Take me on

      Проснуться не в своей постели, прижимая к себе тёплое спящее тельце и чувствуя на своей шее ровное чужое дыхание, — совсем не то, что входило в планы Пак Джехёна в этот вторник. Однако некоторая очень плохая девчонка в эти планы ворвалась, как ураган, и установила здесь свои правила.       Дже очень осторожно и незаметно попытался потянуться, чтобы не разбудить умиротворённо спавшую Миён, но попытка провалилась: та зашевелилась, шурша одеялом, и тихо замычала, явно не желая пробуждаться. Он невольно заулыбался, глядя на то, как Миён, всё ещё не проснувшаяся, придвигается к нему поближе, но потом вдруг насторожился: за окнами уже было совсем светло, а это означало, что время могло быть позднее. Аккуратно вытянув руку, Джехён взял с прикроватной тумбочки телефон и посмотрел на время — 8:34.       — Пак Миён, — его ладонь опустилась на её плечо, совсем легонько встряхнув. — Миён-а…       — М-м… — она заворочалась в постели, отворачиваясь от него, и Дже бессильно засмеялся.       — Ты в школу опоздаешь.       — Что?!       Слово «школа», по всей видимости, было отличным триггером, потому что Миён тут же распахнула глаза и вскочила, прижимая к груди одеяло.       — Сколько времени?       — Без двадцати девять…       — Блин… — она встала с кровати, завернувшись в одеяло, и засуетилась, не зная, с чего начать утренние сборы в такой ситуации.       — Если поторопишься, может, несильно опоздаешь.       — Да без разницы. Всё равно в душ надо… Приду один раз ко второму, ничего страшного.       Взяв свой мобильник, Миён ещё раз взглянула на время и вдруг обратила внимание, что ещё вечером ей пришло смс…       — Вот чёрт, — она взволнованно прикусила губу.       — Да ладно тебе, ты же, вроде, особо не пропускала уроки до этого.       —…Плевать на уроки, Дже! Мама с папой сказали, приедут пораньше.       — Что?.. — опешил Джехён, — И… насколько пораньше?       — В девять…       — Твою мать, — парень вскочил с кровати, кое-как прикрываясь подушкой, и, нацепив очки, принялся судорожно выискивать среди раскиданных шмоток свои. — Собираемся!              Пулей вылетев из дома в 8:58, держась за руки, они завернули за угол и, убедившись, что оказались на безопасном расстоянии, наконец, выдохнули с облегчением.       — Мне ещё никогда в жизни не было так страшно встретить твою маму. Серьёзно, — Дже, весь растрёпанный, смотрелся в телефон и пытался хоть как-то привести в порядок свою блондинистую шевелюру.       — А как же папа? — нахмурилась Миён. — Его ты не боишься?       — Мне кажется, что он не так страшен в гневе, как она…       — Тут ты прав, — усмехнулась школьница, — Она бы не пережила такого поворота событий…       Дже прикусил губу, поглядывая на девушку краем глаза.       — А ты в порядке? — внезапно спросил он, нарушив наступившую тишину.       Миён посмотрела на него вопросительно.       — Почему я должна быть не в порядке?       Блондин усмехнулся.       — Просто. Из-за всего… Надеюсь, ты не переживаешь.       — Дурак, — усмехнулась она в ответ. — Я пошла, всё-таки постучусь на первый урок. Надеюсь, пустят.       — Давай я провожу.       — Да ладно. У тебя же свои дела есть. Иди лучше выспись.       —…Хорошо, как скажешь, — Дже слегка натянуто улыбнулся, и Миён потянулась к нему, чтобы приобнять, тем самым давая понять, что всё хорошо. — Увидимся в четверг.       — Увидимся.              Опоздание на десять минут Миён было прощено, и, заняв своё место под недовольное ворчание учителя, она, машинально шепнув «привет» соседке по парте, просидела оставшийся урок, погружённая в свои мысли, состоявшие из неясных и обрывочных воспоминаний о вчерашнем дне и ночи. Что это всё было?.. Почему всё это произошло?.. И главное, чёрт возьми, неужели все её непонятные чувства, которые она сама толком осознала совсем недавно, в конце концов оказались взаимными?       Эти мысли, которые внезапно градом навалились на Миён, не давали покоя и не выходили из головы остаток дня. Коротко поздоровавшись с матерью, она даже не поинтересовалась, почему отца не было дома — на автомате сделала верный вывод, что тот сразу из поездки поехал на работу.       — Миён, на тебе лица нет… Ты обедала?       — Да, — коротко ответила девушка, поднимаясь по лестнице.       — Джехён вчера оставил свою шапку, — бросила ей вдогонку женщина, и Миён остановилась, кусая губы. Господи, хорошо, что это была просто шапка, а не что-нибудь похуже. И хорошо, что мама не догадывалась, что оставлена она здесь была вовсе не вчера.       — А, — Миён прокашлялась, потому что голос её совсем не слушался. — Да… ничего страшного, в четверг заберёт.       — Хорошо, я тогда здесь оставлю!              «В четверг». Никогда ещё время до четверга не тянулось так долго. Самое ужасное, что Джехён совершенно не выходил на связь. Ни звонков, ни смс, ни хотя бы даже просто домашнего задания от него не приходило, и Миён не знала, что она должна думать на этот счёт. Для себя она всё решила, но вот как всю сложившуюся ситуацию видит парень, Миён даже не представляла, и это её настораживало. Она вообще не понимала, ждала она этого четверга или, скорее, боялась…       Четверг, впрочем, с её чувствами не считался и в какой-то момент просто настал.       Сидя на пуфике и вперившись взглядом в свою тетрадь, Миён теребила край своей толстовки и молчала, слушая, как молчит Джехён.       — Я в этот раз не скидывал тебе задания. Заработался совсем, — он первым нарушил тишину, почесав затылок.       — Ничего. Я повторяла пройденный материал, — совершенно беспардонно соврала девушка, но она была уверена, что и Дже количество своей работы на неделе сильно приукрасил.       — Ну что, тогда, повторим и к новой теме?       Миён молчала. Она вздохнула и подняла глаза на Дже, кусая губы, на что парень не выдержал и сократил расстояние между ними — на стуле с колёсиками это было особенно удобно — накрывая её губы своими и вновь с удивлением отмечая, что младшая отвечает на его поцелуй.       — Миён, дурочка, — тихо произнёс он, стоило им оторваться от губ друг друга, — Так нельзя. Давай сосредоточимся на занятии.       — Знаю. Но ты ведь сам… забудь, да, давай сосредоточимся.       Дже тяжело вздохнул, отодвигаясь и откидываясь на спинку стула. Он вдруг закрыл раскрытую до этого тетрадь и выдержал паузу.       — Я думаю, — помедлив немного, начал он. — Думаю, сейчас тебе нужно плотно заняться учёбой и всё остальное пока… отложить, — сформулировал мысль Дже и взглянул на Миён, будто стараясь по глазам угадать, что она ответит. Но в её глазах ясно читалось недоумение. Эмоция человека, который как бы говорит: «Что, прости?»       — А в чём… — она кашлянула, — А в чём, собственно, проблема? Я и сказала — давай учиться.       Дже помотал головой.       — Я размышлял об этом, пока мы не виделись, и теперь думаю, что всё это… не стоило начинать. И возможно… — он вздохнул, вновь подбирая слова, — Тебе лучше найти кого-то другого, кто объяснит тебе химию лучше, чем я.       — О чём ты вообще, Дже? — Миён хмурила брови, чувствуя, как глаза начинает предательски щипать. Как он может после всего, что произошло, так просто говорить о том, что это было ошибкой?       — О том, что то, что я сделал, недопустимо, — Дже безрадостно усмехнулся, ероша пятернёй и без того растрёпанную чёлку. — И, если мы будем продолжать общаться, я не знаю, к чему это приведёт. Твои родители рано или поздно узнают, и… Я просто боюсь, что в конце концов тебе может стать очень, очень больно.       — Ты идиот? Совсем больной? — не выдержала Миён, и Дже, наконец, увидел, что её глаза наполняются слезами. — Чёрт, да я даже не хочу с тобой разговаривать, — она вскочила с пуфика и вырвала своё запястье из хватки Дже, попытавшегося её остановить.       — Пак Миён, куда пошла? — прикрикнул Джехён, но та даже не обернулась.       Сбежав по лестнице, она второпях обувалась в прихожей.       — Дочь, в чём дело? — послышался озадаченный голос матери с кухни, но, как только женщина показалась в коридоре, Миён уже выскочила за дверь.       — Не волнуйтесь, я её приведу, — крикнул напоследок Дже и, быстро нацепив кроссовки, выбежал следом.              — Пак Миён, ты какого лешего творишь?! — крикнул парень, наконец, нагнав младшую на улице и вновь схватив её за запястье.       — Это я у тебя хочу спросить, — дёргая рукой в попытке высвободиться, она посмотрела на него глазами, полными слёз и обиды.       — Приди в себя и посмотри на меня, — вздохнул Дже. — Зачем убежала?..       — Да я не собираюсь учиться на врача, мне работа в папиной больнице ни к чёрту! — не выдержала Миён, всхлипывая и вытирая слёзы, предательски покатившиеся из глаз.       — Сдурела? Ты же знаешь сама, родители не дадут не поступить…       — И что теперь, мне всю жизнь жить так, как они скажут? Хорошо, знаешь, Дже, я поступлю! Сделаю так, как они хотят. Потом переведусь на психологический, и они ничего уже не смогут сделать. Я буду совершеннолетняя, это будет моя жизнь, съеду из дома. Что мне скажет папа? Я поступила в мед? Поступила. А дальше уже никаких условий не было.       Парень замолчал, выслушивая речь младшей, и только тяжело выдохнул, отпуская её руку, так как Миён больше не убегала, и не было надобности её держать. Смотря на её заплаканное лицо, он чувствовал себя полной чёрствой мразью, раз наговорил этой живой и непосредственной смелой девчонке таких вещей.       «Ведь ты, придурок, Пак Джехён, хотел как лучше, но благими намерениями…»       — Какой же ты идиот! — опять выпалила она, уже не сдерживая слёзы. — Говоришь, что не хочешь, чтобы мне было больно, а в итоге сам делаешь только больнее. Неужели, настолько боишься моих родителей? Неужели думаешь, они серьёзно могут помешать? Да ты!.. — она начала стучать кулаком в его грудь, — Я думала, смогу преодолеть любые трудности, пока ты есть рядом, а ты так просто струсил! Не надо говорить, что ты беспокоишься обо мне, Дже. Ты беспокоишься о себе. Ты не хочешь быть плохим парнем, который совратил школьницу, не хочешь, чтобы с моей жизнью что-то там произошло якобы «из-за тебя». Но вот в чём фишка: это моя жизнь, и всё, что в ней происходит — из-за меня!.. — выпалила она и замолчала, подавляя рвущиеся наружу рыдания. — Может, не так уж сильно я тебе и нравилась, а, Дже? — она подняла на него заплаканные глаза и тут же оказалась прижатой к широкой груди.       — Ну ты и дурёха, — тихо проговорил Дже, прижимая младшую к себе и нежно, успокаивающе поглаживая её по спине. — Что это сейчас было?.. Я почувствовал себя последним ублюдком на этой планете, — посмеялся Дже. — Не делай так больше. Страшно.       — Отпусти меня, придурок, — всхлипнула Миён, предпринимая слабую попытку высвободиться, однако этот цитрусовый запах Джехёна как всегда мешал мыслить трезво.       — И куда я тебя теперь отпущу? — прошептал он, зарываясь пальцами в её волосы. — Ты права, от начала и до конца. Я придурок, идиот, как ты там ещё меня называла?       — Признаёшься, наконец? — съязвила Миён, расслабляясь, но всё же не спеша обнимать Джехёна в ответ.       — Прости, — вдруг бросил он. — Я серьёзно подумал, что тебе будет лучше без меня. Подумал, знаешь, чисто логически…       — Ты такой умный, Дже, — с издёвкой протянула младшая. — Всё у тебя так логично…       — Ну всё, прекращай. Твоей предыдущей сцены мне хватит ещё надолго.       — А больше ты и не увидишь, — отстраняясь и вытирая рукавом влажные от слёз щёки, заявила Миён и, увидев вопросительный взгляд Дже, пояснила: — Ты же говоришь, что нам не стоит быть вместе. Так что поздравляю, Дже, это первая и последняя моя сцена, которую ты видишь, — она отвернулась, намереваясь уйти, хотя в глубине души всё кричало о том, что хочется остаться.       — Стоять, — он схватил её ладонь, не позволяя уйти. — Стой, где стоишь, Пак Миён, и слушай меня. Я долго и мучительно убеждал себя, что должен поступить так, как попытался поступить сегодня, и что так будет лучше. Я переступил через себя один раз, но больше уже не смогу. Ты понимаешь, что я без тебя теперь не смогу, м? — Миён развернулась, всё ещё всхлипывая рефлекторно после долгих рыданий.       — Что за бред романтичный, — она шмыгнула носом и стукнула его кулаком в плечо. — Мы в дораме что ли? Ты что, Сон Джунки, а я, типа, Сон Хегё? — увидев, что Дже начинает улыбаться, младшая тоже незаметно усмехнулась.       — Эй, я серьёзно, вообще-то, — опешивший от такого ответа, Дже посмеялся и покрепче взял Миён за руку, переплетая пальцы. — Не веришь?       — Верю.       Дже расплылся в искренней улыбке, впервые за сегодня, и свободной рукой осторожно провёл по щеке младшей, вытирая влагу.       — Пошли тогда, куплю тебе вкусного. Не могу же я в таком виде тебя домой привести…              «Да. Да, не волнуйтесь… Она разволновалась просто из-за экзаменов, но сейчас всё хорошо. Да, мы зашли в кофешоп. Сейчас дам ей трубку.»       «Да, мам… да не ревела я, просто голос уставший. Да всё правда хорошо. Буду вечером. Всё, давай.»       Завершив звонок, Миён положила телефон на стол, потягивая через трубочку свой ванильный коктейль. Напротив сидел Дже с таким же, только клубничным.       — Ну, успокоилась?       Миён кивнула, насупившись, и Дже закатил глаза.       — Пак Миён, перестань быть такой милой, а то моё сердце не выдержит.       — Надеюсь, Пак Джехён, ты не настолько слабак, чтобы умереть от умиления.       — Язвишь, значит, точно в порядке.       — А то. Это всё было для того, чтобы ты меня накормил, — ухмыльнулась младшая.       — Сильно не радуйся. Нам ещё химией заниматься, так что доедай быстрее.       — Что, сегодня?!       — Ну не завтра же. Кто там хочет перевестись на психологический? Для того, чтобы перевестись, надо сначала поступить, а у тебя экзамен меньше, чем через месяц.       — Ой, опять ты ворчишь, как бабка.       — Ты как со старшими… — Дже осёкся, видя, как улыбается Миён. — Вот чёрт, мне теперь это замечание тебе делать неловко…              

Epilogue. Месяц спустя.

             — А-а-а-а-а-а-а-а!       Когда это нечто, тряся хвостиком каштановых волос, напрыгнуло на Джехёна, едва не выронив из рук телефон с результатами экзамена, он не был уверен, должен он сейчас радоваться или бояться. Эта реакция была… слишком… непредасказуемой.       — Дже, я не могу поверить!       — Да сколько?! — не выдержал парень.       — 79! Как это вообще возможно?       — Всё благодаря моим способностям, как методиста, и…       — Ура-а, я прошла в универ! — Миён обвила руками шею своего парня, ещё недавно, впрочем, бывшего её репетитором, и тот машинально обнял её за талию, притягивая к себе. — Ты же понимаешь, что это нужно отметить?       — Я и не сомневался. Куда пойдём?       — Хочу в бар. Выпить пива.       — Серьёзно?..       — А что такого? Я, между прочим, люблю пиво.       — Сколько ещё твоих сторон мне предстоит узнать?       — Просто пошли уже, — она взяла Дже за руку и потянула за собой.       — Пошли, я только за, — посмеялся тот, поравнявшись с младшей.       Неподалёку находился тот самый бар, где Джехён обычно допоздна засиживался с Ёнхёном, болтая о самых разных вещах, о которых могут болтать двое студентов аспирантуры. И теперь Дже невольно вспоминал тот момент, когда Ёнхён яро отговаривал его даже думать о Миён, как о девушке. Но самое смешное было то, что, если бы не слова его друга тогда, возможно, Дже и не осознал бы, что эта дерзкая школьница ему действительно слишком нравится.       — Ты чего улыбаешься? — поинтересовалась Миён, пока они шли, прогуливаясь, по тихой весенней улице, где по бокам росли цветущие кусты сирени. Стоял тёплый, солнечный май, и люди давно повылезали из курток; вот и Дже был одет в рваные светлые джинсы и оранжевую футболку, а Миён щеголяла в синей теннисной юбке и белой воздушной блузке.       — Да так, ничего. Сейчас ещё рановато пить, давай вечером сходим. Я заодно тебя с одним моим другом познакомлю. Мне, знаешь ли, очень нужно угостить этого засранца выпивкой.       — Договорились, — улыбнулась выпускница.       — Дже? — послышалось вдруг откуда-то сбоку, и Джехён, заодно с Миён, встрепенулся и обернулся на источник шума. Им оказался никто иной, как Кан Ёнхён, шедший вместе с Доуном, ещё одним из компании их друзей.       — Привет, ребят.       — Да ладно, — Доун прикрыл рот ладонью, изображая удивление.       — Чувак, только не говори мне, — улыбаясь во весь рот, начал Ёнхён…       — Не говорю, — заулыбался в ответ Дже. — А ещё сегодня вечером ты идёшь с нами в наше место. Я собираюсь купить тебе столько выпивки, сколько ты захочешь.       — С чего такая щедрость? — парень сощурил свои лисьи глаза.       — С того, что, если бы не ты, мы бы сейчас могли не встретиться в таком составе, — подмигнул ему Дже и приобнял рассмеявшуюся Миён за плечи. — Увидимся вечером!              — Ты ему про меня рассказывал? —поинтересовалась девушка, как только они разошлись.       — Честно, я жаловался ему на жизнь, когда впервые осознал, что меня тянет к тебе. Он сразу забил тревогу и начал меня так от этого отговаривать, что я только сильнее на тебе зациклился.       — Надо же, какой хороший друг. Надо будет сказать ему «спасибо», как только снова увидимся.       — Так ты ему благодарна?       — Ну естественно, — хитро улыбнулась младшая.       — И ни о чём не жалеешь? — вдруг посерьёзнел Дже, и они остановились посреди тихой зелёной улочки, по которой шли. — В будущем может быть сложно.       — Забудь и расслабься, — Миён улыбнулась, прищурив глаза. — Всё будет хорошо, пока ты со мной. Просто помни это и никогда — слышишь — никогда не смей отказываться от меня.       Дже усмехнулся.       — Помнишь, что я тебе как-то сказал? Ты очень, очень плохая девчонка, и ты меня сделала. Поэтому, боюсь, никуда я от тебя не денусь.       — Э-э? Боится он, ишь какой.       — Люблю тебя, — вдруг бросил Дже и ускорил шаг, не глядя на Миён, оставшуюся стоять в замешательстве. Это был первый раз, когда кто-то из них двоих произнёс эти слова, и звучало слишком необычно, чтобы быть правдой.       — Куда пошёл, придурок? — крикнула Миён, пряча смущение. —…Я тоже, — тихо добавила она, догнав Дже, и с трепетом взяла его за руку, переплетая пальцы, пока майский ветер ласково трепал её волосы. — Тоже. Не зря ведь я писала, что та песня — о тебе.