You're crashing, but you're no wave

Встреча ожидаемо проводилась в доме Эрика Картмана. Кенни привел нас к коттеджу, однако, вместо того, чтобы направиться прямиком к двери, он повел нас за дом, останавливаясь у окна над самой землей. Нагнувшись и толкнув стекло, светловолосый проныра просунул ноги внутрь, усевшись на землю и, легко оттолкнувшись, спрыгнул куда-то внутрь. До нас донесся лишь глухой звук его приземления. Не хватало только незаконного проникновения в дом Картманов. Однако навряд ли Лиэн будет против. Она всегда искренне и наивно радуется детишкам-друзьям своего ненаглядного сыночка. Словно найдутся идиоты, которые добровольно будут зависать с чертовым жиртрестом. Я не успел оглянуться, как Стэн последовал за Кенни. Как настоящий спортсмен, он без проблем оказался внизу, а вот я мало того что застрял в оконной раме, так еще и приземлился на задницу. Хорошо, что Стэн быстро подал мне руку, помогая подняться, и никто не заметил моего позора. В подвале царил полумрак. Спустя пару минут очертания предметов стали более четкими, и, обогнув огромные склады коробок, я увидел парней, которых позвал Картман. На полу устроились Крэйг и те ребята, с которыми я почти не общался — Клайд, Токен и Твик. Их негласный лидер в синей перуанской шапке лениво закинул ногу на ногу, выпуская в воздух сизый сигаретный дым, и Стэн, встречаясь с ним взглядом, вскинул ответный фак, прищуриваясь и кривя рот в пренебрежении. Клайд же обхаживал единственных двух девушек в компании — Бебе и Венди. Даже с другого конца комнаты было отлично слышно, как он рассказывает о какой-то новой модели туфель, и Бебе, наклонившись так, что ее огромная грудь чуть не выпадала из декольте, имитировала полнейшую заинтересованность. Венди же выглядела слегка отстраненной, однако едва ее взгляд упал на Стэна, она быстро направилась к нам. Вот же черт. Я постарался не выказывать раздражения. Ненавижу, когда она лезет к Стэну, и тем более терпеть не могу, когда Стэн сам идет ей навстречу. Эта сучка всегда строит из себя сильную и независимую, пользуясь популярностью Марша, а тот буквально смотрит ей в рот (ладно, какой там рот, все пацаны смотрят на задницы и грудь). — Привет, Стэн, — здоровается брюнетка, похоже, игнорируя меня по полной. Когда-то в начальных классах они даже пытались встречаться, только ничего не вышло — от волнения Стэна ужасно тошнило, и когда его наконец вырвало на ее симпатичное платье, Венди не выдержала. Сейчас дела безусловно обстоят иначе: Стэн Марш — красивый, популярный и спортивный парень, а она — умная и невероятно продвинутая, изящная девушка, и будь я бабой, я и вполовину бы не смотрелся рядом со Стэном так хорошо, как Венди. Будь я длинноволосой рыжей бабой, я выглядел бы ужасно. Но у меня по меньшей мере была бы вагина — а значит, был бы шанс. Черт, опять я за старое. Внутри неприятно заныло. Я успешно поддерживаю статус лучшего друга, и никто не отнимет его у меня — даже Венди Тестабургер. — Где Картман? — поинтересовался Стэн, на что брюнетка лишь пожала плечами, оглядываясь к двери. — Они с Баттерсом ушли в его комнату наверх и до сих пор не вернулись. Видимо, он готовит нечто действительно масштабное. Я откровенно чувствовал себя в их разговоре третьим лишним. Бросив взгляд за спину девушки, я увидел, как Кенни полез к Крэйгу. Земля ему пухом, конечно, но, похоже, он единственный, кому это позволено делать. Крэйг Такер уже давно прописался под кабинетом психолога. В основном за извечный фак — по поводу и без, однако, пару раз он влезал в драки, и еще ни разу не выходил из них проигравшим. Хмурый Твик, сидящий рядом с ним, был прямым тому подтверждением: на щеке блондина красовался огромный белый пластырь, а костяшки подергивающихся пальцев были содраны. Мы тогда все сделали ставку на Крэйга, будучи уверены, что он как следует отделает дергунчика-кофемана, однако Твик оказался не так прост; вцепившись в Такера зубами, как отчаянная собачонка, он отлично работал кулаками, и хоть Крэйг в итоге его все же пересилил, невротик заработал в глазах пофигиста особое уважение. Так Твик вроде как стал негласной частью банды Крэйга Такера. Я все равно не питаю к этим пацанам особо теплых чувств, потому что они — соперники Стэна. Хоть Кенни и тусуется в нашей компании, я, честно говоря, понятия не имею, что у него может быть общего с этим темноволосым придурком Такером. В детстве они оба балдели от смешных видео про животных, однако сейчас их максимум могли объединять извращенные вкусы Маккормика. Никогда не думал, что Крэйг извращенец. А ведь ходят слухи, что он гей. За всю жизнь не встречался ни с одной девчонкой, таскается с извечной командой из парней, да еще и с Твиком ему судьбу пророчили. Вместе они ничего так смотрятся, кстати. Думаю, у меня с ним точно нашлись бы общие темы. Хуже общеизвестного факта о том, что ты гей, может быть только то, что ты этот факт скрываешь и, что самое главное, от своего лучшего друга, который и является твоим главным объектом обожания. Господи, ну я и идиот. Сколько уже раз из-за этого я чувствовал себя таким жалким. Даже сейчас, глядя на то, как Стэн улыбается Венди, я чувствую, как у меня разбивается сердце. Никогда мне не быть на ее месте. От тяжелых мыслей меня оторвал шум у входа в подвал; распахнув дверь, на пороге показалась огромная коробка, под которой оказался Баттерс, а за ним, важно осмотрев всех пришедших, появился Картман. Баттерс охнул и послушно опустил тяжеленную коробку в место, указанное жиртрестом. Диктатора в нем не убьет ничто. Звонко похлопав в ладоши, Картман привлек к себе всеобщее внимание, прочищая горло и приветствуя собравшихся. — Славно, что вы все пришли. И никого даже не пришлось тянуть насильно, — подлый взгляд жиртреста уперся в меня, и я привычно огрызнулся, закатывая глаза. — Вы все прекрасно наслышаны о том, что произошло сегодня утром, и это безусловно потрясло нас всех до глубины души, — Картман прижал ладонь к груди, и в тишине звонко лопнула надутая жвачка Кенни. Взгляд Крэйга явно говорил о том, что ему глубоко насрать. — Так вот, и всем вам также известно, что преступник скрылся с места событий, не оставив даже отпечатков пальцев. Прямо сейчас он может разгуливать по улицам города, — жиртрест прищурился, обводя одноклассников взглядом и, выставив вперед палец, медленно навел его на ребят. — Либо это может быть один из вас. Из группы парней послышался недовольный ропот. — Картман, ты совсем головой тронулся? Ты реально пригласил нас за тем, чтобы обвинить в убийстве? — Токен сжал кулаки, раздраженно подаваясь вперед. — Твоего классного руководителя вспороли, как пиньяту, Блэк, — Картман и не думал уступать, — а теперь подумай хорошенько, у кого может быть для этого достаточно мотивов? В первую очередь — у его же учеников. Если у тебя есть алиби, тебе не стоит так заводиться. Токен раздраженно цыкнул, вновь приваливаясь спиной к стене. Однако теперь все смотрели на Картмана недоверчивыми взглядами. Было ясно, что всех задела мысль о том, что кто-то из них мог оказаться убийцей. Обернувшись к Баттерсу, стоящему рядом, словно менеджер, Картман кивнул. Тот быстро завозился, растягивая свернутое на стене полотно и, включив установленный перед ним на табуретке прожектор, осветил стену. На полотне появилась фотография нашего учителя, и Картман потыкал в голограмму пальцем, заявляя: — Потерпевший — мистер Дэвид Паркинсон. Возраст — 43 года. Не женат. Не замужем. Приблизительное время смерти — 3 часа ночи. Место преступления — классный кабинет. Предмет, которым были нанесены ранения — предположительно, топор. Честно говоря, даже меня всегда поражала способность Картмана находить нужную ему информацию. Поразительно, как он смог все это разнюхать. Небось, все свободное время крутился под кабинетом, подслушивая. — Но кое-что заинтересует вас гораздо больше. За башку преступника назначена награда — десять тысяч баксов! Так что если вам что-то известно, лучше сказать об этом прямо сейчас. Лицо Картмана исказилось в дьявольской ухмылке. Кенни присвистнул. Последняя фраза безусловно привлекла внимание всех, и теперь каждый был одержим идеей заполучить маньяка первым. Идиоты. Они забывают, с чем реально имеют дело. Это ведь далеко не детские игры. — В городе сейчас небезопасно, как никогда. Я пришел к выводу, что мы должны объединиться перед лицом опасности и прикрывать спины друг друга, пока этот ублюдок не будет пойман, — предчувствуя недоверчивые возгласы, Картман переключил слайд прожектора, высветив на стене график. — Если мы объединимся, это будет не только результативнее, но и все деньги мы поделим честно поровну. Исходя из количества всех нас, дележка составит неплохой процент заработка. — Картман, ты немного ошибся, — Баттерс внезапно подал голос, потрогав жиртреста за плечо, — Ты написал тут десять человек, а нас одиннадцать, — мальчик ткнул пальцем в ошибку на экране, приподнимаясь на цыпочки. — Прости, Баттерс, ты слишком невинен для этой операции, я тебя не считал. Итак, раз мы решили объединить наши силы… Баттерс заметно сник, переступая с ноги на ногу, и Картман на мгновение прервался, обернувшись и похлопав его по плечу. — Ты продолжишь быть моей правой рукой и будешь первым, кто поможет мне работать с деньгами. Это особая привилегия. Баттерс засиял, улыбнувшись, и в тишине обращенных на них взглядов прозвучал сухой голос Такера: — Пиздец. С этим, судя по лицам, были согласны все. Наивность Баттерса была не просто умилительной, она была… Убийственной. — Так на чем я остановился… господи твою же ж мать! Перед тем, как мы объединим наши силы во имя всеобщего спасения, у каждого из вас должно быть алиби на ночь убийства. Токен, начиная с тебя. Где ты был сегодня в 3 часа ночи? — Картман протараторил это так быстро, что Блэк ответил мгновенно, словно защищаясь от нападки: — Конечно спал! Что еще мне, блять, делать в гребаные три часа ночи? — И кто это может подтвердить? — Эрик прищурился, и Токен вконец потерял терпение, заметно нервничая. — Мой дом доверху напичкан камерами, поэтому если ты не веришь, я могу показать запись того, как я, блять, спал, как любой нормальный человек всю ночь напролет. Картман слегка разочаровался таким быстрым и внушительным ответом и, цыкнув, махнул рукой. — Ладно, пока засчитано, но не забудь, я проверю эту проклятую запись, чего бы мне это не стоило. Клайд! При своем имени взгляд парня нервно забегал, и он попробовал натянуть свою беспроигрышную улыбку, засовывая ладони в карманы бомбера. — Камооон, ребята, я тоже спал. Что еще могут делать люди по ночам? — Трахаться, — нагло протянул Кенни, и Донован мгновенно сглотнул, хихикая и изо всех сил стараясь сохранять непринужденный вид. Скользнув взглядом по кучке одноклассников, я заметил, что Бебе вообще не смотрела в сторону парня, усиленно разглядывая картинку прожектора. Тем не менее я мгновенно понял, что она напряжена, и, судя по прищуренному взгляду Картмана, он тоже заметил это. — Вау, похоже, у вас со Стивенс одинаковое алиби, — противно захихикал жиртрест, и Бебе вспыхнула, не зная, куда деть взгляд. Она гневно смотрела то на Картмана, то на Донована, веля обоим заткнуться, но правда очень неожиданно и бесповоротно всплыла на поверхность. Господи, какие дебильные последствия у этого убийства. Никогда бы не подумал, что мы станем копаться в грязном белье друг друга. — Твик слишком невротик, чтобы прикончить кого-либо. Если бы кофеман кого-нибудь пришил, он не просто б оставил следы — разгромил бы все вокруг, — решил Картман, отвлекая внимание от скандала. — А вот Крэйг смог бы. Так ведь, Крэйг? У тебя перед носом только пальцем щелкни — и ты разорвешь, как медведь собачонку. Лицо Такера даже не поменялось: зажав между губ сигарету, он вскинул обе руки в своих черных перчатках с отрезанными пальцами, демонстрируя двойной фак. Между ними повисло молчание. Оно затянулось, и, прокашлявшись для вида, Картман обратился к Кенни, облокотившемуся на плечо Крэйга. — Бедный ты наш обдолбыш, что можешь сказать в свою защиту? Блондин нахмурился. Его очевидно задело обращение жиртреста, и было видно, что он не горит желанием рассказывать, чем он занимался ночью. — Развлекался со шлюшками в богатом квартале, — вытянул ухмылку парень, запрокинув голову и снова щелкнув жвачкой. Такер обернулся на него, встречаясь взглядами. Картман очевидно не верил его тупой отмазке, поэтому его голос звучал пискляво, словно жиртрест балуется с маленьким ребенком. — Кенне, у тебя нет денег на шлюх, ты сам шлюха. Это Маккормик уже не мог пропустить мимо ушей. Зарычав, он подорвался с места, намереваясь втащить жиртресту по первое число, и я, честно говоря, был совершенно не против, только Такер схватил его за капюшон быстрее, чем тот успел что-либо сделать, и, притянув на место, заявил, глядя Картману в глаза: — Он работает в ночную смену в ресторане, поэтому отъебись. Несмотря на всю свою манипуляторскую мощь, Картману очевидно не хочется иметь дело с Крэйгом. Клянусь, если бы дошло до драки, проклятый жиртрест и раза б не ударил, повиснув в руках Такера мертвым грузом и истошно призывая на помощь мамочку. — Лижите друг другу задницы где-нибудь в другом месте, — хмыкнул Картман, глядя на Венди. — Я почти уверен, что предки не выпустили бы хиппи и позже девяти, но на всякий случай я потом это проверю. Наконец он развернулся к нам. — А вот ты, Стэнли Марш, все еще остаешься главным подозреваемым. Ты и твой рыжий любовник-еврей. Нам всем прекрасно известно, что Паркинсон обещал тебя исключить, и тут — вжух — словно по волшебству его убивают, а у тебя вновь никаких проблем. Уж слишком это подозрительно, не находишь? Стэн рядом со мной замер, и я осклабился, порываясь закрыть его плечом и заставить ебаного жиртреста заткнуться. Только мне было известно, как тяжело переносит случившееся мой лучший друг, и я меньше всего хотел, чтобы сейчас кто-то донимал его расспросами по этому поводу. — Пошел нахуй, жиртрест, Стэн за всю жизнь и мухи не обидел бы, — встрял я, однако друг сомкнул пальцы у меня на запястье, явно давая понять: «не надо». — Я готовился к решающему тесту, который должен был сдать сегодня. Моя мать может это подтвердить. — и, предупреждая допрос, Стэн твердо сказал: — Не трогай Кайла, я звонил ему перед сном, и он был дома. Может, лучше скажешь, какое алиби у тебя? Картман скривился, изображая полнейшее презрение. — Господи, меня окружают одни педики. Конечно же я был готов к этому вопросу, поэтому слушайте внимательно, идиоты: я изучал и составлял компроматы на каждого из вас, поэтому мне было некогда заниматься такими отстойными делами, как убийства. И почему-то мы все были уверены, что это правда. Честно говоря, за всю эту абсурдную встречу мы так ничего и не выяснили. Я изнеможенно сжал переносицу пальцами, не зная, сколько еще бесполезного времени придется провести в этом темном подвале, выслушивая бредни Картмана. Однако жиртрест наконец подошел к кульминации своего плана, подзывая Баттерса для того, чтобы тот помог ему распаковать огромную коробку, которую он сам же сюда и притащил. Послышался звук отдираемого скотча, скрип картона, и, загибая края так, чтобы открыть содержимое, Картман порылся рукой внутри, извлекая на свет блестящий черный пистолет. — Раз мы теперь команда, мы обязаны друг друга защищать. Сейчас на улицах небезопасно, и никогда не знаешь, когда придется встретиться с врагом лицом к лицу; поэтому вы должны быть готовы всегда. Честно говоря, мы все офигели от увиденного. Не было ни единой идеи насчет того, кто продал ему оружие — однако в Южном Парке оно не запрещено, и сейчас эта идея уже не казалась такой бредовой. Недоверчиво подтягиваясь поближе, ребята заглядывали в коробку, рассматривая сложенные в кучу пистолеты. Крэйг подошел уверенно, вытягивая один ствол и щелкая им, проверяя на готовность, отчего Картман неосознанно шуганулся. На лице Такера расцвела довольная улыбка. Парень сунул оружие в карман, и его примеру последовал Твик, от волнения чуть не нажав на курок. Вот этому давать нечто столь опасное уж точно не стоило. Когда все разобрали свое оружие, мы со Стэном подошли последние, и я задумчиво взвесил в ладони тяжесть пистолета. Стэн не сказал ни слова, крепко сжимая ствол, и я понял его без слов. Кажется, несмотря ни на что, он выпустил бы пулю в убийцу учителя, даже не дрогнув, и я в который раз осознал, насколько же он честный и самоотверженный. Он никогда бы не поступил так, как убийца — это я знал наверняка. В спину нам прилетели запоздалые фразы Эрика Картмана: — Главный вопрос — кто виновен. И не забывайте, что все деньги мы делим поровну!