Маринетт парень?

      Это было необычное утро.       Во-первых, Маринетт проснулась не от истошного крика будильника, или же от воплей её маленькой квами Тикки, а от стука дождя по окнам, что было ещё страннее, ибо в Париже обычно солнечная погода.       Во-вторых, она чувствовала небывалый дискомфорт во всём теле и непонятный зуд внизу живота, что было ещё страннее, чем первый пункт. Мышцы стонали, а вместе с ними и синевласка.       В-третьих, исходя из стонов во втором пункте, она поняла, что ещё голос охрип и стал более грубым. Она заболела? Нет, горло не болело или что-нибудь в этом духе. Всё же ей пришлось открыть глаза, и первое, что она увидела, так это будильник, на котором красовались 3 цифры «6:03».       «Ну отлично, хоть успею душ принять», — подумала Маринетт и тихо вздохнула. Встать с кровати ей было крайне тяжело, из-за, непонятно откуда взявшейся, тяжести в плечах, ногах, голове — в общем везде. Она прошлась до шкафа, при этом не разбудив красную квами, мирно спящую на подушечке, взяла одежду, которую собирается надеть, и пошла в сторону ванной комнаты.       А в-четвертых, что повергло её в НЕИМОВЕРНЫЙ шок, так это то, что в отражение зеркала, стоявшем на ножках на полу, она увидела не себя. Или всё же себя? Волосы такие же иссиня-черные, только со стрижкой под мальчика, глаза всё такого же василькового оттенка, только стали уже, пижама растянулась на её теле до белых пятен, откуда-то нарисовались небольшие мышцы, лицо парня её почти добило. —Что со мной случилось? — бывшая девушка не стала поддаваться сильной панике, благо она не выспавшаяся, силы на визг и беганье по комнате у неё не нашлись.       Дюпен-Чен начала легонько себя ощупывать. Сначала это было лицо. Чувства шершавой поверхности подушечек пальцев её немного смущало, но её это волновало сейчас меньше всего. Если всё же немного приглядеться, то не сильно-то лицо поменялось -впали щёки, брови стали чуть уже, да и губы стали немного тоньше, чем обычно. Про волосы уже было говорено раньше, но стоит заметить, что ему шла такая стрижка, а если волосы ещё и причесать, а не так, с бардаком на голове, то будет вообще отлично. —Почему я об этом думаю, будто это уже привычное дело? — спросила она в пустоту и, конечно же, ответа не было. Тяжёлый вздох и она пошла дальше. Теперь тело, которое было явно не слабой девчушки. Есть небольшие мышцы и пресс, его она, или он, уже чувствовали через растянутую футболку с принтом «Now or never». Ключицы выпирали очень сексуально, как и кадык на её новой шее. Если бы она не любила Адриана Агреста, то точно бы в себя втюрилась. Стоп, это уже селфцест.       Маринетт вновь взглянула на время. Прошло уже 15 минут с тех пор, как она поняла, что стала парнем и что на душ остаётся всё меньше времени. Она ещё раз украдкой оглядела свою тело в отражении зеркала и пошла в ванную. Девушка, которая ныне парень, включила душ и на этапе «снять одежду» она и застопорилась. Маринетт понимала, что тела мужчины и женщины отличаются друг от друга, и ей казалось, что для неё этот мир откроется ещё не скоро. Ей же только 16!       Голубоглазка вздохнула. — «Рано или поздно, это бы случилось», — она разделась и заползла в душевую кабинку. Струйки горячей воды бились о её новое тело и плавно спускались всё ниже и ниже-по рельефным кубикам пресса, по мышцам ног и рук, пока не оказывались на белом керамическом дне и не стекали в водосток. Сказать, что она не краснела от этих эротичных мыслей — ничего не сказать. Некая «штучка» мешала ей стоять в привычной позе, хоть она старалась не рассматривать его, но это не вышло чисто физически. Ей так же было непривычно водить мочалкой по её телу, всё было для неё слишком ново. С волосами тоже были небольшие проблемы: Дюпен-Чен выдавила шампунь на ладонь и распределила его на своей макушке. Она и не вспомнила, что волосы стали намного короче и очень сильно удивилась тому, что нет «половины волос»       Через двадцать минут парень вышел в полотенце, обернутым на груди. Выглядело это очень комично. В ванной, после душа, Маринетт понял, что та одежда, которую он взял, для него мала. Ну как мала, та одежда была для маленькой 17 летней Маринетт Дюпен-Чен, а сейчас это тот же Маринетт Дюпен-Чен, только намного выше и шире. Хмм, а как теперь ему зваться? Не Маринетт же, нет, про неё должны вообще забыть. Этого человека больше не существует. —Я не хочу далеко уходить от канона. Может Мариан? Март?.. Марин! — парень стукнул кулачком о ладошку, якобы, его осенило, но это было действительно похоже на озарение. — Но фамилию точно стоит поменять. Хорошо, раньше я был Маринетт Дюпен-Чен, значит сейчас я буду Марином… — после недолгого молчания парень хлопнул ладонью себя по лицу, и это было больно, ведь силы сейчас совсем другие, выкрикнул: — Марин Дюпчен! (убейте меня и мою фантазию) — Маринетт? Что с тобой случилось? Почему ты парень? — Марин подскочил на месте от неожиданного появления Тикки. —Теперь я Марин … Маринетт Дюпен-Чен исчезнет до того момента, пока я не смогу вернуться в тело девушки, — по голосу парня, можно было понять, что настроен он серьёзно. Ни единого намёка на дрожь в голосе хранителя её талисмана удачи заставляли верить в серьёзность её намерений. —Но Марин… Марин, ты готова к этому? Отказаться от семьи, школы, супергеройства и друзей? — Тикки мельтешила прямо перед глазами. Хоть она и доверяла ему, но всё же понимала, что это будет тяжело. —Ну с первым будут проблемы, а с остальным я справлюсь, — он улыбнулся и посмотрел в окно, по которому уже не били противные капли дождя, а начинало выглядывать солнце. — У супергероини всегда могут появиться проблемы и может придти на помощь старший брат. В школу всегда может перевестись новый ученик и Багай — это мое новое имя, может в этом помочь. С друзьями же всё будет намного сложнее, они могут узнать меня, но я буду осторожен. Верь мне.       Небольшой кулачок появился перед глазами квами и та, неловко коснувшись того в ответ поняла, что это начало их новой жизни. Они стукнулись кулачками точно так же, как ЛедиБаг делала это с Котом Нуаром. Точно, а что же нам делать с ним? —А как же Кот? Что ты ему скажешь? — и так большие глаза квами стали намного больше, голубые глаза изучали тело парня. Новое тело её хозяйки. —Я придумаю что-нибудь, — подушечками пальцев синеволосый погладил квами, видя её беспокойство. — Всё будет хорошо.       Снова взглянув в окно, глаза непривычно сощурились. Выглядывало солнце, время показывало 7. Нужно было бежать из дома.