Твоя личная война

      Понятие судьбы всегда казалось ему чем-то эфемерным. Он не верил в знаки и совпадения, но доверял шестому чувству. Он чтил память о павших товарищах, он говорил с погибшим отцом, но до конца никогда не верил в жизнь после смерти, в саму возможность перерождения души. В существование сил, выше человеческих, пока два дня назад не заглянул в маленькое окошко операционной палаты, оттолкнув всех иренинов на пути.       Теперь он сидел на стуле в кабинете главного врача госпиталя Конохи и считал швы на плитке, стараясь отвлечься на что угодно, лишь бы не прогонять воспоминания вновь и вновь. Когда Пятая вышла из палаты, на ней не было лица, лишь серая тень и отчаяние. Она избегала взглядов в глаза, несколько долгих секунд собираясь с мыслями. - Какаши, они живы,- Цунаде присела прямо на пол рядом с ним. Но Какаши никак не реагировал, все еще находясь где-то в прострации. Она посидела с ним несколько минут, но мужчина никак не реагировал на ее присутствие. Тогда женщина поднялась и вышла в коридор, где привалившись к окну стояли братья Учиха. Беспокойство, явно читавшееся на лицах сменилось надеждой в глаза. Чакры Арису все еще не ощущалось, ни капли. - Они живы,- братья переглянулись и вновь посмотрели на женщину, ожидая что та расскажет больше, но Цунаде было необходимо самой придти в себя. - Малышка в порядке, жива и здорова,- это было главным, наверно должно было быть, но женщина закрыла глаза. Она знала старшую Учиха многие годы, прошла с ней огонь, воду, войну и старейшин Конохи. Она знала силу духа девушки и не могла до конца поверить в то, что теперь она бессознательно прикована к кровати на неизвестный срок. - Что с ней?- Саске не выдержал ожидания первым. Не питая особой слабости к детям, он был привязан нежными чувствами к сестре. Будучи тем, кто принёс ее в эту операционную, он знал как все началось и изводил себя мыслями, чем все могло кончиться. - Арису, жива, если это можно так назвать,- женщина мотала головой, сама не желая верить своим словам. На кушетке реанимационного отделения, куда переложили девушку, едва ли лежал живой человек, скорее то, что от нее осталось. - Как много времени уйдёт?- старший брат отвернулся к окну, не находя другой возможности спрятать свои эмоции. Слишком уж явно они прорывались наружу. - Не думаю, что быстро. Прогноз восстановления после такой перегрузки от долгого до неблагоприятного,- она убрала руки в карманы, сжимая кулаки, стараясь сохранять остатки хладнокровного разума. - Это значит, она может не очнутся никогда,- это было правдой. Острой, колючей правдой. Которую осмелился озвучить только Хатаке, стоявший за спиной Пятой. - Какаши, мы сделаем все возможное..-она осеклась на полуслове, понимая, что слова сейчас бесполезны, просто положила ему ладонь на плечо, выражая свои искренние соболезнования и поддержку.       Свалив груз управления деревни на плечи Шикамару и Итачи, он ждал Цунаде в кабинете Сакуры. Утром он несколько часов провел у дверей реанимационной палаты, лишь несколько раз мельком увидел жену, но внутрь ожидаемо не попал. Стерильная комната где ее держали была надежно закрыта и опечатана, куча медицинских трубок отходили от тела, бледного худого и изможденного. Тела, что он совсем недавно ласкал в своих руках. Теперь он мог лишь молиться несуществующим богам о том, чтоб у его женщины остались силы бороться за жизнь.       Когда сегодня Пятая появилась на пороге с маленьким белым свертком в руках, он не верил своим глазам и понимал, что его разрывают очень двоякие чувства. Это был его ребенок, его малыш, ради которого чуть не погибла или почти сделала это его жена. Он не до конца понимал, как к этому относится. - Какаши, малышке нужно имя,- она протянула ему крохотную девочку, завернутую в белую ткань и одеяло. - Шинсей,- тихо прошептал Шестой. В уголках глаз наворачивались слезы, которые он был не в силах сдержать. Малышка была копией матери, но вместо угольно черных, ее голову покрывали светлые серебристые волосы клана Хатаке. Он точно видел, что до Отрицания небес они были один в один, как у Арису. Словно бы смерть забрала их краску, лишив любого оттенка. - Новая звезда, красивое имя. Поздравляю Какаши,- Пятая вновь положила ему руку на плечо, одобрительно сжав, когда он перехватил сверток по удобней. - Арису ждала мальчика и это было его имя, но ей теперь больше подойдет,- он никак не реагировал на поздравления, кроме слез в глазах, на его лице покрытом маской не было эмоций. Не было даже сил выразить их. Новость о рождении дочери должна была осчастливить его, но сейчас на сердце была лишь саднящая рана. - Какаши, малышке нужен уход и внимание, ей нужен ее отец, хотя бы пока, ты это понимаешь?- он безусловно понимал. Должность Хокаге не предполагала, чтоб ее занимал отец одиночка с новорожденным младенцем, значит он должен был либо найти того кто будет смотреть за малышкой, либо прямо сейчас предать права управления деревней Седьмому. Это решение требовало времени на размышления.       Цунаде оставила его в кабинете одного, может несколько часов назад, а он все смотрел на малышку, когда медсестра принесла бутылочку с питанием. Смотрел как она кормила девочку и вновь забрал ее на руки. Она не плакала, только наблюдала за ним своими глазами цвета грозового неба излучая свет, такой яркий и теплый, что его сердце заходилось в быстром ритме. Шинсей на самом деле была похожа на далекую маленькую звездочку, спустившуюся с небес.       Он покинул госпиталь под вечер, направляясь в резиденцию в растрепанных чувствах. Как бы он не хотел кого-либо обвинить в том что произошло с Арису, виноватых не было. Вернув малышку врачам он понял, что за каких-то несколько часов она поселилась в его сердце также глубоко, как и ее мама. Но Шестому необходимо было решить, что делать дальше, он не мог больше делегировать свою работу Советникам. Какаши шел по улицам Конохи и будто видел этот деревню впервые. Люди перед ним расступались, кланялись и смотрели с почитанием и уважением, а он мог думать только о том, что его жена сейчас лежит в реанимационной палате и может случиться так, что останется там навсегда. Без шанса на жизнь, он вновь терял все, что строил годами. Его мечты утекали, как песок сквозь пальцы и он ничего не мог статист поделать.       Кабинет встретил его гулкой тишиной и тремя парами глаз, пристально за ним следящими. Братья Учиха и Шикамару, казалось только его и ждали, когда у самого окна он увидел неожиданную гостью. Статную, высокую, от нее веяло морозной свежестью и грозной силой. - Здравствуй, Какаши,- белая волчица сидела возле его стола, и видимо давно уже его ждала. - Здравствуй, Араши,- он кивнул ей в ответ и выжидающе остановился по середине кабинета. Он смотрел ей в глаза, не тушуясь, не опуская взгляда. - Я знаю, что это не твоя вина, но не могу не злится, что однажды доверив тебе ее жизнь, мы ее почти потеряли,- волчица оскалилась, закрыла глаза и отвернула голову. Какаши не знал, что ей ответить. За последние месяцы и два пришедших дня он уже успел извести себя так, что вряд ли у кого-то получится вменять ему вину сильнее. Поэтому он кивнул ей, давая понять что готов слушать дальше. - Девочка, родилась под счастливой звездой, переняв огромную силу своих родителей. Однажды, она превзойдет вас и заставит окружающих с ней считаться,- Араши говорила и Шестой медленно хмурил брови. Его дочь родилась два дня назад, а на нее уже делали пророчества. - Мы излечим Арису, но имей ввиду Хокаге, еще раз она воспользуется такой силой и ей уже никто не поможет,- Араши поднялась на лапы и подошла ближе к Шестому. Это было предостережение и последняя попытка волков защитить бывшую старшую Учиха. - Ее зовут Шинсей,- тихо прошептал он Араши на ухо и волчица удивленно кивнула. - Необычное имя, для уникального ребенка. Какаши,- она наклонила голову подставляя нос для его руки, но он помедлил. - Считай, что стая признает тебя. Береги их обеих,- она еще раз опустила голову и на этот раз он приложил ладонь к ее носу: Девушка с длинными серебряными волосами взмахнула клинком, отражающим свет луны и обернулась, взглянув на него янтарными глазами с тремя томое.       Какаши моргнул и поднял взгляд на Араши. Он не сразу понял, что это было видение. Но было ли это тем, что реально произойдет или только один из возможных вариантов будущего? Если это было будущее Шинсей, откуда у нее мог быть Белый клык Хатаке, если меч давно уничтожен? Волчица ничего больше не сказала, отступила на шаг и исчезла в облаке дыма. - Какаши-сан, нам необходимо вернутся к работе,- это были слова, которые Нара боялся, но должен был произнести. Серая тень, это что сейчас из себя представлял Шестой. - Какаши, сейчас тебе необходимо взять себя в руки и наладить положение в деревне. Волки помогут излечить Арису, а нам необходимо разобраться с последствиями мятежа, найти зачинщиков и закрыть этот вопрос,- Саске притянул к себе внимание Какаши и тот смирил его долгим взглядом. Он понимал, что бывший ученик прав, сейчас Хокаге был нужен деревне, а сидя под дверью больничной палаты он ни чем не поможет. Какаши всегда умел абстрагироваться от своих эмоций и вот настал момент, когда это умение было необходимо ему на самый максимум. Он закрыл глаза, собираясь с мыслями и несколько раз глубоко вздохнул. Холодный рассудок и точный расчет. - Ты прав Саске. Отправляйся к Ибики, необходимо выяснить максимально подробно все, что известно мятежникам. Открытые боевые действия, это фактически объявление гражданской войны,- в ответ Саске кивнул и покинул кабинет. - Итачи, отзови Тензо с периметра, необходимо оказать помощь гражданским в восстановлении разрушенной инфраструктуры. Его способности значительно облегчат задачу,- старший Учиха согласно кивнул и сложил печать призывая своего посыльного ворона. - Что мы будем делать дальше? Недостаточно просто восстановить деревню и закрыть глаза, необходимо разобраться с причиной произошедшего. Какаши-сан, я предлагаю отправить запрос на Совет пяти Каге,- Шикамару сидел за своим столом скрестив руки на груди. Его порядком вымотала эта история, потому что именно на его плечи в основном ложилась вся работа Шестого. Он не жаловался открыто, но глаза закатывал уже достаточно часто. - Отправь запрос, но прежде чем выходить на Совет, необходимо иметь хотя бы какое-то понимание ситуации и предложение по решению вопроса. Если бунты происходят повсеместно, это повод пересмотреть политику шиноби по отношению к гражданскому населению,- Какаши старался включиться в работу. Он скинул накидку и стянул маску с лица. После бессонных ночей мозг с трудом обрабатывал информацию в нужном темпе. Какаши потер лицо ладонями и вытащил пачку сигарет из ящика стола, повертел в руках и протянул одну Советнику. - Вы так и не бросили,- Шикамару усмехнулся и подкурил, открывая окно. Пагубная привычка связала их несколько лет назад, когда работа вставала поперек горла, они порой делали перерыв и отвлекали себя беседами. Сейчас же это были минуты, чтоб скинуть напряжение. Какаши курил, закрывая глаза, иногда мотал головой, отгоняя лишние мысли, но пока ничего дельного в голову не приходило. - Шинсей явно не пойдет на пользу запах табачного дыма,- Итачи сидел за своим столом и наблюдал за тем, как переговаривались Шестой с первым Советником. Иногда его крайне раздражала эта их пагубная привычка, но он довольно давно не видел Шестого с сигаретой. Возможно, все прошедшие события так или иначе, но нанесли ему моральный урон, раз он плюнул на свое обещание больше не курить. - Ты прав, но пока их здесь нет, нам надо закончить с делами,- он говорил их, имея ввиду дочь и жену вместе, не желая даже думать, что может быть иначе. Итачи это понимал. Его личная жизнь налаживалась, когда он сам иногда задумывался, как так получилось. Сейчас остро стоял вопрос о благополучии его новорожденной племянницы и старшей сестры, как глава клана Учиха он был обязан помочь. - Я бы хотел сам отправиться в сторону столицы. Возможно, у нас есть шанс урегулировать конфликт, не прибегая к силе,- Итачи и Какаши одновременно посмотрели на Нару. Он уже давно перестал ходить на миссии, только сопровождал Хатаке, если того требовала необходимость, а теперь вызывался сам. - Ты уверен?- Какаши сомневался, не в дипломатических способностях Шикамару, а в том что стоит отпускать Советника их деревни одного в такое неспокойное время. - Если у вас есть другие кандидаты на переговоры с Лордом, готов выслушать предложения,- а их не было. Кого бы они сейчас не выбрали, лучше Шикамару не справиться никто. - Возьми с собой Наруто, ему не помешает практика ведения переговоров и Лорд весьма впечатлен его заслугами. К тому же так будет безопасней,- Какаши кивнул, одобряя миссию и закрыл окно. Будущему Седьмому и правда пора было уже от книжек переходить к практике. А повод был более чем подходящий.       Когда все вопросы были закрыты, они с Итачи вместе покинули резиденцию. И старший Учиха отправился с ним в сторону дома, что удивило Какаши. - Я бы хотел поговорить о дальнейших планах, не касающихся работы,- пояснил молодой человек свои действия. - Я вообще-то планировал принять душ и отправиться в госпиталь, но выслушаю тебя,- Какаши кивнул продолжая путь к своей квартире. - Какаши-сан, я бы хотел предложить свою помощь в уходе за племянницей. Раз уж пока она единственный наследник не только Хатаке, но и Учиха, а у меня уже более чем достаточно опыта в общении с маленькими детьми,- предложение второго Советника удивило Шестого, но впрочем, почему нет? Когда-то именно Итачи проводил все свое время с маленьким Саске, а теперь вот уже сколько времени рядом с ним растет малыш Иноджин. Помощь Какаши явно была необходима и предложение это было из тех, от которых нельзя отказаться. - Как ты планируешь это делать?- он пока не очень представлял, как Итачи планирует совмещать работу в резиденции с уходом за малышкой, проживая в другом доме. - Вы могли бы временно переехать в поместье Учиха. Там Шинсей сможет получать больше внимания от нас с Саске и когда вернется Арису, ей вероятно тоже будет необходима помощь..- он погрустнел довольно заметно при словах о сестре. Итачи переживал случившееся едва ли не острей чем сам Какаши. Для него повторно наблюдать за мучениями близких было сродни адовым мукам. - Когда вернется Арису..- Какаши шептал себе под нос и задумчиво смотрел под ноги. Он не представлял, что имела ввиду Араши, когда говорила об исцелении. Он перестал верить в чудеса, хотя точно знал, что они существуют. Никогда не придавая значения пророчеству, что было написано о Наруто, он вдруг задумался о том, что показала Араши про Шинсей. - Араши показала мне пророчество, в котором у моей дочери были такие же глаза, как у ее матери. И клинок Белый клык, который был сломан много лет назад,- он поделился этим с Итачи, зная что дальше эта информация не уйдёт, даже если необходимо будет сохранить ее в секрете от Арису. - Она конечно не объяснила ничего, как они всегда и делают,- Учиха пожал плечами, мол ну показала и показала, девочка же только родилась стоит ли сейчас переживать? Но Итачи заинтересовало другое: - Говоришь, такие же глаза?- парень нахмурился, это был очень интересный момент, потому что такие глаза, как у Арису были невероятной наследственной редкостью в чистокровных парах Учиха, но никогда не появлялись в смешанных кровях. - Это второй момент, который меня заинтересовал, но они имели всего три томое, как у обычного шарингана. Вероятно, это лишь цветовая мутация, абсолютно не факт, что Шинсей унаследует и силу матери,- Шестой сунул руки в карманы, стараясь отвлечь себя сторонними мыслями. Но весь день он мыслями, словами, действиями возвращался к Арису. - Пока она не пробудит силу этих глаз, мы не узнаем,- Итачи повторил его действия, убрав руки в карманы и обернулся к Шестому. У обоих в глазах стоял невысказанный вопрос, как она пробудит свои глаза? - Глаза сестры рождены жертвой, но кровавый шаринга рожден болью и утратой. Значит ли это, что Шинсей в будущем будет вынуждена формально пожертвовать своей жизнью, как произошло с Арису?- это пугало больше, чем наличие родового клинка у дочери Хатаке. - Я лишь надеюсь, что ее будущее не будет похоже на наше с Арису прошлое..- он просто устал. Это был край, последняя капля в бокале его выдержки, теперь он был переполнен. Сил терпеть выходки судьбы не осталось, поэтому первое, что сделала Какаши зайдя домой, это налил бокал янтарной жидкости и опрокинул в себя целиком. Только когда алкоголь обжег его горло, согревая изнутри, он выдохнул. Итачи покинул его у самой квартиры, проводив до самой двери. Зачем Учиха решил присмотреть за ним, абсолютно не волновало Какаши. Сейчас он думал, что ему делать дальше. Предложение Итачи переехать в дом Учиха было оптимальным, для ухода за женой и дочерью, но не то чтобы он комфортно чувствовал себя там. Какаши скинул с себя одежду прямо на полу кухни и отправился в ванну, надеясь, что горячий душ хоть немного снимет напряжение.       Итачи закрыл дверь в дом Яманака, где в последнее время проводил практически все вечера и ночи. Отношения, зародившиеся на боли потери и сочувствии, первое время развивались так стремительно, что в один момент он решил, им необходимо притормозить. Бросаться в омут с головой не было чертой характера Итачи, он хотел сделать все правильно. Ино же наоборот куда-то спешила, боролась и старалась укрепить их отношения всеми силами. Порой обижалась и ругалась на него, что совершенно его не понимает. Почему если между ними бушует такая страсть в постели, если они так легко ладят в быту и Итачи абсолютно спокойно относится к ее ребенку от покойного мужа, они должны притормозить? Но со временем девушка похоже понимала, что вновь ощутить себя юной девчонкой, которой носят цветы, провожают до дома и нежно целуют, стоя возле двери дома не так уж и плохо. Теперь их отношения развивались плавно и медленно, постепенно перетекая от одной стадии к следующей и Итачи находил в этом особенный шарм. Его первая любовь вспыхнула как спичка и также быстро прогорев, оставила горчинку. Он, наверно, все еще любил и лелеял воспоминания о Нии, но Ино помогла идти вперед. Они были близки в своих потерях, сломаны смертью близких и связаны теперь своими чувствами друг к другу. Он иногда задумывался, как к их отношениям относились окружающие? Но сколько бы не наблюдал, кроме редких удивленных взглядов ничего и не было. - Итачи, ты сегодня рано,- она встречала его на кухне в легком домашнем платье, что ему так нравилось и с распущенными волосами. Ее сын много времени проводил у бабушки, когда старшая Яманака начинала сходить с ума сидя дома. Последние несколько недель были как раз такие. Ее вновь часто привлекали к работе в исследовательском институте и допросном отделе. И цветочный магазин пользовался огромным спросом, порой она забывала даже поесть, пока бегала весь день на ногах. - Я подумал, что сегодня хочу провести больше времени, со своей девушкой,- брови Ино взлетели наверх, когда Итачи скинув свой жилет, рывком прижал ее к стене, впиваясь в губы жестким поцелуем.       Ино отвечала со сладкимм стонами, зарываясь пальчиками в его длинные черные волосы, разлохмачивая хвост. Она закинула ногу ему на талию, и он сильно сжал ее ягодицу, срывая с губ еще один стон. Кто бы мог подумать, что в этом сдержанном и закрытом шиноби кроется такая страсть. Ино таяла в его руках, робела от горячих действий и слов, сходила с ума, когда он влажно всасывал нежную кожу на шее. Она первое время неосознанно сравнивала его с Саем, с которым никогда не было такого огня. Были чувства, была нежность и страсть тоже была, но только в руках Учихи она горела не помня своего имени.       Задрав ее платье наверх, он стянул его через голову и следом вниз полетело насквозь промокшее белье. Он втянул в рот горошину соска, сминая ее грудь двумя руками и, Ино дернула бедрами вперед, но он отстранился, не дав себя подразнить. Итачи был тем человеком, который точно знал ценность времени, проведенного с близкими. Как знал и то, что жизнь шиноби полна опасностей, буквально рука об руку со смертью каждый день, он не хотел терять ни секунды.       Мужчина опустился на колени, покрывая поцелуями впалый живот, слизывая сладковатый аромат девушки, он развел руками ее бедра и закинул одну ее ногу себе на плечо. Провел языком влажную дорожку по ее промежности, от чего ноги Ино заметно задрожали. Ее сводил с ума его огонь, но его сводила с ума ее раскованность. Она стонала так откровенно, развязно, не сдерживая тонкого голоса, пока он наслаждался ее телом, оставляя ласку во всех местах, куда мог дотянутся. Их секс всегда был жарким, неважно быстрым или медленным. Он любил ее везде, в ванной и на кровати, на кухонном столе и у стены прихожей, на террасе заднего двора и диване в гостиной, эта девушка сводила с ума самого гения Учиха. И сейчас она извивалась и стонала, прижатая к стене на кухне, пока он упоительно посасывал ее клитор, медленно вращая один палец внутри нее. Когда ласки стали невыносимы и Ино прикусила губу, Итачи добавил второй палец, с нажимом вращая их внутри нее. В последний раз в тянул в рот маленький комочек нервов и почувствовал, как обильная смазка девушки потекла по его руке и запачкала губы. Глаза Ино закрылись сами по себе и она еще подрагивала от накатившего оргазма, когда Итачи развернул ее спиной к себе и опустил грудью на стол. Она успела только сдавленно пискнуть от неожиданности, как он высвободил член из штанов и вошел сзади, легко проскальзывая через влажные, еще пульсирующие стеночки и замер внутри. Ощущать ее на себе было не просто приятно, порой он думал, что может кончить без единой фрикции, только находясь внутри. - Посмотри на себя,- он наклонился шепча ей на ухо и девушка послушно повернула голову влево. Там в прихожей висело зеркало в полный рост и Ино видела в нем себя, распластанной по обеденному столу. Кончики пальцев сильно вцепились в край столешницы, грудь плотно прижата, а ноги широко разведены, так что Итачи уместила между ними. Она смотрела широко открыв глаза, как его член медленно погружался в ее промежность и также медленно он доставал его обратно. Провел головкой по ягодицам и, вновь вошел, сильней припечатывая ее к краю стола. Она всхлипнула и зажмурила глаза. Когда начал ускорятся, она почти сорвалась на визг, чувствуя как вновь готова кончить под ним. Итачи наклонился вперед, вновь шепча ей смотреть. И Ино смотрела, как просовывает руку между ней и столом, накрывая пальцами клитор, не сбавляя темпа. Она задыхалась в своих стонах и резко замерла, сжимаясь вокруг него.       Итачи чувствовал каждый маленький спазм, как она плотно обхватывая его член сжималась внутри и как по ее бедрам закапала ее же собственная смазка. Он еще несколько раз глубок толкнулся, наматывая ее волосы на руку. Потянул ее наверх, резко вышел и перевернул девушку на спину. Толкнул назад, опрокидывая на спину, он прижался стволом члена к ее истекающей промежности и излился ей на живот. Ошеломительно вкусный оргазм, когда словно мелкие иголочки пронзают каждую мышцу в теле. Ино провела пальчиком по своему животу, подцепив каплю его спермы и призывно облизнула кончик пальца. Итачи засмеялся: - Женщина, ты сводишь меня с ума, но мы продолжим, возможно позже. - Пойдем, я собиралась принять ванну и буду рада, если ты потрешь мне спинку,- Ино подмигнула Учихе, спрыгнув со стола и пошла в сторону ванной комнаты, уже точно предвкушая сегодня еще одно маленькое удовольствие.       Они уже принимали ванну вместе и она точно помнила, что пока она нежилась в горячей воде, руки Итачи доводили ее до исступления, до сладких судорог. Нежно и едва касаясь он массировал ее плечи, спускаясь ниже вдоль всего тела, с обожанием глядя сверху вниз. Вырисовывал узоры на груди, поднимая с ней волну мурашек. Он разминал ее ступни, головокружительно приятно, когда усталость целого дня отступала перед его сильными руками. И она совершенно ясно помнила свой первый раз в ванной, когда он ласкал ее руками так долго, что наконец позволив ей кончить, она почти теряла сознание. Билась в его руках,в сладких судорогах, лежа спиной на нем, сжимала колени, пока его член оставались внутри. Ему даже не потребовалось двигаться, ведь тогда она кончила едва он вошел. Разгоряченное тело приняло его целиком, проскользнув внутрь мягко и плавно. Он оставался внутри достаточно долго и был очень тверд, сдерживаясь, чтоб продлить ее негу.       Мечтательно закусив губу, она набирала воду в ванну и расчесывала волосы. Десятки раз думала о том, что этот мужчина сводил ее с ума, лишал способности думать, стоило ему лишь прикоснуться чуть интимней, чуть сильней, когда в ее трусиках уже было мокро. Ино присела на край ванны, вновь разглядывая себя в еще одно большое зеркало. Большие блестящие голубые глаза и зацелованные губы, следы его прикосновений на теле и засохшие капли его удовольствия на животе. Она любовалась своим телом, потому что ее мужчина доводил ее до восхищения к нему. Осторожно коснулась стоящих сосков, еще или уже таких чувствительных, а затем и вовсе сжала один из них между пальцев. Легкая боль следом несла удовольствие, покалывая чувствительные соски. Она обхватила налитую грудь одной рукой, а второй провела по бедру сверху вниз, призывно раздвинув ноги. Ино не понимала, как все еще хотела, непрямо сейчас ей было болезненно необходимо испытать еще один, хотя бы крохотный оргазм. Ванной постепенно наполнялась паром и скоро он скроет ее отражения, но пока.. Пока она могла облизнуть два тонких пальчика, обвести ими половые губы, что еще были припухшими и от того выглядели призывно большими. Она скользнула одним пальчиком между ними, совсем не удивляясь, что вновь текла, ведь мысли об обнаженном Итачи всегда вызывали такую реакцию. - Не останавливайся,- он был в ванной и все видел. Слегка смутившись, Ино помедлила и обошел ее со спины. Откинул волосы назад и намотал их на рук. Девушка откинулась назад, прислонилась к его груди, все еще глядя в зеркало. Ее пальчики продолжали перебирать горошинку нервов, и очень хотелось развести ноги по шире, но она так не хотела отвлекаться от зеркала. Никогда раньше Ино не удовлетворяла себя сама рядом с мужчиной, стоя перед зеркалом: - Я мог бы кончить только от одного вида, как ты вводишь в себя пальчики,- она застонала, ведь только в его устах эти слова звучали вкусно возбуждающе, а не грязно и пошло. Она чуть ускорила движение пальцев и Итачи обняв ее рукой за подбородок, приставил к губам свой палец. Она послушно облизнула его, а затем почувствовала, как он кружит вокруг ее анального отверстия. Такого опыта у нее не было и Ино резко напряглась. - Расслабься, я не сделаю больно и точно не сделаю того, что тебе не понравится,- он провел носом в нее за ухом, жарко выдыхая. Девушка поддалась, вновь поглаживая себя по половым губам. - Садись на колени,- он шептал и тянул ее вниз, опускаясь сзади вместе с ней. Наконец она смогла развести колени шире и теперь видела, как внутри лона исчезали ее собственные пальцы. Итачи обхватил одной рукой поперек груди, прижимая набухшие соски и она прогнулась в пояснице, стараясь глубже насаживаться на свои пальцы. Когда вновь почувствовала его палец сзади, он слегка задевал самый краешек входа, собирая смазку, размазывал ее между ягодиц. И когда Ино была уже на пределе, он нежно погладил ее задний вход, расслабляя мышцы, она доверилась ему. - Давай, ты уже готова закончить,- Итачи чуть приставил палец к ней ближе и Ино довела себя до оргазма в несколько движений, когда он прижал ее к себе.       Она не сразу поняла что произошло, лишь слегка отдышавшись, она ощутила, как тесно было внутри. С одной стороны были ее пальцы, а с другой она как пришпиленная бабочка была насажена на его палец. Никакой боли, совсем никакого дискомфорта, лишь ощущение большей наполненности. Этот мужчина вновь ее поразил, потому что так она еще точно не кончала, удовлетворяя саму себя. - Я же говорил, больно не будет,- он слегка пошевелил пальцем и Ино удивленно вздохнула от новых ощущений. - Я не знала, что это может быть приятно,- она потянулась наверх и от того какой тугой она была сзади, Итачи очень медленно вытащил палец. - Похоже теперь тебе определенно нужна ванна,- он едва касаясь провел по ее бедру ладонь, когда Ино заметила, что кончила она буквально со сквиртом и не могла поверить, что это произошло от двойного проникновения. - Похоже теперь за мной остался должок,- она усмехнулась и потянула Итачи в ванну, уже переполненную водой.