Оборотень - Путь Роберто

— Что же ещё ты вытворил, братишка? — откинулся Джексон в кресле, смотря на короткое письмо. — Россия — страна бесчестия! Страна — злых и беспощадных оборотней! — Что думаешь? — Эмили садится напротив мужа. — Он давно не пацан, а мужик. А мужик сам выпутается из любой ситуации. — Или погибнет гордо, — призрено кидает взгляд на Джексона. — Эмили, брось, — закатывает глаза. — тот кто это тебе написал, совершенно не оценивает ситуацию. — Да? А по-моему коротко и ясно! — По каждому зову предлагаешь кидаться искать его! — Ясно, — медленно поднимается. — Чего? — пожимает плечами. — Твоя позиция мне ясна, — задумчиво отшагивает к двери. — Эмили, не пытайся меня провоцировать на какие-то действия. — Я разве умею так, — пожимает плечами и выходит за дверь, демонстративно хлопая ею. — Да черт этих баб побрал! — следом за ней. — Слушай, какая-то девка написала. Ты не думала, что это провокация? — Почему девка? — Джексон загадочно смотрит и не отвечает. — А ты не думал, что Роберто реально в беде. Это ещё хорошо что кто-то нашёлся, который просит помощи… — Да. Да, — кивает в ответ. — Сам он будет умирать и строчки не напишет. — Это обида? — Эмили прищурившись смотрит на Джексона. Тот молча прожигает насквозь. — Если ты прав и это просто провокация… — и тут же замолчала. — То? — То ты остаёшься сидеть в тылу, пока Роберто остаётся на вражеской стороне. — Слушай, там уже рыщут и проверяют. Так что переживать не о чем, — снова подимает плечами. — Почему ты так спокоен? Ты мне что-то не договариваешь? — Эмили прищурилась, ожидая честного ответа. — Во-первых в случае опасности у нас свои позывные, уж точно не SOS, а во-вторых я бы не подавал этот знак до последнего… — И он бы тоже, — Эмили договаривает. — Тут все ясно. Вы оба упёртых… был бы ты в опасности, я бы любую помощь тебе искала. — Я же сказал, уже разбираются… *** — В она точно не умерла? — сижу сзади и не могу перестать дрожать. От переживания, страха и нервов в груди колит. — Точно, — оборотня не так легко убить. — Ну того же ты убил, — зубы стучат, трудно говорить. — Не убил, вырубил, — огрызается. — Дань, куда мы? — чувствую, как начинают руки неметь. — Надо вас обеих из города вывезти, а там решу, как Роберта вытаскивать. — Почему мы не с тобой? — Данила повернётся и недовольным взглядом окинул. — Ясно, мешаться будем. Уже темнело, а мы все куда-то едем и едем. Данила молчит, со злостью дергает машину, выжимая всех лошадей в ней. Хочу что-нибудь спросить, но сейчас он не тот милый Даня, который был всегда. Сейчас он больше похож на грозного и вечно недовольного Роберта. Теперь понимаю, почему Роберт частенько вёл себя так. — У вас стая? — пересилила страх и все же спросила. — У Павла стая, мы сами по себе. Поэтому и враги мы ему. — Ясно. Он типа предводитель в стае. — Вожак. — Точно. — Мы тебя с Робертом нашли на поле, далеко от обломков самолета. Возвращаться с тобой нельзя было назад, так как территория Павла. Пришлось самим тебя в больницу везти. Ну а дальше сама знаешь. — У Инги ран нет уже, — аккуратно заглянула под плед. — В лучшем случае она проснётся завтра утром. — А в худшем? — Нет худшего. Она в любом случае должна в себя придти. Мы заехали в какой-то посёлок. Остановились у кого-то заброшенного, тёмного домика. — Приехали, — вышел из машины. Он перепрыгнул ворота, открыл изнутри и впустил меня. — А нам точно сюда можно? — Нет, — мотнул головой. Дернул весящий замок с двери самого дома. — Почему именно этот дом? — странно это все, но не хотела бы оказаться сейчас с кем-то другим рядом. Чтобы Данила не вытворял, какой-то он мне родной. Это наверно потому что я никого не помню, кроме этой компашки. — Потому что это дом когда-то принадлежал Павлу. Ну в принципе и сейчас он ему принадлежит… — Ты серьезно? — холодно пробежал по коже. — У себя дома он вас искать не будет. — А соседи? — А что соседи? Сидите тихо, я же не просто так сказал взять все не обходимое. Свет после темноты не включать, чтобы никто не заподозрил, что кто-то влез. — Заносит Ингу в дом, кладёт на диван в не большой комнате. — Инге нормально тут будет, а ты одевайся теплее. — Обогреваться нельзя, — киваю в ответ. — Нет нельзя. Увидят. — И сколько так сидеть? — Через неделю не вернусь, то уходите отсюда, вышел из дома и я за ним несусь. — Как это не вернусь! — добегаю до машины и сзади вцепляюсь в него. Крепко прижимаюсь и не могу остановить нахлынувшие слёзы. — Данила, я боюсь! — сзади в захлёб. — Блин, как я боюсь, если бы только знала, — повернулся, сжимая крепко в объятья. — Не хочу вас всех терять, — плачу и шепчу ему. — Роберта нужно спасать, оставлять и пережидать нельзя, — мотает головой. — Как ты будешь его спасать? Ты один… — Пока не знаю, — отодвигает меня от себя. — Походу дела буду решать. Берегите себя, — передаёт мною собранную сумку. — И хватит реветь и так тошно на душе, — вытер слёзы с щёк и сел за руль. — Возвращайтесь скорее, — шепчу сквозь слёзы. Данил посмотрел с грустью и проливал. — Никуда мы не уйдём без вас, — мотаю головой, а Данила быстро развернулся и уехал, только сверкая в ночи красными фарами заднего вида. Я постояла ещё не много на сквозном ветре и вошла в дом, запирая все замки. Инга лежала не подвижно, будто не живая. Бледная как смерть, хотя тёплая. А я вот начинаю замерзать, кутаюсь во что нахожу в этой комнате. Темно. почти ничего не видно. Устраиваюсь на соседнее кресло, так как диван один, а в другие комнаты искать не решаюсь. Утром видно будет, что да как. Лежу в полусидящем положении и думаю, где сейчас Роберт? Данила понятно, что в дороге мчит обратно на выручку своему другу. Стоит только вспомнить слова, если не вернусь, то… слёзы текут, как тут уснёшь. Да ещё и на каждый шорох вздрагиваю. — Это ставни, от ветра скрипят, — прохрипела Инга. — Ты очнулась, — подскакиваю к ней. — Очнулась, — хрипит, переворачиваясь на другой бок. — Где мы? — скулит, словно от боли. — Не знаю, — сажусь рядом с ней. — Данила сказал тихо сидеть. — Понятно. Как же ломит кости и мышцы, — простонала Инга. — Ложись рядом, — двигается, уступая узкое место на диване. — Вестей от Роберта не было? — Нет, — потеснились, но уложились вместе. — Плохо, — вздохнула и замолчала. — А поесть что-нибудь есть? — Да, но свет включать нельзя. — Не страшно, я хорошо вижу в темноте, — лежит прижата к спинке дивана. — Это хорошо, но до утра не так много осталось. — Да? Подождём до утра. Вот только если я тебя во сне укушу, то знай что это с голодухи будет, — смеюсь сквозь слёзы. — И часто вы во сне кусаетесь с голодухи? — шмыгаю носом, вытирая сырость на лице. — Насть, это шутка была, — смеётся, кладя руку на меня. — Ты же не против, просто тесно не много. — Нет, — поворачиваю боком, прижимаясь к Инге спиной. — Теплее будет. — Да, — обняла меня сзади и щекой прижалась к плечу. — Расскажи о вас, о волках или об оборотнях. Как правильно? — раз уж в таком тесном положении, можно скоротать время интереснее. — Да и так нормально, — хмыкнула сзади. — Давным давно, во времена Тора… *** Джексон стоял в аэропорту, и нервничал, ожидая звонка друга. Чувство беспокойства не покидало, хотя Эмили ещё с утра всеми силами убеждал об обратном. Это в какую заварушку нужно попасть, чтобы не иметь возможность послать самому сигнал! — Чего так долго? — вместо банального приветствия. — Джеки, его нет нигде. Слухи ходят среди стаи, что он у Вегенца. — Олег, это точно? — перебил и за переживал за брата Джексон. — На работе он не появлялся. На звонки не отвечает, хотя гудки идут. В доме явно была борьба, пол дома разнесено. Джеки, собирай своих, нужно… — Я вылетаю! Встречай меня, — глубоко вздохнул брюнет. — Остальные позже подтянуться. Я убью его! — прошипел и отключил звонок. — В этом я не сомневаюсь, — Олег посмотрел на часы, рассчитывая время прибытия друга. Казалось, что самолёт летит медленнее, чем изнывающие и выматывающие мысли, которые одна безумнее и опаснее другой. Джексон пытался смотреть объективнее на ситуацию, но когда дело касалось младшего брата, то всё здравомыслящее куда-то исчезало. Да он отпустил его бродить по свету в поисках того, чего скорее всего не существует (смирения, успокоения, новой жизни, обрести себя…) или к тому, к чему просто придти невозможно, не изменившись самому. И чего он больше всего боялся, начинает сбываться, Роберто попал в беду. А хуже всего, к врагу, который будет мстить и шантажировать за место в совете и жезл, которые достались Джексону после поединка три года назад. Хотя про жезл никто не знал, его самого и Эмили, которая так и не поняла тогда, что за палка была подарена Джексону. Оно и лучше, подумал и от махнулся от мысли, что Эмили могла кому-то в стае рассказать о загадочном подарке. — Как долетел? — Олег протянул руку Джексону. — Не спрашивай, — брюнет мотнул головой, сжал руку другу, дернул к себе и радостно обнял его сжимая крепче. — Ты не представляешь, как я рад тебя снова видеть. — Три года прошло, — засмеялся Олег, хлопая брюнета по плечу. — А ты все тот же смельчак. — Кто бы говорил, — Джексон шутя и играя кулаком дал в живот, тот же имитируя боль, согнувшись подпрыгнул и застонал, а после рассмеялся, указывая пальцем на Джексона. — И что ты за человек, никогда просто так ты не приедешь, чтобы посидеть, пообщаться… — Да брось! — скрипнул Джексон зубами. — Ты ещё скажи, пивка попить и шашлычок зажарить. — Вот я как раз-таки об этом! — Ты меня пугаешь, Олег, — засмеялся Джексон. — Ты случайно не женился за эти три года? — Вообще-то… — Я так и думал! — Джексон чуть ли не завизжал. — Почему ты мне не сказал? — Я планировал к тебе в гости свалиться, как снег на голову, но ситуация как видишь не тут-то было… — Кстати о ситуации? — Джексон тут же состряпал серьезное лицо. — На данный момент у Вегенца все тихо, ничего не обычного. Правда ближе мы к нему не подходили, ещё не внедрялись. Тебя решили подождать. Но! Мы смогли отследить телефон Роберта, с которого был подан сигнал SOS. И знаешь, сигнал идёт с юга от нахождения стаи Вегенца. Этот кто-то либо сбежал, либо… — Либо они держат Роберта в другой части страны. — Я тоже так подумал, — Олег кивнул к выходу из аэропорта. — Думаю, прежде, чем навещать самого Вегенца, нужно разведать, что на юге, — брюнет быстро зашагал за другом. — Согласен, — тем более это не так далеко. — Поздравляю, — Джексон хлопнул Олега по плечу. — Ты прав, нам нужно встречается и в другие времена. — В хорошие ты имеешь ввиду? — Олег садится за руль и довольно улыбается. — Точно, ты прав, — кивнул. — Я всегда прав! — О Господи, только давай без этих дешевых понтов, — Джексон плюхнулся на переднее сидение. — Ты мне начинаешь напоминать моего младшего… — Начнём с южной части? — Олег быстро перевёл разговор с другое русло. Джексон кивнул, откидываясь поудобнее на заднее кресло. — Можешь вздремнуть, к ночи только будем там. — Баранку крути, рыжий! — недовольно рыкнул Джексон другу. — Вообще я блондин, нерусь, — хмыкнул и надавил на газ. — Ничего не изменилось… — А как ты хотел, — Джексон засмеялся… *** Девушки лежали тесно прижавшись, как родные и болтали. Инга рассказывала легенду появления первой стаи, Настя с упоением слушала. Расскажи ей такое пару дней ранее, рассмеялась бы в лицо, тем более Инге. — Но по всей видимости, вы превращаетесь когда ходите в волков? — Настя зевнула от усталости, с трудом открывая тяжелые веки. — Тише, — Инга в тот же миг ладонью зажала рот Насте. — Ммм? — вопросительно Настя поднимает глаза на подругу. — Мы тут не одни, — Инга убирает ладонь, медленно сползает с дивана. — Ваши? — Настя испуганно шепчет. — Я их не знаю, — Инга выпучивает тревожные глаза. — Их, — беззвучно выдохнула Настя…