Смотря на облака

Глава 2. Партнерство «…Барри! Барри, Барри! БАРРИ!» — многоголосый хор продолжал разрывать голову. Плачущий Хедвиг, кричащие Патрисия и Джейд, обескураженный Дэннис, всё это смешалось в единый вопль бессилия и боли потери. Кевин понимал, что его агония не может длиться так долго. На одну минуту он подумал, что все они оказались в аду, потому-что никогда ещё за всю свою жизнь он не испытывал такого. Никогда ещё он не был на грани смерти. Да и грань ли это? *** Пуля прошила его живот, словно выстрел был сделан в упор. Последнее, что он помнит, это как после долгой темноты, он очнулся в тот момент, когда его обнимала Кейси. А потом резкая боль и паника остальных. Он понимал, что каждый пытается спастись, спасти, и прорваться к свету, чтобы в последний раз вдохнуть и ощутить себя хозяином их общего тела. Как только стало понятно, что жизнь с огромной скоростью покидает тело, перед глазами резко стали вспыхивать самые яркие моменты их жизни, словно падающие звезды, которые пылая, отдавали свой свет космосу, и сгорали в ночном небе, погаснув навсегда. А дальше… долгожданная тишина. Отсутствие боли. Невесомость? Так или иначе, это продлилось недолго. Казалось, что уже через минуту он вновь стал ощущать целостность восприятия и…боль. В тишине практически мгновенно возникли голоса остальных, такие же испуганные и перебивающие друг друга. Это можно было сравнить с залом вылета в аэропорту, где только что произошел взрыв. Представьте себе, вас отбросило, вы лежите с раной в голове, всё гудит, всё в дыму, кто-то кричит от боли, кто-то плачет, кто-то зовет родных, а кто-то молится. Примерно то же самое творилось в голове Кевина. Превозмогая боль, он пытался взять под контроль ситуацию, он уже начал ощущать свое тело, которое было словно ватным, но в то же время тяжелым, чужим и …мертвым. Эта мысль еще не успела прокрутиться в его сознании, как резкая боль пронзила его правую руку чуть выше локтя, словно его ткнули тупым и маленьким ножом. В этот самый момент, хаос, который творился в его голове, мигом утих, обнажив то, что объяснило сам факт того, что он ещё ощущает Жизнь. Они думали, что Зверь, покинув их в самый неподходящий момент, просто исчез, так как пуля смогла пробить тело Кевина. Но он был. Всё это время, лишь находясь за потоком разрозненных мыслей, он не выходил на свет, но и не покидал их. Но он не смог заслонить всех. Вред, нанесенный их телу, был огромен, часть внутренностей была просто разорвана пулей, а кровь заполнила брюшную полость. Смерть приближалась очень быстро и мозг начинал погибать, и если бы не Он, то крупица жизни бы не теплилась в них все это время, пока тело транспортировали в морг. Он был с ними. Кевин, Орда, и остальные в темноте общего сознания ощущали, как Зверь становится сильнее и начинает занимать тело. Они и не были против, так как в творящемся безумии он был единственным шансом на избавление, раз они еще живы. *** — К-к-к-какого черта?! Сара! САРА! — молодой мужчина, в панике вереща имя напарницы, шарахнулся назад, опрокинув металлические поддоны для сбора отходов. Узость его мышления не позволила ему принять тот факт, что труп, которому было более тридцати шести часов, просто открыл глаза, и опершись на мускулистые руки, медленно вставал. Сара просто стояла. Оцепенение, которое настигло ее тело, сыграло ей на руку, так как в тот момент, пока Кевин Венделл Крамб отвлекся на ее шумного коллегу, который, судя по всему, сошел с ума от увиденного, она могла как минимум выбежать, и заблокировать за собой тяжёлую металлическую дверь. Это бы ее конечно не спасло, но шанс, хоть и призрачный, был. Несмотря на всю абсурдность и ужас происходящего, патологоанатом стояла и завороженно наблюдала за тем, как молодой мужчина, из тела которого она недавно извлекла кусок металла и зашила отверстие от пули, медленно встал и направлялся к ее ненавистному коллеге, который унижал ее все восемь лет ее недолгой работы. Женщина не осознавала, в какой опасности она находится, потому-что научный интерес, смешанный с каким-то нездоровым восторгом, приковывал ее взгляд к происходящему. Возможно, Джеймс и остался бы жив, если бы вел себя тише и разумнее. На кого в первую очередь бросается раненое, напуганное и разъяренное животное? На того, кто поворачивается спиной и бежит. Зверь просто сломал ему шею. Безболезненно, без отъявленной жестокости. Просто чтобы убрать источник лишнего шума. До Сары наконец дошло, что нужно спасать свою жизнь. Но видимо из-за накатившего ужаса, ноги решили ее подвести. Упав на живот, патологоанатом делала какие-то нелепые движения руками, словно калека, у которого не работают ноги, пытающийся на руках доползти хоть до чего-нибудь. Слабость в ногах была в лучших традициях страшного сна, когда все твои движения, в которые ты вкладываешь огромную силу, становятся словно картонными. Горячие слезы обожгли ее щеки, она ползла и слышала, как неизбежно приближается к ней человек, которого они должны были недавно вскрыть и кремировать. Почти добравшись до двери, Сара вдруг осознала, что за ней никто не идет. Найдя в себе храбрость обернуться назад, она увидела, как привалившись к кушетке Кевин медленно сползал вниз, зажимая зашитое пулевое отверстие, через которое по какой-то причине начала сочиться темная кровь. Вместо некогда сурового выражения лица, которое было у него в момент «возвращения» с того света, сейчас на нем застыла паника, словно у…маленького ребёнка. Посмотрев на руку, измазанную в собственной крови, мужчина зарыдал. Искренне, громко, вкладывая в свой вопль весь ужас, который он испытывал. — Мисс Патрисия-я-я-я, я снова умираю? Мы умираем! Мисс Патрисия, я хочу обратно к Кейси-и-и-и!!! Сару словно окатило ледяной водой. «Так это правда. Всё то, что говорили. Их правда несколько в этом теле.» Наконец увидев, что он не один в этой комнате, Хедвиг зарыдал еще больше, его истерика нарастала в геометрической прогрессии, но более сильной психологически личности почему-то не приходило сменить его. — АААААААА! Понимая, что это РЕБЕНОК, и вспоминая все свои клятвы, которые она давала в колледже, Сара, у которой видимо временно атрофировался инстинкт самосохранения, на трясущихся ногах, как будто только научилась ходить, приближалась к мужчине-ребенку. — Тихо, тихо, я сейчас помогу, только не кричи, это опасно. — Сама не понимая, что говорит, женщина несла хоть что-нибудь, чтобы успокоить истерику. — Я умира-а-а-а-ю, я не хочу-у-у-у!!! — Хедвиг начинал вопить еще громче. — Но супергерои не могут ведь умереть, верно? — Она ходила по очень тонкому льду, пытаясь найти подход к якобы девятилетнему мальчишке. Хоть и большинство ее коллег думали, что это очередной псих с диагнозом диссоциативное расстройство идентичности, она была поражена самим фактом расщепления одной личности на двадцать четыре! Не три, не пять, а двадцать, мать его, четыре! Поэтому, имея некоторый доступ к базе данных медучреждений города, до этого она подробно изучала этот феномен. И теперь, после слов о супергероях, она, кажется сумела пробиться сквозь пелену паники, которая накрыла Хедвига. — Мне страшно. — прохныкал Хедвиг, пытаясь вытереть свою окровавленную руку хоть обо что-нибудь. — Я умру? Понимая, что для установленных ранее внутренних поражений, крови течет очень мало, женщина заподозрила, что всё намного проще, чем есть. Тем более, в тот момент, пока он не успел сползти на пол, она автоматически отметила, что дыра от пули, уже и так зашитая, стала намного меньше. Стараясь не думать о том, что какой-то час назад, он был по всем параметрам мертв, она трясущейся рукой прикоснулась к плечу мужчины, который тут же шарахнулся от неё. — Тише, тише, всё хорошо, это не твоя кровь, ты просто вымазался и всё! Это фальшивая кровь, я хотела напугать своего друга, облившись ей, а в итоге облила тебя! Всё хорошо, дай я просто вытру её с тебя! Мужчина недоверчиво уставился на неё зареванными, опухшими глазами. — Вы думаете я дурачок, и всё такое? У МЕНЯ ДЫРКА В ЖИВОТЕ-Е-Е! — Ну что же ты такое говоришь, глупышка? Убери руку и посмотри! — понимая, что это блеф, Сара просто надеялась, что если всё, что она о нем слышала, правда, то должно оказаться, что… — Но… Нас убили… Я ведь помню. Убрав окровавленную ладонь с живота, Хедвиг недоверчиво смотрел на ярко розовое пятно, вместо ожидаемой «дыры». — Всё, тише мальчик, всё хорошо, если вас и ранили, то прошло достаточно времени, чтобы вы вылечились. Вы же супергерои, верно? А супергероям нельзя плакать, они должны спасать мир. Сара понимала, что несет ересь, но Хедвиг начинал робко, сквозь слезы, расплываться в улыбке. — Вы правда так думаете? И кровь не моя? — Конечно же нет! «Кстати откуда кровь, рана была зашита, и судя по всему уже заживала изнутри… Точно!». Сара приглянулась, стараясь не показать своей заинтересованности, и поняла, что на почти зажившей ране, просто разошлись швы. «Да, конечно, а всего час назад, его окоченевшее тело лежало, готовое к вскрытию, даааа, конечно же рана, мать его, зажила за это время!» Взяв простынь (которой он и был накрыт до этого, кхм), Сара аккуратно накрыла его плечи. — Всё, молодой человек? Твоя истерика закончена? «Сейчас начнется моя.» Хедвиг немного сжался, потому-что эта странная женщина на секунду напомнила ему Мисс Патрисию. — Да-а. — Меня зовут Сара. Как твоё имя, мальчик? — Хедви-и-г. — слегка заикнувшись, ответил он. — Что-ж Хедвиг. Сегодня будет очень сложный вечер. «Остаток своей жизни я проведу в комнате, оббитой матрасами, либо на транквилизаторах» — подумала женщина и окинула взглядом происходящее. Труп коллеги, оживший мужчина, за тайное вскрытие и кремацию которого им отвалили шестьдесят тысяч долларов на двоих, кровь, и потерянный навсегда сон. — Вы мне поможете, Мисс Сара? — раздался невинный бас за спиной патологоанатома. — А что мне по-твоему остается делать, Хедвиг?