Реакции и драбблы с NCT

- Хён, правду говорю, это было как... как... я не могу описать словами. Словно мы должны были встретиться. Словно мы созданы друг для друга, - Джемин ходил по комнате, пытаясь хоть четверть чувств своих донести до друга. - Но это все равно странно. Ты её не знаешь. Не торопись с выводами и будь осторожен. Не разбей своё сердце, - рассудил Минхо, сидя в кресле и потирая висок. Джемин в последнее время ни спать, ни есть не может. Он встретил девушку. Она сидела в конце автобуса номер 29 с книгой Кафки, а «Письма к Милене» - его любимое произведение, он не мог не подсесть к Т/И, не мог не начать разговор, не мог игнорировать бешенный ритм сердца в эту минуту. Он не мог не встретить тебя, а ты не могла не встретить его. - Вам нравится Кафка? - А вам нравится дышать? С этой секунды он понял, что хочет узнать весь твой внутренний мир вдоль и поперёк. Даже если на его изучение уйдёт целая вечность. Вас притягивает друг к другу не мистически, а сверхмистически. Вы уже второй месяц встречаетесь, и каждая встреча для вас сравнима с самым сладким глотком кислорода. Но его поцелуи в твою шею ещё слаще, а когда его губы горячие, то кажется, ты уже сплавишься на его коленях. И каждый раз рядом друг с другом дышать не возможно от слова «совсем», сначала вы погружаетесь в разговоры о звёздах и книгах, затем смеётесь над глупыми шутками, но в конце всегда плачете в душе, не желая разрывать поцелуи, но домой пора, поздно же. Ваша связь настолько необъяснима прекрасная, что голова кружится от одной только мысли. - Ты хочешь сказать, что тебе именно в это время плохо стало? - удивляется Джемин, ещё сильнее за руку притягивая к своему сердцу. - Да, это было невыносимо больно. Я буквально чувствовала, как внутри что-то сковывалось и разбивалось, и слезы текли не останавливаясь. Я правда не могла понять, в чем проблема. Я просто сидела на уроке тогда. Это было просто необъяснимо, но я чувствовала такую пустоту внутри. - Это точно было в полдевятого утром 2* апреля? - Точно тебе говорю. Даже в больницу везти собирались. - Это удивительно... - Почему тебе так интересна эта тема? - В этот день и в это время умер мой отец... - Ты... Мне очень жаль, - ты опустила глаза и положила голову на его плечо, нежно поглаживая тыльную сторону его руки. - Все в порядке. Меня больше волнует, что ты в это время разделяла мои слёзы и переживания, - он грустно улыбнулся и поцеловал твою светлую макушку, - Я хочу познакомиться с твоей семьей. - Я уже волнуюсь. И правильно. Увидев Джемина, твоя мать чуть ли не расплакалась. Она долго и судорожно накрывала на стол для ужина на троих, но не могла и слова проронить. Тебя это пугало, а Джемину было безумно неловко. - Как твой отец поживает? - внезапно раздался вопрос, разрезающий тишину. - М-мой? - вы с парнем переглянулись, - Он умер весной. - Боже, как же ты... - одна встала из-за стола и прижала к себе сидящего Джемина, - сынок, все будет хорошо. Возможно, если бы мачеха Джемина не узнала о его связи с сестрой, все бы закончилось хорошо... Но это запрещено. Женщина громко кричала, отчитывала Т/И и её мать, ругалась до боли грубо. Вам больше нельзя видеться. Это неправильно. Но если сойдёт с ума один - другой последует за ним. Они больше не смогут друг без друга. А её записка, оставленная в его почтовом ящике только подтверждает это. «В 4 утра 29-ый автобус проедет через твою остановку. Я буду ждать тебя в конце. С вещами. Целую.» Как проблемные дети, сбежали из дома. Снимаете маленькую комнату в Пусане. И каждый вечер видите в глазах друг друга взрыв суперновой, слушаете шум моря и забываетесь в поцелуях. - Мне не хочется верить, что это неправильно. - Мне плевать. Мир просто сошёл с ума, если он думает, что сможет лишить меня любви к тебе, - он нежно целует, а ты отвечаешь, сегодня ваш день рождения, сегодня ваш первый раз, сегодня ты будешь сдерживать слезы, чтобы сердце Джемина не щемило, когда он будет их целовать. *** «Привет, хён! Как поживаешь? Извини, что вот так исчезли, мы ждём тебя в гости! Знаешь, я очень счастлив сейчас, спасибо за помощь» Ваша история началась и закончилась в конце автобуса с номером «29». Но она закончилась только для Сеула. Сейчас перед вами целый мир. Но ещё больший мир представляете вы друг для друга.