То, что тебя убьёт

Старость — это не артрит, одышка и скачущее, как диаграмма акций золотопромышленности дальнего востока, давление. Не бессонница, и не тремор всего тела. Всё это Рик мог вылечить по щелчку пальцев. Его кости и мышцы были сильными и упругими, печень по чистоте гепатоцитов не уступала печени младенца, почки работали безотказно. Санчез вывел сыворотку для поддержания своего тела в форме без спортзалов ещё двадцать лет назад. Старость — это неумение удивляться, крайняя степень заочного разочарования всем. Вселенная не способна на сюрприз, этот старый хрыч знает все её секреты. Кроме одного… — Я слышал, давно, некоторые занимаются… этим, — Рик держал руку на бутылке с виски, не прикладываясь к ней. Он держал руку на пульсе единственного друга: — некоторые, самые отбитые и конченные… С-147 понимающе закрыл глаза, он выпивал джин с каплей тоника со скоростью один стакан в две с половиной минуты: — Скорее ты единственный, кто не занимается этим, — 147 поджег клочок бумаги с координатами газовой зажигалкой, затем закурил: — бывает, что сам о себе ничего не знаешь… — Не бывает, — рявкнул Рик. С-147 пожал плечами. Он тяжело выдохнул тонкие струйки дыма через нос. — А ты? — Рик сменил тон на более сдержанный: — Ты?.. — Мой Морти умер, когда ему было десять. — И ты не заменил его? — А ты бы заменил? С-137 поджал губы и отвернулся. — Теперь ты знаешь, страшная тайна заключается в том, что Рики нуждаются в Морти гораздо больше, чем Морти нуждаются в нас. — Рик-147 потушил сигарету об полированную стойку бара, не докурив и до половины. — Брехня, — Рик сморщился от отвращения: — страшная тайна в том, что мудаки Рики трахают своих несовершеннолетних внуков. Раньше я наивно полагал, что это досадное исключение, — старик с размаху размазал бутылку об пол: — но это блядская закономерность! — Тише, тише! — С-147 резво спрыгнул с высокого барного стула, спасая халат от коричневых брызг. — Прими с достоинством реальность! А главное, — 147 взял Рика за грудки и притянул к себе: — извлеки из этого урок! — Какой ещё, бл-э-э-ять, урок, — Санчез сморщился, будто запихнул в рот целый лимон. — Береги своего внука, старый идиот, — С-147 ослабил хватку и отряхнул невидимые пылинки с плеч разъярённого Рика: — он у тебя особенный… Санчез хотел что-то ещё сказать себе, что-то проорать на матерном еврейском, но Рик-147, не желая больше нянчиться с только что прозревшим, выстрелил портальной пушкой в пол и мгновенно скрылся из глаз. — Адовый пиздец, — хрипло простонал Рик, схватившись за голову. На барной стойке горсткой пепла рассыпались координаты самого мерзкого борделя из всех, что видел Рик. И он не хотел бы этим хвастаться (переболеть почти всеми венерическими межгалактическими болезнями — сомнительный повод для гордости), но Рик повидал подобных мест немало. * — Но это же целый флот, и он истребляет планеты одну за другой на почве расовой ненависти! — Ага, — Рик послушно кивнул головой, не отрываясь от тетриса. Раскаяния внука следующим утром были весьма прогнозируемыми. — Ты же входишь в совет Риков, ты почти согласился помочь! — Да, но потом один семнадцатилетний подросток наорал на меня при полном составе правящей верхушки цитадели, — Рик отбросил тетрис и зло уставился на внука: — я помогу тебе вспомнить, его имя начинается на «М» и заканчива-э-э-ется на «орти», придурковатый такой, вы раньше не встречались? — Я был против портальной пушки нового поколения, я не против спасения мира! — Морти, как все подростки, не слишком удачно маскировал чувство вины злостью. — Малыш, одно без другого невозможно, — дед закинул длинные ноги на стол, — Елдаока передвигается в пространстве, параллельном нашему, скорость его флота превышает скорость света в миллионы раз. Даже портальная пушка не сможет настроиться на него и попасть точно в цель. Нужно что-нибудь помощнее… — Даже не думай, — Морти выставил вперёд указательный палец. Выставил очень серьёзно и угрожающе. Рик развёл руками, на его лице расплылась ехидная улыбка: — Признайся, тобо-э-э-э-й тоже движет не любовь ко вселенной, а корыстный интерес, — старик вытащил из кармана небольшую глянцевую брошюрку: — слышал, Бет хочет отправить тебя в лагерь на лето, — он помахал брошюркой перед носом насупившегося внука и открыл на первой странице: — лагерь «Лидерства», это не туда ходил Гитлер?.. Морти шутку не оценил, он вырвал рекламу из рук Рика и выбросил в мусорную корзину под столом: — Спасти мир от спятивших инопланетян куда лучше, чем сидеть два месяца в лесу в Южной Америке. Рик убедительно нахмурился, изображая беспокойство: — Но ты можешь погибнуть! — Идеально, когда вылетаем? Санчез довольно хлопнул в ладоши, резко поднимаясь с места. Такой Морти был ему по душе. — И никаких портальных пушек нового поколения! — Окей, пёс. * «Рик крутой», - с кристально искренним, юношески-дебильным восхищением вздохнул Морти, когда дед с ноги вышиб дверь подпольного клуба Цитадели, и все Рики-маргиналы вокруг, сидящие за игорными столами, проводили его фигуру боязливым взглядом. Равноправие — не сильная сторона цитадели. «Низы», «Верхи», «Рабочий класс». Морти смотрел на своего Рика С-137 и думал, что он в иерархии цитадели, что-то вроде Рок-звезды, бунтаря с глянцевой обложки Rolling Stones. Воин, герой, — и для него нашлась бирочка с ярлыком. И для Морти, конечно, тоже. «Человеческий щит» не самая завидная должность, но Морти, сжав кулаки, упрямо повторял: «Тогда я самый заебательский человеческий щит во вселенной!». И это не просто слова, это клятва верности. Да, Морти давно замужем. «Пока смерть не разлучит нас». И в их случае одновременная смерть, чисто статистически, была гораздо вероятнее, чем одновременный оргазм среди супружеских пар всех Соединённых Штатов. Морти иногда веселила эта мысль, иногда злила, но, в целом, он к ней привык. Каждый занимает своё место, и шестеренки общественного порядка крутят вселенную. — Сиди здесь, — коротко бросил Рик, незаметно сунув внуку небольшой плазменный пистолет. Морти молча спрятал пушку в карман. Дед заказал ему стакан апельсинового сока и скрылся за неприметной дверью в конце зала, завешанной длинными нитками цыганских бус. — Удивительно! Впервые вижу здесь Морти, — на соседний стул бесшумно опустился Рик. Смит сразу его узнал, даже без закрученных вверх волос и кожаных перчаток. Главнокомандующий небрежным жестом заказал двойной виски. — Твой Рик настолько отчаялся, что решил побрататься с мафией? Морти удивленно приподнял бровь, отвечая вопросом на вопрос: — А что здесь делает главнокомандующий, — он мрачно отодвинулся чуть дальше, притягивая стакан с соком к себе. — У меня много обязанностей, я слежу за порядком во всей цитадели, — Рик придвинулся ближе. — Но я никогда бы не подверг своего Морти такой опасности, — старик закрыл глаза и осуждающе покачал головой. — Твой Рик хорошо с тобой обращается? — Просто замечательно, — Морти нервно почесал щеку. Он шестым чувством улавливал давление на личное пространство. Главнокомандующий Рик участливо опустил ладонь на тонкое плечо, затянутое в жёлтую футболку: — Ты в этом уверен, малыш?.. — В его голосе проскользнуло почти ласковое урчание, совершенно не свойственное для голоса Рика, к которому привык Морти. — Рики не умеют ценить своё главное сокровище, но только не я… — Глаза Морти опасно расширились, когда волоски на его затылке встали дыбом от чужого горячего дыхания. Голос этого Рика был рокочущим, убаюкивающим, хриплым… Таким приятным, почти родным, почти… Внезапно Рик истошно заголосил, его надломленный голос мгновенно утратил волшебные нотки. Морти удивлённо поднял глаза и увидел своего Рика, держащего Главнокомандующего за шиворот. Смит испуганно сглотнул, такого разъярённого до бешенства деда он видел впервые. — Ты оставил внука здесь, одного! — Лучшая защита - нападение, рассудил Главнокомандующий, как только рука Рика отпустила его шею. — Это не место для подростков, безответственный идиот! — Погоди-погоди… Вот сейчас мне будет не поебать на твою педагогическую этику… — Рик мучительно сощурился, изображая лицом потуги десятилетнего запора и, наконец, выдохнул: — Воу, нет чувак, мне похуй. — Ну... Я тут не в первый раз, — Морти осторожно махнул рукой и виновато вытащил из кармана пистолет: — год назад подстрелил тут двоих, столько шума было… Рик с удовольствием наблюдал, как удивлённо вытянулось лицо Главнокомандующего, потерявшего дар речи в секунду. — Держись подальше от других Риков, — Санчез зло хлопнул дверью тарелки, бросив какой-то свёрток на заднее сидение, и завёл мотор. Морти недоверчиво покосился на деда, пристегнул ремень и осторожно уточнил: — Ото всех?.. Рик с силой дернул на себя рычаг, железная конструкция жалобно застонала. Санчез напряжённо сцепил зубы: — Да, ото всех. Морти нахмурился, припоминая тонкую фигурку в костюме гвардейца на выходе клуба. Наверняка это был Морти Главнокомандующего… Смит вцепился обеими руками в ремень безопасности, припоминая его взгляд. Гвардеец смотрел на Морти с ненавистью, с какой-то мучительной завистью и тоской… — Происходит что-то странное, Рик, тебе не кажется?.. — Медленно протянул парень. Санчез бросил на него короткий взгляд и снова вернулся к штурвалу: — Не бери в голову, пё-э-э-с, — Рик беззаботно рыгнул, — не бери в голову...