Мир ещё не готов

      Прибыв на указанное место, Адриан увидел там почти всех своих подчиненных, которые загружались в стоявший рядом лёгкий двухмоторный самолёт. Мужчину передёрнуло – из всех вещей на свете он больше всего не любил летать. Нахождение внутри шумящей трясущейся машины с осознанием, что под тобой сотни метров расстояния до земли – нет уж, спасибо. Но работа есть работа, и Форсберг, заглушив мотор, покинул автомобиль и направился к остальным.       Заметив начальника, от группы людей отделился человек в форме и устремился навстречу Адриану. Это был лейтенант Лундквист, командир отряда быстрого реагирования, который справедливо рассудил, что доложить обстановку лучше прямо сейчас, пока рёв двигателей не глушит вообще все остальные звуки.       – Шеф, – отдал зачем-то честь лейтенант. – на Бёрке ЧП!       – Что случилось? – удивился Адриан. – Ведь все работы там закончены уже давно?       Бёрк после прихода Форсберга в отдел перелопатили вдоль и поперёк как его подчинённые, так и независимые археологи. Спасибо правительству Норвегии, которое предоставило доступ группе к интересующим их островам через свою территорию. Удалось откопать большое количество построек викингов, назначение которых никто не мог понять, и огромное множество всяких элементов утвари, что указывало на то, что поселение не вымерло постепенно, а было покинуто обитателями в одночасье, что, впрочем, и так уже было известно Адриану. Тем не менее, об истинной причине столь спешного бегства викингов со своего многовекового поселения знал лишь Форсберг, хотя полную картину, конечно, ему лишь предстояло выяснить.       – Закончить-то закончили, но раскопки никто обратно не закопал! – сказал Лундквист и сам засмеялся над своей шуткой. – В общем, горит там что-то. Вряд ли что-то серьёзное, но надо бы глянуть.       – Хорошо, – кивнул Адриан, – грузи отряд, а остальные пусть в офис едут, зачем они здесь вообще?       Все шестеро вооруженных мужчин моментально запрыгнули в кабину самолёта, Форсберг же, отпустив подчинённых, подошёл к летательному аппарату последним.       – Rackans! – тихо выругался он на родном языке и забрался к бойцам. Шум двигателей превышал все допустимые пределы, и мужчина, нацепив наушники, погрузился в свои мысли, чтобы отвлечься от навязчивых картин крушения этого самого самолёта в самые ближайшие секунды, которые рисовало его воображение.       Когда машина оторвалась от земли, Форсберг решил в очередной раз систематизировать в голове то, что ему было известно об острове, на который они направлялись.       Итак, что ему известно?       Почти тысячу лет назад на одиноком, но совсем не маленьком острове Бёрк, расположенном посреди Норвежского моря, существовало племя, называвшее себя Лохматыми Хулиганами. Викинги из этого племени оставили меньше всего исторического наследия, большая часть которого передавалась из поколения в поколение (и улеглась почти вся в библиотеке деда Форсберга, который рассказывал внуку, что в молодости избороздил всё море в одиночку на маленьком самодельном драккаре – корабле викингов). Любопытно, что именно это племя дольше всех отказывалось от участия в экспансии викингов на юг, в результате чего они остались единственным племенем на многие сотни километров вокруг, но однажды полностью переселились на остров, весьма удалённый от Бёрка, и стали жить там, как ни в чем не бывало. Остров этот летописцы звали Остров Последней Надежды.       Историю правящей семьи Хэддок, члены которой столетиями руководили Хулиганами, Адриан начал изучать с самых свежих из сохранившихся свидетельств. Подвиги Видара Защитника, масштабные перестройки поселения на Острове Последней Надежды, произведённые Стоиком Четвёртым Хозяйственным, великие межплемённые договоры Йорана Мудрого – все эти события были хоть и интересны, но мало чем отличались от глав летописей других племён викингов. А вот об Иккинге Кровожадном Третьем, самом древнем из вождей, о которых хоть что-либо удалось узнать из летописей, кроме имени, рассказывали наиболее интересные документы. Он упоминается в книге, которую любой счёл бы детской сказкой. Любой, но не пытливый историк Форсберг. Книга эта носила название «Книга Драконов», и, к сожалению Адриана, она практически не сохранилась – до нашего времени целыми дошли всего несколько страниц. Но что это были за страницы! На них были нарисованы драконы, указаны их названия, слабые места и даже самые разные характеристики. Аккуратно перерисовав одного из этих драконов, историк показал его знакомому авиационному инженеру, и, на удивление, тот, немного прикинув, вынес вердикт, что животное с такими параметрами вполне себе могло бы летать. Хоть тогда Адриан и посмеялся вместе с другом, но в глубине души он укрепился в своей вере в то, что эти рисунки – не чья-то шутка. Будучи ученым, увлеченным одной конкретной эпохой, он очень хорошо знал, что тогда викинги не записывали свой фольклор, а передавали его из уст в уста, приукрашая некоторые детали. Именно это и побудило его не отложить эту книгу в сторону, а скрупулёзно изучить каждый её уголок.       Что это были за драконы… Такие невероятно причудливые формы голов, крыльев, хвостов и когтей не встречались в искусстве ни одного другого народа ни одной из эпох. И нарисованы они все были так точно, как никогда не рисовали викинги даже своих вождей. Каждая страница с рисунком и описанием дракона сопровождалась очевидно более новой страницей с занимательной историей о данном виде дракона – кто и при каких обстоятельствах его открыл, кто из известных личностей на таком летал… Да, судя по этим свидетельствам, викинги не просто существовали под одним небом с этими необычными животными, но даже приручали их! Жаль, что к немногим из сохранившихся описаний видов сохранились страницы с историями, а к некоторым историям не удалось отыскать подходящего дракона…       Впрочем, к одному из самых удивительных видов драконов, который был назван викингами Ночной Фурией, сохранилось даже две страницы! Однако, странным образом, вторая страница была повреждена неестественным путём, скрывая концовку, из-за чего Адриан не раз гадал, что же такое предки захотели скрыть. А причина для интереса к этому была. Из полутора страниц, исписанных мелкими рунами, Форсберг узнал о мире викингов… нет, мире драконов, больше, чем из всех остальных источников, вместе взятых. И все эти мелкие руны излагали историю одного вождя – того самого Иккинга Кровожадного Третьего. Благодаря древнему летописцу, Адриан выяснил, что до Иккинга викинги о приручении драконов даже не думали. А, напротив, ожесточенно с ними воевали (как по-людски, – отметил Адриан, когда вновь задумался об этом, – пытаться уничтожить то, чего не понимаешь), и лишь своей невероятной силой воли Иккинг Кровожадный смог переубедить всех, и показал им на собственном примере, что дракон может быть приручен и даже очень хорошо надрессирован на конкретную цель, и с тех пор драконы стали чем-то вроде домашних животных, а их огневая мощь встала на службу человеку. Самый первый прирученный дракон – как раз Ночная Фурия – принадлежал Иккингу и звался Беззубым (Форсберг очень долго сомневался в правильности перевода этого имени – на рисунках у драконов этого вида были вполне себе настоящие драконьи зубы – но со временем смирился, списав столь странное имя на индивидуальные особенности конкретного дракона).       Дальше в истории был приведён длинный список всех врагов, которые были повержены боевыми драконами Иккинга Кровожадного, но все эти имена нигде больше Адриану не встречались, кроме, пожалуй, Гриммеля (в летописи того периода одного из более восточных племен викингов он описывался как своего рода ведьмак – человек, который за деньги боролся с нечистью). Последняя история рассказывала как раз о том, что из-за происков этого самого Гриммеля мудрый Иккинг решил вместе с драконами переместить всё племя на новый остров, которым, очевидно, и стал Остров Последней Надежды. И всё, что было дальше, осталось на волю воображения читающего – полстраницы было аккуратно отрезано, как будто тот, кто писал эту историю, не хотел, чтобы это прочли. И так как ни в одном более новом источнике драконы более не упоминались, Форсберга не покидало ощущение, что то, что с ними случилось, описано именно там.       Куда же делись драконы? Если вымерли, то почему до сих пор не найдено ни одного скелета? А если нет, то почему ни одного дракона никто никогда не видел? В душе Адриана теплилась надежда, что эти удивительные существа всё ещё где-то живы и, затаившись, ждут своего часа… К сожалению, как вполне верно осознавал ученый, люди на этом этапе их эволюции не готовы были встретить драконов мирно. Как и тысячу лет назад, их первая реакция на всё непонятное – убить, а уже потом думать. Не раз перед сном Адриан пытался представить, как выглядел тот великий Иккинг Кровожадный, который как-то смог убедить агрессивно настроенных викингов принять драконов, как обычных существ, приручить их и использовать в своих целях. И каждый раз, почему-то, его воображение рисовало ему почти его самого – зелёные глаза, густая непослушная шевелюра – только в разы более брутального, с мощным торсом, огромной рыжей бородой и, возможно, даже со шрамом на лице, как подобало вождю викингов.       … Из размышлений Форсберга вывел толчок – он сам не заметил, как самолёт прибыл на остров Бёрк и вздрогнул, когда шасси коснулись земли. Этот самолёт был очень удобным для высадок на острова – благодаря маленькому весу он мог приземляться без заасфальтированной полосы на любую относительно ровную поверхность, а вместимость позволяла перевозить достаточно сотрудников и оборудования для подготовки любой экспедиции.       – Прибыли, господа, – прошипели наушники голосом пилота, когда самолёт полностью остановился. – Можно вылезать.       Солдаты легко повыскакивали из кабины, и лейтенант подал руку Форсбергу, спина которого затекла от неудобного сидения в полёте и отказывалась разогнуться ещё пару минут. Однако, разминаться времени у небольшой десантной группы не было – поднявшийся холодный ветер принёс в зону посадки запах дыма с той стороны острова, где находились раскопки. С оружием наизготовку отряд двинулся в сторону бывшего поселения викингов, а Адриан двинулся немного позади, поёживаясь от холода – на материке было ощутимо теплее, да и явно надвигалась очередная гроза, поэтому очень хотелось поскорее вернуться в непродуваемый офис.