A Path Less Taken

— С ними там всё будет в порядке? — спросил Рекс. — Мы не оставляли следов, кроме того, я не говорил им, куда иду, и я сделал всё, чтобы Затмение было невозможно отследить. Здесь главное одно: тебя не затруднила моя просьба присоединиться к нам? — спросил его Энакин, перед тем как поставить корабль на автопилот, — знаю, это было внезапно, поэтому волнуюсь, что не дал тебе время для раздумий. — У меня было полно время для раздумий, и эта работа имеет свои преимущества. Думаю, приобретать голосовой модулятор было хорошей идеей, ведь теперь никто не сможет понять, что я клон. Ещё я рад, что броня хорошо сидит, — ответил Рекс с улыбкой. — Это было покупкой наугад, так что я рад, что угадал твой размер. А что насчёт экипировки? — Намного больше, чем было у меня, когда я был солдатом. Теперь у меня есть реактивный ранец, огнемёт, ручной огнемёт и гранаты. Не говоря уже об этом, — сказал Рекс, вынув бластер из кобуры, — ВЕСТАР34с. — Знал, что они тебе придутся по вкусу. Они, конечно же, не твои старые, но…  — Нет, эти намного мощнее. Я рад, что смог получить такое обмундирование, — ответил клон, сунув оружие в кобуру и посмотрев на свой шлем, — хватит говорить обо мне. Ты абсолютно уверен в своём решении? — Нет, конечно же. Вот поэтому я и решил действовать, пока не поменял мнение, — на что Рекс улыбнулся. — Прямо как ты бы сделал, — после этих слов улыбка исчезла с его лица, — а Асока? — Она поддерживает меня в этом вопросе, что само по себе больше, чем я ожидал. Хотя, это не говорит о многом, — ответил Энакин хмуро. — Хорошенько подготовься перед тем, как поговорить с ней. — Как будто мы мало говорим? — Я не это имел в виду. Мы уже установили, что между нами больше нет прежних формальностей, поэтому буду честен. Ты заметил перемены… в поведении Асоки? — Какие именно? — спросил Энакин. — Теперь задам вопрос иначе. Ты видишь её в другом свете после вашего ухода из Ордена? — спросил клон. На это Энакин посмотрел на Рекса с мрачным предчувствием в глазах. Он спрашивал как будто… Энакин нахмурился. Это внезапное изменение в настроении Энакина немного выбило Рекса из колеи. — Ты знаешь об этом? — Зависит от того, что ты имеешь в виду. Надеюсь, мы сейчас на одной волне. — Если это не то, о чём ты думаешь, то, прошу, не суди меня, хорошо? — Я уже имею своё мнение о тебе. Ты отличный человек с золотым сердцем, который до последней крови бьётся ради благого дела, но это не означает, что ты идеален, — успокоил его Рекс. — Ты же знаешь про мои проблемы с женой? — спросил Энакин, на что Рекс кивнул, — ну, отчасти, проблема… скажем, в моём подсознании, в том, что я не хочу урегулировать проблемы в браке. До недавних пор я даже не хотел осознавать этого. — Что именно помогло тебе в этом? — Я абсолютно уверен, что причиной этому стало то, что я… — зарычав при этом, Энакин вонзил ногти себе в ладонь, — … сам не знаю как, но влюбился в Асоку. Энакин ожидал глаза, полные шока, удивления или отвращения, но ничего этого он не увидел. Лицо его товарища говорило об обратно: они оба не только были на одной волне, но Рекс ещё и поддерживал Энакина во всём. Ну, Энакин пришёл к такому суждению, видя выражение на лице друга. — Долго до тебя доходило. — Это не делает всё легче, Рекс! — Прости, прости, я знаю. — Самое невероятное это то, что говорить об этом вслух так правильно и приятно, хотя это поднимает всё проблемные вопросы, связанные с этими чувствами. Я ненавижу смотреть правде в лицо, — ответил Скайуокер, а его плечи безнадежно упали. Рекс никогда в жизни не видел Энакина таким… отчаянным. Не полностью побитым, но отчасти. Энакин в глазах клона всегда был человеком, уверенным в себе в любой ситуации, поэтому это было чем-то новым для него. — Ты должен сейчас думать об одном, стоит ли оно того. — Стоит, в этом нет сомнений, — немедленно ответил Энакин без капли сомнения в голосе. — Ну, это снимает одну из проблем. Только один вопрос: что ты будешь делать с этим? — Взять хотя бы мой брак. Он разваливался уже давно, а идея о том, что мне надо развестись, сильно ранит. А попытка воплотить это в реальность поранит ещё сильнее, — ответил Энакин, смотря в сторону, после чего повернул голову с серьёзным лицом, — но это точно случится рано или поздно. — Если это тебя успокоит, могу уверить, что Асока ответит «да», когда ты будешь готов задать нужный вопрос. — Почему ты так думаешь? — Я же понял твои чувства, только наблюдая за тобой. Вы оба слепы, когда дело касается ваших отношений, — ответил ему Рекс, заставив Энакин почесать затылок. — Это настолько очевидно? — Не так чтобы очевидно. В этом есть некая тонкость, хотя в то же время её и нет. Не могу нормально объяснить, просто для меня ваши отношения кажутся слишком близкими. До поры до времени я считал, что сошёл с ума, пока не поговорил об этом с твоими родственниками, — ответил клон. — Они тоже знают об этом? Рекс… — Клянусь, у них были те же подозрения насчёт вас, просто они были теми, с кем я мог бы поговорить на эту тему, — ответил Рекс, подняв руки, как будто сдавался. — Будь рад, что я не могу доказать или опровергнуть твои слова, — ответил Энакин, пока выключал автопилот, приближаясь к планете, — мы подходим на подлёте. Не смей говорить с Асокой на эту тему, это моя проблема и я сам решу её. Если ты скажешь ей об этом, я обязательно узнаю. Не смей говорить ей ни слова, или, клянусь Силой… — Я не хочу валяться госпитале несколько месяцев, поэтому я клянусь не вымолвить ни словечка. — Отлично, — ответил Энакин, на чём их разговор был окончен. Рекс даже не думал снова говорить об этом, учитывая, каким пустым взгляд Энакина, когда он всматривался в Корусант, сажая корабль.

~~~

— По рукам, — произнёс Энакин, кивнув. Вопросы с платежом для Энакина были урегулированы между Джедаем и политиком. Ими оказались Палпатин и Мейс Винду. В этом случае, был баланс приязни и неприязни для экс-джедая. — Я проверю, чтобы кредиты были доставлены по назначению. Рад твоему возвращению, Скайуокер, — тепло улыбнувшись, произнёс Палпатин, Энакин ответил ему тем же. — Спасибо вам, ваше превосходительство, — ответил Энакин, кивая. После его ухода он повернулся к Винду, — мы получили свои деньги, а вы наши услуги. Теперь, какие будут ваши указания? — Пока ничего делать не надо. Когда придёт время, мы свяжемся с вами, — ответил Винду, смерив глазами Энакина сверху вниз, — но всё-таки я бы хотел украсть немного твоего времени. — Для чего? — Ты научился контролю, Скайуокер, — ответил Винду. — И? — Ты не такой, каким я ожидал тебя увидеть. Безрассудный, с проблемами привязанностей, за решениями которых можно отследить с помощью бесчисленных допущенных ошибок. Принятие тебя в Орден было связано с рисками, которые в итоге оправдались, — объяснил Винду. — Ты будешь говорить по делу, или я здесь для твоих оскорблений? — Мои слова имеют цель, — продолжил Винду тем же голосом, — я хочу сказать, что ты превзошёл мои ожидания, хотя они и не были сильно завышенными. Особенно учитывая твои взаимоотношения с твоим бывшим мастером. — Оби-Ван мой друг! — Вот поэтому из него плохой учитель, — ответил Винду. — Оби-Ван научил меня многому, — продолжил Энакин, и в его голосе слышался гнев. — Но он не научил тебя дисциплине, не научил терпению и контролю, тому, чего тебе всегда не хватало. Он обучил тебя многому, но не обучил многим другим вещам, которые были тебе нужны. Если бы ты научился этому, то мы бы сейчас здесь не говорили, — объяснил Винду, — у меня были опасения насчёт твоего обучения, но теперь я вижу, как его привязанность к тебе повлияла на твои тренировки больше, чем хотелось. — Моё обучение? — Не назначь Совет по желанию Квай-Гона тебя падаваном Кеноби, я был бы первым в списке для взятия тебя на обучение. Не последуй они этому, то, скорее всего, я бы стал твоим мастером, хотел ли я этого, или нет, — ответил Винду, что сильно удивило Энакина, хотя по делу не должно было. Он возненавидел идею обучения у Винду, но вместе с этим ему было любопытно, как его обучение разнилось бы с обучением у Оби-Вана. Он ни на что не поменял бы своего мастера, но эта идея всё же зудела в голове… — Удивлён? — спросил Винду, видя молчание Энакина, — Хотя ты и должен был. Это не секрет, что ты меня терпеть не можешь, то же самое могу сказать про тебя. Я делаю вещи, которые тебя нервируют, и наоборот. Я до сих пор не могу понять, как ты мог оставить всё, что здесь создавал для себя, ради своего падавана. — Она значит для меня намного больше этого, — ответил Энакин, а его взгляд потемнел. — Не сомневайся, когда придёт время, это используют против тебя, Скайуокер, — предупредил его Винду, — привязанности были запрещены по делу, их могут использовать против тебя. — Мои привязанности делают меня тем, кем я являюсь, Винду, ни много, ни мало. Они дают мне силу, тебе этого не понять. — Хм, закалённость Джедая с сердцем Ситха. Интересно какая из частей выиграет в конце? — спросил Мейс. — Не существует только одной стороны, только обе сразу. — Ты уверен в этом? Джедаи намного лучше тебя пытались пойти по этому пути и провалились. Лучший тому пример Дуку, — ответил ему Винду, — придёт день, когда тебя доведут до точки невозврата, ты будешь полностью поглощён своими негативными эмоциями, страхом, ненавистью, гневом. Что тогда тебя остановит? Есть ли у тебя какой-то барьер, который поможет тебе не пасть на Тёмную Сторону? — Это то единственное, что есть у нас схожего, — ответил Энакин с каменным лицом, на что Винду удивлённо поднял бровь, — желание делать добро. Вот это я имею. И пока есть хорошее и хорошие люди, ради которых стоит сражаться, ты можешь быть уверен, что я никогда не паду на Тёмную Сторону, особенно зная, что этим обреку их на страдания, этого мне хватит. — Ты прав, это, наверное, единственное, что есть схожего между нами. — Этому ещё помогает, что ты не нестерпим до невозможности до той степени, что я не могу поддержать нормальный разговор с тобой, — ответил Энакин. — То же самое могу сказать про тебя, особенно, когда ты закрываешь свой рот и открываешь уши. — Честно, могу признаться, что имею проблемы по этой части, — как-то нехотя признался Энакин. — Да, ты имел такую проблему, хотя сейчас всё намного лучше. Ещё, надеюсь, ты понимаешь, что мы не позволим тебе убивать налево и направо, пока платим за твою работу? Мы хотим видеть список заключённых, а не мертвецов! — Не могу обещать насчёт Дуку, но насчёт других можете не беспокоиться, — ответил экс-джедай, заставив Винду вздохнуть в бессилии. — Ну, у тебя ещё есть над чем поработать по части контроля. — Я не из этих психов, которые наслаждаются убийствами, я просто убираю тех, кто представляет большую опасность. Это справедливо, я так считаю, — ответил Энакин. — Это не делает всё легче. Всё же, пока мы оплачиваем твою работу, воздерживайся от убийств. С Дуку и Гривусом всё понятно, но остальные должны быть пойманы и приведены обратно, чтобы предстать перед судом. Понял? — Да, учитывая, что теперь платите мне вы, — продолжил Энакин, кивая. — Отлично, и ещё одно, перед тем, как я уйду, — сказал Винду, — держи ухо востро с Канцлером. — Почему? — На всякий случай. Он постепенно получает всё больше и больше полномочий, что не может не беспокоить, — объяснил Мейс. — Вы не должны беспокоиться, если дело касается него. — Ты сейчас серьёзно? — удивлённо спросил Винду, выйдя из комнаты. Энакин проследил за ним взглядом перед тем, как уйти самому. Он знал, что в нём могла говорить его паранойя, но он прочитал нечто иное в Палпатине, когда тот вошёл в комнату. В нем было что-то… скрытное. Энакин встряхнул голову от этих мыслей. Об этом он мог подумать позже. Сейчас ему надо было разобраться со своими в первую очередь.