Сложнее, чем кажется

      Только тебе, не кому-то ещё кажется я далеко зашёл И не хочу, чтоб меня кто-то спас В изумрудном лесу этих бешеных глаз       Снейп не мог выдержать взгляд этих зеленых глаз, которые смотрели на него с диким желанием. Он ждал сегодняшней встречи. Ох, как ждал. Еще с утра, когда испортил три записки для Поттера кляксами из-за неизвестного волнения. А почерк у Снейпа со школьных лет был идеальным и никогда прежде таким он не грешил. Послав к черту все, он принял успокоительное зелье, на уроках отсиживаясь якобы за проверками работ. А позже просто сделал вид, что Поттера не существует. Он не хотел никаких образом показывать свою заинтересованность.       В 19:45 Северус уже начал считать минуты. Конечно, он старался изображать невероятно холодного и черствого, а к тому же занятого человека, но ничего не помогало и сейчас он ощущал себя девочкой-первокурсницей, которая с трепетом ждала какого-то знака внимания от парня из старших классов. Но нет, Гарри лишь оружие. Как там говорил Дамблдор… Он должен умереть? Да, именно. Этот ребенок ни на что не годен! Его можно только расположить к себе, играть с чувствами, наслаждаться страданиями, а потом бросить под ноги Лорду, чтобы убить главного врага в своей жизни. Двух главных врагов. И Волдеморт и отпрыск Поттера весьма подпортили ему жизнь, поэтому сейчас Снейп имеет право отыграться и отомстить. Ненависть в нем кипела…        19:55. Да. Да, Снейп ждал под дверью. А когда послышались шаги и ровно в восемь Снейп не услышал долгожданный стук, он самолично втащил Поттера в свой кабинет. Да, он был необоснованно зол, но внутри так спокоен и доволен.       Но это зелье… Черт, что оно сделало с Поттером? Оно превратило его даже не в «Другого» Поттера, а в Гарри. Просто Гарри. Не «Гарри Поттер», не «Поттер», не «Мальчик-который-выжил», а Гарри. Такой нежный, такой привлекательный, не вызывающий отвращение, как прежде. А то, как эти глаза смотрели на него, на Снейпа… Мурашки побежали по спине, в легких кончился воздух.       Никто, никогда прежде не смотрел на него так. Никто не вызывал таких чувств. Даже Лили, глаза которой сияли также прекрасно, как и у ее сына, не смогла и под зельем пробудить в Северусе, в этом забитом с детства, в черством, холодном и немногословном человеке таких эмоций, хотя та казалась ему идеалом. Ангелом, спустившимся с небес, такой доброй, милосердной и чистой Лили была в сознании Снейпа даже после принятия зелий, но сын Поттера наоборот вызывал в нем не самые лучшие эмоции и не самые приятные воспоминания.       Но почему именно Гарри зацепил Снейпа? Даже не Лили или кто-то другой. Та была идеальной девушкой, которая нравилась Северусу, была ему хорошим другом, но… Она не смотрела на него с желанием, со скрытой тоской, с нежностью. Не заставляла его лоб потеть, руки дрожать, голос пропадать. А Поттер будто преданный щенок глядел на своего профессора, не в силах оторвать взгляд. Он всегда возвращался к нему, всегда отвечал смело, не боялся Снейпа, как другие ученики.       — Поттер… — Единственное, что смог сказать Снейп в тот момент. Гарри смотрел на него, будто пытаясь что-то сказать. Щеки парня покрылись румянцем. Северус понял, что если сейчас он не возьмет себя в руки, то случится что-то ужасное.       — Уходите. Сейчас же. — Сказал он тихо и отрешенно, с трудом отводя взгляд от Поттера.       — Но… — Попытался что-то сказать Гарри.       — Никаких но! — Снейп пытался стать злым, но у него ничего не выходило. — Не заставляйте меня кричать.       — До свидания, профессор. — Гарри даже на него не посмотрел уходя. Северус слышал, что в голосе парня дрожь, что тот удивлен и расстроен. Да, Снейп сейчас боролся с желанием подойти и обнять его, возможно даже извинится, но не отпускать его в слезах бегать по Хогвартсу.       Дверь за Поттером закрылась. Снейп устало поплелся ко входу в свои комнаты, не желая видеть ничего, кроме хорошего алкоголя.

***

      Почему в жизни Гарри Поттера все так сложно? Неужели появилась хоть маленькая надежда, небольшой лучик света и радости, хоть что-то хорошее в его жизни, что так легко разрушить словами. Нет, определенно, Снейпа надо забыть. Нельзя поддаваться мимолетным ощущением. Но Гарри же видел, как на него смотрел профессор. Как он сказал это «Поттер», от чего мурашки побежали по спине. Нет! Быть не может, что Снейп ничего не почувствовал. Но почему тогда прогнал? Не сказал ни слова. Почему? Почему со Снейпом так сложно? Гарри должен добиться своего. Но как, если он не знает, чего сам хочет, чего хочет Снейп и как расположить его к себе.       Определенно, Гарри не нужен Снейпу. Конечно! Даже после этого глупого зелья отношение Северуса к нему осталось прежним. Он для него все еще сын Поттера, все еще глупый мальчишка, который ни на что не способен. А зелье Дамблдора лишь усиливало эти чувства. Никогда, ни за что на свете Снейп не сможет относится к Гарри лучше. Это просто немыслимо. Но почему тогда для него Северус перестал быть тем злым профессором, после язвительных замечаний которого Гарри приходил в ярость? Сейчас этот человек вызывает в нем совершенно противоположные чувства.       И если раньше Снейп был причиной вспышек гнева у Гарри, то сейчас эти вспышки превратились в возбуждение и желание. И даже во что-то большее, о чем Гарри не мог и думать.       Гарри был разбит. Он шел в гостинную, не думая ни о том, что может быть пойманным кем-то, о слухах, о Роне. В голове крутилось лишь: «Уходите. Никаких но! Не заставляйте меня кричать.» Он не помнил, как добирался до Гриффиндорской башни. Лишь Снейп, его запах, вкус зелья, а дальше холодные и пустынные коридоры на пару с разбитыми надеждами.       Гарри молча пересек гостиную, не обращая ни на кого внимания, а затем улегся спать. Утром же, когда он один явился на завтрак, его ждал, как он и ожидал, шепот отовсюду. Но как он испугался, когда в обрывках разговоров слышал не «Уизли, ссора, глупый Поттер», а «Снейп, пришел ночью, вышел чуть ли не после отбоя».       — Привет, — сказал Гарри, опускаясь на лавку возле Гермионы. Та вдруг покраснела и опустила взгляд. — Что-то случилось?       — Гарри… — Шепотом сказала она. Ей было видимо очень неловко сидеть с ним. До Поттера кажется начало доходить, что происходит что-то очень плохое. О, нет… Если его кто-то увидел без мантии у Снейпа… А если вспомнить их драку с Симусом на почве того, что Гарри обидели слова по поводу того, что он ЛЮБОВНИК профессора… Черт! Теперь все это слишком сходится. И люди будут думать, что они со Снейпом… Ах, как жаль, что даже слухи не могут быть правдой. Но кроме шуток, что же ему делать? Если дойдет до Дамблдора, а до него дойдет, он уволит Северуса. Ему же будет легче, ведь Снейп ему больше не нужен, как шпион, а Альбус сам говорил, что как учитель он не незаменим. Значит, у Гарри не останется помощника в войне и… Того человека, к которому у Гарри впервые появилось что-то невероятно приятное.       — Гермиона, что это за слухи? — Спросил тихо Поттер.       — Все считают, что ты… — Она замялась. Но, взяв весь свой арсенал тактичности в кулак, Гермиона все же смогла правильно выразиться. — Ты с профессором Снейпом вступаешь в интимную связь. — Девушка покраснела еще больше, опуская глаза. — Гарри, скажи, это так? Ведь я знаю, ты проводишь с ним много времени, может…       — И ты поверила этим слухам? — Чуть ли не выкрикнул Поттер. — Гермиона, ты же знаешь, у нас со Снейпом совместная работа. Вчера я принимал у него антидот. — Совсем тихо сказал Гарри.       — Прости меня, Гарри. Я просто… Хотела удостовериться, что это все вранье. Ты же меня знаешь. Просто на секунду мне показалось, что ты изменился. Но может это действия ваших зелий. Прости еще раз.       — Все бывает, Герм, я не обижаюсь. — У Гарри на секунду отлегло, но вдруг он понял, что остальным о зелье и о других военных делах Поттера и Снейпа не известно. Поэтому его ждут неприятности.