Как я стал Биг Боссом в 2060.

      Сигаретный дым сдувало ветром в сторону складов, откуда стройной колонной двигались грузовики. Что-то сгребали под чистую, вроде деталей и запасных конечностей для кукол, что-то оставляли на всякий случай. Конвой охранял довольно пёстрый набор солдат — от кучки юнитов S-F вместе с тройкой "Мантикор" до нескольких тактических кукол-винтовок со всеми дамми-клонами. Лютый мороз ещё сильнее сжал свои тиски, а война и не думала оканчиваться — выживали как могли. Такое чувство, словно одна-единственная ночь всё длится и не может закончиться...       Пришлось даже объединиться со старыми врагами, следуя давно известной поговорке.       Прямо за спиной, рядом со складами, находилась казарма. Или ангар, кому как нравится. Всё-таки больше второе, потому что гигантские транспортники, то и дело вылетавшие и залетавшие вовнутрь, доставляли новые партии солдат и офицеров. Отдельные тёмные вертолёты привозили клонов сангвиновских элитных юнитов — Охотника, Агента и прочих. Они направлялись в штаб за инструкциями, а затем в арсенал — за дополнительным вооружением.       Да... Война и не думала заканчиваться.       Помните поговорку? Враг моего врага — мой друг. Поэтому никто не удивился после "неожиданного" предательства армии, что G&K и сангвины нашли общий язык. Более того, командование довольно быстро вышло прямо на Элизу — и уже через полмесяца были организованны поставки продовольствия с захваченных когда-то хранилищ. Бывшие спорные территории теперь стали площадью, на которой развернулась новая промышленность — объединение наших идей с технологиями S-F. Если бы не этот ход, остатки сопротивления уже давно ютились бы на крохотном островке в бункере, шарахаясь от каждого шороха. Да и не осталось бы этого самого сопротивления — всё-таки КССО не щадит никого.       Сейчас в пяти-шести километрах разрываются снаряды, рассекают воздух пули и оканчиваются жизни тактических кукол, людей и машин. Не мы начали эту войну. Но именно мы постараемся её закончить. Элид не должен достаться никому. Это болезнь, которая приносит только разрушение — даже сангвины с этим согласились, хотя она им не страшна. Линия фронта проходила прямо по границе бывшей Сибири. Далеко в глубине находится то, что вызвало Тунгусский инцидент. Сейчас там роется армия, и чем больше она это делает, тем более ужасными становятся для нас бои.       Сверхсложные конструкции, основанные частично на инопланетных технологиях, частично — на их собственных, рождают на свет такие машины, которые сметают всё на своём пути. Последняя такая отодвинула основной фронт на десять-двадцать километров. Не нужно уточнять, в чью сторону, я надеюсь?       Рядом чиркнула зажигалка. Тактическая кукла затянулась, затем обратила взгляд в небо и горько вздохнула.       — Я скучаю.       RO-635 погибла во время разбирательств с армией. Ей просто пустил пулю в голову один капитан... Которого я самолично заставлю съесть собственные кишки. Хотя меня в этом деле, скорей всего, опередит М16.       — Она была хорошим солдатом.       — И другом.       Докурив, девушка кивнула мне и отправилась вслед за конвоем — на месте её ждал AR отряд и несколько уже упомянутых "Мантикор". Несмотря на серебристый цвет волос, её всё ещё любили в родном отряде. Даже после обращения в сангвина она предпочла общество сестры и товарищей, а не Мечтателя с её дамми-клонами.       Что до меня, то командиры в G&K оказались востребованы больше, чем когда-либо. Всё-таки стратегическое планирование в огромных масштабах требовало нескольких голов, работавших над одной и той же задачей — как прорвать оборону КССО и пробраться к кратеру. Судя по данным со спутника, там сейчас огромный исследовательский комплекс. Мистер Крюгер и Хелиан едва с ума не сошли, пытаясь понять, что именно происходит на той стороне. Элиза и её анализ принесли какие-никакие, но всё же результаты. Поэтому все сейчас готовятся к решающей операции — даже идиоту ясно, что такими темпами через пару месяцев мы будем разбиты в пух и прах.       Позади отрезок времени всего в год, однако мне кажется, словно прошли десятилетия, прежде чем всё подошло к этому моменту. Сколько было встречено уникальных людей и тактических кукол, скольких из них погибло, кто-то даже у меня на руках. А уж моментов, когда моя жизнь оказывалась на грани, просто не сосчитать. Как-то прорвались, несмотря ни на что.       Шёл снег, однако холод совсем не ощущался. Хлопнула дверь, и рядом встал новый собеседник. G11 молча дёрнула меня за рукав, чтобы я наклонился. А затем вложила в ладонь маленькую карамельку.       — Как всегда, не участвуешь в спорах. Ты вообще в этом мире витаешь? — спросила она, улыбнувшись.       — В этом, в этом, — ответил я, закинув конфету в рот. — А ты чего не с остальными из DEFY?       — АК-12 сейчас на фронте, Абакан... Ну, я бы не стала тревожить их с IWS, пока они строят солдат.       — В прямом или в фигуральном смысле?       — Сангвинов собирают не здесь, дубина!       — Я пошутил.       — Что, серьёзно?       — Да.       Пару мгновений мы сверлим друг друга глазами, а затем заливаемся хохотом. Закончив, съедаем ещё пару карамелек, но больше не произносим ни слова. Каждый думает о своём, возможно, в чём-то схоже, в чём-то нет.       Не удержавшись, я дважды провожу ладонью по макушке G11. И у меня даже не пытаются откусить палец, как это было в прошлые разы. Наоборот, девушка поднимает голову и говорит:       — Это наша последняя операция, Алекс. Всё это время мы жили ради момента... Во время которого даже я не буду спать. Постарайся не облажаться, ладно..?       Я киваю и одёргиваю руку.       — Ты тоже, G11. Ты тоже.       Не заметить её слёзы было очень трудно. Как и трудно было всем нам сейчас.       Перехватив поудобнее винтовку, девушка направилась в сторону полигона — должно быть, будет тренировать стрельбу, как обычно. А я прикурил уже третью сигарету за полчаса — уходить не хотелось, а заседание в штабе должно было длиться ещё как минимум сорок минут.       Рация зашуршала.       — Хэ-хэ-эй! С вами Радио Гриффон и Крюгер! И я, его бессменная ведущая, SOPMOD II! — Наигранно-весёлый голос из динамика невольно заставил меня улыбнуться. — Прямо сейчас наши бравые солдаты расстреливают войска этих... Как их... М4, напомни, пожалуйста... А, да, КССО!       Эфир длился недолго. Буквально пару минут спустя Сопу заглушил взрыв, раздавшийся буквально рядом с микрофоном. Хоть кто-то пытается подбодрить уставшую армию, пускай и состоявшую в основном из машин.       Если дать врагу ещё хотя бы неделю, от следующей атаки мы не отобьёмся. Даже с поддержкой военных тактических кукол, даже объединившись с Элизой. Несмотря на то, что КССО в меньшинстве и заперты на маленькой территории, сражаются они отчаянно. Они на своей земле — многочисленные подземные ходы и даже укрепления, о которых мы просто не могли знать, замедляют разведку и любое продвижение армии. Можно было бы попытаться забросать противника "мясом" из толп сангвинов, но даже сама Элиза подтвердила бесполезность такой тактики. Они слишком хороши в ведении позиционной войны: огромное войско поляжет там же, где предпримет попытку прорыва. Да и негде его выставить, что уж говорить.       Пробегавшая рядом Инграм остановилась и помахала мне рукой. Спрятав обе длинные косички под капюшон и прикрепив к поясу кобуру для оружия, девушка стала походить на маленького медведя гризли. Забавно, что Марк V и внимания не обращает на её внешность. Я бы точно подал в суд за плагиат.       — Чего стоишь, бродяга? А ну-ка, улыбнись!       Её слова должны были подбодрить меня, но вот тон, которым они были сказаны, напрочь убил любые светлые чувства. Всё-таки издеваться она умела.       — И тебе привет. Куда спешишь?       — Да к мисс Хелиан послали. У меня тут нановки на той стороне, — похлопала она себя по сумке рядом с кобурой. — Тебе не дам, даже не смотри.       — Понял, принял, отвалил. Всё равно потом на общем сборе покажут, — пожал я плечами, затягиваясь. — Что насчёт фронта? Есть новости?       — Ага, сейчас. Вот так взяла и рассказа. Однако спустя мгновение посерьёзнела, и к её глазам вернулась старая добрая смертельная искра. Вот такой я её помнил со времён нашей первой встречи. — Плохо, командир. Плохо. Но мы держимся. Я тоже скоро в бой... Пару часов до отправления. Уйду с последним конвоем.       Я кивнул. Мне нечего было ответить — любые слова были бы здесь лишними.       Так мы и молчали около пары минут, пока девушка не вспомнила, что вообще-то спешила.       — Ну, мне пора. Береги себя, Алекс.       — Обязательно. Постарайся, чтобы тебя не разобрали на металлолом до того, как я помру! — крикнул я след.       В ответ она лишь показала большой палец вверх, не обернувшись. Спустя секунду за ней хлопнула дверь, и я вновь остался один. И правда, сколько раз я мог умереть?       Да миллион, если не больше. От случайной пули, от союзного огня, от удара в спину, от крушения транспорта... Меня едва не прикончил 404-ый отряд в нашу первую встречу. Едва не застрелили военные из КССО. Весёлый был год, это уж точно. Но жалеть не о чем. Всё-таки все мы здесь делаем одно большое дело. Спасаем мир — ну, в привычном его понимании, да. Ему уже никогда не стать прежним, не с Элидом, не с войной, разрушившей жизни многих миллионов. Не с тактическими куклами, не с андродидами S-F.       Отчего-то я не направился обратно в штаб, а закурил уже четвёртую сигарету, запрокинув голову вверх. Небо было полным-полно звёзд, таких ярких и сверкающих. Даже не заметно, как снег закончился, и оно перестало быть таким тусклым. Где-то вдали оно озарялось алыми и фиолетовыми всполохами, где-то людям и андроидам было совсем не до него. Скоро и я отправлюсь туда, взяв с собой всех оставшихся бойцов. Чуть позже Инграм, самым последним рейсом. Если наша операция провалится... Ох, одни боги знают, что случится тогда. А я даже задумываться не хочу.       Где-то слева от горизонта раздался далёкий, но приближающийся гул. Вскоре светлая точка превратилась в яркий транспортник, освещавший себе путь двумя мощными прожекторами. Пришлось даже зажмуриться, чтобы не ослепнуть.       Однако он направился не в ангар, как вроде должен был, а завис около здания и начал опускаться, выключив фонари. С щелчком отодвинулась дверца, и в снег спрыгнула Калина с АКСУ наперевес. Выглядела она достаточно серьёзно, но всё равно комично. Всё-таки всегда весёлая и заинтересованная только в деньгах девушка крайне редко брала в руки оружие. Однако всё можно было понять — в такое время любой боец сгодится. Даже офицер логистики, никогда не воевавший.       Встретившись со мной взглядом, она вытянулась по струнке, отдала честь и с улыбкой начала рапорт.       — Спецдоставка, сэр! Командир! Сэр.       — Достаточно. Вольно, Калина, — не смог не улыбнуться я. — Мистер Крюгер решил передать посылочку, а?       — Никак нет! Сэр! Алекс... — вконец сбилась она, перекатываясь с пятки на носок. — Можно отдать уже? Автомат тяжёлый...       — Да, конечно.       Она сняла походный рюкзак, расстегнула и вынула оттуда толстый прямоугольный предмет, запечатанный в бумагу. Кажется, я догадываюсь, что внутри.       Отпустив Калину, я осторожно опустил посылку на снег, разорвал бумагу и ухмыльнулся — под ней действительно была шкатулка. Ключик прилагался — в обитой тёмным бархатом темнице томился 555-ый Фридом Армс — тяжеленный револьвер, предназначенный для охоты на крупную дичь. Или особо прочных андроидов, да...       Прокрутив барабан, я аккуратно опустил пистолет обратно. К нему шли ещё двенадцать крупных патронов, даром что шкатулка весила нехило. Пришлось постараться, запихивая её уже в свой рюкзак. Тёплые вещи благодарно приняли нового соседа.       Ещё раз затянувшись, я выбросил сигарету в снег. Хороший день. Хорошая ночь. Только вот кажется, словно она последняя.       Есть очень высокая вероятность, что так и есть.       Дверь не хлопнула, но тело ощутило дуновение ветра. Рядом со мной вновь встала маленькая девочка, но ростом чуть повыше G11. У неё была смуглая кожа и алые глаза. На макушке был тёмный капюшон, а тельце облегал такой же плащ. Элиза, сощурившись, всматривалась в звёзды. Потом резко взглянула на меня.       Спросила:       — Мечтаешь?       — О том, как бы поскорей всё это закончить.       — Я тоже...       Неловкая пауза.       — Знаешь..!       Мы сказали это одновременно. Ох уж этот искусственный интеллект. Хотя она точно более человечна, чем остальные юниты S-F.       — Давай. Ты первая.       — Знаешь, командир... Если всё пойдёт плохо, я хочу, чтобы ты кое-что сделал.       — Даже ты не уверена в нашей победе? Ох...       — Это мой козырь, который я разыграю в случае поражения. Точнее, я хочу, чтобы ты им стал. — Она протянула мне серебристо-синий браслет, слегка пульсирующий.       — Что это?       — Это — моя просьба. Если мы... — она запинается. — Если мы потерпим поражение, то я хочу, чтобы ты использовал мою машину времени.       — Машину чего?!       — Тсс! Тише! На браслете есть кнопка. Он перенесёт тебя на несколько десятков лет назад, в лабораторию Люкориса, моего создателя. Я хочу, чтобы ты принял участие в его эксперименте по манипулированию временем.       — Ты понимаешь, что несёшь? Что за бред, Элиза?!       Хоть я и говорил так, задним умом понимал, что если есть возможность всё переиграть, то её стоит использовать.       — Это... Это не бред! — вдруг надулась она. — Это то, что мне оставил мой создатель. Он мог достичь успеха тогда с этим браслетом. Но тогда его ещё не было...       — Хорошо. Я запомню. И постараюсь не погибнуть до того, как пойму, что мы проиграли. И самое главное... Не расскажешь, в чём смысл эксперимента?       Она помотала головой.       — Я знаю только, что он поможет всё изменить. Прости.       — Врёшь.       — Машины не умеют врать.       — Ты не машина.       В ответ она лишь засмеялась — заливисто, тихонько, словно рядом со мной и правда стояла просто маленькая девочка. А затем растворилась в воздухе. Только снег впереди и чуть правее начал принимать форму маленьких босых ножек, которые всё удалялись. Странная она, хоть и правда наш союзник. И уж если доверила такую вещь, значит, мы действительно можем проиграть. Забавно... И что мне делать? Радоваться, что могу всё исправить? Горевать, что все мои близкие люди скоро погибнут?       Да ни за что!       Я — командир G&K! И я ни за что не оставлю свой пост, своих товарищей. И буду сражаться до конца. Не важно, какого — таков мой долг и то, что я искренне желаю сделать.       Надев браслет на руку, я спрятал тот под рукавом плотной зимней куртки.       Прорвёмся.                                                                             

Двенадцать часов спустя. Линия фронта, где-то на территории КССО.

                                                                                          — Где отряд Йегеров? Я не могу прорваться через штурмовиков, мать вашу!       Голос М16 где-то поблизости. Я трясу головой, стряхивая остатки оглушения — рядом разорвался снаряд. В воздухе нет места тишине: повсюду свистят пули, гремят взрывы, кричат раненные тактические куклы, молчаливо погибают андроиды S-F. За полчаса прорыва мы продвинулись на жалкий километр. Мало. Нужно дальше, вперёд, к центру. Через деревья, через укрепления, через роботов и смертоносных машин КССО...       — Командир? Жив? Хватай!       Сребровласая девушка бросает мне карабин. Поймав тот, я вскакиваю, разглядываю через прицел окопавшихся пулемётчиков. По нам били бронебойными — дробовики, обязанные выступить живым щитом, рвало как картон. Но своей цели мы достигли, подступив почти в упор, на дистанцию прямого огня.       Слегка бьёт отдача. Потом ещё и ещё. Перестаю считать трупы после десятого. Потом. Потом, всё потом.       К нам пробивается М4, тут же разложив переносной Юпитер — орудие должно заставить пулемёты замолчать. Однако мощный выстрел вдруг впитала полусфера, на миг возникшая прямо перед укреплениями.       — Проклятье... — ругается М16, однако её сестра методично заряжает следующий боеприпас. — У них и щит имеется. А нас всё меньше!       Я присаживаюсь для перезарядки.       — "Мантикоры" прорываются с левого фланга, но им нужно время, чтобы достичь нашей точки. И, М16...       — Что? — обернулась она ко мне.       — Соппа погибла. Дела на правом фланге были хуже некуда, но она обвязалась гранатами и подорвалась прямо на главном ДОТе, выставив дамми-клонов как живое препятствие.       Пауза.       — Чёрт! Чёрт, чёрт, чёрт!       Она невольно заплакала, но спустя мгновение и пару глотков виски встрепенулась, сжала свою винтовку так, что раздался хруст металла, и начала методично, по одному патрону, стрелять. И клянусь богом, что после каждого выстрела я чувствовал, как обрывается чья-то жизнь.       М4 замерла. Затем помотала головой, поднимая Юпитер вновь.       Бам!       Сфера вновь сдержала удар. Мощный щит, даже сангвинам до него далеко.       Земля подо мной задрожала, а затем взорвалась белым фонтаном. Втроём мы вскинули оружие и начали палить по механизму, медленно пробивающемуся через снег.       Огромный человекоподобный молочно-белый робот выпрямился, а в его руках очень громко зажужжали гранаты, заряжаемые в магазин.       — В рассыпную! — успеваю крикнуть я, прежде чем всё вокруг настигает огромная белая завеса, в которой не видно ни зги.       Первое, что я вижу, это Охотника, закрывшую собой М16. Затем кашляющую, но живую М4. Её Юпитер спас её, но теперь стрелять из него точно не получиться.       А у нашего незваного гостя, кажется, отказал главный двигатель. Иначе почему он упал в снег, а видимых повреждений на нём нет?       Где-то позади кусты встали и двинулись к нам вместе с кучей снега.       "Мантикоры" ползли медленно, но верно, истребляя всё, что не могли достать обычные юниты и тактические куклы. Действуя вместе со снайперскими винтовками, они лишали КССО основных огневых точек и мощных андроидов поддержки. Правда, их вечно не хватало. Вот и сейчас они подошли, когда мы едва не погибли.       — Спасены... — дружно выдохнули мы, хотя никто и не думал расслабляться.       Конечно, никому не сказали, что весь прорыв — лишь имитация последней атаки. Якобы мы бросили все силы, значит, можно сосредоточиться на обороне. А вот фиг вам, КССО! DEFY, пусть и в неполном составе, уже около исследовательского центра. Сейчас 416-ая, наверно, подрывает дверь. АК-12 и Абакан начинают стремительное наступление внутрь, убивая всё живое.       А наша задача — лишь удержать внимание.       И мы выполним её с честью!       Едва сфера пала, как пулемёты задымились, а спустя мгновение прозвучала серия взрывов.       — Вперёд! — закричал я, поднимаясь во весь рост и побежав к укреплениям. За мной двинулись М16 и М4, а "Мантикоры", поводив своими орудиями влево-вправо, зарылись обратно в снег и двинули на другой фланг.       Прямо подо мной, в окопе, сверкнул металл.       Боец не успел даже нажать на курок, как получил пулю в лоб. Затем её же словил прикидывающийся мёртвым умник в абсолютно чистой униформе. Неплохо, но за годы службы я легко различаю, что ты ещё дышишь, ублюдок.       М16 рядом добивала ещё живых. Её сестра осматривала пулемётные точки, водя стволом своего оружия из стороны в сторону.       Спустя полчаса мы захватили всю территорию вокруг и двинулись дальше, по следу из трупов и металлолома.       Когда пули засвистели вновь, рация разорвалась помехами — кто-то пытался пробиться через глушилки.       — Г... ит... G...1...1... Це... р... л... ушка! Они отправили данные на все свои спрятанные объекты по всему миру! Комплекс заминирован, и живыми DEFY отсюда не выберутся. Простите, мистер Крюгер, мисс Хелиан. Калина. Командиры... Мы проиграли.       Словно в фильме, время замирает. Я вижу, как в паре метров от меня вспахивает землю фугасный снаряд. Как огромная, тёмная пуля летит прямо в лицо М4. В её глазах столько ненависти, сколько и надежды. Рядом стреляет от бедра М16 — на её губах улыбка, но на глазах — слёзы. Она не хочет больше никого терять.       Чуть поодаль, в кустах, остреливается последняя "Мантикора" — их подорвали несколькими точным залпами Юпитеров.       Ещё дальше стоит Элиза в окружении из Агента и Мечтателя. Они ведут огонь по нескольким марширующим рядам андроидов в два человеческих роста. Они тоже молочно белые, как и тот, с которым мы едва справились. Не понимаю, откуда, но я знаю, что они не выдержат натиск. Элиза погибнет.       Как и все мы здесь. Кое-кто оказался умнее...       Невольно вспомнилось лицо того генерала. Морщинистое. Седые волосы, щетина. Грубые черты лица вояки, побывавшего в самых разных горячих точках мира.       Рука сама нащупывает в рюкзаке сквозь треснувшую шкатулку рукоять револьвера. Я вскакиваю, выбрасывая конечность вперёд. Перед нами стоит вершина технологий КССО — военизированный пилотируемый бот в три этажа, такой же, как и все — отвратительно молочно-белый. Именно такой в прошлый раз отбросил нас далеко назад.       Я стреляю — зная, что не пробью, зная, что не достану пилота — того самого Егора, пристрелившего RO.       И словно сквозь сон слышу голос G11.       — Командир... Мы не справились. Но я знаю, что ты там, сражаешься. Алекс... Прошу, сделай то, что должен! Выполни... Свой долг...       Меня и не нужно было просить дважды! Вот он я — умру через полсекунды, не от разрыва фугаса, так от пулемётов. Всё, долг выполнен, можно домой, да? В рай, полагаю. Хотя нет, туда не пускают убийц.       Жаль. А так хотелось.       Не знаю, как Мечтатель оказалась так близко за мгновение. Но прыгнуть на меня она успела, закрыв собой от любых угроз извне.       Взрыв отгремел. Упала рядом М4, от М16 тоже не слышно ни звука. Прямо надо мной слышен голос.       — Элиза... Просит тебя... Исполнить её просьбу... — Говорить Мечтателю было очень трудно. Кажется, она не проживёт дольше минуты.       А ведь всё могло быть по-другому. Наверное. Но всё будет так, как того хочет судьба.       А я и есть...       Подумал я, нажимая на кнопку на браслете.                                                                             — Мужчина, вы правда верите в то, что сказало вам моё творение? Что мой эксперимент что-то изменит?       — Да. Поверьте мне, то, к чему мы пришли в итоге, точно не должно произойти.       — Но вы знаете, что будет, если эксперимент удастся?       — Нет. Нет, она и сама не была точно уверена.       — Хорошо. Тогда я запускаю машину. Вы готовы?       — Всегда готов. Люкорис.       — Алекс.       Жужжание, рокот мотора. Треск в воздухе, небольшие огоньки по всему телу. Затем яркая вспышка. Не знаю... Как по мне, ничего особо не изме...       Мой крик, наверно, мог бы разбить стекло, за которым притаился глава S-F.       Новая вспышка оборвала последнюю фразу, которую я услышал от него.       — Эй... Нет, нет, время разделяется! Всё неправильно, не так! Это провал! Алекс! Слышите меня? Вы попадёте в бесконечную временную петлю! Вы будете жить и умирать! Это ад, Алекс!       — Ад? — едва двигая губами, произношу я. — Что ж, тогда посмотрим, смогу ли я исправить всё, что натворил за целый год.       Через мгновение Люкорис остался один. Затем рассмеялся, бросил очки в сторону и упал на колени.       А потом вернулся на экран проектировки одного из будущих элитных юнитов S-F. И добавил в программу одного одну директиву. Он уже знал, когда и кому поможет этот Мечтатель — всё-таки Алекс был единственным, кто путешествовал сквозь время. И уж если пришёл час помочь себе из далёкого будущего, то почему бы и нет?       Люкорис облегчённо вздохнул.       — Получилось... Теперь... Теперь всё зависит от тебя, командир...       Стань мной. Спаси свою историю. Спаси своих близких. Спаси себя... И меня, в конце концов.       Пусть Люкорис и был чертовски меркантильным и эгоистичным человеком, даже он понимал, когда стоило подумать о чём-то более важном, чем он сам.       Меня зовут Алекс. И эта история о том, как начался мой путь.