Эхо в тишине

      Свет утреннего солнца проникал в комнату сквозь тонкие занавески, создавая на стенах мягкие, золотистые блики.       Сакура проснулась от ощущения странного покоя. Её волосы мягко касались щёк, а тело впервые за долгое время не чувствовало напряжения. Она потянулась, но тут же остановилась, когда заметила Итачи, сидящего в кресле.       Он спал.       Его голова была чуть склонена вперёд, волосы скрывали часть лица. Его руки лежали на подлокотниках кресла, расслабленные, но всё равно сильные.       Сакура лишь легко улубнылуась.       «Ты всю ночь был здесь, а я… спала».       Она тихо встала, стараясь не потревожить его, и направилась на кухню.       Итачи проснулся от запаха свежего чая. Его взгляд остановился на Сакуре, которая стояла у плиты, сосредоточенно помешивая что-то в кастрюле.       Её волосы были всё ещё немного растрёпаны, а его свитер на ней выглядел так, словно был специально создан для этого утра.       — Ты не даёшь повода расслабиться, — заметил он, подходя ближе.       Сакура обернулась, слегка улыбнувшись.       — Кто-то же должен был заняться завтраком.       Он кивнул, но его взгляд оставался на ней.       — Спала нормально?       Её улыбка чуть дрогнула, но она кивнула.       — Лучше, чем за последние несколько дней.       Его губы слегка дрогнули, как будто он хотел улыбнуться, но сдержался.       — Хорошо.       Когда они сели за стол, Сакура не удержалась от вопроса:       — Ты всегда так заботишься о людях?       Итачи чуть приподнял бровь.       — Только о тех, кто мне дорог.       Её рука замерла на пути к чашке.       — Я… — начала она, но он перебил её.       — Не отвечай. Это не вопрос.       Её сердце пропустило удар. Она отвела взгляд, но ощущение тепла внутри стало почти невыносимым.       Итачи не пошёл на работу. Его рутина была нарушена, но он ни разу не подумал об этом как о проблеме. Сегодня он хотел быть рядом с Сакурой, особенно после вчерашнего.       Телефон на кухонном столе завибрировал, заставив её вздрогнуть.       — Звонят? — спросил он.       Сакура кивнула и подняла телефон. На экране высветилось имя Ино.       — Извини, мне нужно ответить, — пробормотала она.       — Конечно, — спокойно сказал он, направляясь к своему ноутбуку в гостиной.       Сакура провела почти час, отвечая на звонки и сообщения. Сначала это была Ино, которая с беспокойством спрашивала, как она себя чувствует, и винила себя за то, что сейчас находилась в другой стране. Затем ей позвонила Цунаде, её начальница, которая с неожиданной теплотой разрешила ей временно работать из дома.       — Спасибо, Цунаде-сама, — сказала Сакура, её голос звучал мягко, но устало.       — Береги себя, Сакура. Если тебе что-то понадобится, позвони.       После этого Ханаби прислала сообщение с вопросом, почему её не было в библиотеке. Сакура ответила коротко, стараясь не углубляться в детали.       «Всё нормально, просто немного занята», — написала она, но на душе стало ещё тяжелее.       Сакура сидела на диване в гостиной, её взгляд был устремлён на экран телефона. Она просто смотрела на него, прокручивая в голове разговор с Ино, пока не раздался очередной звонок.       Неизвестный номер.       Сакура помедлила.       — Не ответишь? — спросил Итачи, не отрывая взгляда от экрана ноутбука.       Сакура тряхнула головой.       — Алло?       — Сакура, — произнёс Неджи, и его голос, словно лезвие, пробрался прямо в её душу.       Сакура услышала его голос, и её пальцы тут же сильнее сжали телефон. Его интонация была такой знакомой — ровной, холодной, чуть снисходительной. Внутри неё поднялась волна протеста, но голос будто приковал её к месту.       Итачи сидел с ноутбуком, его пальцы скользили по клавишам, но всё внимание уже давно было сосредоточено не на экране. Он чувствовал напряжение в воздухе, как будто что-то невидимое окружало Сакуру, сжимая её в тиски. Когда она подняла трубку, её голос дрогнул, а взгляд стал таким пустым, что у него внутри что-то оборвалось.       «Кто это?» — промелькнуло у него в голове, но он не стал задавать вопрос. Её рука с телефоном начала дрожать, а плечи чуть опустились, словно она пыталась сделать себя меньше. Итачи заметил, как её губы сжались в тонкую линию, а глаза стали стеклянными.       Её дыхание стало сбивчивым. Она ощутила, как ноги будто налились тяжестью, а в груди застрял ком.       — Что… что тебе нужно? — выдавила она, чувствуя, как голос дрожит, будто не подчиняется ей.       На другом конце линии он говорил так, словно ничего не случилось, словно он всё ещё обладал правом быть частью её жизни.       — Ты всегда была такой… закрытой, — сказал он, и в его тоне было что-то хлёсткое, будто он хотел ранить её.       Эти слова ударили больно, глубже, чем ей хотелось признать. Её сердце сжалось, а в голове прокручивались сцены из прошлого — как она смотрела на него с надеждой, как верила каждому его слову.       «Закрытая? Это он называет закрытостью то, как я разрывалась ради него?» — пронеслось в её голове, но её губы не могли сформулировать ответ.       Рука, державшая телефон, начала дрожать, и Сакура опустила взгляд. Она была на грани, в ней бушевали два противоположных желания.       «Убежать. Закрыться. Бросить трубку и больше никогда не думать об этом человеке.»       Но одновременно с этим что-то тянуло её к Итачи. Его присутствие сейчас казалось ей единственным якорем, который мог удержать её на поверхности.       Её голос, едва слышный, вырвал его из мыслей: «Что… что тебе нужно?»       Он тут же поднялся. Его взгляд пристально следил за каждым её движением, готовый вмешаться, если потребуется. Он подошёл ближе, но остановился на расстоянии, давая ей пространство, но всё же оставаясь рядом.       Когда её пальцы побелели от напряжения, Итачи сжал кулаки, сдерживая импульс выхватить телефон из её рук. «Она должна справиться сама. Пока сама,» — думал он, но, видя, как её глаза начинают наполняться слезами, а плечи всё сильнее сжимаются, он не выдержал. Мягко, но уверенно он коснулся её плеча.       — Сакура, — тихо произнёс он, его голос был наполнен теплотой и мягкой уверенностью.       Она почувствовала, как его рука осторожно коснулась её плеча. Этот жест был лёгким, ненавязчивым, но он словно открыл шлюзы. Он сломал её сопротивление. Сакура резко подняла глаза, которые, казалось, звали на помощь, а затем, словно не осознавая, что делает, позволила телефону выскользнуть из рук. Её пальцы судорожно схватились за его рубашку, как будто она боялась, что он исчезнет.       В этот момент Итачи больше не думал. Он просто протянул руку, позволяя ей найти опору и присел на колени перед ней.       Её лицо скрывалось на его плече, а слёзы, которых она так боялась, начали течь. Она дрожала всем телом, но его руки, такие сильные и тёплые, держали её крепко.       «Ты в безопасности», — словно говорил его молчаливый жест.       Её внутренний голос всё ещё боролся с ней: «Ты снова слишком слаба. Ты снова зависишь от кого-то…»       Но его дыхание рядом с её ухом, его спокойное сердце, которое она чувствовала сквозь ткань, заглушали эти мысли. Она не могла больше сопротивляться.       — Это так больно… — прошептала она сквозь рыдания, её голос дрожал.       — Я знаю, — ответил он, его губы были почти у её уха, но его голос звучал твёрдо. — Я здесь.       Её тело постепенно начало успокаиваться, но слёзы всё ещё текли по её щекам. Она прижималась к нему, чувствуя тепло его объятий, которое словно окутывало её, защищая от всего мира.       Время словно остановилось.       Итачи твердо стоял на коленях, обнимая её, его руки крепко, но нежно держали её. Её голова покоилась на его плече, и он мог слышать, как её дыхание становится всё более ровным.       — Извини, — прошептала она, наконец обретая способность говорить.       — Тебе не за что извиняться, — ответил он, его голос был мягким, но в нём звучала твёрдая уверенность.       Она немного отстранилась, её лицо было заплаканным, но в глазах больше не было той тяжести.       — Я просто… не могу это контролировать, — сказала она, её голос звучал почти виновато.       Итачи поднял руку, аккуратно убирая прядь её розовых волос с лица. Его пальцы задержались на её щеке, и она почувствовала тепло его руки.       — Ты не должна всё контролировать, — сказал он. Его взгляд был глубоким, наполненным спокойствием и пониманием.       Сакура смотрела на него, её губы дрожали, но она не могла найти слов.       — Ты не одна, — тихо добавил он, и эти слова прозвучали как обещание.       Её глаза снова наполнились слезами, но на этот раз это были слёзы облегчения.       Она кивнула, снова опуская голову на его плечо. Её дыхание стало почти ровным, а её руки, всё ещё сжимающие его рубашку, начали постепенно ослабевать.       Итачи держал её столько, сколько было нужно. Ему не нужно было ничего говорить, потому что в этот момент его присутствие значило больше, чем любые слова.       Когда её рыдания наконец утихли, он почувствовал, как её тело расслабилось. Она почти засыпала, уткнувшись в его плечо.       — Пойдём, я приготовлю чай, — мягко предложил он, но её рука всё ещё держала его рубашку.       — Можно… ещё немного? — её голос был тихим, почти шёпотом, но в нём звучала просьба, от которой он не мог отказаться.       — Конечно, — ответил он, крепче прижимая её к себе.       Итачи знал, что этот момент останется в его памяти надолго. Видеть её такой ранимой, такой открытой — это заставило его сердце сжаться, но в то же время пробудило в нём желание защитить её.       Всё остальное стало неважным. В этот момент он был здесь только для неё.       Её рыдания стали тише, но он чувствовал, как её тело всё ещё содрогается от подавленных эмоций. Его руки инстинктивно держали её, словно оберегая, но в голове творился хаос.       «Почему ты заставляешь меня так чувствовать?»       Он слышал её слова, ощущал, как её пальцы крепче сжимают его рубашку, но где-то внутри его сердце отозвалось глухой болью, которую он не мог объяснить. Это чувство было похоже на воспоминание, давно забытое, но такое острое, как будто оно ждало этого момента, чтобы вернуться.       «Ты не заслуживаешь этого, Сакура. Ты заслуживаешь быть защищённой».       Он чуть крепче прижал её к себе, давая ей почувствовать, что он здесь, рядом, что её боль — это теперь не только её боль.       Итачи стоял у плиты, наблюдая, как вода в чайнике вот-вот закипит. Пар поднимался лёгкими струйками, создавая ощущение тепла в комнате. Он обернулся: Сакура сидела на диване, завернувшись в его домашний свитер. Её взгляд был направлен куда-то в пустоту, но он видел, что её дыхание стало спокойнее, а плечи больше не напряжены, как прежде.       Когда чай был готов, он принёс две чашки и поставил их на небольшой столик перед диваном. Затем сел рядом, не слишком близко, но достаточно, чтобы она чувствовала его присутствие.       — Я сделал зелёный чай. Надеюсь, ты не против, — тихо сказал он, протягивая ей чашку.       Сакура подняла глаза и встретилась с его взглядом. На её лице появилась слабая, почти неуловимая улыбка.       — Спасибо, — ответила она, беря чашку обеими руками. Тепло обволокло её пальцы, но её голос всё ещё звучал тихо, будто она боялась нарушить эту хрупкую тишину.       Несколько минут они сидели молча. Лишь редкий звук приглушённого дождя за окном наполнял комнату.       Сакура аккуратно поставила чашку обратно на столик и глубоко вдохнула, словно собираясь с мыслями.       — Прости за всё это, — вдруг сказала она, её голос был чуть дрожащим.       Итачи посмотрел на неё, его взгляд оставался спокойным, но в глазах читалась лёгкая обеспокоенность.       — Тебе не за что извиняться, — ответил он мягко.       Она покачала головой, прижимая колени к груди и обнимая их руками.       — Я так устала от того, что… — она на мгновение замолчала, глядя на свои пальцы. — От того, что прошлое всё ещё имеет такую власть надо мной.       Итачи немного подался вперёд, поставив свою чашку на стол. Его движения были плавными, и он старался не смотреть на неё слишком пристально, чтобы не давить.       — Иногда прошлое слишком тяжело отпустить. Это не твоя вина, — сказал он, его голос был глубоким, но тёплым.       Сакура снова покачала головой, но её глаза были полны слёз, которые она отчаянно пыталась сдержать.       — Когда я увидела его… — её голос дрогнул, она замолчала на секунду, сжав пальцы сильнее. — Всё вернулось. Эта боль, эта пустота… всё.       Она вдруг подняла взгляд на Итачи, и в её глазах читалась почти мольба.       — Ты когда-нибудь чувствовал, что всё, во что ты верил, просто исчезло за один миг?       Итачи замер, его взгляд стал чуть глубже, и на лице отразилась тень воспоминаний, которые он предпочёл бы забыть.       — Да, — тихо ответил он.       Сакура смотрела на него, пытаясь прочитать в его глазах что-то, что могло бы объяснить, почему он сейчас здесь.       — Это был он… Неджи, — наконец выдохнула она, её голос был тихим, но слова прозвучали почти как выстрел. — Я любила его. Верила, что он… что он тоже любит меня.       Она нервно провела пальцами по свитеру, словно пытаясь отвлечь себя.       — Но потом… он пришёл ко мне с приглашением на свою свадьбу. Сказал, что я должна прийти, что это для него важно.       Итачи напрягся, но его лицо оставалось спокойным.       — И ты пошла? — спросил он тихо, не отрывая взгляда от её лица.       Сакура грустно усмехнулась, опуская глаза.       — Нет. Я не могла. Но я не показала ему, насколько больно он мне сделал. Просто улыбнулась и сказала, что у меня уже есть планы.       Её голос дрогнул, и она снова прижала колени к груди, будто пытаясь защитить себя от воспоминаний.       — А потом я провела всю ночь, рыдая. Не могла понять, почему. Почему я не заметила, что он меня никогда не любил?       Её слова затихли, и в комнате снова повисла тишина.       Итачи протянул руку и осторожно накрыл её ладонь своей. Его прикосновение было тёплым, но ненавязчивым.       — Может, дело не в том, что ты не заметила. А в том, что ты верила, — сказал он, его голос звучал мягко, но уверенно.       Сакура подняла на него глаза.       — Но это ведь тоже было ошибкой, правда?       Он покачал головой.       — Верить — это не ошибка. Это сила. Просто иногда люди оказываются недостойными этой веры.       Её глаза снова наполнились слезами, но она сдержала их.       — Но я боюсь… — прошептала она. — Боюсь снова довериться кому-то.       Итачи сжал её руку чуть крепче, но его взгляд оставался спокойным и глубоким.       — Страх — это нормально. Но если ты позволишь ему руководить тобой, он не даст тебе двигаться вперёд.       Сакура смотрела на него, её дыхание было чуть сбивчивым, но в глазах появилось что-то новое — лёгкий проблеск надежды.       — Почему ты… почему ты так добр ко мне? — спросила она наконец, её голос был почти шёпотом.       Итачи на мгновение замер, его взгляд задержался на её лице.       — Потому что ты этого заслуживаешь, — ответил он, и в его голосе звучала искренность, которая заставила её сердце пропустить удар.       Сакура закрыла глаза, чувствуя, как внутри неё медленно растекается тепло от его слов.       Несколько минут они сидели молча. Её рука всё ещё лежала в его ладони, но это больше не казалось ей странным.       — Спасибо, — наконец сказала она, её голос был тихим, но твёрдым.       Итачи слегка улыбнулся.       — Всегда.       Она подняла чашку с чаем и сделала маленький глоток. Горячая жидкость согревала её изнутри, как и его присутствие.       Сакура чувствовала, что что-то меняется. Не резко, не внезапно, но постепенно. Как будто её сердце, которое так долго было заперто, начинает медленно открываться.       После того как они допили чай, комната снова погрузилась в приятное молчание. Свет от настольной лампы мягко освещал их лица, играя бликами на краях чашек. Сакура опустила голову, разглядывая свои пальцы, которые нервно теребили край рукава свитера.       Она ощущала присутствие Итачи. Оно было спокойным, тёплым, и это удивляло её. Люди, с которыми она обычно общалась, старались заполнить тишину словами, но он… он был другим.       Итачи откинулся на спинку дивана, но его взгляд всё ещё был направлен на неё. Он видел, как она борется со своими мыслями, но не торопил. Ему казалось, что она просто нуждается в пространстве, где сможет дышать.       — Ты так смотришь, будто хочешь что-то сказать, — вдруг произнесла она, не поднимая глаз.       Его брови слегка дрогнули.       — Возможно, — спокойно ответил он.       Сакура улыбнулась уголками губ, но её взгляд остался задумчивым.       — Тогда говори.       Итачи на секунду замолчал, словно выбирая слова.       — Я думаю… что ты слишком сильно пытаешься справиться с этим в одиночку, — сказал он, его голос был тихим, но твёрдым.       Она резко подняла голову, её глаза расширились.       — А что мне ещё делать? — вырвалось у неё. — Люди… они не понимают. Они только задают вопросы, смотрят, осуждают, — Её голос дрогнул, и она нервно сжала руки. — Я устала от того, что они видят только то, что хотят видеть.       Итачи внимательно смотрел на неё, его глаза были спокойными, но в них была скрытая сила.       — Я понимаю, — сказал он. — Но ты должна позволить кому-то быть рядом.       Она покачала головой.       — Это не так просто.       — Я знаю, — ответил он, его голос был мягким, но в нём звучала непоколебимость. — Но иногда мы усложняем то, что может быть простым.       Сакура опустила голову, её волосы закрыли лицо, но Итачи видел, как её плечи едва заметно дрожат.       — Это страшно, — прошептала она. — Даже думать об этом.       Итачи на секунду отвёл взгляд, словно его собственные мысли утянули его куда-то далеко.       — Страх не исчезает сразу. Но шаг за шагом он становится слабее.       Сакура подняла голову, её глаза были полны эмоций, которые она пыталась скрыть.       — А если этот шаг окажется ошибкой?       Итачи чуть прищурился, его взгляд стал чуть более глубоким.       — Даже если он окажется ошибкой, ты будешь знать, что сделала всё, что могла.       Его слова звучали просто, но в них была такая искренность, что Сакура почувствовала, как внутри неё что-то дрогнуло.       — Ты… — начала она, но остановилась.       Итачи ждал, но не торопил её.       — Ты слишком понимающий. Почему?       Он улыбнулся уголками губ, его взгляд на мгновение стал мягче.       — Потому что я тоже сделал свои ошибки.       Его голос звучал так спокойно, что ей захотелось спросить, о каких ошибках он говорит. Но она не решилась.       Они снова замолчали. Сакура поднялась с дивана, подошла к окну и посмотрела на улицу. Вечерний город мерцал огнями, но для неё этот вид казался далёким, как будто она смотрела на него через стекло витрины.       Итачи наблюдал за ней, его взгляд был спокойным, но внимательным.       — Ты в порядке? — спросил он.       Она кивнула, но её голос был тихим:       — Просто… думаю.       — О чём?       Сакура обернулась, её взгляд встретился с его глазами.       — О том, что, возможно, ты прав.       Он ничего не ответил, но его взгляд оставался на ней.       — Я не хочу снова быть одна, — наконец сказала она, её голос дрогнул.       Итачи встал, его движения были плавными, но уверенными. Он подошёл к ней, но оставил между ними достаточно места, чтобы она не чувствовала давления.       — Ты не одна, — сказал он, его голос снова звучал так, будто это было не просто утешение, а обещание.       Сакура смотрела на него, её глаза были полны сомнений, но в глубине души она чувствовала, что его слова касаются не только её, но и его самого.       Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоить себя.       — Спасибо, — сказала она, её голос был едва слышным.       Итачи кивнул.       — Всегда.       Они стояли так несколько минут, молча, но эта тишина не была пустой. Это было пространство, где каждый из них мог быть самим собой.       Наконец, Сакура отвернулась, её взгляд снова упал на огни города.       — Знаешь, — начала она, её голос был чуть теплее, чем прежде. — Я думаю, что, возможно, всё это не случайно.       — Что именно?       Она улыбнулась уголками губ, но не обернулась.       — Всё. Ты. Это.       Итачи посмотрел на неё, и его губы дрогнули в лёгкой, почти неуловимой улыбке.       — Возможно, ты права.       Комната была погружена в полумрак, и только свет от уличных фонарей едва пробивался через тонкие шторы. Вечерний город мерцал где-то далеко, но Сакура чувствовала себя отрезанной от этого мира. Она стояла у окна, глядя на улицу, обнимая себя руками, словно пытаясь согреться.       Взгляд Итачи задержался на её силуэте.       — Хочешь поесть? — тихо произнёс он.       Сакура слегка вздрогнула, обернувшись к нему.       — Ты голоден — сказала она, её голос звучал чуть хрипло от усталости, но в глаза улыбались.       — Я приготовлю что-нибудь простое, — ответил он с лёгкой усмешкой.       Сакура подняла бровь.       — Ты умеешь готовить?       Он повернул голову, посмотрев на неё поверх плеча, его губы дрогнули в едва заметной улыбке.       — А ты сомневаешься?       — Нет, конечно, — быстро ответила она, а затем добавила с легкой насмешкой: — Просто интересно, насколько это «простое» окажется съедобным.       Итачи усмехнулся, но ничего не ответил, скрывшись на кухне.       Итачи аккуратно нарезал овощи, его движения были точными, выверенными. Но его мысли были далеки от кухни. Он вспоминал её взгляд, полный боли, когда она впервые вошла в его дом. Её глаза тогда были как закрытая книга, а теперь… теперь он видел, как в них появляется искра.       «Почему она так на меня действует?» Он остановился на секунду, глядя на нож в своих руках. В его жизни всегда был порядок, контроль. Он знал, что может справиться с любой ситуацией, потому что это было в его характере. Но рядом с Сакурой он чувствовал, как эти стены начинают рушиться.       Её смех, пусть и редкий, заполнял комнату теплом, которого он давно не ощущал. Когда он услышал, как она что-то говорит из соседней комнаты, его губы дрогнули в едва заметной улыбке: «Может, это и есть то, чего мне не хватало?»       Он оставил нарезанные овощи и включил плиту, позволяя себе на мгновение задержать взгляд на двери, через которые Сакура могла зайти в любой момент. Её тёплое присутствие, её мягкие движения… Всё это было так неожиданно, но так правильно.       Свет лампы мягко освещал кухню. Шкафчики были аккуратно выстроены вдоль стены, а посуда лежала на полках, создавая ощущение порядка.       Сакура, слегка выглянув из-за двери, остановилась, наблюдая за ним. Итачи стоял у плиты, его рукав был закатан до локтя, обнажая сильное предплечье, покрытое лёгкой тенью от лампы. Он держал ложку, медленно перемешивая содержимое сковороды, и в его движениях было что-то завораживающее. Его длинные волосы были собраны, и несколько прядей выбились, едва касаясь его скул.       — Шпионишь? — спокойно спросил он, не отрывая взгляда от сковороды.       Её сердце пропустило удар. Она не ожидала, что он заметит её присутствие.       — Я просто проверяю, чтобы ты ничего не спалил, — ответила она, слегка улыбаясь, пытаясь скрыть смущение.       Итачи бросил короткий взгляд через плечо, его глаза на мгновение задержались на её лице.       — Я редко что-то порчу, — с лёгкой усмешкой ответил он.       Её взгляд невольно упал на его руки, на движения пальцев, которые держали ложку так, будто она была продолжением его тела.       — Я справлюсь. А ты лучше займись сервировкой, если уж так волнуешься.       Она с улыбкой покачала головой, но всё же открыла шкафы в поисках необходимой посуды.       Когда он подал ей тарелку, их пальцы слегка соприкоснулись, и это мимолётное прикосновение вызвало у неё странное тепло.       — Не смотри так подозрительно, — усмехнулся он, заметив, как она изучает приготовленное блюдо. — Это не так опасно, как кажется.       Она рассмеялась, но в её смехе было что-то лёгкое, почти искреннее, что она давно не чувствовала.       Спустя ещё несколько минут они уже сидели за небольшим столом. Перед ними стояло простое, но удивительно аппетитное блюдо: обжаренная курица с овощами и ароматным соусом.       Сакура медленно взяла палочки и осторожно попробовала.       — Это… действительно вкусно, — признала она, удивлённо посмотрев на него.       Итачи кивнул, будто это было самым естественным делом на свете.       — Я же говорил.       — И где ты научился готовить? — спросила она, жуя очередной кусочек.       — Жизнь заставила, — спокойно ответил он. — Когда живёшь один, приходится учиться.       Сакура задумалась на секунду, а затем, слегка наклонив голову, посмотрела на него:       — Неужели ты всегда жил один?       Он поднял взгляд, их глаза встретились.       — Почти всегда.       В его голосе не было ни горечи, ни сожаления, только простое признание.       Сакура кивнула, чувствуя, как внутри её поднимается странное тепло.       — Тогда спасибо, что поделился своим талантом со мной, — с лёгкой улыбкой сказала она, поднимая палочки, как будто произносила тост.       Итачи тихо усмехнулся.       — Ты всё ещё сомневаешься в съедобности моих трудов?       — Может, немного, — парировала она с насмешливой искрой в глазах.       — Тогда я, возможно, добавлю больше перца в следующий раз, чтобы ты запомнила.       Она рассмеялась, и её смех прозвучал настолько искренне, что даже Итачи невольно улыбнулся.       Далее они ели молча. Время от времени Сакура поднимала глаза, чтобы украдкой взглянуть на него, но её взгляд тут же встречался с его. Это заставляло её сердце пропускать удар каждый раз.       Когда тарелки опустели, Сакура наконец нарушила молчание:       — Спасибо… за всё это.       Итачи чуть наклонил голову, его взгляд оставался таким же спокойным.       — Ты ведь не думала, что я оставлю тебя голодной?       Её губы дрогнули в слабой улыбке.       — Наверное, нет. Но ты сделал гораздо больше, чем я ожидала.       — Я не привык делать что-то наполовину, — ответил он, и в его тоне не было ни хвастовства, ни гордости, только простая истина.       Она почувствовала, как её защита снова начинает рушиться. Её пальцы слегка дрожали, когда она поставила кружку на стол.       — Знаешь, — тихо начала она, не глядя на него. — Мне кажется, что ты всегда знаешь, что сказать и что сделать.       Итачи откинулся на спинку стула, наблюдая за ней.       — Это далеко не так.       — Но ты выглядишь так, будто всегда контролируешь ситуацию.       — Ты ошибаешься, — его голос прозвучал чуть мягче. — Иногда я просто делаю то, что считаю правильным.       Она подняла глаза, и их взгляды встретились.       — И это… правильно?       Он долго смотрел на неё, словно пытаясь найти ответ.       — Сейчас — да.       Они вышли на улицу, и прохладный ночной воздух коснулся её кожи. Сакура закуталась в пальто, а Итачи шёл рядом, держась чуть позади, словно защищая её от ночной прохлады.       — Ты всегда так уверен в себе? — спросила она, прерывая тишину.       — Это не уверенность, — ответил он. — Это… привычка.       — От чего?       — От того, чтобы не давать слабости взять верх, — его голос был спокоен, но в нём звучала глубина.       Сакура посмотрела на него, её зелёные глаза пытались прочесть его.       — Ты действительно так думаешь?       — Думаю, что в жизни важно идти вперёд. Даже если иногда не знаешь, куда.       Она улыбнулась.       — А я, кажется, всё ещё ищу, куда идти.       — Это не проблема, — сказал он, посмотрев на неё. — Главное, чтобы ты хотела найти свой путь.       Она замолчала, чувствуя, как его слова проникают в её душу.       В тот вечер она уснула с ощущением, что её мир, наконец, начинает заполняться теплом.

***

      Тишина в квартире казалась почти ощутимой, словно время замерло, давая возможность отдышаться от всего, что произошло за последние дни.       Сакура медленно открыла глаза, наткнувшись на светлую ткань одеяла, в который она была закутана. Она слегка приподнялась, оглядываясь. Квартира была тихой, но не пугающей. Теперь в этой тишине было что-то обволакивающее, почти уютное.       Она услышала шорох на кухне и звук воды, наливаемой в чайник. Её сердце дрогнуло.       Итачи.       Она встала, поправляя одежду, и направилась на кухню, где он уже был полностью собран. Его длинные волосы были аккуратно собраны на затылке, а его спокойное лицо, освещённое утренним светом, выглядело удивительно мягким.       Он обернулся, заметив её.       — Доброе утро, — его голос был низким, но тёплым, как чашка свежезаваренного чая.       — Доброе… — Сакура чуть смущённо улыбнулась, не совсем привыкшая к тому, что её утро начинается с его голоса.       — Ты крепко спала, — заметил он, снова поворачиваясь к плите. — Я приготовил завтрак.       Она застыла на месте.       — Завтрак? — её голос прозвучал с лёгким удивлением.       — Тосты, немного овощей и зелёный чай, — спокойно ответил он. — Ничего сложного.       Сакура не знала, как реагировать. Её губы дрогнули в слабой улыбке, и она подошла ближе.       — Чувство, что ты всегда так заботишься о гостях.       — У меня не так много гостей, чтобы это стало привычкой, — с лёгкой улыбкой ответил он, ставя на стол две тарелки.       Они ели молча, наслаждаясь тёплой атмосферой. Сакура чувствовала, как напряжение, которое она несла в себе последние дни, медленно растворяется.       Когда она подняла глаза, Итачи уже смотрел на неё.       — Ты чувствуешь себя лучше? — спросил он, и в его голосе была искренняя забота.       Она кивнула, её пальцы слегка сжали чашку чая.       — Да, спасибо… За всё.       Он ничего не ответил, но его взгляд задержался на ней чуть дольше, чем обычно.       — У тебя есть на сегодня планы? — спросил он, убирая пустую тарелку.       Сакура задумалась.       — Работать. Но… я пока не уверена, что готова.       Итачи кивнул, словно понимая её колебания.       — Если хочешь, мы можем куда-нибудь пойти. Просто проветриться.       Её глаза расширились от удивления.       — Ты предлагаешь прогулку?       — Почему бы и нет? — спокойно ответил он. — Свежий воздух помогает привести мысли в порядок.       Сакура чуть наклонила голову, разглядывая его.       — Ты… меняешься.       Он поднял бровь.       — В каком смысле?       — Раньше ты был… сдержаннее. Почти холодным. А теперь… — она слегка пожала плечами, подбирая слова. — Теперь ты более… открытый.       Итачи задумался на секунду, а затем чуть улыбнулся.       — Может, ты тоже на меня влияешь.       Её сердце пропустило удар.       Улицы были ещё пустынными, хотя город уже начинал просыпаться. Солнце слегка пригревало, но воздух всё ещё был прохладным. Они шли бок о бок, иногда молча, но эта тишина не была неловкой.       Сакура остановилась у витрины цветочного магазина, разглядывая маленькие кактусы, аккуратно выстроенные в ряд.       — Они милые, — сказала она, не отрывая взгляда.       Итачи остановился рядом, его глаза тоже скользнули по витрине.       — И неприхотливые, — добавил он, чуть кивнув.       Она усмехнулась, её взгляд метнулся к нему.       — Ты любишь кактусы?       Он задумчиво посмотрел на один из них, а затем произнёс:       — Они напоминают мне людей. Снаружи шипы, чтобы защититься. Но внутри… всё иначе.       Она замерла, её сердце на мгновение остановилось.       — Ты описываешь себя?       Итачи слегка улыбнулся, но его глаза оставались спокойными.       — А ты как думаешь?       Она не ответила. Сакура снова посмотрела на кактусы и осторожно провела пальцем по одному из горшков. «Может, мне действительно стоит попытаться?» Она чуть улыбнулась, краем глаза замечая, как его тёплый взгляд остаётся на ней.       Когда они вернулись в его квартиру, Сакура почувствовала, как уют этой небольшой, но тёплой обстановки окутывает её.       — Спасибо за прогулку, — сказала она, снимая пальто.       — Это был хороший способ провести утро, — спокойно ответил он, убирая свою куртку.       Сакура сидела за столом, закутавшись в мягкую толстовку Итачи, которую он дал ей утром. Её собственная одежда лежала сложенной в дальнем углу спальной комнаты, но она даже не смотрела в её сторону. Всякий раз, когда взгляд случайно падал на этот свёрток, внутри поднималась волна неприятных воспоминаний.       Итачи, заметив это, встал с места и направился в спальню. Через несколько минут он вернулся с ещё одной чистой рубашкой и уютными брюками.       — Думаю, тебе будет удобнее в этом, — сказал он, протягивая ей вещи.       Сакура подняла взгляд, её зелёные глаза чуть расширились от неожиданности.       — Ты… снова даёшь мне свою одежду?       Итачи чуть улыбнулся, но его взгляд оставался мягким и спокойным.       — Ты всё ещё в моих вещах. Значит, тебе удобно.       Она прикусила губу, но в её глазах промелькнула тень благодарности.       — Спасибо, — тихо ответила она, беря вещи.       Она вышла в ванную, чтобы переодеться, и, вернувшись, почувствовала, как ткань мягко обнимает её тело. Её лицо едва заметно порозовело, когда она увидела, что Итачи наблюдает за ней.       — Что? — спросила она, натягивая рукава на ладони.       — Они тебе идут, — коротко ответил он и вернулся к своему ноутбуку.       Сакура слегка улыбнулась и прошла к столу, где уже разложила материалы для работы.       Итачи устроился в кресле напротив, задумчиво наблюдая за тем, как Сакура погружается в работу. Её пальцы быстро двигались по клавиатуре, иногда задерживаясь на планшете, где она рисовала новые линии. Её сосредоточенность была почти осязаемой. Когда она задумчиво касалась пальцем губы или наклонялась ближе к экрану, он невольно ловил себя на том, что не может отвести взгляд. Её волосы были собраны в высокий хвост. Её зелёные глаза светились, когда она вносила очередные правки в эскиз, её брови чуть хмурились, когда что-то не складывалось.       — Ты так смотришь, будто снова хочешь что-то сказать, — не отрываясь от экрана, заметила она.       — Просто думаю, — ответил он спокойно.       — О чём?       — О том, что ты теряешь себя в этом процессе.       Она подняла голову, слегка нахмурившись.       — Это плохо?       — Нет, — его голос был тихим, но уверенным. — Это захватывающе.       Сакура растерянно улыбнулась, но его слова задели её.       — Ты правда так думаешь?       — Я вижу это. Каждый раз, когда ты работаешь.       Её сердце дрогнуло. Её пальцы на мгновение замерли на планшете, но затем она снова сосредоточилась на своей работе.       Когда часы пробили полдень, Сакура, чуть откинувшись на стуле, заметила, как её желудок предательски урчал.       — Пожалуй, пора поесть, — задумчиво сказала она. — Сегодня готовлю я.       Он удивлённо поднял бровь.       — Ты уверена?       — Ты уже дважды готовил. Теперь моя очередь.       Итачи встал, его взгляд был тёплым и чуть насмешливым.       — Тогда я схожу за продуктами.       — Я могу сама, — начала было она, но он остановил её.       — Ты останешься здесь и отдохнёшь, — твёрдо сказал он.       Сакура закатила глаза, но не стала спорить, вместо этого напомнив ему взять овощей.       Когда дверь за ним закрылась, Сакура откинулась на спинку стула и прикрыла глаза. Она чувствовала, как внутри неё снова поднимается странное чувство — смесь тепла и лёгкой тревоги.       «Он слишком много делает для меня…»       Её взгляд скользнул по комнате, где всё дышало его характером: строгие линии, минимализм, но при этом удивительное тепло.       Она не могла понять, почему ей так комфортно здесь.       Её пальцы коснулись ткани толстовки, которую она всё ещё носила. Она чувствовала его тепло в каждой мелочи, в каждой детали.       Когда Итачи вернулся, Сакура уже стояла на кухне, изучая его запасы специй.       — У тебя всё так организованно, что я боюсь что-то трогать, — сказала она, услышав, как дверь открылась.       — Тогда не трогай, — сухо ответил он, входя с пакетом в руках.       Она повернулась, её губы дрогнули в улыбке.       — Ну уж нет. Сегодня готовлю я.       Итачи поставил пакет на стол и вытащил из него продукты.       — Ты точно справишься?       — Ты сомневаешься?       Он чуть улыбнулся.       — Нет. Просто… интересно, что из этого получится.       Сакура усмехнулась, забирая у него овощи.       — Тогда сядь и смотри.       Он устроился за столом, скрестив руки на груди, и действительно стал наблюдать.       Сакура встала у плиты, чувствуя, как её тело постепенно расслабляется. Она медленно нарезала овощи, а звук ножа о доску каким-то образом успокаивал. Это было что-то знакомое, простое, в чём не нужно было думать, только делать.       Но её мысли всё равно возвращались к тому, что произошло. Внутри было странное ощущение пустоты и лёгкой тяжести, но когда она посмотрела на Итачи, сидящего неподалёку, его спокойствие передалось и ей. «Я справлюсь,» — мысленно сказала она себе, но её пальцы всё равно слегка дрожали.       Когда она поставила сковороду на плиту и услышала лёгкое шипение масла, её дыхание стало ровнее. Это был небольшой шаг к нормальности, но он был таким важным.       «Он верит в меня. Он остаётся рядом.» Эти мысли согревали её, как тепло плиты. И, когда она впервые за долгое время почувствовала лёгкое удовлетворение от того, что делает, её губы дрогнули в слабой, почти неуловимой улыбке.       Её движения были уверенными, хотя в них и читалась некоторая небрежность. Она ловко нарезала овощи, ставила сковороды на плиту и что-то напевала себе под нос.       — Это… завораживает. Ты всегда так расслабленно готовишь? — поинтересовался он.       — Если честно, готовлю не часто. Но иногда это успокаивает, — призналась она, поднимая взгляд.       — Похоже, ты нашла способ успокоить нас обоих, — сказал он, его голос был тёплым и чуть насмешливым.       Она улыбнулась, бросив в него взгляд из-под ресниц.       — Ну, раз ты так думаешь, то можешь помочь мне.       — Помочь? — Итачи поднял бровь.       — Нарежь это, — она протянула ему нож и несколько перцев.       Он взял нож, его движения были чёткими и точными.       — Ты даже овощи режешь так, будто делаешь чертёж, — поддразнила она, смягчая слова улыбкой.       Он на секунду задержал взгляд на ней.       — В жизни всё должно быть идеально.       — Даже перец?       — Особенно перец.       Сакура засмеялась, и её смех прозвучал настолько заразительно, что Итачи снова невольно улыбнулся.       Когда обед был готов, они сели за стол. Еда оказалась простой, но удивительно вкусной.       — Ты недооцениваешь свои способности, — заметил Итачи, пробуя первое блюдо.       Сакура усмехнулась, держа в руках палочки.       — Может, просто у тебя были низкие ожидания.       Он чуть улыбнулся, но его взгляд задержался на её лице.       — Знаешь, — сказал он, когда она опустила свой взгляд, — это один из самых тёплых обедов за последние годы.       Она подняла на него взгляд, её зелёные глаза светились мягким светом.       — Ты правда так думаешь?       — Я это знаю, — спокойно ответил он, но в его голосе было что-то, что заставило её сердце дрогнуть.       На мгновение их взгляды встретились, и в этом молчании было больше, чем могли бы сказать слова.       Сакура отвела глаза, её щёки чуть порозовели.       — Если так, то… значит, всё не зря, — тихо сказала она.       После обеда, который оставил в воздухе ощущение тепла и уюта, Сакура отнесла пустую посуду на кухню. Итачи хотел ей помочь, но она мягко отмахнулась, сказав, что это было её приглашение — она сама всё уберёт.       Когда она вернулась, Итачи уже сидел за ноутбуком, его сосредоточенный взгляд был устремлён на экран. Свет из окна падал на его лицо, подчёркивая резкость скул и спокойствие в глазах. В его позе не было ни напряжения, ни излишней расслабленности — только абсолютная сосредоточенность.       Сакура на мгновение остановилась в дверях гостиной, наблюдая за ним. Он выглядел таким естественным, будто был частью этой комнаты. Его спокойствие невольно передавалось ей, даже когда она ощущала внутри лёгкое волнение.       Она тихо прошла к столу, достала ноутбук и блокнот. Её пальцы мягко пробежались по переплету блокнота, и она глубоко вздохнула. Надо было вернуться к работе.       На некоторое время в комнате воцарилась полная тишина, нарушаемая лишь звуками клавиш ноутбука Итачи и шорохом её карандаша. Это было не неловкое молчание, а то редкое, почти магическое состояние, когда оба человека находились рядом, но каждый был сосредоточен на своём.       Сакура пыталась сосредоточиться на проекте. Она взглянула на новый проект — планы дома для пожилой пары. Линии, которые она чертила, казались слишком простыми, слишком правильными. Она нарисовала пару набросков, но что-то всё равно было не так.       Её глаза невольно соскользнули с экрана ноутбука и остановились на Итачи. Его пальцы быстро двигались по клавишам, а затем останавливались, когда он задумчиво смотрел на экран. В его движениях была уверенность, отточенность, которую она так давно хотела обрести сама.       Сакура немного прикусила губу, чувствуя, как внутри у неё поднимается странное тепло.       — Ты ведь мог бы быть архитектором, — внезапно сказала она, глядя на него.       Он оторвался от экрана и посмотрел на неё.       — Почему ты так думаешь?       — Потому что… всё, что ты делаешь, — даже нарезка перца, — идеально.       Итачи усмехнулся, но в его глазах мелькнула тень грусти.       — Идеально не значит правильно.       — Но ведь это твоё, — тихо добавила она.       Итачи задумчиво посмотрел на неё, а затем снова опустил взгляд на экран.       — Может быть.       Сакура почувствовала, что в этих словах скрыто что-то большее, но не стала продолжать тему.       Итачи иногда бросал не прямые, а скорее изучающие, осторожные взгляды на Сакуру. Его тёмные глаза то и дело скользили по её лицу, её пальцам, которые удерживали карандаш.       Её волосы, собранные в хвост, свободно спадали на плечи и слегка закручивались к концам, создавая еще более нежный образ. Свет из окна мягко переливался в розовых прядях, создавая почти золотистый оттенок. Когда она наклоняла голову к блокноту, её шея обнажалась, а мягкая ткань его рубашки чуть сползала, открывая изящную линию ключицы.       Итачи отвёл взгляд обратно на экран, но почувствовал, как внутри поднимается лёгкое волнение. Ему было трудно сосредоточиться на своих задачах.       Почему она так на него действует?       Всё это время он пытался держать дистанцию, сохранить её внутренний комфорт, но каждый её вздох, каждый едва заметный жест, как будто магнитом притягивал его внимание.       Сакура, в свою очередь, не могла полностью сосредоточиться. Её мысли то и дело возвращались к их разговору за обедом, к его словам, его взгляду. Она украдкой бросала на него короткие взгляды, стараясь не выдать себя.       «Почему он выглядит таким спокойным? Как будто всё под контролем…»— думала она.       Но когда её взгляд задержался на нём чуть дольше, она вдруг заметила, что его плечи слегка напряжены, а губы едва заметно сжаты. Это была такая мелочь, но она поняла: он совсем не так спокоен, как кажется.       Она сделала вид, что продолжает работать, но внутри почувствовала себя странно.       Через некоторое время Сакура отложила карандаш, потянулась и глубоко вздохнула. Её шея слегка затекла, и она потерла её пальцами, не осознавая, что привлекла внимание Итачи.       Его взгляд невольно остановился на её пальцах, затем на линии её шеи. Он закрыл ноутбук и тихо поднялся.       — Перерыв? — спросил он, наклоняясь к ней так, чтобы их глаза оказались почти на одном уровне.       Сакура чуть вздрогнула от его голоса и резко обернулась.       — Что?       — Ты устала. Сделай перерыв, — спокойно повторил он, его голос был тихим, но твёрдым.       Она чуть улыбнулась.       — Я в порядке.       — Тебе только кажется, — сказал он, отходя к кухне.       — И что ты предлагаешь? — она повернулась на стуле, наблюдая, как он достаёт две кружки.       — Чай, — бросил он через плечо.       Сакура усмехнулась и поднялась с места, направившись за ним.       Она остановилась в дверях кухни, облокотившись на косяк. Её взгляд остановился на нём.       — Ты часто делаешь перерывы?       — Только когда вижу, что кто-то нуждается в них больше, чем я, — сказал он, не оборачиваясь.       Сакура слегка улыбнулась, но в её глазах промелькнуло что-то нежное.       Когда Итачи подал ей кружку чая, их пальцы слегка соприкоснулись. Сакура почувствовала, как это лёгкое прикосновение отозвалось у неё теплом, которое разлилось по всему телу.       Они вернулись в гостиную и устроились на диване, поставив кружки на небольшой столик. Сакура сделала глоток и посмотрела на него.       — Спасибо, — тихо сказала она.       Он чуть кивнул, его глаза встретились с её взглядом.       — Ты всегда благодаришь за такие мелочи?       — Если ты думаешь, что это мелочь, то — да.       Они снова замолчали, но это молчание было другим. Оно было тёплым, обволакивающим, как их чай.       Сакура тихо вдохнула аромат напитка и почувствовала, как напряжение дня постепенно уходит.       Итачи откинулся на спинку дивана, глядя на неё. Её лицо, слегка расслабленное, выглядело спокойнее, чем утром. Он не мог не заметить, как за день в её глазах снова появилась искра.