Когда ты уже пьян, ничто тебя не остановит!

***

      Свет бьёт по глазам. В голове кто-то отстукивает канкан. Меня самого взяли в тиски, так что не двинуться. Один вопрос «Что, мать его, вчера было-то?». Рядом в мою шею кто-то уткнулся и тихо сопит. Стало вдруг стыдно. Что я вчера делал? И кто дрыхнет рядом? Пытаюсь скосить взгляд вниз. Попытки с одиннадцатой получается.       Правда, единственное, что я увидел и понял, человек рядом — мужчина и при этом брюнет. А теперь он тоже просыпается. На меня подымается взгляд алых глаз. Сбоку становятся видны перья в волосах. Мама! Это же Занзас! Что я вчера делал?       — Ммм, — протянул Босс Варии, и снова уткнувшись в мою шею, заснул.       — Э? — не понял? И это вся реакция? — Занзас, проснись! Ты осознаёшь с кем ты проснулся?       — Более чем осознаю, — тихо буркнули мне в шею. — Но после пятого раза на брудершафт и твоей фразы «Как я тебя обожаю, когда ты не сопротивляешься!», мне уже всё равно.       — Совсем-совсем всё равно? — по детски поинтересовался у мужчины. Интересно же.       — Ну, если ты меня больше не заставишь в таких количествах пить текилу, то да, на остальное мне совсем-совсем всё равно, — отчитался сын Девятого и не отпуская меня из тисков, вроде как именуемых объятиями, перекатился на другой бок и снова заснул.       Мне не оставалось ничего, кроме как тоже попробовать заснуть, но тут скрипнула дверь. А у меня как раз была хорошая видимость с этого дивана, прямо на дверь. Там тихо хихикали варийские офицеры.       — Ши-ши-ши, а я же говорил, что вчера слышал как Савада признавался нашему Боссу в любви! А вы мне не верили! — обличительно ткнув пальцем в остальных, буквально прошипел Принц-потрошитель.       — Мусор, вам жить надоело?! — грозно рыкнул, уставившись взглядом не предвещавшим ничего хорошего, на своих хранителей Занзас.       Народ притих. А затем обсудив что-то знаками вперёд выпихнули Луссурию. Мамочка Варии мялся, оглядывался на остальных, затем и вовсе покраснел. И наконец, выдал:       — Знаешь, Босс, ну его, этого Скуало, я не против быть твоей дружкой.       Минуту мы с Занзасом переглядывались, а следом повернувшись в сторону стоящих в дверях, одновременно выдали лаконичное:       — Идите нах**!