fascinating

У Эвы чувство, будто бы ее к хуям из дробовика разнесли на маленькие кусочки, которые она больше не в состоянии собирать. И Остин тут совершенно не помогает со своей любезностью и теплыми объятьями, в которых она хочет согреться. Хочет, но ничего не получается, как бы сильно она не старалась. У Остина губы становится холодными и ей даже кажется порой, что они ледяные. Руки шершавыми, а в его серых глазах будто бы огромная глыба айсберга возвысилась. В понедельник утром, перед началом занятий, она всем телом прижимается к своему парню, пытаясь почувствовать хотя бы немного тепла. Маленькими пальчиками окольцовывает горячую шею. Пухлыми губами целует в щеку, мимолетно в губы, чтобы это не выглядело пошлым перед их друзьями и шепчет нежно, прикрывая глаза, потому что чувствует стреляющий взгляд, сверлящий ее спину. Да с такой силой, что у нее чуть ли не тепловой удар случается, а первая пуля уже застряла в ее теле и вытащить ее никак. Эва ловит себя на мысли, что объятия Остина ей вовсе не нужны больше. Во вторник она приглашает Остина к себе, потому что мать, наконец-то, уехала, оставив дом в ее распоряжении. Они смотрят очередной фильм про супер-героев, смеются и кидаются в друг друга горстями попкорна, а потом час ползают по полу, собирая раскиданную сладость обратно в миску. Только вот почему-то настроение к концу вечера испорчено, а губы подрагивают, позже поджимаясь в тонкую полоску. Она смотрит на улыбающегося Шистада на фотографии, которую он запостил пару минут назад и задерживает взгляд на его ядовито-карих глазах, уходя в другую комнату, чтобы парень не увидел. Разглядывает стоящую девушку рядом с ним в обнимку и почему-то нервно смеется, отбрасывая телефон в сторону. Почему-то Крис умудряется испортить ей настроение даже будучи далеко. Через пару минут тоже фотографию выкладывает, только вот с Остином. Приписывает к ней очередную ванильную цитату и чувствует, как саму тошнит от горящего на экране телефона слова «люблю». А через пару секунд лайк от Шистада получает и комментарий вдобавок: «милые голубки», отчего айфон прямо об стену разбить хочется. В среду она не понимает почему так много думает о нем, сидя с подругами в забитой подростками школьной столовой. Перед ней тарелка с овсяной кашей, а под боком любящая подруга, болтающая о полезности зерен. Но в голове совершенно не мысли о разговоре с девочками, а все та же его вчерашняя фотография, обозначенная надписью: «С малышкой», отчего очередной ком в горле встает и хочется засунуть два пальца в рот в школьном туалете на первом этаже. Мимолетом мысль пробегает, что она так бессовестно ревнует ко всем этим девушкам, которых он называет жалким словом «малышка», но она тут же мысленно головой об стену бьется, пытаясь вклинить/высечь себе во внутренних органах имя «Остин», потому что он один у нее такой (кому ты врешь?). В четверг она поздно возвращается домой после дополнительных занятий по математике, выискивая ключи от дома на дне своей сумки. Но только когда поднимает взгляд, то убежать хочется за несколько километров отсюда, бегать-то она хорошо умеет. Перед ее домом стоит припаркованная ауди и ей вдруг в пропасть провалиться хочется, когда она замечает Шистада, прислонившегося к капоту темно-синей иномарки. Она подходит ближе, когда в салоне замечает Остина и облегченно вздыхает (конечно же нет). Улыбается и машет ему рукой и тот выходит, тихо хлопая дверцей. Обнимает ее, оставляет короткий поцелуй на ее вишневых губах и озадачивает: — Крис сегодня в гонках участвует, — начинает парень. — Поддержим друга? А ей бы в пору кричать, что не друг он ей никакой, да и не был никогда. Они редко когда разговаривали по душам, редко когда здоровались друг с другом, потому что никогда он не смотрел на нее (да, потому что ты даже не достойна его была). До прошлой пятницы, когда Шистаду все с рук сошло. Когда он не видел никаких барьеров, чтобы соблазнить девушку лучшего друга и совсем, похоже, не каяться за это. Эва мыслями себя терзает каждую ночь, сидит на подоконнике в своей комнате и думает о том, как паршиво поступила со своим парнем, а Крису впору веселиться. Эва губы кусает и в голове у себя кричит: «простипростипрости», когда Остин обнимает ее со спины на школьном дворе сентябрьским утром, а Крису впору с другими девчонками флиртовать и ей хочется по лицу его красивому ударить пару раз, лишь бы понял, что нельзя так поступать. Нельзя вешать лапшу на уши девочкам с итак уже разбитыми сердцами. Но она и не только его карие глаза винит. Не только выделяющиеся вены на его руках и фирменную улыбку, отчего ноги подкашиваются, не в силах стоять на земле ровно. Она себя винит, потому что поддалась и каждый раз это делает, потому что Крис запретный плод. Крис чертов дьявол, стреляющий так метко, что очередная пуля летит прямо ей в спину, когда он своими губами ее касается. И фиолетовые следы на ее острых ключицах до сих пор кожу обжигают, и она каждый день в душе стоит, пытаясь стереть их. Под обжигающей водой трет жесткой мочалкой, оставляя лишь красные отметины, но проделки брюнета все равно никуда не деваются. Как же паршиво. — Это же незаконно, — только и говорит рыжеволосая, сжимая сумку в руках еще сильнее. — О, да ладно, — Крис отталкивается от капота машины, кидая сигарету под ноги. — Когда ты успела записаться в монашки? Он проходит мимо нее и холодом веет таким, что вот-вот унесет. Садится в машину и громко хлопает дверцей. Мун трясет и она не понимает, то ли это от холода, то ли от голоса Шистада прямо у нее над ухом. Остин хватает ее за руку, приговаривая о том, что Крис злой сегодня и лучше его не доставать и тянет ее в дорогой салон автомобиля. У Мун даже времени нет подумать и выбора нет.

***

Эва думает о том, когда все расскажет Нуре, когда замечает ее в огромной толпе на окраине города. Она ее, как никак, лучшая подруга и скрывать то, что она уже дважды переспала с Шистадом, становится пиздец как сложно. Блондинка все чаще сыплет ее вопросами, интересуется о том, куда она постоянно смотрит и лишь перца во всю эту ситуацию подбавляет своим материнским характером. Но Эва лишь сглатывает, обнимая Сатре за худые плечи и фальшиво улыбается ей, когда Нура протягивает ей баночку с пивом. — С кем ты приехала? — интересуется Сатре, оглядываясь по сторонам. Она приехали на самую окраину города, куда съехались, кажется, почти что все подростки Осло. Кто-то включил громкую музыку в машине и многие покачиваются в такт ей, разглядывая машины, которые будут участвовать в сегодняшней гонке. Мун же отсюда сбежать хочется, потому что не для нее это. — Нас с Остином подвез Крис, — она чуть ли не выталкивает из себя эти слова, а Нура на нее удивленно смотрит, делая глоток дешевого пива. — На Криса многие поставили сегодня, — блондинка смотрит на темно-синюю ауди третьекурсника, стоящую неподалеку. — Говорят, у него много шансов. Вильде поставила тысячу крон на то, что он финиширует первым. — Она сумасшедшая. — Она думает, что выиграет в два раза больше, если он победит. Хочет накопить денег и рвануть в Англию этим летом. Эва ничего не говорит и лишь на машину Шистада смотрит, у которой столпилось куча народу. Кто-то фоткается с ней, а кто-то просто разглядывает, чуть ли не светясь от счастья от того, что смог к ней прикоснуться. Крис стоит в стороне и спокойно попивает газировку, разговаривая о чем-то со своими друзьями. Остин стоит рядом с ним и ее разрывает. Она запуталась совсем и изнутри не хило так ломает, будто бы по костям барабанными палочками прошлись. Воздуха совсем не хватает и кислород искать уже негде (неправда, ты знаешь, в чьих глазах сможешь найти его). Ее распирает, бьет прямо щекам и она думает о том, чтобы и вправду сбежать отсюда. Подходит к Остину и тянет его за рукав толстовки: — Не хочешь уйти отсюда? — Ты чего? — он смотрит на нее странно, прижимая к себе. — Гонка вот-вот начнется. Ты не можешь пропустить такое зрелище. — Мне это неинтересно, — она лишь носом шмыгает, чувствуя раздраженный взгляд Криса на себе и рефлекторно ежится. — Если Мун так скучно, — слышит немного хриплый голос и опускает глаза на носки своих кроссовок, лишь бы с карими глазами вновь не столкнуться. — Могу прокатить ее. Она почему-то смотрит на своего парня, лишь сильнее сжимая его холодную ладонь в своей. Думает, что сейчас он скажет, что это уже слишком — кататься с чужой девушкой, но выдает бодрое: — Это было бы круто! А в груди что-то набатом бьет, не в силах успокоиться. Что-то громко падает на самое дно, скручивая все внутренности и Мун кричать хочется на него. Ей кажется это до истерики смешным, ведь его девушку уводят прямо под его носом и она тут же машет головой в разные стороны. Ты ничего не видишь, совсем ничего. — Да ты просто зассала, — Крис смеется над ней, поджигая край тонкой сигареты. Она плавится под его взглядом, ежится еще сильнее в руках Остина и деться куда не знает, потому что один хуже другого. Одному впору дома сидеть над просмотром любимых фильмов, а другому кулаки марать о кровавые лица своих противников. И Эва разрывается, потому что не знает, кого выбрать. Разрывается, потому что вообще об этом думает. — Я просто не хочу влететь в какой-нибудь ближайший столб. — Ты думаешь, что я настолько плох в этом? — он наступает на нее и Мун чувствует себя маленькой, потому что ниже его на целую голову. Дышит рвано прямо в шею, разглядывая россыпь маленьких родинок и едва ли с цепи не срывается. — Думаю, что ты водишь также дерьмово, как клеишь баб, — выдает рыжая, а в голове тысяча личностей кричит ей заткнуться. Она видит, как челюсть Криса напрягает и как он губами к сигарете прижимается, нервно ухмыляясь. — Ну так проверь, раз ты это своими глазками заметила, — она видит, как он бесится и Остин прижимает ее к себе еще сильнее. — Эва, не разжигай огонь, — шепчет ей парень прямо на ухо, дергая за локоть. Ей ненавидеть Шистада хочется. Да так сильно, что зубы скрипят от злости, а зрачки расширяются от бешенства. Ей хочется избить его прямо до сломанных ребер прямо на глазах у всех, лишь бы он почувствовал всю боль, но она лишь на отсыревшей земле стоит, разглядывая носы своих кроссовок. Ей так сильно хочется ненавидеть его, но получается совершенно обратное. Его губы до сих пор в ее голове, а запах мятной жвачки до сих пор дыхание распирает, когда он только приближается к ней. Когда стоит почти что вплотную и издевательски смотрит на нее своими карими глазами, выстреливая тысячи пуль прямо в спину. Когда обращается с ней так, будто бы она его очередная игрушка, которую вот так просто можно опустить в грязь лицом. Получается какого-то хрена так, что она всегда тянется к нему, к его рукам с россыпью вен на запястьях и тонким губам, которые пропахли сигаретами и привычной жвачкой. Мун кажется, что он у нее во всех внутренностях высечен. И когда она пыталась острыми камнями поставить на себе клеймо «Остин», то совершенно не обратила внимание на то, что на кровавых органах красуются абсолютно другие буквы. И имя «Кристофер» смыть с себя хочется, стоя под обжигающими струями воды в ванной комнате. Хочется чесать острыми ногтями там, где жжет от его касаний, но ничего толком не выходит. Она лишь ласкает ночью его имя на языке, разглядывая потолок в собственной комнате. Видит его хитрую улыбку в своих снах и ей остается лишь томно вздыхать, продолжая биться головой об стену. Потому что запуталась совсем. И когда замечает, что Крис уже садится в свою машину, потому что гонка вот-вот начнется, то кричит прямо ему в спину: — Я поеду с тобой. Отпускает холодную руку Остина и видит карие глаза Шистада перед собой, в которых все так же продолжают плясать дьявольские чертята. Гореть ей в аду за то, что она делает.