Не все то золото, что блестит

Я приняла душ, наскоро умывшись прохладной водой. Ни тебе музыки из смартфона, ни армии баночек-скляночек на полках. Мрак и тоска, в общем. Снова села на кровать, ссыпав перед собой помятые бумажки и мелочь, доставшиеся мне от шпиона Гриндевальда. Вид этих копеечек, честно говоря, удручал. Хватало еще на два дня жизни в гостинице и всё. Финита ля комедия. Конечно, я не собиралась просаживать здесь последние деньги. Ночую одну ночь и еду обратно в гущу Парижа. Здесь на окраине не найти ни денег, ни работы. И уж явно я не встречу Скамандера с Якобом. Но с таким количеством денег соваться в центр города тоже смешно… Я кинула взгляд на блокнот и вздохнула. Наверное, были какие-то умные способы «поднять бабла», но я пошла по другому пути, твердо решив обчистить гостиницу. Надеюсь, удача будет на моей стороне, потому что я ведь итак, попала в поттериану в не самые лучшие обстоятельства. И — нет, мне не было стыдно за такое малодушное решение. Утром я проснулась, привела себя в порядок и вышла на маленькую исследовательскую прогулку. Из соседней двери тоже вышла ранняя пташка, молодая девушка, и, закрыв дверь застучала каблучками в сторону выхода. За стойкой регистрации был худой меланхоличный молодой человек. Я поправила сползавшую с меня юбку и прошла дальше. Немного простояв на улице и проводив взглядом спешащую соседку, я вернулась в комнату. Забраться к ней в комнату было делом не из легких. Чертово окно снаружи не открывалось, так что пришлось, трясясь на высоте второго этажа от холода, сначала найденной железякой прорезать маленькую дырку. Затем я ударила в это слабое место и смогла аккуратно разбить стекло в этой области, оставив остальное окно нетронутым. Просунув руку в образовавшийся проем, повернула ручку и, наконец, вошла в комнату. Нужно было действовать быстро. Сердце быстрым стуком подгоняло меня. Открыв шкаф, я выхватила два простых, но подходящих мне по размеру платья. Фигуру соседки я успела оценить, комплекция была та же, хоть девушка и обладала ростом повыше моего. Скатав в рулоны, я уложила платья в ридикюль, кинув туда же теплый пиджак. В ящике комода нашлись и деньги. Я прикусила губу. Раз девушка живет в этой гостинице на отшибе, это явно все ее сбережения. Чертыхнувшись на свою совесть, закрыла шкафчик, не взяв денег, и от обиды прихватила шляпку, которая была мне совсем ни к чему. Собрав в комнате все свои небогатые пожитки, я, не переодеваясь, вышла в коридор и прошла в сторону общей кухни на первом этаже. Быстрыми движениями поставила на плиту сковородку, налив в нее масло. Подождала, пока оно разогреется и подожгла масло. А потом поступила по мотивам одного нашумевшего в интернете видео парнишки, который налил в горящее масло воды. Разумеется, я прицельно запустила воду издалека. Все полыхнуло мгновенно. Огонь бушевал на милых шторках, лизал полотенца,а потолок стал черным от копоти. Выглядело страшно, воняло ещё хуже, но на деле настоящий пожар не должен был разгореться. Быстрым шагом я удалилась от кухни, и стала ждать, спрятавшись в другом конце коридора. Через пару минут в сторону кухни побежал администратор, а я помчалась к его рабочему месту. — Боже, благослови небрежных, — пробормотала я, поворачивая ключ от кассы. Ну, вот денег могли бы заработать и больше, знаете ли! Я сгребла все до последней монетки, закинув их в сумку, и ринулась из гостиницы. Пробежав приличное расстояние, я спряталась за покосившейся хибарой и, оглянувшись по сторонам, сменила одежду. Надела плотное синее платье, которое было длиннее, чем необходимо, но сидело ровно по фигуре, и накинула сверху пиджак. Вот и вид гораздо более приличный. Все-таки встречают по одежке, и я знала, что в добротном платье вызову гораздо больше доверия и симпатии, чем в обносках на несколько размеров больше. Однако, старую одежду я не стала выкидывать. Не стоит разбрасываться и так скудными вещами. Надев на голову шляпку (зря, что ли я ее умыкнула), я одернула пиджак и чинным шагом пошла в сторону оживленных улиц. Я ходила по городу, словно неприкаянная. Поела, купила хлеба на вечер и снова ходила. То же чувство, что заставило меня покинуть дом мадам Кози, сейчас заставляло меня бродить по городу. Этот зуд в груди, как будто говорил, что что-то должно произойти. Забавно, может, этот зуд ведет меня к смерти. Я встряхнула головой, нет, тут что-то другое. У меня было достаточно денег, чтобы найти себе комнату и переночевать, но… мне не хотелось. В смысле, мне было прохладно, хотелось полежать на чем-то помягче скамейки, но меня не тянуло ни в одно помещение. — Бред какой-то, — с раздражением выдохнула я, сидя на скамейке в парке. Солнце уже село, и, похоже, мне придется заночевать на улице. Я потерла переносицу. Надо было хотя бы на вокзал пойти. Моё сонное состояние слетело, когда я услышала русскую речь. В мою сторону двигалась пара, мужчина и женщина держались под руку, и дама была очень взвинчена. — Нам непременно надо найти другую няню! Я не доверяю этой Жоржетт! — Неужели, ты не сможешь потерпеть её недельку, — вздохнул мужчина. Пара прошла мимо меня, женщина тряхнула плечом. — Нет, не могу, в ней есть что-то… Я не знаю! Я медленно встала со своего места, и пошла за ними на приличном расстоянии. Разумеется, выскакивать сейчас с криками «вот она я, та, кого вы так долго искали» — глупо. Поэтому я проследила за ними до их дома и вернулась к ним утром, заночевав в хилой ночлежке неподалеку. Максимально приведя себя в порядок, я улыбнулась и постучала в дверь, которую открыла уже знакомая мне женщина. — Доброе утро! Я по объявлению в газете, это вы искали няню? — спросила я на русском. — Здравствуйте! — женщина явно удивилась. — Да, мы искали няню, но не давали объявления в газету. Я нахмурилась и вздохнула. — Простите, но разве это не улица Симон Ле Фран? Женщина покачала головой, но потом, посмотрев на меня, улыбнулась. — Вы ошиблись улицей, но знаете, нет худа без добра! Проходите, мы с вами немного побеседуем. Как я сказала, мы ведь тоже ищем няню. И как замечательно, что вы говорите по-русски, — она наклонилась ко мне и прошептала, будто доверяла какой-то секрет. — А то наша прежняя няня, ни слова не знает по-русски, и я боюсь, она не нашла общий язык с Алексеем. Через полчаса общения за завтраком, Наталья Николаевна уже шутила шутки, похлопывая меня по руке. Няня им нужна была с проживанием, на семь дней. Сегодня вечером, если я справлюсь с работой, мне готовы были выдать отработанные за день деньги, и выплачивать каждый вечер по мере отработки. — Какая удача, Злата! Сам Бог, сам Бог послал вас. Я приложила руку к груди. — Это мне повезло встретить вас, Наталья Николаевна! На чужбине встретить своих всегда приятно. Женщина совсем растрогалась и погладила меня по щеке. — Пойдем, познакомлю тебя с Алёшенькой. — С радостью, — я улыбнулась. Женщина была уверена, что я работала няней несколько лет в Великобритании, откуда переехала недавно из-за жениха, который оказался мошенником. И украл все мои собранные деньги, документы, сбежав с другой дамой. Что ж, врать здесь у меня входит в привычку. «Хотя, это еще не самое худшее, что ты сделала за эти дни, поджигательница» — пробормотал внутренний голос. Наталья Николаевна спросила у меня все данные: фамилию, отчество и дату рождения. «У моего мужа есть знакомые в полиции, вдруг кто-то нашел твои документы и передал в отдел». Познакомив нас с мальчиком, Наталья с мужем удалились по делам. Я не стала узнавать, куда они ходят каждый день, посчитав, что это совсем не моё дело. — Ну, здравствуй, мой спаситель, — я улыбнулась Алёше. Пятилетний мальчик посмотрел на меня и улыбнулся. Мы точно подружимся.

***

«…Девушка украла одежду соседки, пробравшись к ней в комнату через окно. Палочки по-прежнему не имеет, действует магловским способом. Подожгла кухню в гостинице и украла из кассы деньги. Ни с кем в контакт не вступала, очевидно, знакомых в этой стране не имеет. Французский язык не знает. Достоверно известно, что она говорит на английском и русском. После побега из гостиницы, бродила по городу. Предположительно, без цели. Вечером в парке проследила за парой русских. Наутро устроилась к ним няней на неделю. Проживает в доме нанимателей. Допросил этих маглов. Им она представилась Златой. Двадцать пять лет. Родилась в Российской Империи, в 1902 году, в Москве. Пять лет работала няней в Великобритании. Переехала в Париж вместе с женихом, который украл ее деньги и документы. Четвертый день живет у маглов. На улицу выходит лишь на прогулки с ребенком. Знакомств больше ни с кем не заводила. Продолжаю наблюдение.» Геллерт отложил отчет. Очевидно, больше половины ее рассказа — ложь. Если бы она жила где-то в Париже, после побега она бы помчалась в свой дом, а не к незнакомой женщине. Не воровала бы одежду. Скорее всего она неудачно трансгрессировала. Мужчина вздохнул. Или её кто-то подослал. Может, даже без её ведома. Но с какой целью?