Любовный фестиваль

      Когда она закрыла глаза, то всё ещё чувствовала его дыхание на своей коже. — О Люси, прошло столько времени с тех пор, как я последний раз пах твоим шампунем: очень вкусно.       Когда она в одиночку шла ночью домой, то всё ещё оглядывалась через плечо, задаваясь вопросом, был ли он там. — Каждый раз, когда ты проходила мимо… я знал… я просто знал, что мы будем вместе… и когда ты улыбалась, я просто знал, что ты тоже этого хочешь. Дорогая, милая Люси, скажи мне, что ты хочешь меня.       Воспоминания о его длинных пальцах, сжимающих её запястье, всё ещё клеймили её кожу. — Нет! Ты принадлежишь мне! Мы должны были быть вместе! Ты не можешь уйти, я не позволю тебе. Я никогда не отпущу тебя, Люси! Ты будешь со мной навсегда!       Иногда ей всё ещё казалось, что мужчина, преследовавший её несколько недель, ещё наблюдал за ней через её окна. Это заставляло её сжиматься от страха, который чувствовался где-то внизу живота. Трудно было засыпать, когда воспоминания давали о себе знать каждый раз, когда девушка закрывала глаза. Он казался таким нормальным: простой мужчина, которого она проходила мимо, когда шла домой. Но он слишком часто появлялся у порога её дома спустя несколько недель. Костяшки пальцев всё ещё болели от ударов в челюсть, что послужили ей спасительным маяком, когда тот решил напасть на неё. — Разве ты не видишь, что мне нужно это сделать? О, милая, дорогая Люси… Моя Люси, мы не сможем быть вместе, если я не сделаю этого. Как ты могла подумать, что я мог сделать тебе больно? Как ты могла?!       Слова, которые перематывались в её голове, как киноплёнка, заставили Люси стиснуть зубы. Сжимая подушку руками до побелевших костяшек, она зарылась в свои одеяла и застонала. Это было слишком реально, слишком недавно для неё, как она могла так уснуть после всего? — Перестань думать об этом. — Внезапно грубый голос, прозвучавший со стороны подоконника, привёл Люси в бешенство, когда она изо всех сил пыталась оторваться от толстых одеял, чтобы увидеть своего нарушителя. Посмотрев на цветочный горшок на окне, она остановилась и посмотрела на своего партнёра. — Разве ты не можешь использовать дверь? — устало спросила она, чувствуя облегчение, что это был только Нацу. Несильный ветер прошёлся по его волосам и приподнял его чёлку, обнажая широкие брови. Он был не в своём обычном ярком настроении. — Где Хэппи? — Я сказал ему остаться дома, — ответил он слишком быстро, нахмурившись, глядя на её измученное лицо. — Тебе нужно поспать, Люси, почему ты продолжаешь думать об этом? — Думать о чём? — Она покраснела, как только напарник посмотрел на неё. Почему он всегда так на неё влиял, когда был серьёзен? — Хватит так на меня смотреть, я не хочу думать об этом!       Он опустился на её кровать, прежде чем она успела договорить, и девушка удивилась плавному движению его рук, когда тот закрывал за собой окно. Сдвигая одеяла, пока Люси, наконец, не обдуло холодным воздухом даже сквозь ткань ночной рубашки, мурашки прошлись по коже, но он не обратил на это внимания. Вместо этого Нацу схватил её за руку, ту же, которую брал её преследователь всего неделю назад, и обнажил зубы.       Люси едва могла понять, когда он снова заговорил: — Мы должны были взять ту миссию, которую ты выбрала, вместо того, чтобы сделать перерыв… тогда ты бы не была такой.       Блики в его глазах мерцали; приблизилось чувство вины, и вся усталость падала с него, как одеяло. — Ты говоришь, что это твоя вина? — Прошипела она, и голос повысился, пронзив тёмную тишину. Его беглый взгляд словно ответил ей, и она ущипнула себя за пальцы. — Ты можешь быть глупым, но я не осознавала, что ты такой идиот! — Кому это ты говоришь? — он удивился её порыву. — Тебе. — Злость девушки пылала с неистовой силой. — Он преследовал меня ещё задолго до этого, Нацу! Он пошёл бы за мной, даже если бы мы пошли на эту миссию! На самом деле, он мог бы прийти ко мне на этой неделе! Кто знает, может быть, я была бы слишком измотана работой, чтобы противостоять ему тогда. Возможно, он действительно сделал бы больше, чем похитил бы меня и практически приставал ко мне! Может быть, он на самом деле убил бы…       Предупреждающее рычание Нацу остановило её тираду. — Не смей заканчивать это предложение, Люси, — сказал он. — Никто не убьет тебя, если я буду рядом.       Вздохнув, Люси потёрла свои глаза, и от её злости ничего не осталось. — Прости… я просто… это меня напугало, понимаешь? Мы переживаем все эти опасные для жизни приключения, я никогда не думала, что мне будет угрожать парень, который думал, что нам суждено быть вместе. Если бы это не было так жутко, это могло бы быть романтично, но это не так. — О каких странных вещах ты сейчас говоришь? — фыркнул Нацу. — Это была просто фантазия. Сумасшедший парень, он сошёл с ума! Ты не его и никогда его не была. Ты никому не принадлежишь!       Мрачное настроение, которое поглощало разум, когда она не могла уснуть, растаяло от его слов. Мягко улыбаясь, Люси снова взяла его за руку. — Нацу… Я принадлежу тебе, не так ли?       Его глаза расширились, и щёки Нацу запылились в оттенках его волос. Это было медленное, устойчивое продвижение в их отношениях, но в конце концов они оба поняли, что между ними происходит нечто большее, чем просто дружба. Однако, это было не то, что они когда-либо озвучивали; и её слова поразили его так, как он никогда не мог себе представить.       Чувствуя смущение всем телом от его зияющего взгляда, Люси извивалась на месте и отводила взгляд. — Я не говорю, что я объект твоего обожания или что-то ещё, и я не могу быть твоей, если ты, конечно, не мой, и, возможно, я сказала это слишком рано. Это было слишком рано? — бормотала она. — Это было слишком рано… Давай просто притворимся, что я никогда этого не говорила, и вернёмся к тому моменту, когда я кричала на тебя за то, что ты влез через моё окно.       Его молчание заставляло стучать её сердце, словно барабаны, и этот звон отдавался эхом в ушах. Но когда он смог понять смысл сказанных ею слов, лицо парня засияло широкой улыбкой, от которой у Люси перехватило дыхание. Сжав руки за пальцы, он притянул её к себе так, чтобы не осталось места между ними, и его дыхание дошло до её уха, когда он засмеялся. — Глупая, — упрекнул он, и его голос приобрёл обычное возбуждение, когда он уткнулся носом в её волосы. — Конечно, ты моя, странная Люси, почему, как ты думаешь, я хочу, чтобы ты перестала думать о каком-то другом парне? Ты мой партнёр, не так ли?       Румянец, распространившийся по её шее, только усилился, когда его пальцы внезапно поглаживали её руки, прежде чем они соскользнули по бокам, схватив её за талию, когда он мягко кусал её за шею. — Нацу… что ты делаешь? — Её пальцы непроизвольно потянулись к его жилетке и сжали плотную ткань. Люси сама наклонила голову ближе к партнёру, и когда он прошёлся своим острым клыком по её коже, она не смогла сдержать стона.       За последние несколько месяцев они уже были намного ближе физически друг с другом, но это было чем-то новым. Обнимались, держались за руки, это стало для них чем-то нормальным, но это… это было по-другому, и, хотя это удивило её и вызвало сильное сердцебиение, Люси никогда не думала останавливать его.       Его пальцы крепко сжали её, когда он, наконец, припал губами к её челюсти, а затем коснулся губ, вовлекая в тёплый поцелуй, который накалялся с каждым движением. Её спина самопроизвольно выгнулась, когда он наклонил её назад. Когда Нацу поубавил пыл, то удовлетворёно рыкнул при виде её опущенных ресниц и тяжелого дыхания. — Ты не можешь ответить, Люси? — спросил он, озорно улыбаясь. — Я даю тебе кое-что новое.       И прежде чем она смогла заставить себя ответить ему, он прижал её к простыням, пристраиваясь между ногами. В ответ она вцепилась пальцами в его волосы и позволила ему поцеловать её снова.