Защитница города

Илесанна очнулась в трюме какого-то корабля. Ее правая рука была прикована к стене на уровне менее полуметра от пола, так что при всем желании она не могла встать во весь рост. Одежды или хоть чего-нибудь, чем можно было прикрыть наготу, пленнице, разумеется, не дали. Зато боли в истерзанном теле она не испытывала: похоже, все ее раны исцелили. Вспомнив слова своего пленителя, эльфийка похолодела и свободной рукой ощупала промежность. Так и есть: магия дренейки восстановила ей девственную плеву. А значит, скоро ей предстояло снова испытать боль становления женщиной. - О, ты решила сразу же устроить мне шоу? - раздался властный голос, - Похвально. Эльфийка испуганно отдернула руку, во все глаза глядя на охотника на демонов, первым из рейда изнасиловавшего её. На этот раз он был без доспехов: одет только в штаны и темно-синюю полурасстегнутую рубашку. Снял он и головной убор, демонстрируя длинные темные волосы и пару небольших рогов. А вот клинки были при нем, похоже, всегда. - Э, нет, красавица, - сказал он, - Начала, так продолжай. Девушка непонимающе воззрилась на охотника. - Мастурбируй. Эльфийка вспыхнула от возмущения, но все слова возражений застряли у нее в горле. Слишком боялась она перечить этому эльфу. Несмело, неуклюже Илесанна снова положила руку на свои половые губы и начала перебирать их пальцами. Приятного в этом было мало: все возможное удовольствие перекрывали страх, неловкость и унижение. - Я недоволен выступлением, - сообщил ее пленитель, - Ты должна делать это с чувством. Страстно. Вспомни, как мы с тобой веселились сегодня в Оргриммаре. Прочувствуй это. Она вспомнила жутко ощущение того, как ее попу практически разрывает демонический член. - Тебе ведь стало хорошо. Она вспомнила его руки, неожиданно нежные. Тогда она даже, к стыду своему, захотела, чтобы он не останавливался. Сейчас ее приводили в ужас собственные мысли. Как будто она опозорила поколения Высокорожденных предков чувствами, достойными дешевой шлюхи. Но она уже завелась. Она стала ласкать себя активнее, выгибаясь, чтобы пленитель мог насладиться зрелищем. - Великолепно... Однако, вскоре он решил не ограничиваться ролью наблюдателя. Склонившись к ее промежности, мужчина провел по ней языком. - Восхитительный вкус. Он смаковал соки ее тела, но и ее заставлял не прекращать ласкать себя. Эльфийка крови тихо постанывала, и даже унижение начинало казаться ей приятным. Какая-то часть ее уже откровенно хотела быть игрушкой в сильных мужских руках. А потом охотник вдруг прервался. Встав на ноги, он начал неторопливо развязывать шнуровку штанов. - Понравилось? А теперь на колени. Девушка торопливо приподнялась, и в лицо ей уперлось орудие сегодняшних истязаний. Насильник с усмешкой смотрел ей в глаза, наслаждаясь сменяющими друг друга выражениями недоумения, осознания - и обреченности. - Приступай, - охотнику не требовалось уточнять, к чему приступать. Они оба прекрасно понимали. Обреченно открыв рот, Илесанна обхватила губами головку. Свободной рукой она слегка поглаживала основание, как покорная рабыня доставляя насильнику больше удовольствия. Внутренне эльфийка, однако, собирала всю свою гордость и решимость для последнего рывка. Рывка, за которым последует смерть: ни один мужчина не простил бы ей того, что она собиралась сделать. Защитница Орды позволила члену насильника проникнуть чуть глубже. Она не удержалась от торжествующей улыбки за мгновение до того, как укусить. Однако что-то пошло не так. Зубы скользнули, будто она пыталась откусить кусок металла. Вместо крика боли над ее головой раздался ехидный смех. Рубашку на мужчине разорвали костяные шипы, открывая светящиеся энергией Скверны татуировки по всему телу. - Так и думал, что ты еще не до конца сдалась, - заявил он, - Я ведь говорил: именно гордость син'дорай придает вашему покорению особый вкус. Я знал, что ты попытаешься это сделать, и лишь отслеживал твою реакцию, чтобы в последний момент укрепить свое тело демонической магией. Илесанна почувствовала, что ее рот снова свободен, но отчаянно-дерзкие слова так и не сорвались с ее губ. Мощная пощечина опрокинула ее навзничь. Этот удар был не так силен, как мог бы нанести демон, и эльфийка поняла, что слишком рано понадеялась на избавление в смерти. Еще явственнее она поняла это, когда охотник навалился на нее всем весом. - Я надеялся, что ты дашь мне повод сделать это, - прошептал он ей на ухо, силой разводя в стороны ее ноги. На этот раз он насиловал ее быстро и жестко, вжимая ее тело в пол, оставляя на плечах синяки и засосы и перемазывая ее кровью из ее же разорванной плевы. Илесанна кричала от боли и ужаса, плакала и умоляла о пощаде, но насильника это лишь распаляло еще больше. Продлилось это, однако, недолго. Не доведя дело до логического конца, охотник вдруг отомкнул браслет наручников, приковывавший девушку к стене. Поднявшись на ноги, он схватил ее за волосы и потянул на себя. - Вставай, гордячка. Твой урок только начинается. Он вывел ее на палубу, где обнаружились колодки. Илесанна уже не пыталась сопротивляться, покорно дав зафиксировать свои руки и шею и теперь стоя в неудобной и унизительной позе согнувшись и с оттопыренной попкой. Она не видела ни охотника, ни других людей на палубе, - лишь то, как удаляются берега Калимдора. Но несколько пошлых комментариев давали понять, что зрители были, и немало. А затем свистнул кнут, и Илесанна закричала от боли. Один за другим жестокие удары обрушивались на ее спину и ягодицы. И каждый удар толпа встречала одобрительными возгласами. На двенадцатом ударе она сбилась со счету. А затем удары прекратились, лишь чтобы сменить анальным вторжением. Она не знала, кто ее насиловал теперь. Мужчины периодически сменялись, но их лиц эльфийка видеть не могла. Лишь рыцаря смерти она опознавала с легкостью - по могильному холоду и по еще большей, чем у остальных, жестокости. Кажется, именно рыцарю смерти пришла в голову идея, когда каждый уже хотя бы по разу кончил, засунуть ей между ног меч в ножнах. Какое-то время собравшиеся развлекались, засовывая ей в оба отверстия различные предметы (особенно "запомнился" ей магический посох с вращающимся кристаллом на конце). Затем, видимо, передохнув, пустили ее по кругу снова. Затем эльфийку ждала еще одна порка. На этот раз бил рыцарь смерти, и бил он гораздо сильнее охотника. И какая-то часть Илесанны, еще сохранившая способность думать, отметила, что это отнюдь не потому что он был сильнее сам по себе. На этой мысли она и отключилась. Очнулась Илесанна снова в трюме. Она снова была прикована к стене. От рубцов кнута и синяков не осталось и следа. И девственная плева снова была на месте. - Ты усвоила урок? - осведомился охотник. Она молчала. - Запомни: то время, когда ты была одной из лучших воинов Орды, остались в прошлом. Отныне ты - подстилка. Постельная игрушка для всего Альянса. - Всего?.. Эльфийка содрогнулась. - А ты как думала? Скоро мы прибудем в Тернистую Долину, а оттуда доберемся до Златоземья. Там ты будешь выставлена, голая, на всеобщее обозрение. И любой герой Альянса, вплоть до паршивого гнома, сможет сделать с тобой все, что захочет. Так что привыкай: сегодняшнее было лишь разминкой. На глаза Илесанны навернулись слезы. Она вспомнила тот ад, через которой ей пришлось пройти. Пройти через это снова было гораздо хуже смерти. Она готова была на все, чтобы избежать этого. И единственный, кто мог ей в этом помочь, стоял перед ней. - Я думала, что буду личным трофеем победившего меня мужчины. Охотник рассмеялся: - А ты неглупая девушка. Хочешь моей защиты? А с чего ты взяла, что я предоставлю ее тебе? Илесанна встала на колени. - Пожалуйста... господин. Делайте со мной, что хотите, но не отдавайте меня... им. - А что помешает мне и так сделать с тобой все, что я захочу? - осведомился охотник. Однако видно было, что он заинтересовался. Светящиеся глаза бесцеремонно, оценивающе разглядывали каждый сантиметр тела девушки. Она молчала, ожидая его решения. - Тебе придется очень убедительно попросить. Эльфийка поняла, о чем он. Неуклюже, одной рукой она развязала шнуровку его штанов. Член мужчины был уже в полной боевой готовности. Илесанна провела языком по яйцам, а затем по стволу, после чего стала целовать головку. Она старалась доставить своему пленителю максимум удовольствия, чтобы он был к ней благосклонен, но неожиданно поймала себя на том, что и сама возбуждается. Когда она взяла член в рот, охотник ощутимо напрягся, но она больше не пыталась укусить. Она сосала, причем старательно. Она чувствовала, что от этого зависит ее жизнь. Взяв ее за волосы, мужчина отстранился, но лишь затем, чтобы принять полулежачее положение. Теперь девушка ублажала его, опираясь на коленки и свободную руку. Силясь понравиться, она заглотила его член на всю длину, но насильник... Нет, не так: господин покачал головой: - Я больше люблю, когда работают языком. Запомни на будущее. Слова про будущее внушили эльфийке надежду, что она делает то, что надо. Илесанна стала облизывать головку. Когда она коснулась языком самого кончика, охотник окончательно расслабился и закайфовал. Его рука снова коснулась ее волос, но на этот раз он не дергал ее, а поглаживал. Воодушевленная, эльфийка продолжала сосать, пока мужчина не кончил. Демоническая сперма по-прежнему обжигала. Но Илесанна уже знала, что ей следует сделать, чтобы понравиться и угодить своему пленителю. Через боль, через отвращение, она проглотила все. - Что ж, думаю, твоя просьба вполне убедительна, - усмехнулся ночной эльф, поглаживая ее по щеке. Илесанна была счастлива.