Сложнее, чем кажется

Дождь, не трожь мою любовь Я спрятал далеко, ты не найдёшь О чем же ты молчишь? О чем поёшь, дождь?       — Гарри... Ты спишь? — Кто-то хлопал Поттера по плечу. Сначала парню казалось, что это сон, и он пытался удержаться в состоянии спокойствия и тепла, но обладатель сильной руки, пытавшийся разбудить Гарри, был настойчив. Поморщившись, Поттер все же проснулся. Не открывая глаз, он понял, что за ним Рон. Под мягким одеялом было уютно, ему не хотелось выбираться из тёплого плена постели. Но выбора у него не было, он открыл глаза и откинул одеяло в сторону. Тело пробила дрожь. Стало мерзко и неприятно, голова слегка болела. — Хм, Рон... Что ты... Что тебе нужно? — Странно, что Уизли общался с ним. — Гермиона попросила тебя придти в гостиную. — Тихо сказал он, почесывая затылок. Его уши были красными, также как и щеки. — Эм... Спасибо. Я сейчас спущусь. — Гарри нащупал на тумбочке очки, потер глаза, зевнул, надел их и взглянул в окно. Шум дождя был причиной его усталости. Вчерашний день казался ему невероятно длинным и утомительным. А отсидев сегодня на уроках, он, по приходе в башню, почти сразу завалился на кровать и уснул. Интересно, зачем же Гермиона позвала его? В комнате было так тепло и уютно, не хотелось отсюда уходить, но радовало, что не нужно хотя бы покидать башню. Наконец, Гарри спустился к Гермионе. Та стояла взволнованная и какая-то необычная... Ее ранее непослушные каштановые волосы, которые торчали в разные стороны, сейчас преобразились и лежали ровными локонами на ее худых плечах. Ее алые губы блестели, будто их намазали мёдом, а глаза стали выразительнее и ярче. Почему она выглядела так, для Гарри пока ещё оставалось загадкой. — Привет, Гарри, я разбудила тебя? — Гермиона явно смущалась. — Нет, брось, все нормально. Ты чего-то хотела? — Как-то спокойно проговорил Гарри. — Да... Не мог бы ты... Ну.. — Обычно речь Гермионы была четкой и уверенной, но не сегодня. Да что с ней такое? — Дать мне свою мантию-невидимку на вечер, пожалуйста. — Выпалила она. Все ясно. Но зачем ей это? — Эээ... Конечно! А зачем? — Поттер удивленно глядел на неё. Девушка наклонилась к нему, предварительно осмотревшись по сторонам, и сказала шепотом: — Мы идём гулять с... Драко. Понимаешь? — Ее щеки окрасились ярким румянцем и она, опуская глаза, отпрянула от Гарри. — Ты выручишь меня? Прошу! — Конечно, Гарри помог бы Гермионе. Тем более, мантия ему не нужна сегодня. — Да, конечно. Подожди меня, я сейчас принесу. — Гарри метнулся в спальню и через пару минут вынес девушке сложённую в несколько раз мантию. — Ах, Гарри, ты не представляешь, как сильно нам помог! Мы в долгу перед тобой! — Девушка сияла, на ее лице появилась улыбка. Она быстро поцеловала Гарри в щеку, оставив на ней след малинового блеска для губ и побежала к выходу. Гарри стоял и удивленно провожал ее взглядом. В последний момент он окликнул ее. — Гермиона? — Да, Гарри? — Она удивленно обернулась. — Ты выглядишь просто потрясающе! — Да уж, Поттеру было слегка неловко говорить такое, но он не мог не сделать этого. Смущенная девушка кивнула и вылетела из гостиной, в предвкушении лучшего вечера этой недели, а возможно и месяца. Гарри окинул взглядом гостиную и решил вернуться в спальню, чтобы поспать еще час перед ужином. Укутавшись наконец в своё тёплое одеяло, он не мог просто уснуть. Ибо мысли про Гермиону и Малфоя заполнили его сознание. Где они будут гулять, интересно? Гулять по замку конечно романтично, особенно, когда под мантией вас не видно, но на улице ведь еще лучше. Если бы они смогли туда выбраться, они бы под мантией не ощущали бы дождь и наслаждались тёплом друг друга. А если бы они вылезли и холодные капли дождя бы намочили их волосы и одежду, кто бы злился? Наверняка, Малфой бы выпендривался и плевался... А может с Гермионой он другой ? Гарри никогда этого не узнать. Это было так интересно. И недоступно для Гарри. Нет, ему не особо хотелось быть в курсе всех подробностей свиданий Малфоя и Гермионы, он думал о себе. С кем бы он мог также тайно гулять, прятаться от профессоров, радоваться дождю, ждать встречи. Кто бы мог полюбить такого, как он? Он пустой. Что есть в Гарри Поттере, кроме популярности из-за какого-то проклятия? Кто Гарри без шрама, кто он без Волдеморта? Неудачник. Никому не нужный, неумелый трус. И никто никогда его не полюбит. А Снейп? Он хоть чуть-чуть его любит? Бред.

***

Поттер стоял в подземельях. Возле комнат Снейпа. До ужина оставалось полчаса. И Гарри хотел умереть. Да, он вновь довёл себя до этого состояния, когда мысленно начинал унижать себя, пока не доходил до пика. И именно в этот момент ему снесло крышу. Он пришёл к Снейпу. К Северусу, мать его, Снейпу. Потому что будь это кто-либо другой, Поттер бы не смог просто так придти. Любая девчонка бы прогнала его и оскорбила. Но сделала бы это не так, как это делал Северус. Он был особенным. И это очень нравилось Поттеру. Я, никогда не любила себя Сто процентов любви - тебе Вся квартира опять в огне. Эта песня о чем-то важном, Это не письмо о любви к тебе Если было б оно бумажным, То давно б уже горело в огне. Стук. Шаги. Скрип двери. На пороге было совсем не видно хозяина комнат, ибо темнота подземелий поглощала его вместе с его чёрными одеяниями и только бледное лицо и тонкие худые пальцы, сжимающие дверь, отражали тусклый свет факелов в конце коридора. — Зачем пришли? — Грубо, но не громко спросил зельевар. — Я... Можно побыть у вас до ужина? — Черт, Поттер сам не верил, что говорил это. Но пути назад не было. Или... — Простите, я пойду. Тонкая рука обхватила его запястье, от чего по телу прошёл разряд напряжения. Гарри вытянулся, вздохнул и развернулся. Он шагнул в комнаты. Северус куда-то отошёл. Внутри было темно. Не так, как обычно, когда Гарри был тут. Все-таки Снейп оставался Снейпом. — Почему у вас нет света? — Тихо спросил Гарри. — А почему вас должно это волновать? — С нотками раздражения в голосе ответил Северус. Гарри сидел на диване и всматривался в темноту. Было видно очертания мебели, но при этом обстановка была мрачной. Почему Северус сидел в темноте? Ощущение того, что он не мог видеть все четко, наводило страх. Гарри вжался в диван. Закрыв глаза, он втянул воздух носом. Травы, сырость, запах Северуса. Такой успокаивающий. Так хорошо. Так спокойно. Гарри вдруг осознал, что в темноте лучше, ведь ты не видишь все в полной мере. Все становится таким необычным, таким, каким оно нравятся тебе, а не таким, каким оно является. И в этой комнате все стало идеальным в темноте. Только Снейп оставался прежним. Темнота очень ему подходила. Хотя, она не нужна была ему, чтобы стать идеальным. Он уже был самым лучшим. Во всяком случае для Гарри. Это было необъяснимым чувством, но сейчас, даже в темноте, Гарри чувствовал энергию, исходящую от Северуса и просто хотел умереть от желания прикоснуться к нему. Поттер резко встал. Он быстро нашёл Снейпа в комнате, он стоял рядом с диваном и, как оказалось, просто смотрел в сторону Поттера. Ничем не занимался. Просто стоял. Почему? — Профессор... — Ответа не последовало. Гарри легонько коснулся его плеча, по телу пошли мурашки. Шершавая ткань сюртука сводила с ума, запах трав пьянил. Сделать до что-то ещё? Снейп был неподвижен, и Гарри, путаясь в своих ощущениях, даже не заметил, как тот перестал дышать. Наконец, парень решился. Он шагнул ближе и встал вплотную к зельевару, обнимая его. Это было ошибкой. — Что вы себе позволяете? Идите прочь, Поттер! — Грозно воскликнул Снейп, выставляя руки вперёд, чтобы оттолкнуть Гарри. Он грубо схватил его за плечи, отрывая от себя, и откинул в стену. На лице мага читалось раздражение и недовольство. Он был в ярости. В глазах подростка было удивление и разочарование. Он ожидал совершенно другого. Нет, не взаимности. Просто того, что Снейп позволил бы Гарри обнять его. Как тогда, на камне или на опушке Запретного Леса, где Снейп зачастую сам проявлял инициативу. Гарри просто не понимал, как можно было так оттолкнуть его? Ведь люди, между которыми были томные взгляды, двусмысленные фразы, особые касания, не должны вести себя так. Почему Снейп так поступает? Сначала притягивает к себе, потом отталкивает. Сначала заставляет Гарри чувствовать что-то приятное, а затем превращает эти чувства в бесконечную боль. Он повёл себя с ним... Как Снейп. Как Северус Тобиас Снейп, мастер Зелий и «гроза Хогвартса», которого боятся ученики. Но ведь он был другим... Он был чуть более снисходительным. Гарри не хотелось терпеть то, что он испытывал сейчас, он мог просто уйти, не тревожа ни себя, ни Северуса, но боль, пронзившая его сердце и невероятный, мерзкий холод, заполнивший его душу, просто пережал ему горло и лишил способности двигаться. Гарри стоял и ощущал себя абсолютно опустошённым. Он был подобно самому Снейпу слегка раздражённым и пустым. Не хотелось ничего. Просто провалиться, упасть, заснуть вечным сном, умереть наконец, но не чувствовать такой холод и не видеть гнева в эбеновых глазах.

***

Он наплевал на ужин, на мокрые ботинки, на мантию-невидимку и на свидание Малфоя с Гермионой. Он бежал по мокрой траве. Такой же мокрой, какими были его щеки от собственных слез. Чем он заслужил такую жизнь? Ну конечно, кто-то же должен жить плохо, в качестве компенсации счастья других. Плохой не трогай алкоголь Я заберу себе всю твою боль И за твоё тепло отдам себя всего Снейп сжимал в руках стакан виски. Тьма не покинула его комнату, но теперь заполнила и все внутри самого мужчины. Зачем он вновь испортил все? Он идиот? Нет. Идиот — Поттер, который ведёт себя, как ребёнок. Снейпу словно кто-то шептал «не пей», но было поздно. Северус довольно быстро осушил бокал. Что-то неприятно кольнуло в районе сердца. Поттер был в опасности.       Гарри бежал по мокрой траве, не останавливаясь. Он упал. Грязь испачкала его руки, все лицо и брюки. Он упал лицом в грязь. Опять. В очередной раз он сделал глупость. Рыдая, ощущая на губах вкус крови вперемешку с землей, Поттер не хотел вставать. Да, его место тут, в грязи, в мерзости. Да, Северус ненавидел себя. Даже не за то, что не контролировал свой гнев или был чересчур злым. Он не любил себя за то, что был похож на отца. Один в один, мерзкий и грязный, отвратительный, плюющийся желчью человек, который в любой ситуации тянется за бутылкой. Почему Снейпу этот человек испортил детство, а другие этого не получили? Каждый обязан страдать, имея рядом такого. Значит, Снейп станет таким. За что так больно? Почему Гарри не мог дышать? Почему легкие будто заполнил горячий песок, а тело стало невыносимо тяжелым? А может, это сон? Снейп бежал. Так быстро, как не бегал никогда прежде. Мокрые пряди чёрных волос прилипли к лицу, ноги скользили по траве и земле, а он бежал, пытаясь дышать ровно. Впервые его переполнял жуткий страх. Он будто чувствовал, что что-то невероятно плохое случится именно сейчас, если он не придёт. Он помнил детство, когда отец замахивался рукой на мать, а внутри все сжималось. В доме стоял жесткий запах алкоголя, было грязно. Он не мог ей помочь, ведь он был слаб. Он любил свою мать так, как не любил никого. Она была ему примером и единственным тёплом, ещё до появления Лили Эванс. Северус слышал, как плачет и кричит мать. И никто не мог помочь. Только он. Но он не мог оказать сопротивление. И ему оставалось лишь закрывать уши и мысленно просить у матери прощения. Страшно ему было, когда вернулся Волдеморт. Когда он понял, что Гарри там, в лабиринте, с этим человеком, испоганившим ему жизнь, Северуса охватил такой страх, что колени тряслись и губы задрожали. Внутри все холодело, мужчину бросало то в жар, то в холод. Он хотел умереть, закрыть Поттера собой, вытащить оттуда, хотя даже не знал, что там происходит. Каждый раз, когда Гарри попадал в лапы Лорда, сердце Снейпа по неизвестным причинам сжималось. Он бежал от этих ощущений, он ненавидел себя за это. Но при этом он все равно знал, что если он не уберёг мать, Лили, то он обязан спасти Гарри. Он — единственный, который и вправду мог бы ему помочь. Никому не нужен Гарри. А если кому-то и нужен, то они не способны спасти его. Они слишком слабы. И только Снейп мог помочь этому мальчишке. И сейчас Северус был виноват. Виноват в том, что Поттер пропал. И только Снейп может вернуть его.