Но... я же Питер Паркер!

Лично ввязываться в семейную драму Кравиновых/Смердяковых у меня никакого желания не было, так что шпионку я, без каких-либо сожалений, передал явившейся вскоре команде Щита. Забрать соотечественницу и коллегу по цеху, что обвела её вокруг пальца и чуть не отправила на тот свет, Романофф явилась лично. — Ещё одна недобитая голова Гидры? — хмуро переспросила Наташа, глядя на утаскиваемую её подчинёнными Смердякову. Я уже вкратце пересказал ей историю облажавшейся шпионки. — И да, и нет. Насколько я понял, её хозяину или хозяйке, сама Гидра и её идеи безразличны. — Уточнил я. — Самое важное тут: эта голова всё ещё работает у вас, и была среди первых, кому рассказали о грядущей чистке. Так что передай Фьюри, чтобы она как следует прочистила от пыли свой глаз. — И она всё это тебе рассказала, потому что надеялась на помощь в спасении своего братца? — с сомнением протянула Нат. — Как-то это… ты уверен, что тебя не… я хочу сказать: ты ей и правда поверил? Всю эту тираду можно было свести к ироничному: «и ты тут уши развесил?» — Ну так устройте ей допрос, — ответила за меня Ванда. Как с языка сняла. — Ага, как мне тогда. — Добавил я. — Только не облажайтесь на этот раз. — Нет, она точно читает мои мысли. — Всё ещё злишься из-за того случая? — Старательно игнорируя провокации Ванды, спросила Наташа. — Скажите спасибо, что ваше корыто, — не унималась Уилсон. — Всё ещё болтается на плаву после подобных выкрутасов. В следующий раз, когда решите навредить моему парню, лучше подумайте о последствиях заранее. Не все тут такие добрячки, как Питер. С одной стороны приятно, когда за тебя волнуются, а с другой, как-то неловко от того, что за меня заступается женщина. Но, я даже не думал, что её так задел тот случай… к тому же это было уже довольно давно. Хотя да, на её месте, то есть если бы такой допрос попытались устроить кому-то из моих девушек, я бы тоже заточил зуб на Щит. — Ты угрожаешь Щиту? — Романофф настолько опешила, что даже забыла вложить в эту фразу, присущую ей обычно угрожающую интонацию. «Просто предупреждаю» или «констатирую факт» уже пронеслись в моей голове, как самые ожидаемые ответы. — Да, пожалуй, именно это я и делаю. — Но Ванда в своей прямолинейности пошла дальше. Учитывая, что однажды она уже проникла на базу Щита под Нью-Йорком с целью устроить там диверсию — причём сделала это будучи под подавителем способностей — в её исполнении подобные угрозы уже не кажутся пустой бравадой. — Ты ведь и сама понимаешь, — вмешался в то, что в прошлом мире назвали бы не иначе как «мужики опять членами меряются» я, — что допрос под контролем разума — не та благодарность, на которую я рассчитывал в ответ на всё хорошее, что сделал для вашей организации. Тебе бы понравилось такое? — Для меня это — часть работы. — Пожала плечами шпионка. — Как думаешь сколько подобных проверок нужно было пройти бывшей сотруднице КГБ, чтобы оказаться там, где я сейчас? — И словно этого было мало, — проигнорировал её вопрос я. — Вы продолжаете тайно засылать мне шпионов. Я имею в виду, вы и раньше это делали: та девчонка из бухгалтерии и парочка в охране, и да, я давно о них знаю. Но эта Эмбер… это уже наглость. Вы думаете, я не могу просмотреть списки выпускников этой вашей тайной академии? — По идее не должен, — буркнула себе под нос Нат. — На то она и тайная. На что я только фыркнул пренебрежительно, но попытку снизить нарастающее напряжение ненавязчивой шуткой оценил. Молодец. — Вышло не очень красиво, понимаю. — Продолжила Романофф, и по одной лишь интонации, я понял, что будет сказано дальше. — Но ты и сам видишь сколько интереса, нездорового в том числе, ты и твои проекты вызывают у людей и организаций, подобных Гидре или той же Руке. И это, не говоря о разоряющихся конкурентах и прочих недоброжелателях. В этот раз тебе удалось раскрыть обман самому и предотвратить утечку или вероятное покушение, но ты уверен, что так будет всегда? — Для этого у него есть я. — С вызовом ответила Ванда, демонстративно поигрывая пистолетом. — Я нисколько не умаляю твоих боевых навыков, Уилсон. — Спокойно ответила наёмнице Шпионка. — Но, насколько мне известно, твои таланты лучше всего проявляются, когда нужно стрелять, а не думать. — Хочешь сказать, я тупая? — Дёрнула бровью Ванда. — Хочу сказать, что у тебя другая специализация. — Ну так и что ты предлагаешь? — Прекращаю очередную перепалку я. — Взять на работу эту девчонку? — Теперь, когда все карты вскрыты… — Когда нам не удалось тебя наебать. — Перефразировала слова Наташи Ванда. — Больше нет необходимости обходиться полумерами. — Продолжила, сделав вид, что не слышала подколку, русская шпионка. — Нет смысла привлекать к этому кого-то настолько… неопытного. В общем, я предлагаю свою кандидатуру. Вот теперь дар речи отбило уже у меня, да и у Ванды тоже, что редкость. — Я не ослышался? Ты предлагаешь себя? — переспросил я. — Хочешь быть моей секретаршей? Всё-таки меня возвели в один ряд с Тони Старком… выделяют целую Чёрную Вдову для пригляда. Расту. — Я этого не хочу, — старательно удерживая беспристрастную маску, ответила Нат. — Но это лучший вариант для всех нас… я буду выполнять требуемую работу и следить, чтобы люди, вроде Смердяковой, не проникли внутрь этих стен… до тех пор, пока в этом будет необходимость. Нет, какая наглость. Может просто послать их всех. И Щит, и Фьюри, и Романофф, и Колсона… хотя нет, Фила посылать не буду, он — нормальный мужик, что редкость для этого мира. Так и не дождавшись реакции ни от меня, ни от Ванды Романофф продолжила увещевать: — Я понимаю, что ты уже никому в Щите не доверяешь, и это понятно, после всего, что было, но я у тебя в долгу. Ты спас мне жизнь, дважды, и я хочу отплатить за это, хотя бы так. — Ого. Она мне должна, и поэтому я должен принять её к себе на работу, предоставить доступ к СБ моей компании и моим исследованиям, и ещё и зарплату платить из своего кармана! Все русские шпионки такие наглые? — Прямо сейчас у тебя в приёмной сидит ещё одна самозванка. И я готова поставить на это весь свой опыт! Эту ситуацию нельзя оставлять без присмотра. Ну в этом-то она права. Предупреждение Эмбер насчёт Смердяковой оказалось точным. Устроил собеседование, называется: три из трёх! Четыре, если считать инклюзивного. — О нет… — протянула вдруг Ванда, поймав мой взгляд. — Ты же не собираешься согласиться и взять к нам эту суку… чёрт тебя дери, Паркер. А ты! — она перевела, теперь уже точно угрожающий взгляд, на Наташу. — Я тебя насквозь вижу. Попробуй только соблазнить моего парня, я тебе сиськи отрежу, обещаю! … В итоге, они обе, что Романофф, что Уилсон, остались в кабинете, когда я позвал третью соискательницу. Вдова, чтобы своими шпионскими навыками вывести самозванку на чистую воду, а вторая, чтобы следить за первой и, в случае чего, пристрелить всех остальных. Оставлять меня наедине с Романофф она наотрез отказалась. Как резко обострились их отношения! Первый раз вижу, что Ванда меня к кому-то ревнует. Да и с чего она вообще взяла, что между мной и Нат что-то может быть?! Удивительно, но третья соискательница не дрогнула даже после того, как её предшественницу, у неё на глазах, связанную и окровавленную (с прокушенного языка немного натекло на подбородок прежде, чем ей остановили кровотечение), утащила прямо из моего кабинета группа специальных агентов правительства. Что, опять же, говорило в пользу того, что она совсем не та, за кого себя выдаёт. — Она не прошла собеседование. — С предвкушающей ухмылкой ответила на немой вопрос женщины Ванда, демонстративно держа руку на рукояти меча, что лежал у неё на коленях, и не стоит забывать про пистолет, который тоже был у всех на виду. Я ведь просил её не вмешиваться и не пугать раньше времени кандидатку… Впрочем, третья соискательница оказалась не из робкого десятка и представление Ванды не произвело на неё должного впечатления. Удовлетворившись пояснением, она прошествовала к креслу напротив меня и заняла его с поистине царской невозмутимостью, словно всю жизнь тренировалась… после чего начался очередной раунд игры «в гляделки». Этап с рукопожатием мы, как-то так само собой получилось, просто пропустили, но и без этого моё чутьё зашевелилось в беспокойном предвкушении, когда она вошла в помещение. Это было очень похоже на то, что я чувствовал от Смердяковой, но в то же время несколько отличалось. На самом деле, даже для такого опытного пользователя паучьего чутья как я, различать подобные полутона оказалось не так-то просто. — Предлагаю не ломать комедию и сразу перейти к делу. — Устало потёр брови я, лишь мельком глянув на безукоризненно заполненный лист с заданием. — Рассказывай, кто ты и зачем заявилась сюда, а там мы уже решим, что с тобой делать. Она выждала несколько секунд перед ответом, закинула ногу на ногу, скрестила пальцы на коленке и смерила меня оценивающим взглядом, мол, «мы ещё посмотрим, кто тут будет решать». — Сильвия — одно из моих имён, — поведала, иначе и не скажешь, она, — но вам оно вряд ли о чём-то скажет. И замолчала, ожидая ответа. — И что же привело тебя в мой кабинет, Сильвия? — сам того не заметив, я начал играть в эту игру. — Любопытство. — Она улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами. — Редко кому из смертных удаётся произвести на меня впечатление. — Смертных? — ухватился за странное слово я, но пояснений не получил. — Так ты у нас бессмертная? Богиня, Демонесса, Турритопсис? — Первое, в основном, — поморщившись от последнего варианта, ответила эта Сильвия. — Какая честь, богиня спустилась на землю, ради вакансии в моей компании. — О нет, это всего лишь иллюзия. — Снисходительно улыбнулась она. — Я могу слышать и видеть всё, что видит эта иллюзия, но это не настоящее моё тело. Меня здесь нет. Хотя чутьё однозначно говорило мне, что эта женщина… иллюзия богини, не обычная умалишённая, я всё равно почувствовал себя психиатром или, как минимум, героем глупого розыгрыша. — То есть ты не умрёшь, если я прострелю твою голову? — снова не сдержалась и встряла в это странное интервью Ванда, и да, в руке у неё уже был пистолет. — Не умру, хотя это было бы довольно невежливо с твоей стороны. — Всё с той же надменной полуулыбкой ответила она. — Ванда. — Я предостерегающе помотал головой, а то у неё уже палец дёрнулся к спусковому крючку… — Мне не понятен твой скепсис, ты ведь уже встречался с моим братом — Бальдром. — Даже не шелохнувшись в ответ на угрозу выстрела, сказала Сильвия. — И он оставил тебе эту рану, которую ты не мог залечить два дня. Тогда ты не выглядел таким самонадеянным. Вот чёрт, приплыли. А я только начал надеяться, что ничего действительно серьёзного сегодня не случится, и я смогу спокойно насладиться выпускным школьным вечером, на который пойду с тремя прекраснейшими девушками в мире. — Значит ты из Асгарда. — Подвёл итог я. — Сестра этого… Бальдура. — Бальдра, — поправила меня, Сильвия. — Именно так. Я по-новому посмотрел на гостью. Внешнего сходства особо не заметно, если не считать то, что она, как и он безусловно красива. Хотя общее впечатление от Сильвии было всё же получше. Может потому, что она пока не пыталась зарезать меня полуторным мечом, ну или я просто предпочитаю красивых женщин красивым мужчинам. И всё же. Она из Асгарда и кровный родственник того ублюдка. А это значит, что все те сверхчеловеческие свойства, маркеры которых я обнаружил в образце его крови, должны быть присущи и ей. И только лишь это — даже без той странной магии и защиты, которыми обладал Бальдр — уже делает её чрезвычайно опасным противником. — И зачем ты пришла ко мне? — возвращаемся к тому, с чего начинался этот странный разговор. — Чтобы предупредить тебя. — Легкий намёк на довольную улыбку — видимо заметила, как я внутренне подобрался, начав гораздо серьёзнее её воспринимать — посетил губы Сильвии. — Мой брат был изгнан из Асгарда за то, что помог его врагам попасть в Замок, за использование тёмной магии и за вероломное покушение на жизнь другого бога. Теперь он вынужден скитаться по Девяти Мирам, но его не устраивает такое положение. Он жаждет отмщения и удовлетворения своих тщеславных амбиций. И здесь он нашёл то, что может использовать для воплощения этих коварных замыслов. — И что же это? — она явно ждала от меня такого вопроса, и я не стал ломать эту часть спектакля. — Артефакт огромной силы, оставшийся в вашем мире после древней войны. Он уже стал причиной нескольких войн здесь, в Мидгарде, в том числе той, которую вы называете ужаснейшей за всю историю. Сейчас этот артефакт в руках твоих союзников, которые называют себя щитом человечества. Они не понимают, что попало к ним в руки, но, как и всегда, пытаются использовать его в качестве оружия. В своём тщеславии они думают, что смогут использовать Бальдра, чтобы он открыл им ключ к силе артефакта, но правда в том, что это Бальдр использует их, чтобы достичь своих целей. Боже, этот слог, зловещие предзнаменования, боги и древние артефакты, оставшиеся от, опять же, древних войн, я как будто попал в фэнтези… но почему именно я? О, и кстати о Щите, неразумно играющем с древними и опасными артефактами, что наш новый консультант скажет об этом? Я скосил взгляд на Романофф — сидит со скучающим видом, словно ничего необычного не происходит. — Эта вероломная женщина нас не слышит, — пояснила для меня Сильвия. — Я создала для неё иллюзию. После сам решишь, что ей рассказать, а что нет. А вот и демонстрация способностей. — Ох, сколько же от тебя пользы, — помахала рукой перед носом ни на что не обращающей внимания Наташи Ванда. — Шпиён экстракласса. Как бы мы без тебя справлялись-то? Сильвия же смотрела на них как на детей или, может, зверушек в зоопарке. — И почему же ты пришла ко мне? — озвучил часть своих мыслей я. — Твой брат, конечно, неприятный тип, но мне, если честно, нет никакого дела до ваших семейных разборок. Почему бы вам, богам, не решить свои разногласия у себя, в Асгарде, не привлекая к ним нас, ничтожных смертных? — Потому что никто и ничто в пределах Игдрасиля не способно причинить вред моему брату. Такова воля наших родителей — правителей Девяти Миров. В число которых, если ты не знал, входит и ваш — Мидгард, но вы зовёте его Землёй. Сильнейшие воины Асгарда не в состоянии даже поцарапать его кожу. Даже я, — она выделила голосом местоимение, — не могу ранить его, но ты смог, Питер Паркер. Человек из другой вселенной.