Под мрачными облаками Петербурга

"Вопрос не в том, будет или не будет революция, а в том: будет ли исход ее мирный или кровавый?" Михаил Александрович Бакунин.

5 февраля 1942 года.

       - Вы издеваетесь? We must просто отступить?! Это will be огромным упущением, поставившим союзников в крайне-- Начинал возмущаться Великобритания, пока ему на плечо не легла рука его сына, пытавшимся сейчас успокоить разбушевавшегося отца. Это, наверное, первый раз, когда он дал волю эмоциям со времён взятия Польши, из-за чего и пригрозил Третьему Рейху войной в случае нападения на бедную девушку и сейчас был одним из ключевых «персонажей» антигитлеровской коалиции.        -Dad, ты должен понимать, что Third Reich не должен заподозрить, что у нас есть an advantage! He MUST get hooked before it's will be TOO late!/Он должен попасться на крючок, пока не стало СЛИШКОМ поздно!/ - пытался вразумить его сын, насильно повернув отца к себе лицом и смотря на него на удивление серьёзным взглядом, пока англичанин тяжело дышал, пытаясь привести мысли в порядок. Чёрт возьми, по лучшим прогнозам это может стоить ему порядка 35 танков 1500 жертв в лучшем случае! /В настоящем же было потеряно 40 танков, 40 полевых орудий и 1400 солдат/. Он не может так рисковать.        -They have not much топлива и боеприпасов to должной атаки и мы должны просто продолжать обороняться в том же темпе? YOU WANT TO SAY THAT I MUST TO DONATE MY SOLDIERS FOR YOUR STUPID PLAN?!/ВЫ ХОТИТЕ СКАЗАТЬ, ЧТО Я ДОЛЖЕН ПОЖЕРТВОВАТЬ СВОИМИ СОЛДАТАМИ РАДИ ВАШЕГО ГЛУПОГО ПЛАНА?!/ - нервы были на пределе, не давая старику мыслить здраво, вынуждая голову пухнуть от всей той нагрузки, что была оказана на него. Столько жертв, потерь и море крови, но им всё мало. Немцам мало этого, они перебрались на другие континенты, сделав эту войну мировой. Они уничтожают города, опустошают деревни, убивают невинных людей и посылают добровольцев на фронт ради своих глупых целей! Не удивительно, что даже у него сдали нервы. Он видел, как Польша лежит на земле, с продырявленной свинцовой пулей, головой, с перерезанной глоткой, чтобы уж точно она не смогла выжить. Он ощущал этот жар крови в теле и та немая фраза, которую тогда он из себя выдавил: «Bastard»/«сволочь/ублюдок»/ и всё-таки объявить войну переступившему всякие границы, Третьему Рейху. И хотя все показания кричали о том, что Рейх совершил лишь выстрел в голову, а перерезал глотку Польше некто со стороны, Великобритании и Франции было всё равно. Все силы их армий были брошены на атаку против Третьего Рейха, но когда и Франция стал лишь марионеткой в искусных руках обезумевшего убийцы, у аристократа совсем поехала крыша. Голова желала лишь мести и в итоге все силы армии Великобритании были брошены на войну против Третьего Рейха.        -Мы уже всё обсудили, Великобритания. Прошу вас, выпейте воды и возвращайтесь к нам несколько позже. Вы не в состоянии думать здраво - прозвучал строгий голос СССР, подходящий к англичанину со спины и так же положив крепкую ладонь ему на плечо, вынуждая его несколько успокоиться. По телу шла неописуемая дрожь, а на глаза невольно наворачивались слёзы. Но, прокашлявшись, Британия поправляет несколько слетевший галстук, и, извинившись, поспешил удалиться из зала заседаний, где, помимо него, находилось ещё порядка 52 стран, состоящих в антигитлеровской коалиции.

***

       На лицо оседают холодные капли дождя, падающие на побледневшее лицо недавно вернувшегося на родину, Россию. Всё произошло слишком сумбурно, слишком много событий было помещено в его голову за раз. Буквально в прошлом месяце армия США совершила нападение на тот самый лагерь, откуда были буквально на руках вынесены Беларусь и Казахстан, Франция и несколько других стран. Было убито несколько солдат, а сам Россия был зажат в углу их предводителем - США. Пендос. Он, хоть и несколько грубо, но всё же с надеждой пытался уговорить Россию вернуться обратно, на территории СССР, хотя тот упорно кричал, что он - немец и не собирается идти на территорию предателя, который обрубил все связи, который ушел и изуродовал тело его фюрера. Но тогда в разговор встрял сам СССР с семейной фотографией в руке, где он и его 15 детей сидели за одним столом, обсуждая проблемы насущные. Среди них был и Российская Федерация. Это вынудило мальчишку добровольно вернуться в Петербург. В город, где сейчас и проходило собрание и где сейчас наследник, стоя у моста, закуривал самокрутку, пытаясь переварить всё то, что случилось с ним и после. От классического немецкого кителя он отказаться так и не смог. Тело будто отвергало другую одежду, из-за чего большую часть времени русский ходил с плотной шерстяной кофтой серых оттенков, скрывая какую-либо принадлежность к немецкой армии.

Здесь таких не любят.

       Позади слышится привычный звук шагов. Оборачиваясь, Россия недовольно фыркает, узнавая в добром лице своего «спасителя» и, снова возвращаясь к прекрасному виду на реку, закуривает снова.        - Собрание прошло крайне сумбурно, а тут прекрасный вид, to calm down /чтобы успокоиться/. Что ты тут делаешь? - предотвращая возможный вопрос, спрашивает Америка, глядя на хмурого наследника, бросающего окурок в тёмную мутную воду.        - Если бы ещё я был на этом собрании... Союз сказал мне присмотреть за Беларусью, но я не захотел. Это сейчас делает за меня Казахстан и несколько братьев. Я сбежал - на выдохе отвечает Федерация, прикрывая глаза, вновь пытаясь понять - как так вышло, что тот, кого он считал чуть ли не отцом оказался обыкновенным манипулятором, затуманившим разум русского? Он так и не смог назвать СССР отцом. Не мог его так воспринимать. Все верили, что рано или поздно он сможет это сделать, но в ответ было лишь это знаменитое русское «само придёт». И даже так, он до сих пор оставался приверженцем нацизма. Ненавидел коммунизм, презирал его. Не видел ничего плохого в свастике, хотя и не пропагандировал её. Он пытался измениться. Искренне пытался. Читал учебники истории, наблюдал за жизнью народа, посещал обнищавшие деревни, но всё это не вызывало в нём абсолютно ничего, что могло бы хотя бы вернуть частичку памяти. Всё казалось настолько бесполезным, что постепенно перерастало в апатию.        - Listen, Russia... - начал США, взглянув на собеседника, который так и продолжал наблюдать танец мутных вод.        - Я понимаю, что сложно принять тот образ жизни, к которому ты не привык, но поверь - на тебя все надеются. Ты - одна из главных надежд нашего мира. Без тебя Рейх потерял тот козырь, который когда-то имел и теперь, когда твои территории снова могут нормально функционировать ты может помочь нам дать отпор Рейху, понимаешь?        - Откуда ты знаешь, как я себя чувствую?... А-а... Наблюдение, психология... Верно? Да-а, как же иначе! Ведь я всего лишь 17-летний подросток, не знающий, что такое жизнь! Не знающий, какого это - принять перемены! Я пытаюсь! Я пытаюсь вас понять! Я ПЫТАЮСЬ ПОНЯТЬ ВАШИ ГРЁБАННЫЕ МОТИВЫ! Но я уже привык к той ситуации, которая была в лагере! Меня обучали бою, истории Германии, учили нацизму и я не смогу это откинуть от себя... НИКОГДА! Рейх никогда мне не казался плохим! У него тоже есть семья, надежды, переживания, мечты! Он просто не хочет разочаровать своего отца! А сейчас у него банально нет выбора! Но не смотря на это, не смотря на то, что я выродок Союза вы все предлагаете пойти на бой с НИМ?! ВЫ В СВОЁМ УМЕ?! - последние слова Федерация проговаривал сквозь ком в горле. Слёзы лились из глаз, явно показывая всю сложность ситуации для России, явно показывая, что ему сейчас крайне тяжело сделать выбор и как он теряется с каждой секундой всё больше. Но, завершив свою тираду, он быстрым шагом направляется прочь от США, избегая его руки, тянувшейся к ладони молодого парня, желающую схватить её и прижать владельца к себе, в попытках утешить.        - Мне не нужна ваша помощь! Сам разберусь! - кричит наследник, как тут сталкивается с отцом, всё это время слышавшим его высказывания о Третьем Рейхе. Он явно был недоволен подобным инакомыслием своего сына. Мало того, что этот немец вынудил Россию примкнуть к нацизму, так ещё и вернулся сын на родину верующим, чего СССР терпеть не мог. Но даже так, сейчас он старался относится к сыну максимально солидарно и чутко.        - Сынок... Беларусь нуждается в тебе. Иди и помоги ей.        - Но...        - Иди. И. Помоги ей. - рыкнул Союз, намекая, что ему сейчас вообще не охота разбираться со всеми внутренними проблемами его чада. Особенно сейчас, когда больше половины его детей на грани смерти от голода, а Беларусь, в отличие от Казахстана, так и не оклемалась.        Раздраженно выдыхая, Россия закатывает глаза и, разворачиваясь на все 180°, шагает в сторону своего дома, засовывая руки по карманам и тихо рыча, как его всё это достало... Да, сегодня у всех нервы на пределе.        - Финляндия так и не согласилась на сотрудничество?* - выдыхая спрашивает Советский Союз то, о чём забыл спросить на собрании, на что получает утвердительный кивок.        - Наши лучшие политики пытаются докричаться на Финнов, но через границу допускаются лишь единицы, остальным угрожают смертью. Сейчас мы работаем над тем, чтобы допустили нас с Великобританией... - На кое-каком, да русском языке выдавил из себя Американец. С таким раздраженным коллегой он не хотел его лишний раз злить, тиранить. Не из страха, нет. Скорее из уважения. Он понимал отчасти всю его нагрузку и стресс, так что лишний раз он не хотел злить его своими американскими вставками        - Вот как... Что ж. Завтра начнём задуманное. Будь готов вместе со своим отцом, хорошо? - прошептал Советский Союз, вытаскивая из внутреннего кармана своего тулупа деревянную трубку и, насыпав туда несколько щепоток махорки*, закурил, медленным шагом направляясь следом за Россией.