Научи меня жить заново

— Чон Чонгук, верно? — раздается высокий голос молодого парня, что выглядывает из-за двери кабинета. — Да, — выпалил парень, подскакивая с места от неожиданности. Он уже битый час сидел в душном здании, директор которого о существовании кондиционеров, по всей видимости, не слышал. — Пройдите пожалуйста, — все так же безразлично подзывает рабочий. Гук резко соскакивает с насиженной за длительное время лавочки, и, с надеждой в глазах, спешит войти. Внутри прохладно, стойкий запах чего-то мятного и гораздо светлее, нежели в коридоре. Зрачки сужаются от резкого солнечного света и пару секунд уходит на то, чтобы глаза привыкли. Перед Чоном восседал необъятных размеров мужчина. Выглядел он весьма стереотипно. Третий подбородок показывался из-под второго, пуговицы на белоснежной рубашке с трудом выполняли свои функции, а физиономия этого человека выражала абсолютную незаинтересованность. Маленькие глаза прошлись по парню, изучив его с ног до головы, а после бегло пробежали по его резюме, ни на минуту не прекращая выражать свою неприязнь. — Ваши фотографии весьма скучны, — отвратным скрипучим голосом сделал заключение директор. — Это мои старые работы, сейчас я могу сделать намного лучше и в зависимости от ваших пожеланий. Мужчина еще некоторое время пошуршал распечатанными листами. — Мы вам перезвоним, — нехотя выдавил из себя жиртрес. Чон, потупив взгляд пару секунд, расстроено развернулся и направился к выходу. Столько ожидания, кряхтения над чертовым резюме и что в итоге? Очередной провал. Как и во всей его жизни. Не смотря под ноги, парень идет по плохоосвещённому коридору к выходу. Заходя в стеклянный лифт, парень нажимает на кнопку первого этажа. Кабина двигается бесяче медленно и Чонгук неосознанно рассматривает свое отражение. Казалось бы, все тот же темноволосый парень с хорошим телосложением, с ростом чуть выше среднего и выразительными черными глазами. Все так же, как и всегда. Только вот никаких эмоций, будто внутри что-то сломано. Чего-то не хватает… Лифт, злорадствуя, кое-как дополз до первого этажа. Хотя, в том вина лишь разжиревшего жлоба, что не хочет выделять деньги на благоустройство. Отворив давным-давно заржавевшую дверь, что издала режущий слух скрип, Чон оказался на свежем воздухе. Вдохнув полной грудью, он почувствовал дуновение ветра. Волосы слегка растрепались и кожу обдало приятной свежестью. Вот только мозг кипит от злости и несправедливости. Что их не устраивает?! Он ведь всю жизнь старается изо всех сил, забивая на сон, пищу и здравый смысл. Стоя на краю крыши, едва не сорвавшись, он делал потрясающие фотографии рассвета, не спит, чтобы запечатлеть луну в четвертой четверти. Простудившись от холода, делать снимки красивых рек и многое другое. Да, все это выглядело достаточно мрачно. Но Гук видел в этом красоту и некую эстетику. Но, по всей видимости, только он один и видел. Держа в руках свои работы, Чону дико захотелось сжечь их где-нибудь в безлюдном месте. Хотя, а на что он надеялся? Без связей, без денег и, кажется, без таланта… Естественно, никуда не возьмут. Да и все рабочие места в крупных точках Сеула давно «забронированы» богатенькими эгоистичными чадами директоров, их заместителей и шлюшек-секретарш. А с минимальным количеством цифр на счете простого паренька, рожденному близь Пусана, в столице Кореи никто не ждал. Вся надежда была на удачу и талант. Но последнее вырвано, размазано по стенам множества кабинетов, уничтожено полностью. Ноги сами по себе двинулись вперед, неся хозяина в неизвестном ему направлении. «И что теперь?» — пронеслось в голове Гука вновь. Можно сказать, что этот вопрос стал девизом по жизни. Парень измученно усмехнулся. Но улыбаться было не к месту. Уже меньше, чем через неделю закончится аренда его маленькой квартирки, а оплатить дальнейшее проживание нечем. Скорее всего, придется возвращаться в захолустье? Но ведь он так ничего и не добился. Как минимум, стыдно, ведь все соседи и знакомые годами слушали о его мечтах. Как тот станет востребованным фотографом, заработает состояние и сможет глотнуть богатой жизни. Вернуться — проиграть, и парень прекрасно осознает это. Но ведь вариантов больше нет. Хотя… Гук поднимает глаза на колоссального размера здание, а точнее на его крышу, что кажется такой далекой, будто пробивает собой облака. Чон мысленно перенесся туда, чтобы почувствовать моменты свободы. Долго-долго смотреть вниз, как делал он тогда, у себя дома, ожидая восходящее Солнце. Адреналин дарит незабываемые ощущения, ведь один неверный шаг и ты познаешь прелести свободного полета. А что если…? На мгновение парень ощутил неимоверно сильное желание попробовать подобное. Терять все равно нечего, но жаль, что провернуть такое можно лишь раз. Но сдалась ли кому-то жизнь Чонгука, помимо него самого? Ответ очевиден. Можно было подумать о чувствах матери, но и она покинула парня буквально пару месяцев назад. Впрочем, только мама и держала его в отдаленности от пагубных мыслей о самоубийстве. Однако Гук многократно прокручивал в своей голове гуманные и не очень способы, как лучше будет попрощаться с жизнью. Вены? Слишком банально. А спрыгнуть с крыши? Хах, все так же предсказуемо. Но Чона манила высота. Ощущение мимолетной свободы только усиливало эффект. А что ему стоит? Парень сделал весьма уверенный шаг вперед навстречу зданию. В голове не было ни одной мысли сожаления или страха. Всем его существом завладели пустота и тьма. — Поберегись! — неожиданно незнакомый молодой человек, что старался успеть за автобусом, врезался в отстраненного от реальности Чонгука, прилично развернув последнего. — Извините! — выкрикнул на последок студент, залетая в транспорт. Чон тряхнул головой. Плечо ощутимо ныло от резкого удара, однако пелена перед глазами слегка рассеялась. Взгляду парня предстал рекламный щит с надписью «Требуются работники клинингового сервиса. Зарплата договорная, выше среднего.» Далее адрес и способы связи. В другой ситуации Чон и читать бы не стал, но внимание привлекло обещание круглых сумм. «Была ни была?»

***

— Возьми поглубже, малыш, — глухо произносит Тэхен на выдохе, запуская длинные пальцы в золотистые волосы Пак Чимина. Парень сползает и размешается на коленях меж ног брата, дабы максимально сократить расстояние. Пак расслабляет горло, а то будет подташнивать, и вбирает глубже, заставляя Тэ опрокинуть голову назад. Сосет жадно, мокро, будто с минуты на минуту отберут. Пелена похоти и желания затмила глаза и сейчас есть только Тэхен. Его так хорошо знакомый запах, его сбитое дыхание, бархатный низкий голос, переходящий в звериный рык от наслаждения. Ким же властно и резко сжимает светлые волосы и задает свой темп. По всей комнате гуляют звуки хлюпанья, тихого поскуливания Чимина, вперемешку с гортанными хриплыми стонами Кима. Пак отстраняется и, поднимая свой взгляд на Тэхена, улыбается. Пошло. Даже нагло. С такого ракурса только он может видеть брата. Прикасаться к его нежной золотистой коже. Вдыхать такой знакомый аромат его одеколона. Слышать его глубокие мелодичные стоны и кончать от них тоже может только он и никто другой. Небольшие капли слез скопились в уголках глаз, но это не волнует. Парень мягко сжимает ляжки любовника. Взяв член, он начинает двигать рукой. Тэхен толкается, давая понять, что хочет большего. А Пак повинуется. Нежно прикасается пухлыми губами к розоватой головке. Целует. Обводит своим шустрым влажным язычком, ублажая каждый сантиметр. Спускается ниже. Исследует эстетично выпирающую венку, оставляя мокрые дорожки. Знает, что брату нравится, знает, что вот-вот доведёт. И нагло продолжает, свободной рукой гуляя по плоскому животу Кима. Тэхен губы закусывает и непроизвольно прогибается в спине, низким голосом простонав имя брата. Глаза горят грешным огнем, когда Чимин чувствует теплое солоноватое семя на своем языке и тут же сглатывает, соблазнительно облизнувшись, отстраняясь. Тэхен большим пальцем размазывает по припухшим губам брата тонкую нить слюны. — Хорошо постарался, — хвалит он чуть тихо всё еще хриплым голосом. Чимин приоткрывает рот и вбирает палец, смотря снизу вверх. В джинсах тянет и Пак надеется на продолжение, но, видимо, позже… С пошлым причмокиванием разомкнув губы и выпустив брата, Чим опускает голову. — Не сейчас, детка, — подтвердил его догадки Тэхен, — пока помоги себе сам, а вечером я возьму упущенное. Тэ взгляд на парня не бросает. Молча застегивает ширинку и выходит из комнаты, оставив Пака в распоряжении самого себя. Минуя дверной проем, Ким спокойным размеренным шагом направляется в сторону гостиной. Этот дом принадлежит его брату, но Тэхен ведет себя здесь весьма по хозяйски. Когда-то они с Чимином жили вместе, но после смерти его матери и тети Виён их отцы сильно повздорили. Конфликт оказался настолько значительным, что главы семейства приняли решение разъехаться. Но тем не менее, старший Пак не смог уехать далеко и в итоге поселился в соседнем особняке. К тому же, маленьких братьев нельзя было разделять, да и дедушка Туан не позволил бы сделать этого. Поэтому, что у Чимина, что у Тэхена уже давно два дома, где каждый чувствует себя спокойно. Хоть Паку и велено было удовлетворить себя самостоятельно, парень не собирался выполнять указания брата. Приведя себя в порядок, Пак двинулся вслед за Тэ. Найдя его в гостиной, сидя на обитом дорогой кожей диване, Чимин присел рядом и только намеревался что-то возмущенно произнести, как его внимание отвлек из неоткуда появившийся дворецкий. — Мистер Пак, к Вам пришла девушка. Хочет устроиться на работу. Ожидает в коридоре вот уже десять минут. Позволить пройти? Чимин встает с дивана с заинтересованным видом, дабы поприветствовать гостью, Тэхен же, не меняя позы, недовольно закатывает глаза. — Да, конечно, она ведь наверняка устала. Дворецкий удалился для того, чтобы пригласить кандидатку в гостиную. Спустя пару минут, в проеме показалась молода девушка, лет двадцати пяти на вид. Её внешность соответствовала всем критериям «идеала». Бледная и ровная кожа, едва заметный, возможно, преданный силами макияжа румянец, маленький носик, огромные глаза, слегка вьющиеся каштановые волосы, что тонкими прядями спадали на плечи. Фигура также отвечала параметрам. Ярко выраженная талия, привлекательная грудь и худые женственные ножки. Мечта любого парня, как говорится. — Здравствуйте, — милым голосом промурлыкала девушка и низко поклонилась. — Ну вот, — скучающе протяну Тэхен, не дав поздороваться Чимину в ответ, — очередная шлендра. Девушка широко распахнула глаза, как, впрочем, и сам Чимин. — Не говори такое вслух, — смущенно произнес Пак. — Вы нам не подходите, — все так же надменно уничтожил надежды девушки Ким, — всего доброго. — Но вы даже не взглянули на мое резюме! — эмоционально выпалила кореянка, протягивая бумаги. И, сменив тон на более учтивый и дружелюбный, продолжила, — мое имя… — Ты, кажется, глухая, раз не услышала с первого раза? — раздраженно перебил ее Тэ, — я ведь сказал, можешь быть свободна. Чимин просто выпал в осадок с подобной грубости брата. Конечно, Тэхен часто отвечал людям весьма резко и прямолинейно, но никогда он не был настолько жесток. Девушка застыла с приоткрытым ртом, не зная как на такое реагировать, Тэхен же просто опустил веки и откинулся на спинку дивана, показывая, что не желает продолжать диалог. — Проводи ее к выходу, пожалуйста, — шепнул все еще шокированный Чимин дворецкому. Как только дверь захлопнулась, Пак налетел на брата. — Ты чего творишь?! Это явно перебор! Уже четвертый человек за день! Хэй! Ты меня слушаешь вообще?! Пак отвесил легкий подзатыльник Киму, на что тот незамедлительно отреагировал. — Совсем страх потерял, мелкий? — в шутливой форме отвечает Тэ, перехватывая руку брата, на что последний побагровел от злости. — Я вообще-то первый родился! — выпалил он на высокой ноте, из-за чего Тэхен лишь засмеялся. — А если серьезно, то я так без уборщицы останусь! А особняк далеко не маленький. Или ты мне полы мыть планируешь? Ты ведь знаешь о моем перфекционизме! Нужно чтобы все было вылизано! Услышав последнее слово, Тэхен неоднозначно улыбнулся, подумав не о том, тем самым вогнав брата в краску. — Следующий человек, который придет устраиваться на работу, будет принят без всякого собеседования, и не важно, что ты скажешь, понял? И вообще, это ведь мой особняк! — включая маленького ребенка закончил мысли Чим. Тэхен, довольный собой, неопределенно пожал плечами.

***

Вот уже битый час плутая по улицам Сеула, покорно повинуясь указаниям навигатора, Чонгук проклял уже всех и вся. Серьезно, как можно было понастроить столько однотипных зданий?! Ноги устали от ходьбы и желудок напоминал о себе, постоянно урча. — Может в луже утопиться? — шутит Чонгук вслух, стараясь тем самым отвлечь себя от усталости и замечает на себе взгляд мимо проходящий женщины, что, видимо, сочла его поехавшим. Спустя еще минут двадцать, парень все же набрел на относительно подходящее место. Взглянув на табличку дома, он с радостью понял, что адрес совпадает. Ликуя, Чон огляделся. Перед глазами красовался огромный каменный забор с изящными узорами из позолоченных железных прутьев. Выглядело массивно и в то же время достаточно эстетично. Преодолев ступор, парень отыскал глазами видеодомофон. Потупив взгляд еще пару секунд, он набрался смелости и нажал на кнопку связи. Послышался короткий звонок, а после на том конце ответил низкий мужской голос. — Чем могу помочь? — Здравствуйте, я по поводу работы, — нервничая, произносит Чон, тыкая объявлением в камеру. — Подождите секунду. Звонок завершился и Чонгук остался стоять в одиночестве около ворот. Через время послышался характерный звук отпирания замка и высокий пожилой дворецкий распахнул двери. — Прошу, следуйте за мной. Гук слегка растерянно двинулся вперед, озираясь по сторонам. Двор был спроектирован так, что от богатства дух захватывало. Пройдя по выложенной белым камнем дорожке, Чон оказался у столь же изящной входной двери, которую своевременно открыл слуга, жестом приглашая парня войти. Холл выглядел достаточно сдержано, но в воздухе витало ощущение роскоши. Двери в темных тонах, выстроенные в ряд, мраморный пол с интересным витиеватым узором, широкая картина на стене. Но больше всех в глаза бросалась массивная люстра, какую только в фильмах и можно было представить. — Пройдите дальше, пожалуйста, — напомнил о себе дворецкий, на что Чонгук поспешно прикрыл распахнувшийся от увиденного рот и послушно двинулся. — Мистер Пак ожидает Вас в своем кабинете, — произнес слуга, как только он наконец-то довел Чона до нужного места. Гук нервно сглотнул и тяжело выдохнул. Собравшись, парень постучался и открыл дверь. Перед ним за рабочим столом сидел молодой парень, лет двадцати трех на вид. Светлые волосы аккуратно лежали в прическе, пухлые губы расползлись в дружелюбной улыбке, от чего широкие глаза превратились в маленькие щелки. Чимин поднялся с места и Гук поразился тому, насколько тот был изящно сложен. Правда, Пак оказался чуть ниже самого Чона, но это даже придавало ему дополнительный шарм. — З...здравствуйте… — начал парень, низко кланяясь, — я хотел устроится на работу, — тыкая все той же помятой бумажкой в лицо Пака, торопливо произносит младший, — меня зовут Чон Чонгук, вот мое резюме, я обучался в… Чимин, все так же мило улыбаясь, отодвинул плохо напечатанный документ в сторону, протягивая Гуку руку. — Вы нам подходите.