Nightmare

       Девушка наконец уселась в машину громко хлопая дверцей. Сумерки окутывали всё вокруг, а немного белесый туман витал в воздухе, заставляя её поморщиться и неловко обнять себя руками за плечи. Блондинка завела машину, пытаясь дыханием согреть замёрзшие ладони. Она взглянула в зеркало заднего вида и, вдавливая в пол педали, неторопливо тронулась, мечтая как можно скорее оказаться в тёплой постели после утомительного рабочего дня. Дороги были практически пустынными. Возможно, из-за столь позднего времени суток, но девушку это не пугало. Редкие огоньки фар заставляли встрепенуться и держать глаза раскрытыми, в то же время не мешая размеренной езде. Прежде, чем она успела хоть что-то осознать, визг тормозов и рёв клаксона окончательно разрушили все её грёзы о сне. С боку переулка, прямо в водительскую дверцу, пологой мордой врезался грузовик, протащив небольшую красненькую машинку к самому тротуару. Осколки битого стекла оставляли алые порезы на лице и руках блондинки, которая ещё только благодаря ремню безопасности вообще сидела, уронив голову себе на грудь. Дверца грузовика громко хлопнула и послышались шаркающие шаги, с созвучным скрежетом металлической трубы по влажному от тумана асфальту. Легковушка криво покачнулась, когда водитель таранившей машины запрыгнул на красный капот. От этой немалой тряски, блондинка рывком подняла голову, с ужасом глядя на мужчину, который замахнулся длинной арматурной балкой, пытаясь разбить лобовое стекло, каким-то чудом оставшееся целым. Громкий визг раздался на всю округу, но мужчину это не слишком-то беспокоило. Скорее, ему даже нравилось. Жертва не должна молчать, жмуриться и плакать, она должна вот так вопить и умолять его о милости. Но он всё равно убьёт её. Чего бы это не стоило. Девушка дёргала заблокировавшийся ремень безопасности, пытаясь хоть как-то выбраться, пока этот сумасшедший не успел разбить стекло. Которое, к слову, уже изрядно распускало трещины, угрожая вот-вот осыпаться, орошая блондинку шквалом осколков. Она пыталась дотянуться до бардачка, где преспокойно лежало оружие и рация, предварительно убранные туда по ненадобности. Видимо, даже офицерам грозит обыкновенная смерть жертвы маньяка, которому всё всегда сходит с рук. Её мобильный телефон при столкновении свалился между сидениями, и вот теперь её пальчики едва-едва касались мобильника. В тот самый момент, когда ей казалось, что она почти уже вытащила свой спасительный билет, стекло наконец окончательно разбилось, но благодаря плёнке, всё ещё одним краем свисало внутрь. Арматурная балка с размаху врезалась ей в висок, прерывая жуткий крик сдавленным смешком маньяка. С росчерком светлых волос, её голова рывком мотнулась влево, однако едва что-то просматривающие глаза сфокусировались на блаженном выражении лица мужчины, упивавшемся своими действиями. Он присел на корточки, оказываясь близко-близко к жертве. Маньяк вдруг что-то достал из кармана, протягивая к девушке. Он застегнул на её шее цепочку, полюбовавшись висящим на ней кулоном в виде небольших крыльев ангела. Блондинка даже никак не отреагировала, поэтому он стал рассказывать: — Эта побрякушка принадлежала парнишке, которого я убил до тебя. Голубоглазый подросток, отчаянно цепляющийся за вытекающую из него жизнь, сжимая эти чудесные крылышки, — он вдруг задумался. — А что мне взять у тебя? М? — он поднял её руку с колен. — Красивое колечко, кто подарил? — маньяк грубо стащил его с бледных пальцев. — А теперь, пришло время прощаться! Он выровнялся, снова сгребая в руки металлическую трубу и с усмешкой прицеливаясь. Арматура покачнулась вперёд-назад, но прежде, чем тот успел нанести удар, едва-едва различимый звук заставил его замереть. Это был писк, оповещающий, что видео записывается. Мужчина перевёл свирепый взгляд на неожиданную помеху, в лице девушки, которая казалась ещё моложе его жертвы. Она дрожала с головы до ног, двумя руками сжимая телефон и медленно отступая назад. Когда маньяк спрыгнул с капота красной легковушки, брюнетка уже во всю бежала на отказывающих ногах. Она пыталась отыскать людное место, чтобы хоть кто-нибудь смог ей помочь, чтобы спрятаться от убийцы, чтобы вызвать полицию и спасти его несчастную жертву. Она всё ещё не понимала, что и сама теперь ничем не отличается от блондинки, разве что, её жизнь в её руках. Хотя, вернее будет сказать — в ногах. Редкие фонари вещали ей, что мужчина всё ещё рядом, не отстаёт ни на шаг, готовый уже в любую секунду наброситься на неё сзади. Девушка вдруг резко свернула в тёмный мрак переулка парка, где росли высокие хвойные кусты. Она заметила, что не ожидавший этого мужчина не успел так быстро отреагировать, пробегая дальше, но тут же разворачиваясь и возвращаясь к преследованию. Он вдруг замер, понимая, что невысокой фигурки брюнетки не видно нигде, да и звука шагов или криков не слышно. Маньяк медленно двинулся вперёд, таща за собою арматуру и елейным голосом обращаясь к потенциальной жертве: — Лапочка-дочка, где же ты прячешься? — он не мог видеть, как девушка зажала себе ладонью рот, пытаясь даже не дышать, лишь бы тот не смог её застать. — Выходи, милашка, я уже обыскался тебя… Ты ведь понимаешь, что я всё равно найду тебя? Здесь нет никого: ни прохожих, ни проезжих, ни, тем более, полиции. Мышка в ловушке… Но вопреки его словам, тут же раздался вой сирены и облегчённый выдох брюнетки. Убийца зарычал, яростно зыркая на развалившуюся в кустах девушку на ходу, возвращаясь к машине, в которой у него осталось незавершённое дело. Но стоило горящим фарам осветить его фигуру, как десятки человек обступили его с разных сторон. Сильные руки упёрли его лицом в крышу легковушки, защёлкивая на запястьях наручники. — Первая жертва сама вызвала полицию, — в рацию отрапортовал один из патрульных. — Вторую девушку ещё не нашли. Первая без сознания госпитализирована с черепно-мозговой, переломами и поверхностными ушибами, — он взглянул чуть дальше, где вели брюнетку. — Отбой, сержант, ваша напарница будет доставлена в больницу номер шесть, а мы займёмся свидетельницей. Конец связи.

***

       Блондинка распахнула глаза, понимая, что над нею белоснежный потолок. Рядом с ней посапывал рыжеволосый напарник, держа в руке недопитый кофе в пластиковом стаканчике. Девушка оглядела свои руки с капельницами, смутно припоминая, что именно произошло. Она ощупала большой лейкопластырь на виске, и сдавленно охнула. — Джефф, мог бы хоть из приличия не засыпать на посту, — та хихикнула, из-под опухших век глядя на сержанта. — Тоже мне напарник! Мужчина едва не разлил кофе, потирая запястьем глаза. — О, этот твой приятный голосок, проедающий мне плешь, — он потрепал её по спутанным светлым волосам. — Не пугай так больше. — Это ты упустил этого чёртова Асмодея, чтобы он себе все мизинчики о тумбочки поломал! — блондинка говорила о том самом маньяке, дело которого они безуспешно пытались распутать и который напал на неё не так давно. — Когда ты уже стрелять научишься? — Офицер Роуз! — шутя прикрикнул её напарник. — Не забывайся! Если думаешь, что из-за черепно-мозговой тебе можно задирать меня больше обычного, то ты… совершенно права, — всё ещё чувствуя вину, выдохнул тот. И правда. Джефф носил звание сержанта, что явно возвышалась над её низшим званием офицера. Да, напарник у неё, что нужно, а особенно девушку радовало его чувство юмора — другой давно бы ей пулю в лоб пустил. — Что по Асмодею? — взволнованно спросила блондинка. — Смертную казнь на когда назначили? — Стейси, — издалека начал сержант, — ты не волнуйся сильно только… Но… пока ты была в отключке, апелляционный суд признал его невиновным за неимением прямых доказательств. — Что?.. — словно в бреду пробормотала та. — Джефф, погоди… Что? Как же свидетельница? Как же мой видеорегестратор? А поимка с оружием на месте преступления? — Этого всего, считай, не было, — сержант встал и выпрямился. — Он отсидит лишь за причастность к автомобильной аварии. Твои слова будут рассчитаны лишь как жертвы пережившей большой стресс. Прости, Роуз. Я сделал всё, что мог. Та молча кивнула, радуясь, что он не умеет читать мысли смотреть сквозь предметы, ведь её пальцы даже побелели. — Спасибо, сержант Хилл, — с пустым взглядом ответила блондинка. — Я ознакомлюсь с делом, только выйду отсюда. Меня хоть не отстранили? — Нет, кому бы пришло это в голову? Ты ведь молодец, — он снова потрепал её по волосам, разворачиваясь к выходу. — К тебе, кстати, ещё посетитель. Прежде, чем Стеша успела что-либо спросить, в палату вошла брюнетка, немного сутулясь и перебирая пальцами подол коротенького пальто. Она осторожно присела на ещё тёплый стул около койки офицера и наконец осмелилась поднять на блондинку взгляд блестящих голубых глаз. — Моё имя Нора Фольк, — она тяжело вздохнула. — Это я тогда влезла… с видео. В ответ Роуз лишь кивнула. — Я знаю, какой оборот приняло дело и мне очень жаль. Я пыталась заставить редактора опубликовать мою статью, но… — Редактор выбрал ту гигантскую сумму, предложенную людьми Асмодея, — офицер хмыкнула — значит, журналист… — Не вини себя. Меня-то ты спасла. — А ты меня, — улыбнулась ей брюнетка. — Но… Есть кое-что, что меня беспокоит… — Мне слушать это как офицеру? — Стеша хихикнула. — Или как жертве? — Как… И то, и то, — шутка отнюдь не разбавила атмосферу. Нора достала конверт и протянула его девушке. — Я пару часов назад получила это… Офицер молча вытрусила себе на ладошку, холодящий кровь предмет. У неё в руке снова было колечко. Её. То самое, что предвещал следующей жертве Асмодей. Она лишь подняла слезящиеся глаза на журналистку, понимая, что руки слишком сильно трясутся, угрожая выронить ювелирную вещицу. А когда вращающийся мир перед глазами поблек, заменяясь непроницаемо чёрным фоном, девушка услышала встревоженный крик той, с кем нелёгкая прочно её связала.