Инцест - дело семейное.

Пережить подобное предательство для Тэхена было сложно. А вообще, предательство ли это? Он не разбирался. Просто собрал свои шмотки и прожил оставшийся до выпуска месяц у Хосока. А потом они оба уехали в Сеул. Удачно поступили и жизнь начала налаживаться. Тэхен занимается любимым делом — вокалом, получает хорошую стипендию за успехи в учебе, работает официантом в уютном кафе у дома, обзавелся альфой. Да, альфой, собственную ориентацию принять было легче, чем то, что Чонгук — урод. Кстати, с Чонгуком практически не общается. Ограничиваются поздравлениями на праздники и перепиской раз в месяц, вроде «что нового». Скучают безумно оба. Но оба не рискуют предпринять хоть что-то, потому что Тэхен по-прежнему уверен, что Чонгук лжец, Чонгук уверен, что Тэхену не нужны такие неправильные отношения. Первые полгода он рвал и метал, не находил себе места, пил и попусту растрачивал свою жизнь. Потом смирился. Юнги вбил в дурную голову Чона, мол жизнь продолжается. Так и есть. Гук нашел омегу. На голову ниже, блондин с карамельными глазами и фарфоровой кожей, голос певчий, пахнет смесью цитрусов. До последнего убеждал себя в том, что на Тэхена он ничерта не похож. Не правда. Похож. Юнги уверял, что друг помешался. Больной, лечиться надо. Чон отмахивался. С омегой расстался, потому что, хоть и похож, но не любимый, не он. Смотрит не так, говорит не так, ведет себя не так. Нужен один единственный. Так и прошло два года.

***

Через открытое окно в комнату проникает теплый легкий ветерок, развивая белоснежные занавески. Июньское солнышко пробивается сквозь них и ползет по полу, медленно крадется на кровать и лучиком нежно касается лица Тэхена. Тот морщится и переворачивается на другой бок. Выходные. Тэхен их обожает. К тому же, сегодняшний вечер обещает быть богатым на приключения. Сначала с Богомом в кино, потом кафе, прогулка по ночному городу и ночь вместе. Богом, вообще-то, не вызывает каких-то невероятных чувств у Тэхена. Он просто милый и заботливый. С ним комфортно, не более. Сердце по-прежнему тоскует по одному единственному. Но Чонгук в прошлом. Они братья и, может быть, когда-то начнут снова хорошо общаться, но сейчас рано. Тэ вскоре встает с кровати и босыми ногама топает в ванную, оттуда перебирается на кухню и варит себе кофе. Ест горький шоколад. Последнее время этот продукт входит в ежедневный рацион Тэхена. Скучает по Чонгуку же, по запаху его. Но не признает. Нельзя поддаться. Тэхен, вообще-то, давно бы сорвался обратно в Пусан, если бы не вспоминал вовремя эту картину с целующимся Чоном и Чимином. Да и Хосок не позволяет. Чертовы мысли о Чоне каждое утро закрадываются в голову. В этом году он закончил школу. Интересно, куда будет поступать? Нужно будет спросить обязательно. Мысли голову не покидают. Сегодня еще и тревожность поселяется в сердце. Что-то должно случиться. Время до обеда течет невыносимо медленно. Богом обещал зайти пораньше.Наконец в дверь стучат. Тэ бежит и открывает с радостными возгласами: — Богом-и, наконец-то! — Богом-и? — в квартиру входит вовсе не он. У Тэхена подкашиваются ноги, он даже опирается о стену, брови непроизвольно ползут вверх. — Ч-Чонгук? — Я уже понял, что ты не меня увидеть ожидал, но да, это я. — Гук улыбается своей привычной кроличьей улыбкой, расставляет руки в стороны для объятий. Тэхен и тянется, как котенок, которого давно не гладили. Обнимает, чуть было не роняет слезу, но держится. Приглашает гостя в квартиру, тут же наливает чай обоим. Хочется расспросить обо всем на свете, пообниматься, но сдерживаются оба. — Ты изменился. — выносит вердикт Чонгук, рассматривая брата. Волосы покрасил, немножко щечки наел, загорел. Наконец-то выглядит здоровым, а не как кукла фарфоровая. Это заставляет Чонгука радоваться. — Ты тоже. — отвечает Тэ, замечая, что брат стал крупнее. Подкачался. А из-под ворота рубашки виднеются татуировки. Теперь он не просто подросток с хорошим телосложением. Сейчас он мужчина. Красивый, до одури манящий, но запретный. — Кто такой Богом? — Чон важно расхаживает по квартире, рассматривает ее и натыкается на совместное фото Тэхена с каким-то парнем. Вопрос тут же отпадает. — Ясно. Это тот же самый хмырь с фоток из фейсбука? — Откуда ты знаешь? — непонимающе смотрит старший. Он же новый аккаунт завел, как Чонгук нашел? Глупый ТэТэ не сразу понял, что если он подпишется как «Чон Тэхен», укажет Сеул, как город проживания и добавит Хосока, то его легко будет найти. Впрочем, неважно. — Ах, ну да. — Чонгук-а, давай, рассказывай брату, как дела, что в Сеуле забыл? Поступать приехал? — оба садятся за стол, Тэхен тут же отхлебывает чай из чашки. — Да. Школу на отлично закончил. — Чонгук начинает рассказывать события, произосшедшие с ним за эти два года, но вдруг прерывается. — Вообще-то, Тэхен, я не за этим приехал.

SMNM — Million ft. Compulsive

— М? — вопросительно мычит, имея ввиду «зачем» и поднимает голову, встречаясь взглядом с Гуком. Сердце пропускает удар. Чон младший в мгновение ока приближается и впечатывается своими губами в губы брата. Разрешения даже не спрашивает. Не для этого он два года ждал. Ноги дрожат. Тэхен бы свалился на пол, если бы не сидел на стуле. Руки Чона блуждают по телу брата, будто изучают. Тэхен первое время отвечает, жмется телом ближе, наслаждается, но остатками чистого разума понимает, что нельзя. Отстраняется. — Чонгук, мы не можем. — начинает противиться, Чону плевать. Он ведь чувствует, что Тэхен скучал. Хотя бы по одним его глазам. Все прекрасно видно. — Можем. Я знаю, что ты тоже любишь меня. — Тэхен не понимает. Смотрит на брата, а тот на немой вопрос, мол «откуда» тут же отвечает: — Я у твоего мозгоправа был. Намджун, кажется? Он все мне рассказал. А с Чимином тогда. Эта тварь уходить не хотела, пока я не поцелую его. — объяснил и снова затыкает старшего поцелуем, не давая и слова вымолвить. Тэхен сдается, отвечает вновь. Не сопротивляется даже когда его подхватывают на руки и тащат в спальню. Только крепче жмется, отвечая на ласки глухими стонами. С ума сводит. Чон медленно опускает парня на белоснежные шелковые простыни. Тэхен цепляется за бока альфы, пока тот, уже стянув футболку с парня, покрывает оливковую кожу в области шеи поцелуями. Прикусывает, оставляет яркие пятна, абсолютно не заботясь о том, не против ли сам Тэ. Судя по его приоткрытому ротику, изогнутой спине и закрытым в блаженстве глазам — вовсе нет. Ему приятно. Давно так не было. Ни с Богомом, ни с бывшим Минхо. Единственный раз, когда было настолько хорошо, тот самый раз в душе. Все с тем же Чонгуком. Это какое-то проклятие, а Чон сам дьявол, не иначе. Но такой любимый, родной. Тонкими пальчиками Тэхен путается в черных, как смоль, волосах брата, жмется к нему, всем телом, будто в последний раз. Вдруг и впрямь последний? — Чонгук-а. — стонет старший, пальчиками пробираясь к ширинке младшего. — Да, малыш? — Сними это дерьмо. — дергает за штаны, кусая собственные губы. Чон повинуется. Не может сопротивляться. Вскоре оба остаются абсолютно голыми. При дневном свете Чон наконец может нормально разглядеть тело возлюбленного. По-прежнему безупречен. Тэхен думает тоже самое. Татуировки Чонгуку очень даже идут. С левой стороны, у самого сердца красивым почерком «Taehyung». Тэхен разреветься готов. Но одновременно зол. На всю жизнь ведь! — Дурак, что это? — в перерывах между поцелуями провел пальцем по татуировке в виде собственного имени, но немедленно был заткнут очередным поцелуем. Чонгука не волнует. Его мальчик всегда должен быть рядом. Хотя бы в виде имени, выведенного чернилами. Но теперь он в прямом смысле слова под кожей. Чон долго мучает старшего ласками. Дразнит, растягивает. Один палец, второй. На манер ножниц, а потом третий. А Тэхен хнычет, извивается. Терпеть больше не может. — Чонгук-а, пожалуйста. — Пожалуйста что? — улыбка хитрая, словно лис. Ладонью водит по члену старшего, на головку надавливает. Издевается. — Скажи это. — Давай, возьми меня. — от стыда сгорает, ручками закрывает лицо. Чонгука такое расположение дел не устраивает. — Посмотри мне в глаза и скажи «братик, возьми меня.» — Это так неправильно, Чонгук. — Ты лежишь подо мной, стонешь от удовольствия. Мои пальцы все еще в тебе. Это правильно? А это? — ладонью водит по телу старшего, оглаживая уже многочисленные укусы. — Что для тебя правильно, Тэхен? Не иди против собственных чувств. — Возьми меня, б-братик, — смотрит прямо в глаза, застенчиво закусывая губу, краснеет, но добавляет, — любимый. Чонгук доволен. Убирает пальцы и подхватывает своего малыша под бедра, входит резко, но все равно старается не навредить. Тэхен вскрикивает. Нет, не от боли. Давно забытые, но безумно приятные ощущения доставляют бурю эмоций. Мурашки по коже, тело дрожит, большего просит. Чонгук дает больше. Начинает двигаться. Сначала размеренно, но глубоко. Пробирает до тех же мурашек. Потом резко и от толчка к толчку темп только растет. Опять же, до мурашек пробирает. По квартире разносятся откровенные и громкие стоны наслаждения обоих. Шлепки тела о тело, ладоней Чонгука о попу Тэхена. Воздух, кажется, пропитан сексом, развратом и нежностью. Обоим нравится. — Гук-ааа, — Тэхен не сдерживается, кончает с любимым именем на губах после того как Чон попадает головкой по простате. Еще минуту держится, пока не доведет себя до пика младший. И оба, казалось бы, без сил падают на кровать. Но несколько секунд на отдышаться и Чонгук снова тянет брата на себя, заставляя сесть на свои бедра и просит целовать его. Тэхен садится, упирается ладонями в широкую грудь и дарит эти поцелуи, которые Чону сейчас, видимо, очень необходимы.

XXXtentacion — save me

— Тэхен-и, у тебя открыто было. — голос Богома не замечают. Пак проходит к спальне и останавливается. Его Тэхен, невинное и пушистое создание, сейчас бесстыдно сидит голышом на чужих бедрах и развратно целует этого же хмыря. А этот самый хмырь то во всю мнет тэхеновы ягодицы. Оба глухо постанывают. Зрелище, конечно, красивое. Богома замечают только тогда, когда он громко хлопает входной дверью. Тэхен проебался. — Блять. Богом. — Тэхен вскакивает и начинает в спешке натягивать на себя одежду. Нужно догнать. — Тэхен-и, какой Богом? У тебя есть я. -Чонгук натягивает на себя боксеры, а потом притягивает к себе брата. Не понимает, зачем ему сдался этот чудик. Вот он, высокий, красивый и влюбленный Чонгук. А ему Богом. — Нет, Чонгук. Забудь. Два года прошло. Все, что было сейчас — всего лишь порыв. Я не люблю тебя больше, понимаешь? Мы родные братья, это неправильно и так быть не должно. Что о нас подумают? Найди себе омегу и живи спокойно. — Чон отпускает. Отворачивается от старшего, чтобы тот только не видел насколько ему больно. В груди колет. Это «Taehyung» слева хочется сцарапать, вырезать. Только бы так сильно не жгло. Снова слышится звук захлопывающейся двери. Чонгук падает на кровать. Сил нет. Пять минут назад он был самым счастливым. Сейчас все пошло наперекосяк. Теперь хочется только реветь и пить банановое молочко. Но Чон альфа. Сильный. Он не Тэхен, ныть, как баба, не будет. Гук решается. Собирает свои вещи с пола, натягивая на себя. Обходит несколько раз квартиру, прихватив с собой футболку Тэхена. Зачем? На память. На Чонгука она явно не налезет. Пускай будет. Зато пахнет Тэхеном. Зря это все. Строчит записку наспех и покидает квартиру. Надо успеть на обратный поезд. — Богом-и. — Тэхен обнаруживает Богома на крыше. Они вместе любили туда ходить, смотреть на звездное небо или дневной Сеул. — Слушай… — Не надо, Тэ. Я же чувствовал, что ты меня не любишь. Ты даже во время секса недавно выкрикнул не мое имя, а «Чонгук». И во сне ты его часто звал. Это тот самый Чонгук? Ну, с которым ты сейчас… — Да. — Тэхен виновато опускает голову. Врать смысла нет. Одновременно с этим радуется тому, что Богом не в курсе про то, что Чонгук его родной брат. Иначе бы было еще более неловко. — Богом, у меня с ним ничего не может быть. Это была случайность. — Что? Ты себя то вообще видел, когда целовал его? — Пак дергает бровью, проводит ладонью по растрепаным волосам Тэ. — Ты же буквально светился от счастья. Да и он тоже. Маленький, если бы в комнате было темно, вы вдвоем осветили бы ее, я уверен. — Да? — Да, Тэхен, не смей мне сейчас говорить, что ты не любишь его. Это было видно. Со мной ты никогда не выглядел таким счастливым. — Богом, — Тэхен закусывает губу и зачем-то обнимает парня, — все хорошо? — Да, Тэ, иди к нему. Я в порядке. — Пак улыбнулся, похлопав Тэхена по плечу. Последний же, зачем-то взглянув вниз, заметил садящегося в такси Чонгука. Дерьмо. Тэ, еще раз поблагодарив Богома за все, особенно за то, что тот такой понимающий и рассудительный, бросился к машине. Поздно. Авто уехало. Звонки на номер Чонгука не давали резульатов — сбрасывает. Тэхен, как делает обычно в сложных ситуациях, набирает номер Хосока. — Хо, случился полный пиздец. — и далее по порядку рассказывает другу все, что произошло, на что Хосок только тяжело вздыхает и молчит долгие секунд тридцать. — Тэхен? — Да? — Я думаю, тебе нужно найти его. — Тебе уже не кажется это аморальным и неправильным? — Кажется. Но если тебя не отпустило даже через два года, значит точно любовь. Неправильная, аморальная любовь. И раз любишь, забей на чужое мнение. — Где мне его искать? — бормочет не то для самого себя, не то Хосоку вопрос задает. Вдруг замечает листок бумаги, прикрепленный магнитом к холодильнику. «Хен, прости меня за это. Я никуда не мог себя деть со своей любовью, надеялся на взаимность, но теперь, клянусь, ты больше меня не увидишь. Планирую поступить в университет в Америке. Мне уже приходило пару предложений. Живи счастливо, малыш. С любовью, Чон.» Чон Чонгук — королева драмы. — Тэхен? — голос Хосока снова раздается на том конце. Тэ зачитывает записку для друга и добавляет: — Хо, Америка. Он всю жизнь мечтал. Я не могу со своим «люблю» примчаться сейчас к нему и заставить остаться. — Можешь, блять! — Что? — Тэхен, не привыкший к такому Хосоку, опешил. — Я говорю, что ты, можешь хоть раз побыть эгоистом и сделать что-то для себя. И для него. Ты думаешь, он горит желанием ехать в эту Америку? Нет, Тэ, если бы он правда хотел туда, не приехал бы к тебе. Ты заметил, у него были чемоданы? — Да. — бормочет Тэ, вспоминая два больших черных чемодана за спиной альфы. — Он остаться хотел, дубина. Вали и останавливай его, пока он не уехал. Это действует, как пинок под зад. Тэхен, спускаясь вниз, на ходу вызывает такси. Ждать долго. Ловит попутку. Чертовы пробки. Весь на нервах. Чонгук по прежнему не берет трубку. Через добрых сорок минут Тэхен оказывается на вокзале. Мать твою, запутаться можно. Давно он тут не был. Отправление поезда «Сеул-Пусан» через пять минут. — Блядство. — шипит Тэ, протискиваясь через огромную толпу народа. Он не успеет. Чувство тревожное. — Ну и где эта пятая платформа? — сам себе под нос бормочет, блуждая по вокзалу и вот оно, наконец выбегает на перрон, но слышит только звук отдаляющегося поезда. Не успел. Слеза как-то сама скатилась по щеке. Безусловно, Тэхен сможет сам приехать в Пусан после сдачи сессии, но за это время столько всего может произойти. Сейчас Тэ чувствует себя подавлено. Стирает рукавом слезу, шумно выдыхает. Какой же ты мудак, Чон Тэхен.

Cheprox — kiss me

На плечо русоволосого ложится чья-то рука. Он оборачивается и вновь замирает. — Ты не уехал? — Пробки были, не успел. — Гук-а, ты послушал меня, дурака, да? — Тэхен опускает голову вниз. Он всю дорогу речь готовил, в итоге сказать не может ничерта. — Я не хотел тебя обидеть, клянусь. Я просто растерялся, знаешь. Ты мне все эти два года каждую ночь снишься, я даже горький шоколад есть начал, чтобы тебя почувствовать. Я когда уезжал, футболку твою любимую прихватил, ношу ее до сих пор. — Тэ вздыхает, а Гук мысленно усмехается, ведь он тоже спер футболку у Тэхена. — В общем, Чонгук, — Тэ наконец смотрит прямо в глаза парню, — я знаю, что ты мечтал об Америке и я — никто, чтобы рушить твою мечту. Но я расстался с Богомом и люблю тебя. Плевать, что ты мой брат родной и это кому-то кажется неправильным. От этого я люблю тебя только больше. Все эти годы любил. И буду дальше любить. Я всегда тебе буду рад, Чонгук. И я любое твое решение приму, но ты знаешь, я бы очень хотел, чтобы ты остался со мной. — наконец выговорился. Далее последовала долгая и мучительная минута молчания от обоих. Гук о чем-то мыслит, Тэхен медленно проваливается под землю от стыда. — Нет, Тэхен. — Чонгук наконец подает голос. — Что? — старший не верит. К горлу подступает ком обиды. На самого себя. Час назад Чонгук горел желанием остаться. Теперь он уходит, кажется, навсегда. — Ты думаешь, что можешь кричать, что не любишь меня, прогонять, а потом поманить обратно своим «люблю» и я прибегу к тебе? — Чон сверлит взглядом бедного Тэхена, который вот-вот и правда провалится вниз. — Вообще-то так и есть. — заканчивает Гук, выдыхая. Тэхен не понимает, что все это значит. В груди больно давит, с глаз хлынули слезы. Утирает их кулачком. — Ты у меня такой ребенок, Тэ. Хоть я и младше. — шепчет Чонгук, утирая большим пальцем слезы старшего. Льнет к губам и снова целует, теперь уже в знак примирения. Сначала Тэхен хочет отстраниться: кругом полно народу, а они оба альфы. Потом плюет на мнение чужих, отвечает на поцелуй, но все-таки вынужден прервать, чтобы спросить: — Это значит, что ты остаешься? — Это значит, что я остаюсь. — оба еще некоторое время дарят друг другу трепетные поцелуи, Тэхен по-прежнему плачет, но уже от счастья. Чонгук снова говорит: — Может, пойдем к тебе домой? — К нам. — отзывается Тэхен. -Мы пойдем к нам домой.

______________________

Я.это.сделал. Наконец ставлю «завершен». Может быть, могло бы быть и лучше. Конец должен был быть другим абсолютно, но автор заявки просил хэппи энд. А кто я такой, чтобы пойти против?) Работа давалась мне с трудом, но я все равно вложил в нее душу и благодарю вас всех за то, что поддерживали. Надеюсь, я оправдал ваши ожидания. Возможно, я когда-нибудь замучу сюда бонус. Если у вас есть идеи, делитесь этим со мной. Ждите в скором времени новый фф.❤ И не забывайте про публичную бету, я слепой. Оставляйте свои отзывы, мне ваше мнение очень важно.