A Path Less Taken

— Теперь перед тобой выбор. Конечный выбор — Я не собираюсь ни из чего выбирать. — Но тебе придется, и ты будешь служить Темной Стороне! Ты не сможешь избежать своей судьбы! — Отпусти её! — Только если сделаешь правильный выбор. — Не слушай его, Эни! — Замолчи! Энакин открыл глаза так быстро, словно где-то рядом взорвалась бомба. Мокрой от холодного пота рукой он попытался небрежно вытереть лоб. Было трудно отличить правду от лжи и сны от видений. Последнее, что он запомнил, это треск мощной электрической волны и механическое дыхание. — Судя по выражению твоего лица, сон был не из приятных, — произнесла Асока, которая лежала рядом с ним на соседней кровати. Так как они были в Храме Джедаев, то не могли спать в одной постели и при этом не подвергать себя риску. — Видение или просто кошмар, я не знаю. В одном я только уверен, что Тёмная Сторона еще не побеждена и представляет большую угрозу, — ответил ей Энакин, присаживаясь и снова потирая лоб. — Думаю, ты можешь поговорить с Мастером Йодой. Знаю, что большинство Джедаев упертые бараны, но у него может быть хорошая подсказка для решения твоих проблем. — Про видения? Я не уверен в этом. — Тебе и не надо рассказывать ему всё в деталях, ты можешь говорить туманными фразами. — Думаю, это плохая идея сама по себе, — отверг ее предложение экс-джедай, качая головой. — Твой выбор. Но тебе все равно надо хоть что-то предпринять. Помимо того, мы встречаемся, так что я к тебе привязана, Скайрокер. Нравится мне это или нет, но я привязана еще сильнее, чем раньше. Поэтому только от меня ты не можешь скрыть свои чувства. И это говорит мне, что с тобой не все в порядке, — ответила Асока и встала, чтобы сесть рядом с ним. — Итак. Мы можем поговорить об этом? — В этом… видении мы были в Сенате. И там человек с очень… старым и хриплим голосом, он сумел схватить тебя и при этом пытался убить, — еле произнес Энакин, глядя на пол. — Что я и ожидала. — Если понадобится, я не буду спускать с тебя глаз день и ночь. — Нет, ты не будешь. Кроме того, что ты просто доведешь себя до полусмерти, есть и более важные дела, которые нужно завершить. Энакин, ты должен пройти через это. Мы были в опасности даже перед тем, как ушли из Ордена. Почему ты так испугался именно сейчас? — Асока положила руку ему на спину. — Это из-за… — Дело не только в том, где мы сейчас. Просто раньше у меня не было таких видений, — ответил он, ощупывая переносицу. — Такое чувство, что это часть чего-то большего. Подобные видения у меня случаются не так часто. — Теперь ты уже уверен, что это видение. — Простые сны не пробирают меня до костей. — Эни, всё в порядке, даже если я не смогу победить этого злого Лорда Ситхов, то у меня в союзниках всегда есть всемогущий Избранный, — она говорила с усмешкой, однако при этом одной ладонью сжимала его настоящую руку, а другой поглаживала по спине. — Чем чаще так меня называют, тем сильнее я ненавижу этот «титул». — Нравится или нет, так тебя прозвали. И в любом случае я буду с тобой до конца, с видениями или без них, — успокоила его Асока, целуя его руку, которую крепко держала в своей. — Я рад это слышать. Но я отказываюсь терять тебя… особенно если в моих силах предотвратить такой исход. — Поверь мне, чем больше ты думаешь об этом, тем хуже делаешь себе. Попытайся поспать, Эни, и при этом не думать о всяких видениях, — и Асока вернулась в свою постель. Энакин закрыв глаза, начал спокойно дышать. Как бы логично ни звучали слова Асоки, он все равно не мог выгнать из себя это грызущее чувство беспокойства.

~~~

Энакин сидел с закрытыми глазами, выставив перед собой живую руку. Там был длинный порез от светового меча, и он делал все возможное, чтобы отвлечь внимание от боли. Нужно было просто сконцентрироваться на Силе. «Сила способна на всё. Просто требуется определенное мастерство» — думал он, направляя Силу через рану, которая начала медленно затягиваться. Он не мог видеть это, потому что его глаза были закрыты, но понял, когда боль постепенно отступала. Когда же он решил открыть глаза, рана исчезла. «Это уже что-то, я могу лечить, но будет ли этого достаточно?» — думал он. Последние несколько часов он тренировался в этом. А Асока кантовалась у Рекса, поэтому он и не рассказал ничего ей. Так или иначе, вся эта практика, которая по своей сути была просто сидением в комнате и тренировкой умений в Силе, не очищала его голову от видений. Было много чего, что Энакин мог принять, но смерть близких не входила в эту категорию. Это было то, о чем он не мог даже помыслить или допустить. Если у него был способ предотвратить потерю, то сидеть на месте и ждать, пока это произойдет, было не лучшим вариантом. Нужно стать сильнее. Приготовиться. Он знал, что у Силы есть множество применений. Надо просто найти их и научиться использовать. — Ты выглядишь обеспокоенным, Скайуокер, — голос принадлежал Цину Драллигу, который, склонив голову, смотрел на Энакина с любопытством — Со мной всё хорошо. Просто дурной сон. — А может и видение, — добавил джедай, пройдя дальше в тренировочный зал. Его глаза уловили бесчисленное количество порезов на стенах и полу, сделанные световым мечом. Похоже, парень практиковался с дроидами. — Это были видения, — уточнил для него Энакин, — плохой конец которых я пытаюсь предотвратить. — Я считаю, что сколько бы ты ни боролся с чем угодно, это в конце все равно станет реальностью. — Могу тебя уверить, если время придет, я буду готов сразиться с этим, — жестко ответил ему Энакин. — И как ты собираешься биться с тем, о чем не имеешь понятия? — С помощью постоянной практики, чтобы быть готовым, когда время придет. Если я буду вынужден сражаться ради неё… — на этом он прервал себя, поняв, что сказал больше, чем должен был, — … ради всех, кого люблю всем сердцем, то я буду готов. Цин посмотрел на Энакина понимающим взглядом, понимая, что видение у экс-джедая были о дорогом для его сердца человека. Умение предвидеть будущее было тяжким бременем, и только малое количество ситхов и джедаев могли похвастаться этим умением. Хотя он не сомневался, что Скайуокер был в их числе. — Готовь себя как можно лучше, но не только свои силы и умения. Твой разум должен быть готов ко всему. — Бессмысленный совет. Я это и так знаю, но знать и делать это разные вещи. — Что ж, тогда приготовь себя к худшему из сценариев, ведь ты не знаешь, по какому пути придется идти, — добавил Цин, — просто дружеский совет. Энакин только раздраженно вздохнул. Тот же совет он слышал и от Асоки, но ни она, ни Цин не понимали, в какое смятение его вгоняли эти сны. Смерть матери изменила его навсегда. А смерть Асоки… На этом его взгляд очерствел, а ладони превратились в кулаки. Этого он не допустит любой ценой. Даже если это будет стоит его собственной жизни. — Хорошо, — на этом Цин заметил, как его взгляд успокоился, а плечи расслабились. То что он себе наговорил в голове, успокоило его. — Если ты не против, то мы могли бы провести тренировочный матч. Мне нужно отвлечься. — В том случае, если ты пообещаешь не отправлять меня в лазарет во второй раз, — сухо попросил Цин. На этом края губ Энакина искривились в ухмылке, когда он попытался удержаться от смеха. — Обещаю, — сказав это, он включил свой меч. Цину было нетрудно признать его превосходство в умении драться на мечах. Ведь он был из тех кто всегда пытался научиться чему-то новому, даже терпя при этом поражение.

~~~

— Итак, он боится за тебя после плохого видения? — допрашивал тогрутку Рекс. — В общем и целом, — ответила Тано, смотря с закрытыми глазами на потолок, — видение не кончилось моей смертью. Скорее Энакина поставили перед выбором, а этого для него вполне достаточно. — Честно? Я не удивлён ни капельки. При малейшей угрозе Энакин всегда готов действовать, но если в такой ситуации находишься ты, думаю, все это умножается раз в десять. — Ты и не представляешь. Смотря на него, я могу легко сказать, насколько сильно страх мучает Энакина, и что бы я ни говорила ему, это не успокаивает его вообще. — Просто не выпускай его из виду, это единственное, что ты можешь сделать, — дал ей совет Рекс, поднимаясь, — выпьешь чего-нибудь? — Не против, — она откинула голову на спинку дивана. Единственной надеждой сейчас было постараться оградить Энакина от влияния Темного Лорда. Если тот пронюхает об их отношениях, то она, в первую очередь, станет мишенью — вот ещё одна причина держать все в секрете. А когда поймают Дуку и война закончится, можно будет вздохнуть спокойно. Она мечтала чтобы это закончилось так легко. Хотя сила Темной стороны становилась все мощнее. Это могли чувствовать как она, так и Энакин. И, если верить словам Оби-Вана, то Совет тоже чувствовал это. Они готовили план, хотя она, думая так же, как и Энакин, скорее была за то, чтобы решать все по мере возникновения опасности. — Возьми, — Рекс протянул ей кружку воды, при этом заметив, какой задумчивой она была, — что на этот раз? — Я знаю, что говорила когда-то, что я буду рада концу войны, но теперь я буду вдвойне рада этому. — Охотно верю. Я тоже жду конца войны, когда смогу взяться за более честную работу, нежели работа охотника за головами. Если я смогу найти работу, где я не буду в постоянной опасности быть застреленным в спину, то я обеими руками за это, — признался Рекс, закинув ноги на столик. — Признаться честно, я буду скучать по тому, как мы резали жестянок, — улыбнулась Тано, заставив Рекса засмеяться. — О, я тоже буду скучать по этому, но нам нужно сделать некоторые жертвы ради конечной цели, — выпивая поддержал ее Рекс. — Отлично, нам осталось только поймать Гривуса, лидеров Сепаратистов и найти этого тайного Лорда Ситхов, чтобы положить всему конец. — Гривус не может вечно прятаться. Главное чтобы он, как всегда, не ускользнул. — Что касается лидеров Сепаратистов, учитывая их скользкий нрав и трусость, то они скорее всего попытаются спрятаться где-нибудь в укромном месте, — добавил Рекс. — А в случае с Лордом Ситхов, единственным, кто сможет вытащить его из норы, это Энакин. Ведь именно по этой причине Сепаратисты так искали нас и пытались всеми правдами и неправдами взять нас живьем. Но если он попытается заставить Энакина стать ситхом или осмелиться хоть тронуть его своими грязными ручищами… — прорычала Асока, но в конце успокоилась. Она прекрасно понимала, что Энакин мог позаботиться о себе сам, но ни за какие шиши она не позволила бы какому-то бессердечному ублюдку наложить свои руки на её Эни. — Ну, тогда мы скорее всего уже будем искать остатки этого смельчака, — уверенно высказался Рекс, вытягивая Асоку из своих мыслей. — Прости, я немножко… — Хочешь защитить? — Конечно же, хотя я скорее обеспокоена. Я всё чаще вижу его в неистовом гневе. Если есть минимальный шанс того, что он падёт, то я сделаю всё возможное, чтобы этого не допустить. Такое чувство, что если бы я ушла, а Энакин остался, то все было бы гораздо хуже, — сказала Асока, потирая виски. — А после я бы ненавидела себя, потому что не смогла ему помочь и меня не было рядом с ним. — Ты слишком сильно сосредотачиваешься на том, что могло быть. — Знаю, знаю, со мной такое нечасто бывает, но иногда накрывает. Я беспокоюсь, и тому причиной постоянный гнев Энакина и его видения. Мне страшно оттого, насколько я сильно его люблю, что каждый раз, когда я представляю его в опасности, мой разум просто перегружается. Думаю, у него то же самое, — Асока допила остатки воды из своей кружки. — А что бы сделал ты на моем месте? — Ну, только на том условии, если я изменю свои сексуальные предпочтения, — задумчиво произнес Рекс, заставив Асоку ударить его по плечу. — Ты прекрасно знаешь о чём я, упертая ты задница! — засмеялась Асока, чем заставила Рекса тоже улыбнуться. — Да, думаю, это единственный способ порассуждать на эту тему. Кстати, об этом… — Асоку прервал стук в дверь, — ты кого-нибудь ждешь? — По правде говоря, да, но стоит проверить… — посмотрев через глазок и убедившись в личности гостя, он кивнул головой и открыл дверь, являя Асоке стоящего за дверью Оби-Вана. — Добро пожаловать в мои скромные апартаменты, мудрый джедай. — Не помню, чтобы ты был настолько саркастичным, — подняв бровь, удивился Кеноби. — Это пришло после того, как я перестал жить в исполнении чужих приказов. У меня своя компания. — Здравствуй, Асока, — поприветствовал её Оби-Ван, помахав рукой. Тогрутка же лениво помахала ему в ответ, — так вот где ты живёшь? — Здесь есть все, что угодно моей душе. В целом, я удивлен твоему визиту. — К счастью на фронтах тихо, а те инциденты, которые возникают, уже решаются довольно большим количеством Джедаев, — пояснил Кеноби, потерев шею, — Энакин здесь? — Нет, ему нужно было решить одну проблему, но ты можешь посидеть с нами, — Рекс указал на диван рукой. Немного колеблясь, тот все-таки сел, тогда как Асока, вздохнув, повернулась к нему. — Хорошо, ты можешь поговорить со мной, — сказала девушка. — Что? — Ты прекрасно знаешь о чём, ты сам не свой после того, как я и Энакин рассказали тебе о своих отношениях, — уточнила она, когда по лицу Кеноби промелькнули странные эмоции. — Вот! Вот именно об этом я и говорю. — И ты хочешь поговорить об этом именно сейчас? — Почему нет? Просто игнорируй Рекса, с ним всё будет в порядке. — Спасибо, тоже люблю тебя, Сока, — с сарказмом произнес Рекс, поднимаясь, чтобы приготовить себе поесть. — Не называй меня так, — на автомате пригрозила ему Асока. — О, это право принадлежит только Эни? — подколол ее Рекс. Оби-Ван ожидал резкого ответа от неё, но точно не ожидал увидеть, как её лекку резко потемнеют. Он даже не мог вспомнить, чтобы видел Асоку настолько смущенной, и потому это выглядело чересчур странно. — Заткнись, — пробормотала она, когда Рекс направился на кухню с удовлетворенной улыбкой на лице. Он любил подкалывать её об отношениях, особенно в последнее время, когда делать это стало невероятно легко, плюс это было приятным времяпровождением. — Неважно, — собравшись, продолжила она, — Давай уже, поговори со мной. В чём проблема? — Проблемы как таковой нет, просто я до сих пор многое не могу понять, — прозвучал его ответ, и Тано удивилась. — Я думала, ты уже свыкся с этим. — Никто не может полностью контролировать свои эмоции. Если бы это было возможно, то джедаи давно позабыли бы о понятии гнева. Но это не то, о чём я хотел поговорить. — Проблема в возрасте? — спросила она, заставив Кеноби замолчать. — Оби-Ван? — Когда тебя назначили падаваном Энакина, ты была очень юна, в твоём возрасте дети шли в среднюю школу, а Энакин должен был идти в университет. Так что всякий раз, когда я думаю о вас как о паре, то натыкаюсь на разницу в возрасте между вами, а мои мысли переносят меня в тот день, когда вы оба встретились. Я до сих пор не могу свыкнуться. Асока вздохнула, понимая, что это будет проблемой для многих людей, но она надеялась, что Оби-Ван уж точно не должен был быть в числе этих людей. И хотя его проблема заключалась не в простой разнице в возрасте, а в чем-то ином, но это не отменяло того факта, что она все же была. — Тогда тебе стоит привыкнуть. Энакин больше не твой ученик, а я больше не его падаван. Я больше не та девушка, которая была слишком высокомерна, чтобы попросить помощи во время битвы с Гривусом, или та, которая неумело руководила армией. — Поверь мне, когда я говорю, что все понимаю, это не значит, что теперь все в порядке. Одно дело понимать, а другое — принимать. Если что, я был уверен, что если он и влюбится, то в кого-нибудь похожего на сенатора Амидалу, — объяснил Кеноби, и Асока плотно сжала губы, услышав имя сенатора. Ей удалось вернуть самообладание, но Кеноби сумел поймать часть ее негативных эмоций. — Что такое? — Ничего. — Перестань юлить и говори прямо. — Если я скажу, то опять начну злиться, а этого я хочу в последнюю очередь. — Но ты думаешь об этом прямо сейчас, не так ли? — понимающе спросил Оби-Ван. Было несколько вещей, которые Кеноби не переносил, и одной из них было её молчаливое поведение. Учитывая, как ее глаза сузились, он оказался прав и в этот раз. — Чёрт возьми, конечно же я думаю об это. Отлично, я тебе всё расскажу. Это и о твоей дорогой Падме. Энакин случайно не говорил тебе, что был женат? — спросила Асока, и глаза Оби-Вана расширились, — видимо нет. — С ке… — хотел он сказать, но понял на полуслове, — и что случилось? — По всей видимости, его дорогая женушка решила изменить ему вместо того, чтобы начать решать проблемы собственного брака вместе, — добавила она с лживой улыбкой. Вот только ее глаза были холодными и полными гнева. Кеноби нахмурился, он и представить не мог такой поворот событий, просто потому что он не мог все предвидеть. — Ну, это… невероятно. Я удивлен, что он не удосужился рассказать мне. — Он не хотел поднимать эту тему, и я не виню его. Она очень сильно ранила его, а это непростительно для меня, — после того как Асока успокоилась, она продолжила, — а теперь вернёмся к главной теме разговора. — Хорошо. Только… дай мне время, чтобы я смог переварить всю эту информацию. Это больше, чем я ожидал. — Всё в порядке, я полностью тебя понимаю. Но если бы ты знал, насколько счастливым он делает меня и я делаю его счастливым, то ты не стал бы так переживать и был бы только рад за нас, — добавила она с лёгкой улыбкой. И это была добрая, нежная улыбка, которая говорила сама за себя. — У тебя есть в планах рассказать об этом Мастеру Пло? Думаю… — он прекратил говорить, когда увидел, как тогрутка покачала головой. — Он уже знает обо всем и поддерживает нас, — сказала ему Асока, и ей было очень приятно объявить об этом вслух. — Правда? — искренне удивился Кеноби. — Правда. Это делает меня счастливой, а еще более счастливой сделает меня еще и твое одобрение, — сказала Асока. Оби-Ван хоть и покачал головой, но понимал, что для того, чтобы привыкнуть, ему поначалу нужно хотя бы принять реальность такой, какой она есть. Но он улыбнулся, вспомнив, как она покраснела от подколки Рекса. Это было похоже на реакцию нормальной юной девушки, а не воина, которого учили воевать с детства. «Энакин и Асока? Именно то, что я никак не мог бы предвидеть» — подумал Кеноби, откинувшись на спинку дивана, — «тем не менее, у меня нет ни капли сомнений, что их отношения будут крепкими».