I dream her dreams

День вечеринки наступил быстро. Криденс узнал, что двух других друзей звали Уолтер и Ирен. Как объяснила Тина, они были парой, но особо об этом не распространялись, потому что Уолтер любил иногда наряжаться. По крайней мере, так она это описала. Впоследствии Криденс понял, что это значило, что Уолтер надевал платья и ходил в клубы. Осознание того, что другим мужчинам тоже нравилось так делать, стало для него настоящим шоком. И после этого вечеринка вдруг перестала казаться чем-то устрашающим. Туман из стыда и секретности, который всегда окружал его желание носить женскую одежду, начал понемногу рассеиваться. Ньют видел его, сёстры Голдстейн знали об этом, а теперь появился загадочный Уолтер, который делал это часто и публично. Это было настоящим чудом. Ньюту начинало казаться, что он опасался больше, чем Криденс. Он вырос на ферме в Сассексе, и, хотя его родители никогда не были очень строгими, возможность… отличаться тоже особо не предусматривалась. В Хогвартсе он слышал про двух парней из Пуффендуя, которые были вместе. Остальные на факультете оставили их в покое, но один раз он видел, как группа старшеклассников-гриффиндорцев загнала одного из них в угол во дворе, и предпочёл закрыть на это глаза. Про профессора Дамблдора годами ходили слухи, и среди них было мало лестных. Ньют решил, что нашёл ответ на свой давний вопрос в непреодолимой силе притяжения, которой была Лета Лестрэндж, и успокоился. Но теперь… Он не испытывал того, что чувствовал по отношению к Криденсу, очень давно, а может и никогда раньше. Его часы стукнулись о его живот. Должно быть, была пора привести себя в порядок. Он поднялся из грязи возле гнезда Окками и отряхнул штаны. У него в шкафу имелся набор парадных роб, но они были старые, затхлые и остались ещё со времён Хогвартса, так что он решил просто надеть чистую пару штанов. А где лежала его рубашка? На его рабочем столе, на нарочито видном месте, лежала стопка чистейшей одежды. Сверху располагался лебедь из оригами, который сам собой изящно развернулся у него на ладони: Оденься хоть раз прилично для разнообразия. Ткань влагонепроницаемая, но я бы всё равно была осторожной рядом со всем этим хламом, что ты хранишь в чемодане. С любовью, Куинни Ньют усмехнулся. Как мило с её стороны. Он неловко переоделся в наряд, который представлял собой странное сочетание фиолетовой робы из вельвета и чёрного маггловского костюма. Будучи творением Куинни, он, несомненно, идеально подходил по размеру. Он вылез из чемодана и увидел Криденса, который сидел в своём хорошем пальто на кровати и нервно заламывал себе руки. Он резко поднял взгляд, услышав Ньюта, и его руки вяло упали ему на колени. — Порядок? — ласково спросил Ньют. Ему было грустно видеть Криденса таким встревоженным, однако чем больше он узнавал о Уолтере, Ирен и Бесс, тем более уверенным он становился в том, что всё будет не зря. Криденс опустил голову. — Думаю, да. — Вот так, — Ньют протянул руку и слегка взлохматил волосы Криденса. Они отросли и стали довольно непослушными, но Ньют и думать не смел о том, чтобы предложить их подстричь. Ловкими пальцами он привёл вылезшие пряди в порядок, пытаясь не заметить, как от его прикосновения Криденс смущённо закрыл глаза. — Ну вот, — закончил он тихо. — Пойдём? Криденс посмотрел на дверь с опасением, которое быстро сменилось решимостью. Он кивнул. Им пришлось подождать в гостиной всего пару минут, пока не прибыли их гости. Небольшая комната тут же наполнилась дружескими беседами. Бесс была большой, темнокожей и представительной женщиной, одетой в идеально выглаженные брюки и галстук-бабочку. Она и Куинни сразу же оказались бок о бок, словно совсем не расставались. По сравнению с ней Ирен казалась маленькой и скромной. У неё было безупречно уложенное каре. Уолтер был стройным мужчиной с оленьими глазами. Он был одет в блестящее платье рубинового цвета с сочетающимися туфлями и помадой. Ньют почти мог почувствовать шок, который волнами проходил через Криденса. Однако парень молчал. — Криденс, да? — кокетливо спросил Уолтер, протягивая руку. — Я Уолтер. Этот мужчина в равной степени ошеломил и заинтриговал Криденса. Наибольшее впечатление на него произвела его красота. — Приятно познакомиться, — сказал он, вежливо пожимая руку Уолтера. — Боже, у тебя и впрямь лучшие скулы! — Уолтер тщательно рассматривал лицо Криденса, заставив того немного отступить. — Немного помады, и ты бы стал настоящей феей! — Уолт, хватит доставать бедного парня, — сказала Ирен, взяв его под локоть. — Всё в порядке, — зачарованно пробормотал Криденс, когда Уолтер повернулся к Куинни и Бесс, чтобы попросить «прибавить громкости!» После этого некая магическая версия граммофона завелась сама по себе, и хриповатый голос джазового певца наполнил помещение. Две пары тут же начали танцевать, и в какой-то момент Тина втянула и Ньюта. От этого в груди у Криденса заныло, хотя он точно не знал почему. Ирен наколдовала бутылку алкоголя, которую Криденс избегал, однако вскоре расслабленная атмосфера стала заразной. Уолтер — все звали его Уолтом — в конце концов заставил его танцевать, и Криденс чувствовал себя невероятно неловко, пока не осознал, что никому до этого не было дела. Тина танцевала ничуть не лучше него. В конечном счёте он позволил конечностям двигаться так, как им хотелось, пока Уолт кружился рядом в своём обворожительном платье. Когда они устали от танцев, а остальные гости выпили ещё пару бокалов с алкоголем, Уолтер стал чаще искоса поглядывать на Криденса. — Куинни, у тебя есть красная помада? А лучше тёмно-красная? Мне кажется, нужно немного подкрасить Криденсу губы. Взгляни на него, будет преступлением, если мы этого не сделаем. Куинни ласково посмотрела на Криденса. — Что ты об этом думаешь, милый? — Хорошо, — согласился он, чувствуя себя лениво и раскованно. — Тогда подойди скорее, — сказал Уолт нетерпеливо, беря Криденса за руку и уводя его по коридору. Куинни и Бесс шли сзади, а Ньют тянулся в конце. Криденс оказался перед зеркалом Куинни. Уолт рылся в её коробке с косметикой. — Ага! — воскликнул он, подняв маленький серебряный тюбик. — А теперь замри, прелесть. Он осторожно нанёс тёмно-красную помаду на его губы, и, когда Криденс набрался сил, чтобы посмотреть на себя в зеркале, он увидел совсем другого человека. Он выглядел скромно, даже красиво. Казалось, он никогда не видел столько себя в отражении. — Нравится? — спросил Уолт. Криденс кивнул, невольно улыбнувшись. — Давай попробуем немного теней, совсем чуточку, — продолжал Уолт. Куинни нерешительно запротестовала, и он продолжил рассматривать её косметику. В конце Криденс выглядел так же поразительно, как Уолт. У него были длинные чёрные ресницы, тёмные веки, чуть румянца на обеих щеках и, конечно, тёмная матовая помада на губах. — Прекрасно, — сказал Уолт, ухмыляясь. Становилось довольно поздно, и гости начали уходить. Куинни и Бесс уединились в дальней комнате, а Ирен и Уолтер трансгрессировали со ступенек снаружи. Тина была заметно подвыпившей и ужасно усталой и спала на диване. Криденс гадал, куда мог подеваться Ньют. У него кружилась голова от веселья, чувства настолько нового для него, что он с трудом мог подобрать ему название. Конечно, как только у него промелькнула эта мысль, он понял, где был Ньют. Вежливо постучав по крышке чемодана, он спустился по ступенькам внутрь. Он высунул голову из-за сарая и увидел Ньюта, который сидел в ограде с лунными тельцами, поглаживая шею Амелии. Он выглядел очень обеспокоенным. — Ньют? — позвал он. Ньют повернул голову, и Криденса моментально накрыло волной стыда. Как долго он здесь сидел? Он начал спускаться по холму. — Ты в порядке? — спросил он спустя некоторое время. Лицо Ньюта смягчилось. — Я в порядке. Просто… Я никогда особо не любил вечеринки. Надеюсь, ты повеселился. — Думаю, да, — честно ответил Криденс. — Выглядишь потрясающе, — пробормотал Ньют, смотря себе на колени. Криденс покраснел. — Вообще — у меня была мысль — Ньют вдруг поднялся и направился к сараю. Криденс пошёл за ним. Когда он подошёл к двери, Ньют держал в руках что-то блестящее и синее. Платье Криденса. — Хочешь надеть? — спросил Ньют, протягивая его вперёд. Он спросил. И как по щелчку, Криденс забыл обо всём остальном. Он развернулся и переоделся прямо там, не думая о том, смотрит Ньют или нет. Ньют уставился на дверь, чтобы дать Криденсу личного пространства. Эта его новая сторона заставляла его сердце биться как бешеное, и он чувствовал, как щёки заливались краской. С макияжем на лице он выглядел как неземное существо, поражающее своим совершенством, однако Ньют почти боялся… он знал, что никогда бы не смог сделать также. не смог бы быть тем, кем Уолт является для Ирен или Бесс — для Куинни. Он мог лишь надеяться, что Криденс всё ещё будет хотеть его, обычного старого Ньюта. Криденс надел платье и кокетливо повернулся. Он увидел, что Ньют уставился на пол, и его оцепил ужас. Ему было настолько не по себе? Криденс чувствовал, как всё его стеснение возвращалось к нему, и ощущал себя идиотом, паршивой овцой, уродством. — Я могу смотреть? — спросил Ньют, всё ещё глядя на пол. Тишина. — Криденс?.. — Он поднял взгляд. — О, Криденс, — пробормотал он, быстро подходя к нему и кладя тёплые ладони ему на плечи. — Прости, это всё так глупо, — Криденс сказал в пол. — Прости. Его голос звучал устрашающе скованно. — Нет, любимый, пожалуйста, посмотри на меня, — сказал Ньют, потирая оголённую руку Криденса. Криденс послушался. — Ты удивительный, ты красивый. Пожалуйста, поверь мне, я никогда не видел никого настолько восхитительного. Серьёзность в глазах Ньюта здорово подействовала на Криденса. Он выглядел так, словно взирал на восьмое чудо света, а не на худого парня в платье. Это было завораживающе. — Потанцуешь со мной? — на выдохе спросил Криденс. Одно долгое мгновение Ньют сомневался. — Хорошо, — наконец прошептал он. Он положил одну руку ему на талию, а в другую взял ладонь Криденса. Медленно, постепенно они начали двигаться вместе. Криденс был невероятно изящен, словно платье и макияж позволили ему делать то, чего он всегда воздерживался. Они медленно кружились на деревянном полу, освещаемые мягким лунным светом, пробивавшимся через окно. Глаза Криденса сверкали, словно две огромные звезды. Их губы осторожно встретились, и танец внезапно прекратился. Минуты, часы, дни они стояли, притягивая друг друга ближе и ближе к себе, пока не начало казаться, что они слились воедино. Наконец они поднялись по лестнице и вошли в спальню, где страсть постепенно уступила усталости. Обменявшись взглядом, они согласились, что пора ложиться. Криденс неохотно снял платье и умылся. Тушь оставила под глазами тёмные круги. Картинка, которая вызывала не совсем приятные воспоминания. Он вернулся в спальню в своей обычной пижаме; ему казалось, будто он очнулся ото сна. И всё же на кровати его ждал Ньют, чьё лицо всё ещё было красным от смущения. Он смотрел на Криденса с всё той же нежностью, нежностью, с какой Куинни смотрела на Бесс. Криденс лёг в кровать, и его окутали тёплые руки, пахнущие землёй и деревом. Ему в голову пришла мысль, что это то, что можно назвать домом. И так они заснули в собственном крошечном мире, где кроме них не было никого.