можно я приду?

то тебя со мной нет, то ты есть и настолько близко, что, как в чёрном дыму, я вот-вот задохнусь тобой. я вот-вот упаду — твои губы со вкусом кьянти не дают ни секунды хотя бы прийти в себя. и теперь моя цель — не «забить», а «совсем не спятить», до абсурдной покорности каждый твой жест любя.

      Тэен рождается здоровой и крепкой девочкой. Ну, а как еще? Все это время ее так ждали, так любили. На последнем месяце Чонгук едва ли думал о чем-то кроме ребенка внутри. А когда дочка появилась на свет, так вообще, времени на грустные думы и вовсе не осталось.       Мама помогает, как может, учит и показывает. Чонгук осваивается как-то сразу. Ему нисколько не в тягость забота о дочке. Наоборот — это его спасение. Но он, конечно же, и сам понимает, что дальше так жить нельзя. Маминой зарплаты в магазинчике едва хватает, чтобы прокормить их троих. А дочка будет расти, ее надо будет отправлять в садик, в школу, в университет. Чонгук не думает о том, чтобы найти ей нового отца, потому что это даже звучит дико. Поэтому спустя год с рождения Тэен, Чонгук возвращается в Сеул вместе с мамой и дочкой.       Омега восстанавливается на работе, его там принимают с распростертыми объятиями — не забыли. Про Тэхена не спрашивают, Чонгук и сам не спрашивает. И первые несколько дней он даже не вспоминает об альфе, пусть все вокруг и кричит о Тэхене.       Чонгук бегает от поручения к поручению, от одной съемочной площадки до другой. Теперь он, как и мечтал вначале, не приставлен к кому-то конкретному, и лица звезд, актеров, моделей… меняются быстрее, чем успеешь сморгнуть их образ.       И все было бы хорошо. Было бы.       Пока взгляд не пересекается с другим взглядом. Карамельные глаза гипнотизируют.       Тэхен стоит вдалеке, ближе не подходит.       Боится?       Да нет же.       Вечером новый чонгуков мобильник со старой сим-картой сигналит о новом сообщении.       Неизвестный номер. Три слова.       И жизнь снова рушится.       Дочка в руках мило причмокивает губами во сне, а экран телефона, отложенного на столе, гаснет.       «Можно я приду?»       «Приди»