Не вырастил одного? Получи ещё троих в нагрузку!

      Машина подпрыгивала на кочках и едва ли не улетала в кювет. Водитель старался ехать аккуратно, но при этом быстро. Всё же два гранд-мастера этому очень способствовали. Внезапно начавшийся ливень мужчин не обрадовал, а ухудшившаяся видимость затруднила продвижение вперёд. Но всё же гранд-мастера оказались в поместье и первым делом рванули искать детей. Не обнаружив каких-либо признаков ассасинов, тамплиеры побежали в мастерскую Леонардо. Хэйтем, правда, уже заподозрил, что птички улетели во фронтир, но, как говориться, надежда умирает последней.       – Леонардо!       – Да Винчи!       Изобретатель оторвался от раскручивания какого-то прибора, судя по пластмассовому корпусу, бывшему когда-то миксером.       – Да? Вы что-то хотите? Давайте только быстрее, я занят…       – Где дети? – мягким и обманчиво спокойным голосом поинтересовался Хэйтем.       – Эм, знаете, мистер Кенуэй, они сказали, что пойдут, погуляют неподалёку, кажется в лес какой-то. Обещали далеко не уходить.       – А то, что там диких зверей развелось и сейчас идёт ливень, а дети не дома, это нормально? – гранд-мастер недобро прищурился. Стоявший у входа Робер порадовался, что Хэйтем никогда не был ему врагом.       – Так они же ассасины… – растерянно отозвался Леонардо. Хэйтем сжал челюсти так, что показалось, зубы у тамплиера вот-вот начнут крошиться. Заметив это, да Винчи пришёл к выводу, что у сего мужчины родительский инстинкт проснулся. Гениальный художник искренне посочувствовал крылатой братии, ибо предполагал, что Кенуэй устроит им разнос.       Тамплиер что-то рыкнул себе под нос и покинул помещение. Хэйтем решил, что выпорет ассасинов, отнимет всё оружие и выпорет.

***

      Ассасины постарались поудобнее устроиться в неглубокой пещерке. Пара плащей вынырнули из менее нагруженной сумки Дезмонда. Один защищал спины от холода каменных стен и пола, на который они уселись, вторым орлята старательно укрылись. Но недолго они сидели в рядочек нахохлившимися воробьями. Спустя полчаса, а то и больше, представитель жаркой страны начал чихать, ему вторил надрывный кашель представителя «нового света». Так как этих двоих начало прямо-таки трясти, температура старательно прыгала вверх-вниз, Коннор и Эцио, привычные к ледяному купанию, утащили заболевших в свои объятья и придвинулись к друг другу.       Альтаир шипел и не переставал чихать в объятьях метиса. Дезмонд же крепко вцепился в итальянца, стараясь поплотнее прижаться. Что-то подсказывало американцу, что если араб заработал ангину или что попроще, то ему не отделаться от воспаления лёгких. Всё же современный ассасин был не настолько закалён, за что и расплачивался. А проклятый ливень продолжал своё чёрное дело, смывая следы «беглых» ассасинов.

***

      Хэйтем рванул повод, заставляя артачащееся животное начать спуск по скользкой земле. Всюду текла вода, образуя лужи, пропитывая землю и превращая её в жижу. Мужчина прочёсывал низину, оставив Робера в поместье, на случай если мальчишки вернутся. Лошадь успела несколько раз провалиться по колено. В результате чего тамплиер чуть не слетел в грязь. Мужчина начал сожалеть, что решил взять шайра. Конь был крупным, да и весил много из-за чего было достаточно сложно передвигаться по лесу, но, увы, по-другому было нельзя. Всё же пропала четвёрка ассасинов, а не пара. Поэтому требовались большие размеры коня, чтобы вывезти детей. Гранд-мастер направил тяжеловоза через небольшое озерцо, чтобы на другом берегу подняться по течению небольшого ручья.       Вороной конь недовольно всхрапнул. Ему не нравился ливень и то, что возможно где-то бродит хищник, но твёрдая рука всадника не позволяла свернуть или попытаться бежать. Оказавшись у небольшого водоёма, Кенуэй-старший перешёл на зрение орла. Неподалёку блеснуло золотистое сияние, и мужчина направился туда. В примятой траве лежал скелет кошки. Времени особо рассматривать останки зверя не было, поэтому мужчина вновь оглянулся, пытаясь найти золотые проблески.       Вскоре конь был направлен по спирали от места «преступления». Иногда животное едва ли не съезжало вниз, но на счастье, земля не настолько пропиталась водой, чтобы случился оползень. После очередного карабканья коня на холм, тамплиер заметил золотистый отблеск среди скалистой части. На счастье, ливень не мог полностью скрыть этот золотистый свет, и Хэйтем, наконец, обнаружил исследователей. Ассасины даже слова не успели сказать, как были погружены на шайра. Тамплиер снова порадовался, что взял седло с очень низкими луками, иначе бы было крайне неудобно. Два заболевших ассасина сидели перед мужчиной, чтобы тот мог их поймать, если что, двое других расположились за спиной.       Великий магистр искренне порадовался, что дорога пролегала не так далеко, всего-то спуститься немного вниз к одному из ручьев и свернуть дальше по течению. Оказавшись на твёрдой хорошо утрамбованной дороге, шайр прибавил ходу, переходя на размашистую рысь. Пожалуй, конь был просто счастлив направиться домой, очень уж зверю хотелось в тёплую конюшню, впрочем, в тепло жаждали попасть и все его всадники.