Я говорю на языке Суок

Я увидела голубой тусклый свет, он сменялся какими-то пятнами, я попробовала дотянуться до него рукой, но не чувствовала ее. Даже кончики пальцев не слушались. Повернула голову в сторону, что далось ужасно трудно: я не чувствовала никаких сил на какие-либо движения. Сглотнула от сухости в горле и бросила это дело, так как не видела четко ровным счетом ничего. Моего тела что-то касалось, чаще рук, сжимая: то одну, то другую. Кому-то явно не хватает телесных ощущений. Я просто лежала, наблюдая за своими ощущениями. В следующий раз я открыла глаза, когда светил очень яркий жёлтый свет. Наверное, он меня разбудил? Ничего особенного. Снова неприятная бессильность, от которой хочется уже бежать. Я ничего не понимала. Со мной уже такое было? Я просыпалась до этого? Сколько раз? Я так слаба сейчас.. Как я хочу скинуть с себя этот груз тела, пошевелиться! Кто-то перебирает мои пальцы и тихо что-то рассказывает. Какой приятный голос.. Но неразборчивый. Я попыталась посмотреть в сторону голоса, но веки уже опустились. Я запуталась в счете. В какой-то момент я поняла, что прихожу в сознание на очень короткий срок. И теперь, так как я понимаю, что происходит, стала отсчитывать, сколько раз я просыпалась. Но.. После шестнадцатого раза я подумала, что могла пропустить еще несколько возвращений в сознание до этого. Мне было страшно чувствовать себя в теле, которое не управляет собой. Не было такого, что я могла спокойно поднять руку: обе были тяжёлые. И из-за этих мимолетных пробуждений я совсем не могла управиться со своим мозгом и заставить себя побыть в сознании на подольше. Но почти каждый раз, как я приходила в себя - честно, я уже не знаю, что со мной происходит. Может я зависла в VCR-игре, или меня накачали наркотиками? Или я в психиатрическом отделении? Вот. И мысли какие-то бредовые уже. Точно под таблетками - мою руку иногда держала чья-то теплая, кто-то протирал мой лоб, а я чувствовала жар в этот момент, хлопая медленно глазами или будучи с закрытыми и пытаясь уловить каждую секунду и каждое касание. Чаще слышала один и тот же голос, реже много голосов, один из которых был громче, чем другие: изумленный и веселый. В основном, так я и воспринимала голоса: один был всегда на пониженных тонах, другой нежный, будто успокаивал, третий тихий, но резкий. Я проговариваю в мыслях(этому научилась, не помню, на каком этапе пробуждений), а раньше я просто просыпалась и засыпала из-за непонятной усталости без задней мысли: "Семнадцать". Как только чувствую, что возвращаюсь в жизнь. Или что там у меня? Загробные реалии, если хотите. Семнадцать. Семнадцать. Семнадцать.. И пусть они будут последними.. Я не знаю, кто "они", но мне срать уже. Пожалуйста, я не хочу больше лежать. На чем-то не очень мягком. Не хочу больше находиться в каком-то аморфном состоянии. Язык прошёлся по шероховатым губам, я слышала глухо доносящийся бас. Рука никак не слушалась. Я хочу обрести свободу и встать. Просто. Встать. Мать вашу, я так больше не могу! Распахиваю глаза. Мир вокруг начал фокусироваться дальше, чем мои минус 200, что были все предыдущие шестнадцать раз, или.. хрен знает, вообще, сколько. Тускло-оранжевые.. Стены? Лампа и тумба?.. Я умерла, верно? Тогда почему не могу легко вспорхнуть и полететь? Мир то появлялся, то исчезал передо мной - вместо этого была мимолетная темнота. Спустя секунды я поняла, что снова уставшая, и мои глаза то открываются, то закрываются, тяжесть в теле тянет меня вниз. Я смотрела вверх, понимая, что натворила. Горло снова начало сдавливать. Какая-то влага лилась горячими потоками по щекам. Чимин.. Чимина больше нет. Меня нет.. Тэхен.. Тэхен, нет.. Пожалуйста, пустите меня к Тэхену.. Что я сделала?.. Мысли съедали меня. Я открыла рот(насколько это было возможно в нетелесном состоянии). Хотя, кто знает, как тут, в загробной жизни? Может, тела все-таки ощущаемые? Вдох получился глубоким, я подавилась, начиная кашлять. Чья-то рука приподняла меня, а ко рту прижалось холодное, затем я почувствовала вкус воды. Жидкость. Я могу чувствовать физически.. Кто-то звал меня.. Подождите, зовут прямо рядом! - Очнулась. Суок? - грустно произносят. Я поднимаю взгляд. - Чимин.. - не понимаю я. - Боже.. - неощутимо выдыхаю. Он должен был сказать что-то вроде: "Что ты натворила? Зачем? Почему ты бросила Тэхена?!". Но.. - Су? Ты слышишь? - с надеждой произносит он, заглядывая в глаза. Он коснулся моей щеки, оборачиваясь назад. - Я сейчас подойду, хорошо. Суок очнулась снова, дайте мне время, - слышалось копошение в стороне, парень вернул внимание мне. Он склонился, проверяя что-то. - Ты сказала.. Ты меня узнала. - Чимин.. - по инерции произношу я, бегая глазами по смуглому лицу. - Да.. Да, ну же, ты же знаешь другие слова, кроме моего имени, - он тепло улыбнулся, стирая слезы с моих щек. Бо. Же. Нет. Я уже ничего не знаю. Ты не прав. Я пискнула, зажмуриваясь, и сжимая ладони в кулаки, подскочила на месте. Чимин от неожиданности дернулся назад, смотря. Я тянусь вперед, пытаюсь подняться. Впервые за семнадцать.. Меня разрывает от упрямства, но все же выходит сесть. Он приближается, вжимаясь в мои губы поцелуем. Талия пригревается чужой рукой, другая ласкает щеку и подбородок. А я.. А я просто умираю с этого. Вот честно. Его запах.. Его кожа, его голос.. Его приятные, густые волосы. Я потянула нос к ним, зарываясь. Пошло все к чертям. Но теперь меня точно не излечить от Пак гребаного Чимина. И я согласна быть сумасшедшей, которую прозовут так после ее смерти. Ты хоть знаешь, как ты дорог мне? Я, оказывается, не знала. До некоторого момента. Но.. Я отстранилась, заглядывая в глаза. - Мне сказали, почему ты так поступила. - он отвел взгляд вниз, не выпуская моей руки. - Когда я увидел тебя, - он сделал небольшую паузу. - На полу, думал, что умру. Прямо там, - его глаза слегка расширились, а рука сжалась на моей. - Обычно, я не волнуюсь из-за жизненных обстоятельств, трудностей. Но я никогда не думал, что кто-то может вызвать у меня настолько сильное волнение, - он поднял четкий взгляд. Так.. Я не умерла.. Осмотрела помещение, парня, уже полностью осознавая ситуацию. Я в палате. Капельницы и провода. - Мне стыдно. Теперь мне действительно стыдно, - я отвела взгляд, закрывая глаза. - Ты не скажешь: "Ты поступила верно". Потому что это не так. Я повела себя куда эгоистичнее, чем за все время до этого. Тебе неприятно это слышать. Поэтому, я просто попрошу прощения и забуду обо всем. Верно? - с улыбкой на лице повернулась. - Прости меня. Я не смог уберечь тебя, хотя это является моей прямой обязанностью. Но сейчас ты полностью под моей защитой, малыш, - прижал к себе, утыкаясь носом в мой. - Я не малыш, - напыщилась, удирая от носа и утыкаясь в щеку, морщась от радости. - Ты настолько малышка, что помещаешься в моих объятиях. Так что молчи. - Чимин. - я прервала нашу идиллию. Ничто не вечно. - Мм? - изогнул брови, внимательно наблюдая, как медленно хлопают мои глаза. - Столько всего произошло.. Это же все не зря.. Да?.. - пытаюсь успокоить себя. - Не надо, Су. Просто будь со мной сейчас. И все. - он уловил тревожность в моем голосе. Я была согласна. - Кости срастаются, сейчас схожу на уколы и вернусь к тебе. Не двигай больной рукой. Тебе что-нибудь хочется? Я принесу фрукты, - он встал, беря в руку костыль. - Хочу гулять, - я немного его ввела в шок. - Мое тело скоро атрофируется. - Три дня прошло. - Я думала год, - рухнула обратно в кровать, шипя. Рука в бинте потревожилась. - Все окей. - поспешила я заверить парня, для которого каждая моя боль как своя. - Ладно, позову кого-нибудь, кто тут, пусть зайдут. - А, еще.. Тэхен.. - Пока нет, - качнул он головой. Он выглядел очень уставшим и потрепанным. - Хочу к нему.. Чимин кивнул, собираясь выходить из палаты. - А что с Джехеном? - с волнением спросила. Мин обернулся, разглядывая меня. - В тюрьме. - Что.. - поражение. Ничего больше. - Как?.. - Сам признался. Сам, Су, - уверенный вид брюнета еще больше подкреплял его слова. - Наконец ты очнулась, - напоследок улыбнулся брюнет. Он вышел из палаты, оставляя меня с трепещущими все естество мыслями. Джехен.. Не может быть.. Я.. Что его заставило это сделать? Я закрыла лицо руками, таким образом пытаясь задержать эмоции внутри себя. Фигня. Не получается. Надо успокоиться и.. Узнать об этом больше. Теперь я не могу оставить эту новость просто так. Кто тут еще? Намджун, Джед.. Ну, Намджун первый, потому что он, по-моему, относится ко мне, как к своему ребенку. Может.. Заботится о девушке брата.. Я умилялась ситуации, дергаясь на кушетке. И.. Наконец-то я жива..

***

Он не меняется. Но сегодня что-то новое я узнал о нем. Оказывается, наш подопечный любит клубы. Или нет. Может, была цель прийти? Тела движутся на танцполе. Кто в такт музыки, кто создавая свой ритм и разделяя его со своими партнерами. Если находиться здесь слишком долго, можно потеряться в куче потных тел и мигающих, пестрящих и бегающих в темноте по стенам огней светомузыки. Люди приходят сюда расслабиться, чаще в паре(если вы понимаете, о чем я), напиться, запить горе или потусить. Но у последних меньше всего шансов остаться непомеченными местными альфами. Была бы у меня девушка, одну бы не пустил. Но у меня, благо, другое горе. Хотя и за ним присмотр тот еще, чую. - И с какой это целью ты пожаловал сюда, когда у тебя есть я? - опустился рядом на барный стул, поворачиваясь корпусом к парню. Я изогнул брови, желая обратить внимание парня на себя. Он крутил ножку бокала в пальцах, смотря перед собой за барную стойку и, похоже, не желая открываться. - Слушай, - я посмотрел на часы. - У меня есть незаконченные дела, и если ты соизволишь играть в молчанку дальше, пожалуй, я приму твою игру. Только потом хер знает, увидимся ли мы с тобой, - конечно, то, что я говорил ему, было для запугивания. Пусть даже не мечтает, что я отвяжусь от него. Парень взглянул на меня с миной безысходности и встал, уходя в отдел для курящих. Я вздохнул. Ясно. Направился через движущуюся толпу к выходу. Снаружи было куда больше воздуха. В такие моменты начинаешь ценить то, чего раньше не замечал. В данном случае, кислород. Что ж, меня бросили на произвол судьбы. А лететь в другую страну нам уже завтра утром. И контактов этого придурка у меня нет. Пойдем другим путем. Я сел за родного Ровера, оглаживая руль, и думал. Секунда, две, десять, минута, две. Ждал. Пока решусь на что-то. Черт с тобой. Вышел, хлопая дверью и закидывая ключи в карман брюк, не торопясь направился в здание. Музыка снова долбит в уши, пьяные и непьяные переговариваются, смеются над пошлыми шутками и лапают друг друга. У бара нет того, кто мне нужен. Он вообще пил? Или только делал вид? Ножка бокала все на том же месте, где ее оставил Юнги. В зоне курильщиков стоял только высокий парень, дымящий неприятной сигаретой. Я загородил нос рукой, морщась и проходя мимо. Закатил глаза, возвращаясь к незнакомцу и обратился к нему. - Ты видел здесь парня, примерно по плечо мне? Тоже курит. Он со скепсисом посмотрел, ведя бровью и щурясь от своего же дыма. - Понятно, - значит будем искать дальше. Может, он уже в туалете? Я проверил все кабинки, наткнувшись на колющего что-то в руку мужика. Меня с ебу дернуло, и я захлопнул кабинку, а из-за нее послышалось: - Ааа-а!!!! Сучара! - что мне было делать? Два варианта. Ебнуть его обо что-то или бежать. Я выбрал второе, покидая туалет. Мне повезло с длинными ногами: мало кто догонит. Да и сам я был в хорошей физической форме. В толпе я смешался с массой, не находя того, кто мне был нужен. Чтобы не терять времени, я решил проверить комнаты на этаж выше. Ступенька, вторая, седьмая, и я подумал, что хотел бы себе двухэтажный дом с лифтом. Мне кажется, я пьян. Или просто этот сгусток в воздухе алкогольных напитков, табака - и не удивлюсь, если что-то есть похлеще - пропитывается в дыхательные пути и под кожу. Когда приходишь в клуб, то маловероятно, что ты останешься здесь в здравом уме спустя двадцать минут. Крышу сносит. А потом ты полностью раскрепощенный и накуренный утопаешь в бессмысленной нирване. А именно за этим приходят сюда подростки и молодые. Налево-направо комнаты заняты, одна открытая. Я нажимаю на дверную ручку, заходя внутрь. Ничего. Ее никто не посетил. Снова в коридоре. Темно, а в комнате ярко горел светильник, ослепивший меня, и теперь перед глазами яркие темные пятна. Музыка удалилась не намного, когда я услышал какие-то звуки. Что-то хрустнуло под ногой. Я опустил голову, переминая ступней и отводя ее в сторону, медленно присел на корточки, поднимая что-то с пола. Перебирая находку в пальцах, взглядом внимательно изучил предмет. Я нахмурился, устремляя взор вперед, на ковер перед собой, который расстилался на протяжении всей длины коридора. Это был кейс для сигарет. С чего такой редкой - не побоюсь это сказать - вещи валяться на полу в общественном месте? Если бы он выпал у хозяина, тот бы услышал. Даже несмотря на громкую музыку. Здесь ее уже было слышно не так сильно. Следовательно, хозяин услышал бы сто процентов и поднял свою потерю. Конечно. Я видел, как Юнги пользовался чем-то похожим. Я поднялся, решив постучать в дверь, откуда было что-то слышно. Звуки стали отчетливее, когда я прислонился ухом. Недовольные голоса и какая-то борьба. Похоже, моего вмешательства никто не заметил, и я нажал на дверную ручку. Не открывается. Черт. Я дернул еще раз, но дверь не хотела поддаваться. Заперлись, значит. Я прислонился вплотную к препятствию в стене, держа перед собой руки и громко произнес: - Юнги! Мин! - я толкнул дверь от себя, хмурясь, и услышал, как один голос внутри стих. Он определенно там. Я отстранился от двери - нельзя медлить - осматриваясь по сторонам. Сунул чехол для сигарет в задний карман брюк. В коридоре поблизости не находилось ничего, что могло пригодиться. Но должно было быть. Я быстро шел в темноте, ища что-нибудь тяжелое. Думаю, огнетушитель сойдет. Схватив агрегат с держателя на стене, я вернулся к двери. Блять. Если там действительно Мин, то хреново, что он до сих пор не снаружи, рядом со мной. Если его кто-то тронет, убью. Звук треснувшего металла по металлу раздался в коридоре, затем еще, и еще, пока ручка двери не отвалилась на пол. После я сразу дергаю дверь на себя, а перед глазами предстает такая картина: Какой-то сучий потрох, уламывая руки Юнги - моего Юнги, на минуту, - висит над ним на кровати, рубашка на теле шатена порвана, ремень на бедрах полностью расстегнут. Сам парень извивается под сильным телом, понимая свое положение и не имея представления, как выкручиваться из него. А паника не заставляет себя ждать. Я подлетаю к этому мужику сбоку, хватая за ворот и швыряя к стене. Юнги только сейчас меня заметил, испуганно смотря и подбираясь на кровати. Он оказался не из истеричек, быстро одеваясь. Я перевел взгляд на встающего в явно неадекватном состоянии мужчину, намерением которого было налететь на меня с ударом, но я уклонился в сторону, пропуская его руку выше своего плеча и оставляя ее так, перехватил, ударяя коленом в живот, вдобавок и в пах. - Обращайся, говна кусок. - я склонился к его лицу. - Он не хотел. Ты слепой, а? - я кинул мужчину лет тридцати в сторону. Он повалился на пол. - Еще поговорим! Мой босс здесь работает. За выломанную дверь ты поплатишься. - я внимательно проанализировал его вид, отходя назад, и взяв свою худощавую беду за руку, направился на выход. - Уходим. - Ты охуел.. - тот начал подниматься. - Сейчас я дойду до вас, пиздец вам, голубые. - Сам не лучше. Пока мужик еле шевелит как мозгами, так и ногами, вывожу нахрен из этой комнаты Юнги и без разговоров веду за собой. В какие моменты он становится таким податливым? Я не успеваю найти ту тонкую грань, когда он начинает беспрекословно подчиняться. Однако, это парадоксальное в шатене явление чертовски приятно ощущать. На пути он застегнул рваную рубашку - хоть какой кусок одежды сверху - и заправил уже более спокойно ремень, чувствуя, что уже в безопасности. Хотя, как сказать. Мы слышим какой-то хлопок. Позади нас в коридоре собрались несколько человек, направляющихся в нашу сторону. И настрой у них был не из положительных. Юнги дернул головой за спину, щурясь и вытирая что-то с губы, ускорил шаг. Одной встречи взглядов было достаточно, чтобы понять, о чем он думает. Наши тела сорвались в тьму коридора, углубляясь в него и вскоре вывернули на витиеватую лестницу, ведущую к бару и танцполу. Здесь опасность в том, что нас могут спокойно разделить и из-за бешеного звука музыки мы можем не услышать друг друга. Поэтому. Я крепко сжал его руку, пересекая эпицентр действия, ради которого люди собираются здесь. А на выходе рванул на себя, толкая вперед. - Сокджин, нам пиздец, - проговаривает Юнги, с отдышкой смотря назад, на вход в клуб. - Бежим. Он был прав. Поэтому, пришлось бросить Ровера. Завтра заберу, если выживу сейчас. Ахпхах. Их собралось уже человек семь. И все почему-то такие разъяренные. Тупые животные. - Горне, вызывай подмогу, тащите биты! Эти сосунки решили убежать. - Лучше бы они так клубом пристально занимались, - прокомментировал Юнги, несясь быстрее шальной пули. - Я. Не могу говорить много, сейчас задохнусь, - облизываю губы, чувствуя сухость в горле. - Юн, осторожнее, - я крикнул, хватая кисть парня, выбежавшего на проезжую часть, когда сзади него подъезжала машина. Недовольный водитель помимо раздражительного сигнала и мата еще и открыл окно, бросив пивную банку в Юнги. Тот дернулся, как ошарашенный, в непонятках смотря на дорогу. - Ты в порядке? - я кладу руку ему на кофту, стряхивая мелкие капли пива с нее. - Потом разберемся, мы почти оторвались, - после этих слов я резко свернул на дорогу, почти не обращая внимания на машины и пробегая мимо них. Мы оказались среди темной аллеи. Даже неожиданно, что мы попали в такую сказку после всего. Клуб и романтичный лесок. Хм. Мы оторвались, уже не слыша доносящихся буйных голосов. Я наклонился вперед, кашляя после отдышки и посмотрел на парня. Тот тоже тяжело дышал, но его внимание не было на мне. Я внимательно наблюдал и пытался понять, что он может скрывать в себе. Почему так обращается со мной, когда я забочусь? Забочусь.. Он снова молча отошел, передо мной была его спина. Но долго идти я не разрешил, мне понадобилось два шага, чтобы крепко сжать его запястье. - Мин, - я уже тихо произнес. Как будто вовсе и не хочу говорить. Я искал ответа на свои вопросы у спины парня. - Помоги мне, - он повернул голову в бок, затем повернулся и приблизился, утыкаясь своим телом в мое. - Нет, объясни мне, что за перемены в тебе? То ты лезешь на нежности, как сейчас, то ты сбегаешь от меня, как в переносном, так и в прямом смысле, - я отстранил его за плечи, заглядывая в глаза, которые сейчас как никогда сложно прочесть. Он убрал мои руки со своего тела, ведя взглядом вокруг. - Это не просто увлеченность. Я так думал раньше. Но сейчас, послушай, Мин.. - Я знаю, у меня то же. - отвел он взгляд, отходя на шаг. Вот сейчас он холоден. - Поэтому я сторонюсь тебя. - колко, резко и.. Неприятно. - Юнги, - я приблизился к парню, касаясь его щеки. Он бросил на меня непонятный взгляд. Не могу разобрать, что внутри у него творится. Черт. Я нахмурился. - Не делай этого. - Я не могу, - его голос был уверенным, а глаза будто все больше стекленели. А вслед за этим он постепенно выстраивал между нами стеклянную стену, причем я мог видеть его по ту сторону, когда как с его стороны не было никого. - Поделись со мной тем, что в тебе сейчас, - я был уверен, что Мин не станет ничего говорить и просто уйдёт. Я просто боюсь, что сейчас все может кончиться. - Прошу, - я огладил сухую щеку большим пальцем, горя от страха, который вдруг заселился внутри. Впервые из-за какого-то человека. - Я не смогу заставить тебя сделать что-то, - кивнул я. - Но я обязан тебя остановить, поэтому я не оставлю все так. - напористость Сокджина должна была его напугать. Юнги открыл рот, кажется, не ожидая такого сопротивления. - Хорошо. Я расскажу, но не факт, что смогу все это продолжать. - он прошел за мое плечо, я обернулся за ним. - Я боюсь отношений. Потому что боюсь предательства. Ты первый, кому я такое говорю. А это уже значит, что я начал тебе доверять. Это опасно. А что, если я влюблюсь в тебя? - я нагнал парня, преграждая путь и в порыве выпалил. - Так влюбись. - смело выдохнул. - Ты, наверное, думаешь, что меня смущает твой характер. Мне абсолютно все равно, какой он, я не хочу ценить тебя за то, как ты говоришь со мной, и за то, зол ли ты со мной, и не дай бог будешь истерить или в плохом настроении. Если вести себя так, то зачем тогда мне вообще отношения? - шатен потянулся рукой к карману, но цокнул, не находя чего-то. Я протягиваю ему его чехол, после чего наши глаза встречаются. - Откуда он у тебя, - тянет руку, но я не позволяю ему взять сигареты, вместо этого притягивая на себя рывком, прижимаясь к сухим, но горячим губам. Чужие руки надавили мне на грудь, отталкивая, я сжал тело руками, переходя губами на щеку, скулы и подбородок, при этом нашептывая. - Я не хочу без тебя, Юнги. И очень близко к шее выдыхая. - Позволь быть рядом, черт тебя взял. - прорычал в область косточки на шее, слегка прикусывая нежную кожу, ловя в ответ скуление. - Не зли меня, малыш. Я услышал снова скуление, а потом повел губами к чужому подбородку, ловя мокрые капли с его щек. Я взял его руку, ведя по аллее и слушая его тишину. Кажется, его тишина была создана для меня. Просто надо было подождать и когда-нибудь она бы меня настигла.

***

Моей любимой погодой стал дождь, дребенящий по подоконнику окна и по мокрой земле. После такой погоды на улице стоит приятная, утешительная свежесть. Как сейчас. Я выставляю ладонь за обрыв карниза, удивляясь тому, как крошечные частички дождя разбиваются о пальцы, укалывая своим холодом. Нам всем нужна разрядка. Мы были слишком напряжены последнее время. И я, человек, вечно занятой своими мыслями о работе и рутине, тупо стою под крышей кафе, ловя кучу мурашек от такого мига. Просто капает. Просто идет своим чередом, красота, сама жизнь - в этом явлении природы. Это очень странные мысли. Они даже никак не объясняются и не поддаются разумному отчету. Зачем они в моей голове? Просто красиво. Жить. Вам кажется это бредом. Я вышел за край крыши, не накидывая капюшон и ощутил всю жизнь дождя, текущую по моей шее, лицу и одежде. Я поднес горячий дымящий стаканчик к губам, смотря в отражающую мягкий свет уличных фонарей лужу, но остановился, вспоминая об одной картине. Они буквально сбежали из квартиры, оба безумных и влюбленных, под шквал дождя снаружи. Хотя я и заставлял себя не смотреть в окно, я все же отложил ежедневник в сторону, подходя к отражающей поверхности и выискал взглядом пару, удаляющуюся в сторону деревьев. Я отвел взгляд наверх, к сияющему в ночи мегаполису, понимая, что я какой-то странный. Отражение колыхалось до тех пор, пока я не увидел свое лицо в нем и наступил ботинком в лужу, снова тревожа синее зеркало. Отпил кофе, сглатывая, и продолжал путь. За информационным ресепшеном меня встретили уважительным кивком, я прошел дальше по больничному коридору, на ходу накидывая халат на плечи и почти допивая кофе. Я постучался в палату, услышав краткое: "Кто там?" и зашел внутрь, ловя не удивленный взгляд девушки. Я прошел ближе, беря стул и ставя к кушетке, осматривая шатенку. Она уставилась в потолок, будто совсем не воспринимая меня. - Почему ты не спишь, уже поздно? - спросил я. - Я не могу вообще спать. А делать ничего не хочу. Я вообще ничего не хочу. - меня это укололо. Все же, я переживал за нее. - Я ненавижу все. Я просто не знаю, что с собой делать. У меня такие ужасные мысли, я.. - ее голос начинал пробиваться на срыв. Я подсел ближе, уже пересаживаясь на кровать и положил руку на ее щеку. У нее очень привлекательные черты. - Суок, - все произошло в одно мгновение ока. Я поставил руку сбоку ее плеча, сам склонился ближе, обдавая девичьи губы горячим от кофе поцелуем. Я не заметил, как продолжил, не ощущая сопротивления с другой стороны. Крик обдал мои уши, я оторвался назад, вставая и смотря в напуганные глаза. - Что ты делаешь?! - слишком громко она закричала, даже поднявшись и подбирая ноги к себе. Она начала рыдать, полностью опуская свое состояние до самых низов. Мои руки начали подрагивать - я боялся. - Хватит! - уже орет она. - Все вы! Я не могу больше терпеть это! - девушка хватает книгу, которую принес ей Хосок, о ведьмах, и швыряет ее так, что она ударяет мне в область шеи, слегка царапая. Суок вытащила из себя все катетеры, подрываясь с кровати и ударяя руками в стену, ринулась к окну, падая телом на подоконник и рыдая. Я дернулся в ее сторону, но остановился в полном шоке. - Меня и так изнасиловали, использовали, как суку, спустив обязательно в молодую девушку. Думали, останутся безнаказанными. Но мне не это нужно. - повернулась обратно, скатываясь по стене и трогая свои локти, выглядя, как человек, у которого на психологическом уровне пошел сдвиг. - Я хочу просто забыть. Я не могу не ощущать этого снова и снова. Господи.. - покрывает руками свое лицо, впивая пальцы в кожу и изливая свою горечь в слезах. - Еще и ты, Намджун. Потрясающе. - горькая усмешка. - Такое ощущение, что мной можно пользоваться, как хочешь. - ее глаза не столкнулись с моими. - Что с тобой, а? - изогнула она брови, переводя на меня взгляд. - Что за поцелуи, ты хоть в курсе, что у меня как бы Чимин, - ударила она головой о стену сзади, смотря снова в потолок. Говорила она так, будто ей сейчас было на все срать. Я понимал только одно. Мои катушки слетели с орбит. - Суок, - я шагнул к ней, она закрыла глаза, продолжая плакать. - Я свихнулся. Прости. Я не хочу тебе боли. - я подошел еще ближе, присаживаясь на колени перед ней. Мои слова могли звучать сухо и смазливо. Но они правдивы. - Прости. Я не говорил, но ты мне нравишься. Похоже, сильно. Не сильнее, чем Чимину. Но.. В общем, мне стыдно. - она всхлипнула. - Я не хочу тебя отпугивать, но раньше у меня были маниакальные чувства к тебе. Доля их осталась сейчас. Я борюсь с этим. Это сложно, Су. - она открыла глаза, смотря на меня. Подобралась, вытирая влагу с лица нижней частью руки. - В смысле, раньше? Это когда? Когда мы только познакомились? - я качнул головой. - Когда я начал работать с твоим отцом года четыре назад, тогда заметил тебя младше. И заметил так же то, что мне нравится твоя задница. Мне было 19. Сейчас с этим полегче стало. Но мгновение назад я себя просто не проконтролировал. Прости. Мне хотелось тебя успокоить, - девушка шмыгнула носом, внимательно изучая меня взглядом. - Я сделаю все, чтобы ты не вспоминала этого. - Ты больной кусок чего-то странного. Я не осуждаю тебя, нет. Но чтобы я больше не чувствовала так дерьмово себя после таких вот твоих штук. - Самое смешное, что я сказал Чимину, что все уже прошло, - хмыкнул я. - Я просто боролся с собой, но ничего не прошло. - И, значит, он даже не знает о таком твоем расстройстве? - я прикрываю глаза. - Не знает. - Я хочу к нему. - выдает девушка, закрываясь руками и снова плача. - Пожалуйста, пусть он придет. Я сама к нему пойду. Я хочу к Чимину.. Я хочу в его объятья и согреть его, чтобы его нога поскорее восстановилась.. - закрылась она в коленях, рыдая. - Мне плохо без него. Я умру наедине с этими мыслями. Услышав эту тираду, я сразу понял, что единственное лекарство спасет Суок. И я должен помочь своей подруге. Я тихо позвал ее. - Нужно катетеры вставить. - Я нормально себя чувствую, они мне больше не нужны. Я не сдвинусь с места, пока он не придет. - качает она головой, глубоко выдыхая и опухая все сильнее от слез. - Только не совершай глупостей, - я отошел, не делая лишних действий, не касаясь ее, чтобы не смутить ее своим психическим расстройством. - Обещаю. А ты не лезь ко мне. Мне правда тяжело. Простите, если приходится все это терпеть. - Суок, жди, он приедет к тебе. - я положил книгу про ведьм на тумбу рядом с кроватью, оставив так же стакан с крепким латте.

***

На самом деле, я не думала, что Пак правда приедет. И поэтому, до его прихода прорыдала еще где-то полчаса, борясь с мыслями о суициде и нелюбви к себе. Он застал меня все так же сидящей у стены, крепко сжавшей колени и плачущей. - Она так уже час, - поясняет Намджун. - Ладно, оставлю вас. - затворяет за братом дверь, напоследок глянув все на так же нетронутый латте. Чимин, сонный и взбудораженный внезапным беспокойством ночью проходит ко мне, но не успевает шагнуть два шага, я подпрыгиваю к нему, налетая в объятья. Вцепилась стальной хваткой в его тело, не отпуская и тормоша головой. - Чимин, Чим-ииин, Чиминщи, Чимини, Чимиииииин! Чимин, ты ты ты ты, ты знал, ты знал, - я вжимаюсь в него, ноги обхватили его таз. Головой не соображала, как он все еще держит меня, стоя одной ногой и костылем на земле. - Ты знаааа-аааал, что.. Что.. - Что, Суок? - как всегда нежно назвал он моё имя. Иначе он не может. - Чимин.. - я срываюсь на плач, он не цокает, не отталкивает и не бросает меня на пол, начиная унижать и раздражаясь. "Мы" начинаем шагать к кровати, я не отцепляюсь от него, уже полностью забыв о том, что я могу существовать отдельно от парня. Я притаилась, ожидая, что будет дальше. Как единый организм с брюнетом, не хотела отсоединяться от него. Но он попросил меня отцепиться и дать ему меня посадить на кровать. Я уселась сама на кровати, он сделал то же, смотря на меня. Я смотрела в ответ, хлопая, наверное, как чебурашка, глазами. "Подвинемся" - сказал он. И я подвинулась к изголовью кровати. "Ложись рядом" - продолжил он, и я послушалась, скромно ложась рядом с мужским плечом. Вдруг его пробило на улыбку, пока он смотрел в потолок. Странно. Все то время, что я тут смотрела лежа на штукатурку, я ничего позитивного в ней не нашла. - Ты дурочка. Ты меня действительно любишь, Суок, - стукнул он меня по носу, открыто улыбаясь и сияющими глазами смотря. Я повернулась на бок, ложась на его грудь и мне впервые стало здесь так спокойно.. Я спрятала нос в кулаках, смущаясь. - Ты пришел, - прошептала я, смотря на настенные часы. Был час ночи. - Если тебе так спокойнее, я приду и в четыре часа ночи, - он обнял меня одной рукой, другой коснулся моего колена на его тазе, поглаживая. Точно всего облепила собой. Я не стала говорить ему о том, что произошло между нами с Намджуном. Я надеюсь, он исправится, а если нет, мы ему поможем. Я моментально провалилась в крепкий сон, свернувшись эмбрионом на парне. Надеюсь, он тоже хорошо поспит.. Латте остался все так же нетронутым.