Тот самый танкист

— Папа! — маленький мальчик, чьего лица он не мог разглядеть, бежал к нему на встречу раскинув руки. Клаус сам раскрыл объятья и уже через секунду подхватил ребёнка и закружил его. Они смеялись, обнимая друг друга. — Он скучал по тебе, — Ягер повернулся и увидел стоявшего рядом с собой Николая, — И я тоже… — Герр Ягер, герр Ягер, проснитесь. Клаус нехотя разлепил глаза и стряхнул с своего плеча руку Тилике. Подчинённый тихо выдохнул и отошёл на шаг, давая Клаусу осмотреться. — Сколько сейчас времени? — тихо спросил штандартенфюрер, поднимая голову со сложенных на столе рук. — Без пяти минут десять, штандартенфюрер, — отчеканил Хайн, перехватывая взгляд начальника на графин с водой и тут же бросаясь наполнять бокал, чтобы потом протянуть его Ягеру. — Спасибо, — Ягер принял из рук подчинённого бокал и сразу же жадно отпил. Голова немного болела, а шея, как и все тело, затекла. Немец заснул за рабочим столом на бумагах, которые решил разобрать после возвращения от Ивушкина. — Почему не разбудил раньше? — хрипло, ещё не полностью придя в себя, спросил Клаус. — Не хотел вас беспокоить, — Тилике отошёл ещё на шаг, боясь того, что разозлился своего начальника, однако Ягер лишь усмехнулся. — А сейчас же чего побеспокоил? — Русский танк, господин Ягер. Доставили с фронта сегодня ночью. Ягер с грохотом поставил пустой стакан на стол и резко поднялся. Перед глазами все поплыло — результат ранения — и на несколько секунд Ягер перестал ориентироваться в пространстве. Проморгавшись, Клаус посмотрел на Тилике. — Какой именно танк удалось захватить? — Русский Т-34, — с нотками лёгкой гордости в голосе, ответил Хайн, — Танку требуется небольшой ремонт, это должно занять неделю, максимум две. — Отлично. Просто превосходно. Ремонтом займутся русские танкисты. Я думаю, что они лучше наших механиков разберутся что к чему. Пусть к полудню построят всех заключённых на плацу, надо выбрать «счастливчиков». Ягер прошел к умывальнику, надо было привести себя в порядок. Мельком взглянув в зеркало, немец скривился — немного опухшее лицо и синяки под глазами не привели его в восторг. Времени было мало, следовало как можно быстрее переодеться и идти в камеру за Ивушкиным. Ивушкин… Клаус замер на несколько секунд перед умывальником, а потом тихо выругался. Ивушкин! Как же он мог забыть про то, что у русского танкиста вот-вот должна начаться течка?! В таком состоянии он не сможет набрать себе экипаж, а стоит ему только появиться на плацу, как его либо расстреляют, либо отдадут солдатам поразвлекаться, а потом же опять расстреляют. От омег в концлагерях избавлялись в первую очередь — считали что они вносят хаос в доведенную до совершенства систему лагерей смерти. Надо было что-то делать. Клаус не мог перенести набор экипажа на неделю вперед. Третий Рейх несет потери, а это значит что каждый день у них на счету. Сам набрать экипаж он так же не мог — как никак Ивушкин лучше него разбирается в русских людях и легко поймет кто, из предоставленных ему на выбор пленных, лучше знает свое дело. Так думал Ягер. Ему нужны были профессионалы, знающие свое дело. И русский командир их отберет. Но не в таком состоянии. — Герр Ягер, — настороженно позвал Тилике, — Что-то не так? Ягер посмотрел в зеркало, где отражался стоявший позади него подчиненный. — Мне нужны подавители омежьей течки. — Что? — растерянно переспросил Хайн. — Мне нужны подавители течки. Какие-нибудь препараты, которые смогут приостановить течку Ивушкина. Иначе он сможет отобрать экипаж только через неделю, — терпеливо пояснил Клаус, вытираясь полотенцем, пока подчиненный переваривал информацию. — Русский танкист, он… омега? — Хайн был сильно удивлен подобному. Клаус ему ничего не ответил, лишь сжал в руках полотенце — Можно спросить у господина Жозефа, он отвечает за здоровье новобранцев, — неуверенно предложил Тилике. — Займись этим. Особо не распространяйся на счет того, зачем он тебе и кому ты его несешь, — приказал Ягер, — Мне нужен препарат, который начнет работать сразу же, максимум через час. Чтобы он полностью заглушил течку. Если у них есть такой — принеси его мне. Свободен. — Так точно. Клаус проводил подчиненного взглядом, а после того, как за ним закрылась дверь, прошел к шкафу. Переодеваясь, он думал о том, как он только мог угодить в подобную ситуацию. «Черт», — думал штандартенфюрер, застегивая пуговицы на рубашке, — «Вот же дерьмовая ситуация».