Взгляд

Адам достал из кармана шприц. У него что, бесконечные карманы? Что там только не помещается. Он вколол какую-то прозрачную жидкость Аластейру. Пандора же стояла в недоумении. Всё произошло так быстро, что девушка и глазом моргнуть не успела. Доктор схватил её за руку и быстрым шагом они направились вниз по лестнице и вышли из больницы. Аластейр пытался догнать его, но из-за препарата ему сложно было двигаться и он засыпал на ходу. — Что ты ему вколол?! Пандора в панике тряслась, пока парень не посадил её на переднее сидение машины. Сам же в спешке уселся на водительское. Он был непоколебим и выражение его лица совсем не изменилось. Адам был совсем спокоен и сосредоточен. Хлопнув дверью машины, он пристегнул Пандору и, вцепившись в руль и нажав на педаль, выехал за пределы больницы под звук рёва мотора. Девушка всё ещё ждала ответ на свой вопрос. — Успокойся. Это всего лишь снотворное. Будь более хладнокровной и не реагируй на всё так остро. Он был как Арктика. Так холоден с ней. Казалось, будто бы тот Адам, которого она знала, был подделкой, а это — его настоящее лицо: лицо безразличия и без эмоциональности. Куда же девался тот улыбчивый паренёк, который стоял перед ней всего несколько мгновений назад? Странно, но в этот раз, смотря на его глаза, Пандора уже не ощущала того тепла, которое чувствовала в их первую встречу. От него веяло зимним морозом, аж мурашки по коже шли. Цвет глаз будто бы потускнел, все те золотисто коричневые краски вдруг стали холодными, а не тёплыми цветами. Теперь его аура не несла умиротворение в мир, а, скорее, пугала своей смиренностью. Самое главное: на его лице не было той самой добродушной улыбки, к которой она привыкла. Кого же на самом деле она знала? — Куда ты меня везёшь и кто ты чёрт побери такой?! Где твоя улыбка и блеск в глазах! Я тебе не узнаю, Адам?! — она опять кричала. Это выводило из себя. Парень раздражённо вздохнул. Неужели эта женщина не может хоть минуту помолчать? Ему нужно было сосредоточиться и подумать о том, что он будет делать дальше. Это совсем не входило в его планы. Он поставил всё на кон и, если сейчас провалится, то второго шанса у него уже точно не будет. Адам достал из бардачка телефон и, не отрывая глаз от дороги, начал быстро шарить в телефонной книжке. Приложив телефон к уху, считал гудки. Потом послышался чей-то голос на другой стороне провода. — Помнишь где высаживал меня в прошлый раз? Завтра в восемь должен быть там и чтобы без опозданий, — не услышав ответа, он просто сбросил вызов и бросил телефон на заднее сидение машины. Только сейчас до Пандоры дошло, что она начала быстро отдаляться от места, в котором её держали взаперти всю жизнь. Казалось бы, что нужно радоваться: наконец одна из её немногих желаний и мечтаний сбылась, но внезапно появилась такая пустота и непреодолимое чувство грусти. Неужели она так привязалась к тому месту, что готова была назвать его домом? Её сердце металось то в одну сторону, то в другую. Отдаляясь от больницы всё дальше и дальше, Пандора начинала тосковать всё больше и больше. Она была довольно стойкой и не нуждалась ни в ком и ни в чём, но сейчас же впервые почувствовала одиночество, хоть была и не одна. Обычно, если ты один, то это не значит, что ты одинокий. Дышать становилось всё сложней и сложней, будто бы воздух давил ей на грудь. Поначалу Пандора не почувствовала, как что-то потекло по её щеке, но, дотронувшись до лица, ощутила одну единственную случайную слезу. Пандора понимала: если что-то начал, нужно доводить до самого конца. Пора назвать больницу и Аластейра кошмаром из прошлого. Разорвав все цепи, долго сковывавшие её, она разрыдалась с улыбкой на лице. Неужели девушка преодолела это и была готова двигаться вперёд? Не скрывая, она плакала и делала тихие глубокие вздохи. Почувствовав его руку на своем плече, Пандора немного вздрогнула и холодок пробежался по её коже. Это было до боли знакомое чувство. Она невольно обернулась и увидела то, чего уже долго не наблюдала. Это был Лемоэль, из-за этого ещё больше начала заливаться горючими слезами. Он как обычно приятно улыбался и вел себя, как не в чём ни бывало. Это успокаивало. Лемоэль был как частичка её души, которая всё ещё перебывала в состоянии спокойствия. Девушка уже думала, что никогда не увидит этот светлый образ, даже понимая, что он в её голове. — Надеюсь, ты не против моей компании, — дружелюбно произнёс он. Раньше Пандора никогда не замечала этого, но когда Лемоэль усмехался, то немного прищуривался, что делало его ещё более дружелюбным. Она же накрыла его руку своей. Его касания были такими нежными и чуткими. Как печально, что это лишь вымысел и реальной образ почему-то не так хорош. Слёзы скатывались маленькими хрустальными осколками. — Только тебя не хватало… Хочешь, чтобы я окончательно расстроилась? — шмыгая носом, произнесла Пандора. Адам время от времени поглядывал на девушку во время её диалога. Ему было интересно о чём же она и её воображаемый собеседник разговаривали. Несмотря на то, что Адам прятал много скелетов в своем шкафу, он, прежде всего, был доктором. Первоклассным. Пандора смотрела на галлюцинацию так, будто бы он был её лучшим другом или даже больше. Лемоэль хоть и был ей как родной, но ради своей цели она была готова забыть его навсегда, или просто представить его как самый сладкий и пьянящий сон. Он был свежим глотком воздуха в газовой камере, которая медленно убивала её. — Галлюцинации? Забавно, — с насмешкой сказал Адам. Она посмотрела на него, но из-за пелены слёз всё было расплывчатым и ей не удалось рассмотреть его выражение лица, но, скорее всего, он просто считал её дурнушкой со слишком буйной фантазией. Ей было любопытно на самом ли деле он был доктором или это его изощрённый план, в котором продумано всё до мелочей: каждая деталь, манера поведения, внешний вид… неужели всё это — притворство? Почему люди скрывают свою личность или заменяют её полностью, лишь для того, чтобы нравится другим? Почему все такие эгоистичные? Люди причиняют боль близким или просто окружающим, не замечая этого, ибо их огромное эго просто не позволяет им сделать это. Все говорят, что придут на помощь людям вне зависимости от сложности ситуации… да что вы говорите?! Ни один человек не станет помогать другому, если будет понимать, что это навредит ему самому. Люди готовы на самопожертвование лишь тогда, когда надеются получить его в ответ. А где гарантии, что вам отплатят той же монетой? Люди меркантильны, алчны, корыстны, но никто никогда этого не захочет признать, ведь приравнивают эти слова к оскорблению. Везде все ищут выгоду для себя любимых. Доверяя секреты и тайны другим, нам приходится всё время оглядываться и ждать, когда нам воткнет нож в спину самый дорогой и близкий. Тот, от кого мы меньше всего это ожидали. Для современных людей враньё приравнивается к стилю жизни, которого они придерживаются. До тех пор, пока вся их ложь не станет совсем абсурдной и запутанной. Казалось бы, что исправить можно всё, но из сетей своей же лжи ты уже никак не выпутаешься. Зачем люди совершают ошибки, понимая, что поступают неправильно? Просто это людская натура, это уже обыденность для нас: решая одни проблемы, мы получаем ещё больше. Почему люди плачут? Они жалеют себя или пытаются вызвать сострадание у других. Чём больше ты себя любишь, тем лучше живёшь. Какой вывод из всего этого? Все люди эгоисты. — Да кто ты чёрт возьми такой?! Я хочу услышать ответы на свои вопросы, несмотря на их абсурдность! Хочу услышать даже банальную ложь, ведь она будет даже лучше чем неведение, — плача, требовала чего-то от Адама Пандора. По натуре она была немного истеричной и любознательной, но никогда не делала поспешных выводов. Любознательность — не самое лучшее качество для человека, окружённого тайнами, которые он не может раскрыть. Обычно целеустремлённые люди пользуются другими, как орудием для достижения своих целей, но Пандора хоть и была тем ещё манипулятором, но с обществом, которое было вокруг нее, она не могла ничего поделать, как бы не старалась. Адам лишь вздохнул и на секунду прикрыл глаза. — Конечно, я не думал, что придётся так скоро показывать тебе это, но, похоже, у меня нет иного выхода, — расстегнув верхние пуговицы своей белой рубашки, Адам вынул точно такую же цепочку с кольцом, что и у Пандоры. Оно красиво переливалось на солнце разными цветами и было видно, что с ним обходились очень бережно и аккуратно. С каждой минутой её голову посещало всё больше и больше мыслей и теорий насчёт происходящего. После увиденного Пандора совсем забыла про Лемоэля и казалось, что его уже здесь вовсе нет. Протянув руку к украшению, она начала пристально его рассматривать со всех сторон, вглядываясь во все детали. Они были идентичными, но размер и надпись отличались. Стили написания были одинаковыми, а размер, безусловно, намного больше, чем её кольца. Посмотрев на парня, она думала какие ещё тайны он скрывал под своей маской Адама, которого знала. Судя по тому, как парень был сосредоточен на дороге, её вопросы даже не будет выслушивать. Адам не ответил, а, наоборот, погрузил в ещё более глубокие раздумья. — Кто же мы друг другу? — задумчиво пробурчала себе под нос Пандора, поворачиваясь к боковому стеклу машины. Они проезжали мимо маленького городка с узкими улочками и старинными зданиями. Солнце то скрывалось за густыми ветвистыми деревьями, то обжигало глаза озорными лучиками света. Лёгкий ветерок колыхал изумрудно зелёную траву. Асфальт был мокрым и придавал воздуху свежий аромат. Здесь каждый домик выложен кирпичиками вручную, а крыши покрыты старой красно-оранжевой черепицей. Это место казалось совсем заброшенным, если бы не кипящая жизнь на его улицах. Снега здесь совсем не было, но это и неудивительно, ведь это был первый снег за все двадцать четыре года Пандоры и выпало его совсем немного. Вдалеке виднелось уже знакомое море, мерцающее разноцветными переливами солнечного света. С каждой минутой глаза девушки всё больше и больше закрывались от боли. Из-за солёных слёз они неистово болели, а солнце лишь усугубляла положение. Просто закрыв глаза, Пандора уснула, даже не заметив этого. Обычному человеку для того, чтобы уснуть, требуется семь минут — ей же хватит всего секунды. Сон был единственным средством не сойти окончательно с ума для Пандоры и не запутаться в нескончаемой обилии загадок. Раздался скрип колёс. Стало тихо. Всё вокруг остановилось. Ремень безопасности впился в тело девушки из-за резкого тормоза. Распахнув глаза, Пандора увидела одну темноту вокруг себя и всё, что освещало мир — жёлтый свет фар. Рядом сидящий Адам рылся в старой спортивной сумке. Кинув на нее какие-то мужские вещи, он вышел из машины, громко хлопнув дверью. Обойдя машину и подойдя к передней пассажирской двери, парень открыл перед девушкой дверь, как настоящий джентльмен, правда был каким-то грубоватым. Схватив девушку за руки, он с силой вытащил Пандору из транспорта. Та же крепко сжимала вещи своими худыми руками. Было холодно. Вокруг не души, а рядом только почти пустой и неработающий мотель. Большинство окон было темными и только из двух светил тусклый свет. — Переодевайся, тебя не пустят в таком виде. Сложно было разглядеть хоть что-нибудь. Адам и не давил на неё, но она немного дрогнула и стала послушно исполнять указания. Сняв свою уже родную рубашку, она стояла полностью голой посередине парковки. От весеннего мороза по её коже пробежали мурашки. Взяла большую спортивную серую кофту, которая была огромная: в ней спокойно можно было утонуть. Девушке кофта закрывала всё в районе бёдер. Её глаза уже привыкли к темноте, так что Пандора отчётливо могла видеть куда был устремлён взгляд блондина напротив. Казалось, будто бы он абсолютно был ею не заинтересован, но изредка бросал взгляды в её сторону, что тешило её самолюбие. Пандора была красивой, но не идеальной. Но разве было бы интересно, если человек был идеален? Никаких изъянов, особенностей, отличительных марок — все такое скучное. Натягивая такого же цвета спортивные штаны, которые сваливались с неё, кареглазый подошёл к ней и туго затянул резинки на штанах. — Ты как ребёнок, нужно всё делать за тебя. — Тебя никто не просил помогать. Мог просто оставить меня в том захолустье, —съязвила Пандора, невольно цыкнув. Адам взял её за руку и быстрым шагом направился к главному входу в мотель. Распахнув скрипящую деревянную дверь, они вошли в потрёпанную жизнью скромную придорожную гостиницу. Во второй руке парень держал паспорт и свой портмоне. Зайдя внутрь, можно лицезреть замученную, совсем неухоженную женщину преклонного возраста, которая спала на стойке регистрации, но когда двери захлопнулась она немного вздрогнула и, поправив очки, встала за стойку. С кислой миной бабушка поприветствовала молодых людей и сразу же начала перечислять цены на комнаты. Так как большинство номеров были на ремонте, то выбор не особо обширный: одноместный или двухместный с одной кроватью. Заплатив за проживание, они направились вверх по лестнице. Здание было очень старым и неопрятным. Делая шаг за шагом, можно было слышать скрип под ногами. Старые, немного выцветшие ковролины были покрыты разнообразными пятнами, напоминая незамысловатый узор. Настенные лампы, казалось бы, никогда не протирались от пыли, за ногами тянулись грязь и мусор. Дойдя до комнаты номер четырнадцать, парень поднёс к замочной скважине потёртый ключ и открыл дверку. Номер, если его так можно назвать, был, мягко говоря, не очень — такой же старый, как и вся гостиница. Мебель старомодна, половина лампочек перегорела, а окна без москитной сетки, но если нужно где-то переночевать, то и это подойдёт. Бросив все свои пожитки на прикроватный столик, Адам начал расстёгивать пуговицы на своей рубашке. Пандора же стояла около двери и просто тихо наблюдала. Заметив это парень повернулся к ней лицом и сказал: — Иди прими душ хотя бы, а потом ложись спать. Ты, наверное, очень устала, — он безразлично взглянул на девушку и вернулся к своему делу. Пандора немного заволновалась и уставилась в пол. Она переводила вес то с одной ноги, то с другой, переходя то на пятку, то на носок. Девушка не знала куда подеть свои руки. В это время парень был уже в одних брюках, что усилило эффект волнения. Немного так постоянно она начала мыслить какую-то несвязную чушь себе под нос. — Я ничего не понимаю. Можешь сказать нормально, что случилось? — Дело в том, что я никогда не принимала душ и вообще никогда не мылась самостоятельно, поэтому не мог бы ты мне помочь? Пандора покраснела, как помидор, и закрыла лицо руками. Она подумала, что это некорректно просить о таком почти незнакомого мужчину. Девушка думала, что он сейчас рассмеётся над тем, что она сказала, но в ответ Адам лишь тепло улыбнулся.