Малу. – Кто такие ведьмы, чтобы неожиданно являться сюда и с порога заявлять, что им нужен один из наших учеников?! – Анника, – упреждающим тоном произнесла госпожа Рихтер. Мисс Кракен ощетинилась, собираясь выплеснуть свой гнев, но проглотила готовые вырваться злые слова. Мадам Мала выглядела немного растеряно. – Разве я сказала что-то противоестественное? – спросила ведьма, переводя взгляд от лица к лицу. – Мадам Мала, – обратилась к ней директор, – простите наше невежество, но что именно вы от нас требуете? Надеюсь, вы не собираетесь покинуть эту школу вместе с Дэвидом Менло?.. Ведьма живо кивнула и улыбнулась Дэвиду, который испуганно охнул и вжался в спинку своего кресла. – Простите, но с чего вы решили, что мы позволим вам это сделать? – спокойно произнесла директор. – Это наше право, – ответила мадам Мала, и ее улыбка исчезла, сменившись раздражением. Дэвид, стараясь быть менее заметным, съехал по спинке кресла, и над столешницей остались видны лишь его глаза. – Госпожа Рихтер, – прошептал Макс, – вы же не собираетесь отправить Дэвида… с этой ведьмой, правда? – Конечно же, нет! – твердо ответила ему директор, обратив свой пронизывающий взгляд на гостью. – Есть ли причина, по которой ведьмы могли выдвинуть столь абсурдное требование? Мадам Мала нахмурилась, проведя длинным ногтем по краю выгравированного герба Рована. – В нашем требовании нет ничего абсурдного, – медленно произнесла она. В ее глазах блестели недобрые искорки. – Почти четыреста лет мы ждали этой возможности. Ваша память, как видно, угасает со временем, но даже самая молодая ведьма знает о клятве Брэма и сокрытии Книги Начала. – Книга Начала? – повторила госпожа Рихтер, нахмурившись и пытаясь вспомнить, о чем речь. – Вы имеете в виду Книгу Тота? – Именно, – подтвердила ведьма. – Говорилось, что сам Астарот желал заполучить книгу, посвятил множество лет, изучая ее секреты, которые позволили бы ему использовать заключенные в ней знания. Но Брэм забрал столь опасную вещь и спрятал там, где Демон не смог бы найти ее. Госпожа Рихтер нахмурилась и повернулась к мисс Кракен. – Это невозможно, – насмешливо сказала та, покачав головой. – Эта книга была уничтожена тысячи лет назад. – Ее не уничтожили, – прошипела ведьма. – Более пятисот лет назад ведьмы забрали ее из гробницы египетского принца Неферкапта, заменив ее на искусно сделанную копию. Мы тщетно корпели над ее тайнами. Однако, слухи о подделке просочились в мир, и в конце концов реликвия привлекла к себе излишнее внимание. Посланники Астарота искали нас в горах, обещали большие награды, если мы отдадим им книгу или даже просто скажем о ее истинном местонахождении. Мы рассмотрели их предложения, все же они были необычайно щедрыми, а сама книга не поддавалась нашим умам и, будучи не расшифрованной, не имела пользы. Но нас посетил и Брэм, и мы приняли его условия. Макс вспомнил об известном Элиасе Брэме и о его последнем бое во время осады Соласа, в котором тот пожертвовал собой, выиграв время, чтобы выжившие смогли сбежать на борту «Ястреба». Все в Роване почитали его, как героя, но что-то в тоне мадам Малы заставило Макса упасть духом. Он посмотрел на отстраненное лицо Дэвида с остекленевшими глазами. Такое выражение у него появлялось лишь в минуты глубокой задумчивости. – Что предложил вам Брэм? – спросила госпожа Рихтер своим мягким голосом с непривычными нотками серьезности. Ведьма встретилась с ней взглядом и прищурилась, постучав ногтем по столу. – Любое дитя вашего народа, благословленное Древней Магией, должно быть отдано на попечение ведьм. Согласно договору мы можем забрать троих. Двое таких детей сидят сейчас предо мной, и все же я претендую только на молодого Волшебника. По моему личному мнению, директор, вы должны быть благодарны нашей щедрости. Мы признаем, что не вы заключили это соглашение и вы, должно быть, огорчены тем, что вынуждены проститься с таким талантливым учеником. Именно поэтому мы заберем лишь одного, как дань нашего уважения к вам… Я призываю вас пересмотреть свою позицию. – Госпожа Рихтер, – прошептал Макс после длительной паузы, воцарившейся в комнате. – Вы ведь не позволите ей? Вы не дадите ей забрать Дэвида?! Директор посмотрела Макса, смерив его хмурым взглядом, прежде чем снова обратилась к мадам Мале. – Конечно же, нет, – сказала она. – Вы должны предоставить нам веские доказательства, чтобы ваши голословные заявления имели хоть долю правды, а тем более заслужили наше уважение. Я ничего не знаю об этом договоре, а ты, Анника? – Не встречала ничего подобного за все годы моей работы с архивами, – твердо ответила мисс Кракен. – Сама идея, что Брэм будет так поступать с детьми, невозможна! Она разрушает все отстаиваемые им принципы. Обменять ученика на книгу? Абсурд! Так где же эта Книга Начала, раз уж мы, предположительно, заложили ради нее наше будущее? – Мы не знаем, – тихо произнесла мадам Мала, теряя остатки своего терпения. – Судьба артефакта была заботой Брэма, а не нашей. Мы лишь требуем оплатить долг во исполнение нашего договора. – Но если мы откажемся?.. – спросила госпожа Рихтер. – Вы не посмеете, – моментально отозвалась ведьма. – Отказ будет означать падение Рована. Астарот здесь, директор Рихтер – ваша бдительность и показные усилия себя не оправдали, сами Небеса указывают на возвращение Демона. Ровану понадобятся все старые союзники, чтобы пережить эту бурю. Сейчас не время для глупой гордости. Госпожа Рихтер поднялась со своего кресла и сложила руки на груди: – Не думаю, что это лишь простая гордость, мадам Мала. Смею напомнить, что выживание вас и ваших сестер было обеспечено исключительно той самой бдительностью и критикуемыми вами усилиями. Благодаря нашему милосердию, ведьмы получили убежище, спрятанное вдали от современных городов и машин, вашу Бухту. Но наша любезность не безгранична. Если ведьмы угрожают Ровану или его интересам, я обещаю, результат потрясет даже самых отчаянных пессимистов среди вас. Лицо ведьмы помрачнело. Она хотела было что-то сказать, но, бросив короткий взгляд на застывшего в своем непоколебимом спокойствии Купера, сразу же передумала. Небольшие часы, расположившиеся под одной из тусклых ламп, медленно и громко отсчитывали секунды. Комната наполнилась удушающим напряжением, ощущение неприкрытой угрозы повисло в воздухе. – Жаль, что вы произносите эти речи перед молодыми, – наконец нарушила тишину мадам Мала, сложив руки и глубоко вздохнув. – Мне хорошо известно, что в вашем распоряжении достаточно людей и оружия, директор. Мы льстили бы себе, утверждая, что можем выдержать открытую войну с Рованом. В действительности, мы хотели бы любым способом избежать этого. Вы говорите об угрозе, но я лишь взываю к вашей чести и памяти о договоре. Знайте, директор, что отринуть наши требования – значит нарушить условия клятвы Брэма и тем самым навлечь на себя проклятие, которое разрушит эту академию и уничтожит каждого, кто связан с ней. Наш договор скреплен Древней Магией, подписан кровью самого Брэма и совершенно неопровержим. – Предоставьте нам документ, раз уж он имеет подобную подпись, – холодно произнесла госпожа Рихтер. – Я бы хотела увидеть его собственными глазами, как и того, кто действительно говорит от имени ведьм. Мадам Мала, это не вы – вы лишь посланница, передавшая нам сообщение, и ваша задача выполнена. Пришло время вам отправиться домой. Мадам Мала залпом осушила остатки вина и поднялась на ноги: – Что ж, хозяйка здесь вы, и раз вы просите покинуть вас, я внемлю вашей просьбе. Но мои сестры придут, директор, и у них будут все доказательства, что вы так жаждете. И когда они, как и я сейчас, покинут вас, эти Благословенные Дети, оба мальчика, уйдут вместе с ними. – Нет, пока я остаюсь директором, – тихо и отчетливо произнесла госпожа Рихтер и кивнула Куперу, чтобы тот проводил старуху. Ведьма остановилась в дверях, ее грозный вид походил на одну из резных масок, которые висели на стенах холла снаружи. Она сдержанно улыбнулась. – Директора сменяются, госпожа Рихтер, и ваш предшественник прекрасно об этом знал. Но вы должны помнить, Питер Варга – не единственный сын Рована, что пересек горы и искал нашей помощи… – ведьма обернулась к Максу и Дэвиду. – Найдите нас в течение месяца, юноши. Новый дом будет ждать вас. С прощальным поклоном ведьма исчезла.
