можно я приду?

добыча, хищник ли, – остановись. мне страшно. мне спокойно. я попался.

      Потом проходит еще некоторое время. Тэхена нет почти месяц. Чонгук держится, старается не думать, а на вопросы матери о пропаже «будущего мужа» отвечает односложно, что не знает. И что никакой он не «будущий муж».       Конечно, нет.       Но Тэхен приходит.       — Ты почему в одежде? — ухмыляется, омега, когда открывает дверь и видит Тэхена.       Но тот шутку игнорирует, проходит мимо, снимает ботинки и идет сразу в гостиную. Тэен налетает на Тэхена сразу, как видит. Чонгук почему-то именно сейчас вспоминает, что так и не сказал альфе о том, что Тэен — его дочка. Наверное, Тэхен думает, что Чонгук ее нагулял, пока скрылся с радаров.       Ну и пусть думает.       Если сам гуляет, то что ждет от (своей) омеги?       Миен тоже улыбается, заметив гостя. А гость впервые не улыбается в ответ. Он оглядывается, а потом как-то потерянно оборачивается к Чонгуку. Все словно бы замирают в ожидании.       — Поехали, отдохнем в Пусан?

***

      И они едут. Собираются за минуты, прыгают к альфе в машину и едут. Кажется, что вся эта семья находится в пожизненном рабстве у этого избалованного жизнью человека. Ну и пусть.       Чонгук всегда думает о том, что лучше сейчас рискнуть, отдаться чувствам, чтобы только спустя время вновь страдать. Чем страдать постоянно. От въедливого одиночества. От невозможности подарить кому-то себя и свою любовь.

***

      — Хочешь, я Тэен удочерю и себе заберу вместе с тобой?       — Она и так твоя, — Чонгук хмыкает. Время раскрыть правду. Обстановка только способствует. — Ты тогда пропал надолго. Я и не стал тебе говорить.       — Круто, — даже на одном единственном слове Чонгук слышит, как голос альфы ломается.       Омега поднимает голову и встречается взглядом с покрасневшими от слез карамельными глазами.       — Ты плачешь?       — Соринка в глаз попала.       Тэхен смотрит в сторону, где у берега моря Миен сидит с внучкой и что-то ей показывает и рассказывает, а Тэен внимательно слушает бабушку, буквально в рот ей заглядывая. Альфа никогда не думал, что так важен ему будет этот маленький человечек. Он всегда предпочитал не думать о ней, как о дочке Чонгука в принципе. Вдруг чужая, а Тэхену не хотелось, чтобы вскрылось то, что Чонгук спал когда-то с кем-то другим.       А Чонгук и не спал.       Его мальчик не такой, как сам Тэхен. Он все такой же наивный, открытый и чистый. Тэхен его не заслуживает. Но очень сильно хочет.       А с этими «хочу» бороться невозможно.       — Хочу куда-нибудь уехать. — Вдруг прерывает думы голос Чонгука. — Куда-то, где будем только я, ты и Тэен. В Париж хочу или в Лондон… или в Стокгольм.       — Поехали.       — Правда?       — Да.       — Тэхен, ты же понимаешь, что если я тебе сейчас поверю, а ты меня обманешь, то я так больше не смогу.       — Почему я должен тебя обмануть? — альфа жмет Чонгука ближе к сердцу.       — Ты всегда так делаешь.       — В этот раз я серьезен. Полетим прямо завтра.       — Завтра?       — Успеешь собраться?       — А куда полетим?       — Да хоть куда. Можем везде и сразу побывать. Только ты поверь мне.       Чонгук, прижимается ближе, задумывается ненадолго. Сейчас Тэхен рядом. Сейчас они вместе и все хорошо. Но в любой момент альфа может взглянуть на часы или в телефон… и все сломается. Он уйдет и оставит Чонгука одного собирать осколки души и тела.       Если он сейчас поверит изо всех сил, то какова вероятность, что уже завтра ему не воткнут в спину нож?       — Хорошо, — говорит Чонгук. — Я тебе верю.

***

      Утром Чонгук и Тэен подъезжают к аэропорту раньше назначенного альфой времени. Но Тэхен не появляется даже к вечеру.