Шанс на шанс.

– Чтобы вам там ни приснилось, это не повод нарушать правила, –  хмыкнул директор, когда я приступила к чистке котлов. – Будто вы.., –  вскинула я голову и прикусила себе язык: он внимательно смотрел на меня поверх газеты. – Да? – приподнял он правую бровь. –  Ничего, –  помотала я головой и продолжила водить щеткой по стенке котла. Мы молчали какое-то время, каждый занятый своим делом. – В качестве смягчения наказания могу сократить количество отработок до одного дня, –  наконец произнес он. – Нет уж, – покачала я головой. –  Никаких исключений, значит, никаких исключений. Так что давайте по полной. –  Тогда до конца недели. Я тяжело вздохнула: –  Я уже начинаю привыкать, что по вечерам я драю котлы. – Разве не в этом состоял ваш гениальный план? –  чуть усмехнулся профессор. –  Именно в этом, – чуть язвительно ответила я. – Зачем вы вообще это сказали? – Это был единственный способ отвадить всех местных парней раз и навсегда, – пожала я плечами. –  А куда делся тот самый единственный? –  Вы же знаете: он умер. –  Но он же был всего лишь другом. – Лили тоже была всего лишь другом, – я произнесла это быстрее, чем успела одернуть себя. Директор после этого не произнес ни слова до конца вечера. Я тоже. Когда я выходила из его кабинета, я бросила быстрый взгляд на него: он все также сидел, погруженный в чтение. Или в свои размышления. Когда я вернулась в гостиную и села за домашку (она себя сама не сделает), Валери сразу же подсела ко мне: – Как все прошло? – Как обычно, – я открыла учебник и начала читать задание, которое нужно было сделать. – Никакого прогресса? – удивилась она. – А куда спешить? Впереди еще целый учебный год, – в тон ответила я ей. Спешить уже вообще некуда: карьерная лестница покорена, все дедлайны и сроки закончились, инсульты случились. Впереди теперь только покой и тишина. Как же я давно этого хотела. Я откинулась на спинку кресла, держа перед собой раскрытую книгу. Драить котлы да выполнять домашку – не такая уж и плохая альтернатива, согласилась я. –  Семь. Семь лет, – уточнила она. – Так тем более, - улыбнулась я. – Как твои дела с Люком? – О, у нас все замечательно. – Хоть у кого-то из нас все отлично, – мы обе рассмеялись. – Только вот я теперь на зельеварении буду снова сидеть с тобой. Твой любимчик нас с Люком рассадил. – Вот как? – хм… Значит, Снейп, простите, профессор Снейп выполнил свое обещание? – Но это же только на уроке. Зато больше соскучитесь друг по другу. – Это точно. И наша страсть разгорится еще сильнее, – она вся сияла от радости. Я лишь закатила глаза и вернулась к домашке. Когда я ложилась спать, я наконец-то смогла честно признаться себе. Давно пора, сколько можно себя обманывать? Нет, ничего бы у нас не вышло. Директор прав: он был всего лишь другом. Я не любила его никогда. Он был другом, лучшим, единственным, надежным, но я никогда не рассматривала его в ни качестве парня, ни тем более мужа. Он был кем угодно: другом, братом, но только не любимым. И вверх по карьерной лестнице на шпильках я рванула б все равно. Так что сидеть мне и драить котлы дальше. Я начинаю уже к этому привыкать. Интересно, а профессор тоже к этому привык, что назначает мне отработки по малейшему поводу? Тьфу! И о чем я только думаю?! Токио был недоволен тем, что его вернули на прежнее место на уроках зельеварения, но против профессора не пойдешь. Поэтому ему осталось только тяжело вздыхать да бросать на меня недовольные взгляды, виня только меня в поступке директора. Я лишь мысленно пожала плечами: классический неудачник, – и также мысленно поблагодарила профессора, а после вернулась к тексту учебника, чтоб начать готовить ингредиенты для зелья. – Токио недоволен, – едва слышно заметила Валери. – Его проблемы, – так же едва слышно выдохнула я. – Похоже он из тех, кто будет мстить, и целью его мести будешь ты, – ещё тише произнесла девушка. Я с лёгким удивлением посмотрела на нее новыми глазами: не ожидала я такой наблюдательности от классической красавицы. – Жизненный опыт? – я ловко орудовала ножом, нарезая панцири жуков. – А ты как думаешь, почему я оказалась здесь при такой-то внешности? – чуть заметно усмехнулась Валери. – Наверное, по той же причине, что и я, – в ответ улыбнулась я, высыпая кусочки панцирей в кипящий котел. Мы заговорщически посмотрели друг на друга, словно только что поняли, что состоим в одной и той же масонской ложе. А после продолжили варить зелье. Остальные уроки до обеда прошли без приключений, а вот на обеде Токио подсел ко мне: – Это ты попросила Снейпа?.. – Профессора Снейпа, – быстро поправила я его. – Он – герой войны и наш директор. Относись к нему с уважением. – Как скажешь, – закатил он глаза. – Так это ты его попросила, чтобы меня пересадили от тебя? – А тебе почему так важно, с кем сидеть? Уж не влюблен ли ты в меня? – едко усмехнулась я. Чем едче, тем эффективнее. – Да больно ты мне сдалась! – фыркнул парень и отодвинулся от меня. На его место села подошедшая Валери, с недоумением смотря то на меня, то на него. Я пожала плечами. Сев рядом со мной, она спросила: – Все в порядке? – Более чем, – я отпила божественный кофе из чашки. Токио и рядом не стоял с парнями из совета директоров. Вот кто главный и по унижениям, и по мести, и по харассменту. Токио ещё расти и расти до их уровня. Я съела весь совет директоров. И они меня за это ненавидели, но ничего сделать не могли, поэтому, с одной стороны, они были безумно счастливы, что я уволилась. А с другой стороны... Кто теперь же будет выполнять за них всю их работу? – Ты не боишься, что он может тебе испортить твои отношения с директором? – прошептала Валери мне на ухо. – Там пока нечего портить, – улыбнулась я. Мой стремительный взлет наверх по карьерной лестнице не состоялся бы без отличного знания психологии, без умения за секунду прочитать человека (магла или колдуна), и предсказать, на что он способен, а на что нет. Токио будет не более, чем назойливой мухой, но и только. На что-то большее он не способен. Было бы иначе, он был бы в совете директоров, а не здесь. Девушка мне улыбнулась и обратила свое внимание на Люка. А я сосредоточилась на еде: оказывается, я здорово проголодалась. А вечером после ужина я снова стояла перед дверью в кабинет директора. Интересно, будет ли он со мной разговаривать? Тьфу! И почему меня это волнует? Я открыла дверь и вошла. Он всё также неизменно сидел в кресле, будто ждал меня все это время. Ага, ещё и переживал, приду ли я или нет, мысленно хохотнула я. – Добрый вечер, профессор Снейп, – сказала я, садясь перед котлами, которые мне предстояло сегодня отмыть. – Токио сильно достает? – глухо спросил он. – Справлюсь, – пожала я плечами. Директор внимательно посмотрел на меня, словно пытаясь понять, нужна ли мне защита. Да не, бред, какой-то. После он кивнул своим мыслям и раскрыл газету. Я всё ещё удивлено смотрела на него. – Должен же я защищать свою женщину, – сухо ответил он на мой немой вопрос. – Но между нами нет никаких отношений, – осторожно заметила я. – Но об этом никто не знает, верно? – он приподнял правую бровь. – Смотрю мой гениальный план вам только на руку, – хмыкнула я, приступая к котлу. Он хмыкнул мне в ответ. Мы разговаривали так, словно и не было вчерашнего разговора. А перед самым моим уходом Северус поднялся и подошел ко мне, когда я уже открыла дверь. – Вчера я наговорил лишнего, – тихо произнес он. – Я тоже, - в тон ответила я и вышла в коридор. Извинения принесены и приняты обеими сторонами.